Спасенный

***

Малфой настолько нервничает, что большая часть пути для него остается в тумане и совсем не запоминается. Ни номер этажа больницы Св. Мунго, ни количество поворотов в коридоре, которые пришлось пройти, чтобы добраться до палаты. Вообще ничего. Он покорно следует за Паркинсон, цепляясь взглядом за ее силуэт и придерживаясь его, словно света маяка во мгле. Пару раз парень непроизвольно ускоряется в шаге, теряя над собой контроль, но после тут же замедляется, держась позади ведьмы, которая, как назло, совершенно не торопится. Зато мысли Малфоя мчатся на предельно высоких скоростях. Воображение подсовывает десятки паршивых вариантов того, в каком сейчас состоянии Гарри. Челюсть уже начинает ныть от того, насколько сильно Драко, сам не замечая, стискивал ее последние минут пятнадцать. У одной из дверей, к которой Панси приводит Малфоя, стоит Рон и еще двое мракоборцев. — Сторожишь вход, Уизли? Наконец-то должность, достойная твоих невероятных навыков, — надменно фыркает Паркинсон, приближаясь к главе мракоборцев. — Сказала нянька… — недовольно цокнув, язвит Рон. — А давай не сегодня, м? Я выжат как лимон и не готов с тобой лаяться сейчас, — парень картинно складывает руки в молитвенном жесте. Каждая секунда ощущается гребаной вечностью — это дракклово ожидание убивает. — Не моя проблема. Пропустишь его? — кивает девушка на Драко, топчущегося на месте. Рон косится в его сторону и тут же возвращает внимание на Паркинсон. — Ты же знаешь, что не положено. Прости, старина, — спешно бросает он Малфою, не сводя взгляда с девушки. — Уизли, не разочаровывай меня отказом, я ведь один-единственный раз тебя о чем-то попросила, — закатывает глаза Панси. Рон, страдальчески замычав, растирает запястьем веки. После бросает на ведьму взгляд, полный дикой усталости, и что-то бурчит под нос. Следующим под прицел голубых глаз попадает Драко, что до сих пор не сказал и слова. Что-то для себя решив, глава мракоборцев обращается к Паркинсон. — Под твою ответственность. — Конечно под мою, тут же только одна я из ответственных людей, — пренебрежительно хмыкает девушка, толкая дверь. — Вперед, Хорек. У тебя десять минут, — приглашающе взмахивает она рукой, указывая внутрь помещения. Малфой, изобразив благодарный кивок, спешно заскакивает в палату, слабо контролируя тело и его скорость. Дверь за парнем тут же закрывается, оборвав на середине саркастичный ответ Уизли. В нос бьет резкий запах лечебных мазей и зелий, а руки моментально покрываются мурашками от неимоверного количества магии, которой наполнена комната. Малфой замечает большое круглое окно, зашторенное белоснежным полупрозрачным тюлем, диванчик для навещающих и всего одну койку. Драко находит взглядом Поттера и после этого уже не в состоянии ни отвернуться, ни даже моргнуть. В груди что-то сжимается с такой силой, что перехватывает дыхание. На левом глазу Гарри компресс, щетинистые щеки покрыты ссадинами, а губы разбиты настолько, что их практически не узнать. Торс парня и плечо плотно перебинтованы. Правая нога, а также несколько пальцев на руке с той же стороны в гипсе. Кое-как приподнявшись на кровати, используя уцелевшую руку, как опору, Поттер изображает подобие усмешки (тут же скривившись от боли) и сорванным голосом говорит: — Паршивый видок, да?.. Мне обещали, что это все вылечится за неделю, но… ха-ах… Верится с трудом. Малфоя чуть ли не трясет. На негнущихся ногах он подходит к кровати и плюхается на край, накрывая ладонью лицо. Драко прерывисто вздыхает, пытаясь привести разбушевавшиеся эмоции в порядок. — Ничего. Не. Говори, — хрипло приказывает он, почувствовав на себе внимательный взгляд Поттера. В груди неистовым вихрем сплетены сразу два чувства: ужас от осознания, что Гарри (с учетом всей его нездоровой предосторожности) так легко был похищен, и сумасшедшее счастье из-за того, что Поттер сейчас здесь, в безопасности. И всего этого так… много, что Малфой в действительности рискует не справиться и сойти с ума. Сбоку слышится какое-то шуршание. — Эй, Драко… — Не сейчас, — отмахивается парень, стараясь не смотреть на Поттера. — Сейчас самое время, — бурчит Гарри и неловко пододвигается, приобнимая Малфоя одной рукой. Нос Поттера утыкается в плечо. — Все. Теперь все хорошо. — Утешаешь меня? — не поверив ушам, разбито усмехается Драко. — Да. И себя заодно. Малфой не помнит, когда в последний раз ему так отчаянно хотелось разреветься. До боли прикусив губу, парень кое-как поворачивается и обвивает руки вокруг Гарри, притягивая того к себе, как чертов заветный приз за вынесенные переживания. Поттер, которому противопоказаны столь грубые прикосновения, и писка не издает, лишь вяло обхватывает плечи в ответ, цепляясь пальцами за рубашку Драко. — Боже… Ты чертовски приятно пахнешь… — вздыхает Гарри. Драко жмурится, опуская голову. Дыхание сбивается, и становится невероятно жарко, но ему хочется обнять парня сильнее. Еще сильнее. Прижаться плотнее. Словно это позволит на все сто убедиться, что Поттер рядом и больше его не покинет. Не сегодня, не сейчас. — Ты… конченный придурок… Я чуть не рехнулся, пока тебя не было, — неразборчиво мычит Малфой. — Будь ты проклят… — Так и знал, что будешь злиться, — беспечно хмыкает Гарри. — Честно говоря, я боялся, что ты найдешь меня раньше всех и польется кровь. Драко вздрагивает и пустым взглядом таращится в стену перед собой. Найти раньше всех?.. Да он и на шаг не приблизился к спасению Поттера, оказавшись самым бесполезным среди прочих. — Прости… — давит из себя Малфой. — Прости, что не справился и не помог. — Неважно. Это моя вина, не твоя. Гарри мягко отстраняется и кладет руку на затылок Драко, заглядывая в глаза. Без очков взгляд Поттера ощущается совсем иначе: не такой тяжелый, в некоторой мере даже ласковый. — Всемогущих и идеальных людей не существует. Не взваливай все на себя. Малфой недоуменно вскидывает брови. Слышать такие слова приятно, но вот от Гарри, который, мягко говоря, не в состоянии определить лимит своих возможностей… Сомнение настолько ярко написано на лице парня, что Поттер без труда читает мысли Драко и усмехается: — Ты вроде как умнее меня. Эй… — Гарри обворожительно улыбается, но из-за разбитой физиономии выглядит просто нелепо, — сделай лицо попроще. А то ведь я начинаю радоваться, что ты за меня так сильно переживаешь. Малфой с фырканьем закатывает глаза и демонстративно пытается отсесть, но Поттер проворно хватает его за кисть и останавливает. — Драко… Послушай, когда я был там, то понял: есть кое-что, о чем я жалею… — тихо, будто даже нерешительно, говорит Гарри. — Мы часто спорили, но… — «Спорили»? — переспрашивает Малфой, прокручивая в голове сразу несколько их последних ссор. — Я бы это так не назвал… — Да-да, ясно, — с досадой морщится Поттер. — Но речь не об этом. Я… Проклятье, что ж так сложно-то?! Драко не сдерживается и насмешливо хмыкает. Метания Гарри, из-за чего бы те ни возникли, порядком забавляют. И, что уж говорить, каждая минута, проведенная рядом с ним, понемногу успокаивает ураган внутри, наконец-то позволяя вдохнуть полной грудью. Уже не в первый раз Малфой испытывает подобное именно в присутствии Поттера, стоит признать. — Кажется, я понимаю, к чему ты. — Правда? — не без удивления вскидывает брови Гарри. — Да. Ну, наверное?.. — парень неловко улыбается и пожимает плечами. — Я переживал за тебя. В конце концов… ты мой единственный друг. Не считая дурной птицы. — Драко, я не совсем это… эм, — Поттер улыбается и качает головой. — Да. Рад слышать. Я ведь так долго этого добивался, — он слабенько толкает Малфоя в бок. — Добивался он, как же… Скорее принудил! Дверь в палату распахивается ровно в момент, когда Поттер собирается что-то съязвить в ответ. Малфой инстинктивно поднимается с койки. Панси, скользнув по парням безразличным взглядом, подходит к окну. — Хорь, твое время вышло, собирайся на выход. Нам пора перевозить героя, пока журналисты не успели пронюхать, что он загремел в Мунго. — «Хорь»?.. — эхом повторяет Гарри. — У тебя уже появилось прозвище? — Не напоминай. Заработал во время заключения в ее доме, — бурчит Драко, кивнув на Паркинсон. — Дьявол, сколько я пропустил?.. — с нескрываемым разочарованием сопит Поттер. — Все разговоры потом, — Панси, прищурившись, отодвигает штору и осторожно выглядывает в окно. — Шкурой чувствую, Забини где-то рядом и уже подсовывает монеты колдомедикам. — О, вы были бы милейшей парой, — язвит Национальный Герой, опуская спину на подушку. Паркинсон, обернувшись так резко, словно услышала взрыв за спиной, полными негодования глазами таращится на него. — Забери. Слова. Обратно. — А ведь в чем-то Поттер прав, — немного подумав, хмыкает Драко. — Забини точно не даст тебе заскучать. — О, посмотрите-ка, великие знатоки в отношениях, да? — Панси чуть ли не искрится от возмущения. — Сами давно ли с кем-то трахались? М? Я так и думала, — надменно хмыкает девушка, заметив, как парни стушевались, отводя взгляды. — Малфой, ты оглох? На выход. — И вот так несколько дней, — ворчливо жалуется Драко, обращаясь к Поттеру. Но последний на Малфоя не смотрит. — Куда меня перевозят? — уточняет Гарри. — К тебе домой. — Оу, — Поттер загадочно ухмыляется и неуклюже поворачивается в сторону Малфоя. — Тогда я вправе тебя пригласить. Так что? Ты со мной? Драко, даже не обдумав предложение, кивает, до конца не понимая, чему, собственно, он так радуется. Наверное, его одурманила эйфория от осознания, что Гарри теперь в безопасности. — Видела? — обращаясь к Паркинсон, хмыкает Национальный Герой. — Мы идем парой. — Нет. Перевезем тебя и почти сразу проведем срочное собрание. Малфою там не место. — Я сам буду определять, кому в моем доме место, а кому нет, — холодно обрубает Гарри. Кажется, он настроен серьезно. — И вот так ты благодаришь за очередное спасение? — Панси наклоняет голову набок и зло зыркает на Поттера. — Раз уж на то пошло, то спас меня Рон. И он мне не откажет, — гадко скалится парень в ответ. Драко в диалог встревать не спешит, хотя мог бы разрешить спор волевым решением отправиться к себе в лавку. Но мысль о том, что придется расстаться с Поттером, даже на время, вызывает безотчетную тревогу, от которой чуть ли не хочется удавиться, лишь бы больше ее не испытывать. Малфой еще не до конца отошел от недавнего потрясения, чтобы сейчас оставаться в одиночестве. Поэтому впервые за жизнь Драко рассчитывает на легендарное упрямство Гарри и мысленно болеет за него. — Оставить тебя здесь на растерзание журналистам? — предлагает Паркинсон, выгнув бровь. — Ты этого не допустишь, — самоуверенно хмыкает Поттер. Он заметно побледнел за последние пару минут, а лицо постепенно покрывается испариной. — Миона не похвалит. Драко украдкой оглядывается по сторонам в поисках обезболивающих зелий. На одной из тумб находится целый набор из десятка склянок и баночек. — Ты мной манипулируешь? — голос Панси немного звенит от нарастающего внутри раздражения. — С каких пор ты стала дурой? Я же тебе все прямо сказал, — Гарри, поморщившись от усиливающейся боли в теле, изображает подобие ухмылки. Прожив пару дней под одной крышей с Панси, Драко с точностью может сказать: ведьма заметно сдерживается в общении с Поттером. Он же, в свою очередь, ведет себя резко, хотя с девушками обычно любезничает. Наверное, боль от ранений нервирует. В любом случае любопытно. Малфой наклоняется над тумбочкой, внимательно рассматривая этикетки на склянках, пока Паркинсон и Поттер не перестают спорить, переходя на все более высокие тональности. — Не хочу встревать, но пора что-то решать, — бурчит Драко, протягивая Гарри бутылочку с изумрудной жидкостью. — Не думаю, что у Поттера сейчас достаточно сил для пустых споров. Или хочешь вымотать его еще до вашей невероятно секретной встречи? — Вообще-то я… — начинает протестовать Гарри, но послушно замолкает от сурового взгляда Драко, направленного на него, и выпивает зелье. Панси же с угрюмым видом косится то на Поттера, то на Малфоя. После, грязно выругавшись, демонстративно закатывает глаза. Но по итогу сдается. — Я с вами рехнусь… Ладно! Сейчас отправлю сюда парней, — девушка, отмахнувшись, направляется к двери. — Я слишком хороша для этого дерьма, слишком!.. Чтоб вас джинны трахали! — Враг побежден! Враг бежит! — смеется Гарри и тут же закашливается. Ну что за болван.

***

415 дней до трагедии. У Дадли случается натуральный катарсис, когда Поттер наконец-то оказывается дома. Сначала Дурсль, чуть ли не разрыдавшись в процессе, душит в медвежьих объятьях покалеченного Гарри минут пять, что-то приговаривая под нос. После пытается обнять Малфоя (хотя Драко никаким образом не поспособствовал спасению Национального Героя), но тот вовремя уворачивается и приказывает заняться делом. Следующий час уходит на то, чтобы устроить Поттера в гостиной для будущей встречи. Драко колдует на Гарри одежду поудобней (потому что переодеть парня обычным способом из-за ранений и гипса стало практически нереализуемо). Дурсль, вручив кузену запасные очки, укладывает под спиной подушки и мастерит на журнальном столике удобное место, куда Поттер может положить свою покалеченную ногу и не тревожить ее без нужды. Драко оставляет все подготовленные целителями препараты, мази и костыли в спальне Национального Героя. — Бред, — сердито брюзжит Малфой, вручая Гарри очередную порцию обезболивающего. — Нельзя было подождать с этой встречей хотя бы день-два? Ты едва глаза открытыми держишь. — Им нужны детали моего похищения, — безразлично дергает уцелевшим плечом Поттер, тщетно пытаясь достать пробку. — Чтобы понять, стоит ли нам еще чего-то опасаться в ближайшее время. — Тц, дай сюда, — Драко открывает бутылочку для Гарри и тут же возвращает. — А есть чего опасаться? — Всегда есть. Дадли!.. — зовет Поттер кузена. — Скоро сюда подойдут остальные, ты сможешь на пару часов уйти? — Классика, — высунувшись из своей спальни, фыркает парень. — Я уже договорился с Кэрри поужинать. Так что вернусь в худшем случае поздно вечером, а в лучшем… — губы растягиваются в загадочной улыбке. Гарри и Драко невольно переглядываются, вспоминая недавние слова Панси. Удивительно, что именно у Дадли имеется личная жизнь. — И смысл быть Национальным Героем, если мои вечера будут такими? — с досадой вздыхает Поттер, указывая на ногу. — Угу. Повод задуматься, — бросает Малфой, отправляясь на кухню, чтобы набрать себе воды. — Не забывай, что на ужин у тебя из всевозможных блюд — костерост и еще куча восстанавливающих зелий. Проходит около часа, прежде чем в доме Гарри начинают собираться люди. Дадли к этому моменту, вылив на себя перед выходом минимум один флакон одеколона, уже умчался на свидание. Драко (хотя у него накопилось множество более важных вопросов для обсуждения, но Поттер настоял на своем) без энтузиазма рассказывает о недавнем заключении в доме Паркинсон, когда в коридоре раздается хлопок и короткий свист — кто-то телепортировался. — …ближе к семи утра, — слышится за стеной обрывок фразы. — Подходит. Как решишь проблему с колдомедиками? — деловито интересуется Нотт, заходя в гостиную. — Ты же прекрасно знаешь как, — голос Грейнджер звучит недовольно, даже немного зло. — Терпеть не могу эту ча… Гарри! Гермиона резко смягчается в лице и подлетает к Поттеру, низко наклоняясь над ним. Она касается ладонями его лба, щек, заглядывает в глаза, осматривает повязки. Тысяча и одно прикосновение в секунду. Нотт тем временем, усмехнувшись, отправляется на кухню и по-хозяйски готовит себе кофе. — Миона… — бурчит Гарри, вяло пытаясь отбиться от рук подруги. — Цыц! — Грейнджер звонко бьет его по ладони. На этом сопротивление Гарри заканчивается. Пока девушка совершает осмотр, в коридоре слышится очередной хлопок. Сначала раздается полный страданий стон, а после в гостиной появляется Уизли. Из-за волнения Драко не обратил внимания на его вид, но сейчас отмечает, что Рон выглядит не сильно лучше Поттера: изможденный, посеревший в лице, с кругами под глазами. Рыжие волосы распущены и спутаны, а форма мракоборца измята и в странных разводах (как будто провел под дождем сутки). Еле передвигая ноги, Уизли подходит к дивану и жмет руку Драко. После, устало вздохнув, одной рукой обхватывает талию Грейнджер и перемещает ту к дивану напротив, не обращая внимания на тихие протесты. Девушка, впрочем, очень быстро усаживается и затихает, поймав на себе выразительный взгляд мужа. — О-ох… Сейчас сдохну, — мычит глава мракоборцев, сваливаясь в кресло и запрокидывая голову. Чуть погодя Рон протягивает в сторону Гарри сжатый кулак, и Поттер с усмешкой отбивает по нему. — Выглядишь, словно по тебе прошелся взрывопотам, — подтрунивает Гарри. — А тебя будто пожевал и выплюнул тролль, — беззлобно хмыкает Уизли, блаженно прикрывая глаза. — Не пришелся по вкусу, братан? — Слишком острое блюдо, — вклинивается в разговор Нотт, присаживаясь на подлокотник дивана около Поттера. — Как себя чувствуешь? — Тебе честно ответить? Без болеутоляющих я бы, наверное, уже разревелся. — Мое обычное состояние, — хохочет Рон. — Мы еще кого-то ждем? — Я так понимаю, что ждем мы нашу красотку Панс, — предполагает Тео, и Гермиона в подтверждение кивает. Уизли и Поттер обмениваются взглядами, полными нескрываемого отвращения. Кажется, Паркинсон в этой компании не особо желанный гость. Не удивительно, учитывая ее манеру общения. — Понятно… — глава мракоборцев обреченно прикрывает веки. — Этот день никогда не закончится. — Рон, не начинай, — морщит нос Гермиона. — К чему она нам здесь? — вклинивается в разговор Гарри. — Можно подумать, без нее мы… Парня перебивает громкий треск. Все присутствующие как по команде оборачиваются в сторону окна, около которого аппарировала Панси собственной персоной. Звонко цокая тонкими каблуками, ведьма подходит к диванчику, где сидит Грейнджер, небрежно стягивает с себя и швыряет на спинку мантию-невидимку. Затем с вальяжным видом присаживается около своей начальницы, перекидывает ногу на ногу и вопросительно смотрит на собравшихся. На несколько секунд в комнате повисает напряженная тишина. — Почему вы все таращитесь на меня? — выгнув бровь, прохладно интересуется Панси. — У меня волосы растрепались или что? — Сюда нельзя аппарировать, — едва сдерживая ярость, цедит Гарри. Он даже немного привстает. — Для этого есть порт-ключ. В слегка прищуренных глазах Панси мелькает осознание, которое очень быстро сменяется раздражением. И Малфой уже ждет от ведьмы колкой гадости в ответ или оскорбления, от которого у всех в комнате завянут уши, но Паркинсон удивляет. — Я бы не аппарировала сюда, не будь уверенной, что меня не отследят. Я превосходно заметаю следы, если не знал. — Не аргумент. Бровь Паркинсон нервно дергается, и девушка изображает подобие вежливой улыбки. — Хорошо, Поттер. Твои предложения? Дай угадаю: аппарировать обратно, подчистить следы и вернуться сюда, воспользовавшись невероятно мудреным и абсурдным путем через Гриммо? Заведомо отказываюсь. Еще варианты? — Черт подери, ну вот почему ты просто не можешь делать, как все?.. — ворчит Уизли, обращаясь к девушке. — Парни, думаю, вам не о чем переживать, — встревает Нотт, улыбнувшись. — Уверен, что крошка Панс сделала все, чтобы не раскрыть дом Гарри. — И у нее были весомые причины воспользоваться кратчайшим путем, — добавляет Грейнджер. — Так что давайте закроем тему. Гарри, пожалуйста. Драко замечает, что в ответ на защиту Теодором Паркинсон лишь презрительно фыркает, а вот ее реакция на слова Гермионы оказывается ровно противоположной — девушка бросает на Министра взгляд, полный неприкрытого обожания. Поттер, закатив глаза, отворачивается. — Хорошо. Ладно, давайте начнем. Гарри, — сложив пальцы в замок, Грейнджер принимает максимально серьезный вид, — расскажи нам, как все произошло. С начала и до конца. Это вопрос, который больше остальных терзал Малфоя на протяжении нескольких дней. Однако, когда Национальный Герой в безопасности, Драко наконец может рассуждать ясно, не отвлекаясь на пожирание самого себя изнутри. И есть одна деталь, которая совершенно не дает ему покоя. Он без передышек искал Гарри пару дней по всей столице и не наткнулся ни на одну зацепку. Фениксы также оказались абсолютно бесполезны. Каким же чудесным образом подобное удалось Уизли? Нет. Не совсем так. Куда более важно: не знал ли глава мракоборцев изначально, где конкретно искать? — Я бы лучше послушал, как именно вы спасли Поттера, — заявляет Драко. — Не забывайся, — недовольно осаживает Панси, зыркнув на Малфоя. — Ты здесь на правах зрителя, а не участника. Парень досадливо морщится. Справедливое замечание, но все же… Гарри бросает на Драко задумчивый взгляд и внезапно поддерживает: — Мне тоже интересно. Рон? — М? — Уизли озадаченно хмурится и косится на Гермиону, как бы спрашивая позволения. Та, сомневаясь пару секунд, благосклонно кивает. — Что ж… кхм… — парень отрывается от спинки кресла, принимая напряженную позу. — До похищения Гарри был в штабе Ордена. Мы начали поиски оттуда. Я надеялся, что ты поехал на своей тачке, которую можно будет отыскать, но она была припаркована около штаба, большое спасибо, кстати, — совсем немного язвит Рон. — Ну прости, кто ж знал? Я пр… — фыркает Гарри. Драко легонько толкает его в бок, призывая не давать лишних пояснений. — Продолжай. — Так вот. Значит, либо ты пошел пешком, либо использовал порт-ключ, что, в любом случае, было паршиво, — Уизли активно жестикулирует руками. — Но ты не стал бы встречаться с кем-то незнакомым в приватной обстановке — это единственное, в чем я был уверен наверняка. — Хорошая привычка, кстати, — хвалит Тео, покосившись на Гарри. — Ага, невероятно надежная, слов нет, — ехидничает Поттер. — От всего не уберечься, — утешает Гермиона, вяло улыбнувшись. — Давай дальше, Рон. — Тогда я выделил все районы, где есть бары и рестораны. Я бы запомнил, будь твоя встреча в каком-то популярном месте. Так что во время поисков сразу отмел все те названия, что на слуху. — То есть, ты просто взял и срезал одну треть города? — со скепсисом уточняет Малфой. Пока что план звучит не сильно эффективным. — Но я срезал хоть что-то, — пожимает плечами Уизли. — У меня была слабая надежда отследить там ауру Гарри, что мы, собственно, и попытались провернуть, но… Ничего не вышло — ни единого следа. И за это уже «большое спасибо» тебе, я так понимаю? — выразительно вскинув брови и посмотрев на блондина, уточняет глава мракоборцев. Малфой поджимает губы и слегка опускает голову. Он и сам себя пару раз проклял, пока искал Гарри. — Чуваки, вы нереально усложнили мне работу, в курсе?! Нет, серьезно, я же чуть не вздернулся из-за всех этих предосторожностей! — Это я попросил Драко сделать мне глушилку, — признается Поттер. — И не такое начнешь использовать, когда за тобой следят двадцать четыре на семь. — Короче, задница со всех сторон, куда ни плюнь, — слегка морщится Рон, складывая ладони на коленях. — Тогда пришлось как бы между делом расспрашивать работников заведений, не видели ли они Национального Героя на днях. А поводом для диалога использовали перепись населения. Та еще морока: искать тебя, при этом не ища тебя, хах… — И как много людей вам солгали, чтобы привлечь внимание? — понимающе фыркает Нотт. — Дохуя, — не церемонясь, угрюмо отвечает Уизли (и ругань из его уст настолько непривычно звучит, что режет слух). На лице парня написана откровенная неприязнь. — Как срезали варианты? — интересуется Гарри. — Заранее уточнили, что ты был в компании девушки. И да, кажется, мы пустили пару слухов из-за этого, простите. — Уладим, — беспечно отмахивается Тео. — Не надорвитесь в процессе… — едва слышно бурчит Панси, но никто не обращает на это внимания. — В общем, так отсеяли процентов восемьдесят, повезло, — продолжает рассказывать Уизли. — После расширили на оставшихся точках сеть опроса и поговорили с местными. В основном, с торговцами, что постоянно находятся в отмеченных районах. — Сколько же мракоборцев вы отправили на это дело?.. — удивленно интересуется Малфой. — Всех, — внезапно подает голос Грейнджер. Она выглядит удрученной по какой-то причине. — То есть, все ваши люди в курсе, что меня похитили? — наступает очередь Гарри удивляться. Подобное открытие его заметно напрягает. Панси и Рон переглядываются между собой, и глава мракоборцев, тяжело вздохнув, расплывчато отвечает: — Уже не все. Только парочка самых доверенных. — Каким образом? — уточняет Драко. — А вот это дело Министерства, не ваше, — грубо заявляет Паркинсон. — Не нравится? Окей, справляйтесь своими силами в следующий раз. Это заставляет присутствующих членов Ордена прекратить расспросы на эту тему и молча сделать свои выводы. — Мне продолжать? Ладно, — кивает Рон. — На четвертый день я вышел на старика-торговца всякой мелочевкой на улице. Он видел тебя за полчаса до предполагаемого времени похищения. Даже в точности описал одежду, в которой ты был, и сказал, куда отправился. — Ого. Ничего себе везение, — хмыкает Гарри. — Везение, ну да… — рассеянно отзывается Уизли, стиснув пальцами переносицу. — Разведенное до жидкой консистенции. — Феликс Фелицис? — Я очень сильно хотел тебя найти. Так, о чем это я?.. Да, он подсказал направление. Но когда я и пара ребят пришли туда, то обнаружили лишь заброшенные развалины, хотя старик точно говорил о забегаловке. Мы вернулись к нему, чтобы уточнить детали, и угадайте, что нашли? — Рон вопросительно смотрит на Гарри с Драко. — Труп. Все выглядело, как естественная смерть. Но слабые остатки магии были. Правда, их оказалось недостаточно для выхода на нападавших. — Убрали свидетеля? — догадывается Нотт. Уизли коротко кивает. — Пришлось возвращаться к развалинам и тщательно обследовать их. Базовые поисковые заклинания ничего не дали, только обнаружили остаточные следы мощной иллюзии, которые, ну, вы понимаете, сами по себе шелуха. Тогда мы наложили на всю площадь здания и улицу формулу, чтобы отследить любую магию, которая создавалась последние несколько дней. Таким образом убедились, что была иллюзия, вместо развалин изображающая цельное здание. А после этого мы нашли и пару заклинаний аппарации в дополнение к оглушающим. Рон делает небольшую паузу, чтобы перевести дыхание. Панси тем временем шепотом что-то спрашивает у Гермионы и, дождавшись благосклонного кивка, уходит на кухню, чтобы принести ей стакан воды. — Ну, а дальше дело техники. Отправили людей на разведку, после провели операцию по захвату убежища. Всего двое Пожирателей и несколько егерей. Сопротивление было агрессивным. Захватить живым мы смогли только одного ублюдка с меткой и одного егеря, остальные же… Ну, мы не могли позволить им сбежать, — мрачно добавляет Уизли и опускает голову. Малфой с Поттером переглядываются, и последний, тускло улыбнувшись, кивает: — Я почти ничего не видел во время захвата, но было… весьма шумно. — Итак, подводя итоги. Гарри спасен, у нас в плену двое. Завтра начну их допрашивать. — Неплохой куш, — с легкой завистью присвистывает Нотт. — Полагаю, вы не станете делиться полученными от них данными? Рон неуверенно хмурится и косится в сторону Грейнджер, пока та молча пьет воду, не глядя ни на кого, даже на мужа. Вместо нее голос подает Паркинсон. — А что все это время делали наши холеные Фениксы? Что, неуместный вопрос? — вскидывает брови Панси, поймав на себе взгляд Уизли. — А почему нет? Мы им все карты на стол, так пускай тоже рассказывают. Давай, Нотт, колись, — гадко ухмыльнувшись, требует она. — Чем таким важным ты все это время занимался, когда пропал твой деловой партнер? Тео, как и ожидалось, не теряется совершенно и отвечает сдержанной улыбкой. — Я не против поделиться подробностями, но разве у нас есть время на это? Старина, ты как себя чувствуешь? — обращается он к Гарри. — Пока держишься? — Не беспокойся обо мне. Да и вряд ли я смогу выгнать вас с одной-то ногой, — подтрунивает Поттер. — Придется просить Драко при случае. — Мы не видели тебя несколько дней, а уже успели надоесть? — беззлобно хмыкает Уизли. — Я пиздецки рад тебя видеть, Рон, но слегка в бешенстве из-за всех этих штук на мне. Так что уж простите за раздражительность. — Тогда давайте перейдем к делу, — предлагает Нотт, осторожно похлопав Гарри по плечу. Паркинсон внезапно для всех в комнате смеется. Громко, зло и совершенно неуместно. — Изворотлив, как змея!.. — качает она головой, зыркнув в сторону Тео. Драко пристально наблюдает за реакцией Нотта. Основатель Ордена все так же сдержанно улыбается, не пытаясь избегать неприязненный взгляд Паркинсон, и крутит в руках пустую чашку. Никто не торопится вмешиваться. — Камроуз-авеню шестнадцать, — спокойной интонации Тео можно позавидовать. — Не стоит обвинять меня в бездействии. Я опоздал всего на час. До тебя мне еще далеко, дружище, — подмигивает он Рону. Малфой, досадливо поджав губы, отводит взгляд в сторону. Нотт и Уизли справились с задачей, которая Драко оказалась не по силам. Да, в отличие от этих парней, в распоряжении которых имеются огромные ресурсы (в том числе не маленькое количество подчиненных), Малфой мог положиться лишь на себя и свои навыки. Но он сам же загнал себя в ловушку, снарядив Поттера амулетами, которые помогали Национальному Герою не быть найденным Пожирателями в самый неподходящий момент (например, у него дома). — О, Мерлина ради, это даже не ответ!.. — негодует Паркинсон. — Интересны детали, Панс? Их не так много. Я обратился к гадателям. К сожалению, этот способ — не самый надежный, и потребовалось время, чтобы отработать все версии, — пожимает плечами Нотт. — А их было достаточно, в Ордене семеро довольно талантливых волшебников, владеющих навыками предсказания. — Гадатели?.. Ха!.. Ушам не верю… Это все, что ты смог придумать?! Ты?! — Паркинсон от переизбытка эмоций даже встает с подлокотника дивана. — Фактически это все, что мне осталось, — Тео, не взирая на бурную реакцию девушки, остается невозмутимым. — Вы сами обрезали мне большинство вариантов, разве нет? Я не мог устроить масштабные открытые поиски, потому что огласка была недопустима. Вариант с переписью населения вы любезно предоставили мне лишь на третий день, за что спасибо, но… чуть-чуть поздновато, — снисходительно хмыкает парень. — Устанавливать обширные поисковые чары Министерство запретило нам еще в прошлом году, о чем нам с тобой предстоит поговорить, Миона. И да… у меня нет и никогда не будет опции манипулирования сознанием подчиненных, так что и ресурсы мои ограничены, — разводит он руками. — Думаю, нам пора переходить к части Гарри… — пытается вмешаться Рон. — Нет. Ни черта не пора! Меня одну это бесит?! — восклицает Паркинсон. — Панси, давай не сейчас, а? — морщится Уизли. — Вы реально не видите, что эта мразь делает?! Скидывает всю ответственность на нас, хотя сам из себя ничего не представляет! Да все Фениксы ничего не стоят! — Закрой рот!.. — предупреждающе рычит Поттер. — Потому что говорю правду? — выгибает бровь Паркинсон. — Нет! Малфой, ты знаешь, скольких Пожирателей вы поймали за этот год? Не тех, что только называются таковыми, когда на деле они всего лишь неудачники-егеря или прочие шестерки, а настоящих, с меткой. А? Драко хмурится и вопросительно смотрит на Гарри, хотя тот настолько взвинчен, что едва способен давать пояснения. Нотт все также улыбается, а Рон растирает ладонями лицо, что-то неразборчиво бурча. — Пятерых! Убого мало, не так ли?.. — хмыкает Панси, упиваясь злорадством. — Именно мы делаем всю работу, а славу получают Фениксы! — «Всю работу»?! — Поттер кривится. — Не смеши меня! — Прекратите, мы все здесь выкладываемся, как можем, — изможденно стонет Рон. — Вот к чему сейчас эти разборки?.. — Гарри, брось, мы не должны ничего доказывать, — отмахивается Нотт. — Нет, хер там! Я не собираюсь выслушивать обвинения от этой стервы! — Обвинения?! Факты! — А можно без криков, а?.. Ребят, давайте просто немного успокоимся? — Рон прав. Давайте вспомним, что мы все на одной стороне и делаем общее дело… — предлагает Тео. — У меня с тобой не одна сторона, скользкий ублюдок! И очень сомневаюсь, что твои интересы в принципе сходятся с чьими-либо в этой гребаной комнате! — взмахнув руками, восклицает Панси. — В таком случае ты можешь валить из этой самой комнаты нахрен! — рявкает Гарри. Но ответа не следует. Ни единого звука. Драко, округлив глаза от удивления, касается пальцами рта и не может нащупать свои губы. Он резко поворачивает голову. Поттер уже таращится на него в ответ, прикрывая ладонью нижнюю половину лица. Рон, Панси и даже Тео тоже лишились возможности говорить. Все взгляды разом устремляются на Гермиону, что кладет палочку себе на колени. — Прошу прощения, — в голосе Министра Магии невозможно проследить хоть какую-то эмоцию. — Выбрать неофициальный формат для нашей встречи было моей ошибкой. Я позволила начаться балагану, введя вас в заблуждение. Ведь если мы не в стенах Министерства, то и сдерживать себя незачем, так? — риторически интересуется Грейнджер, скользнув взглядом по каждому из присутствующих. Даже Драко чувствует себя слегка пристыженным (хотя он и слова не сказал за последние десять минут), а об остальных и говорить нечего. Гермиона выглядит хрупкой, и всем хорошо известно, что она весьма посредственна в боевой магии, но стоит этой девушке стать серьезной в лице, как чутье начинает трубить тревогу, а на горле чувствуется железная хватка. — С этого момента я буду управлять ходом беседы, все несогласные могут выйти, — с подчеркнутой сдержанностью предлагает Грейнджер. — Нет, Гарри, мы с тобой останемся в любом случае, — с легкостью угадав мысли друга, категорично отрезает она. — Я, увы, ограничена временем, а ты — своим состоянием. Так что мы оба должны выложиться и закончить все поскорее. Согласен? Поттер, помедлив, с угрюмым видом кивает. — Отлично. Панси, присядь, пожалуйста, — Гермиона изящным взмахом палочки снимает с присутствующих заклятие. — Гарри, приступай. С самого начала, если не затруднит. Прикрыв на мгновение глаза, Поттер делает глубокий вдох и говорит: — Харви Кей. Так он представился. Сказал, что собирается написать историю о Снейпе и собирает информацию о нем. — Почему ты не согласовал это с нами? Ты сказал только Рону об этой встрече, — хмурится Грейнджер. — А почему я должен был что-то согласовывать? Это дела Министерства? Или Ордена? — голос Поттера дрожит от закипающей ярости. — Только мои. — Гарри. — Гермиона. Это была обыкновенная встреча, к тому моменту я еще даже не решил, собираюсь ли что-то рассказывать ему. Хотел для начала присмотреться. — Понятно. Дальше. — Я так понимаю, что этот Харви был одним из егерей, метки не было. Костлявый, русые волосы, шея как у гуся. — Там был похожий. Небольшой шрам на челюсти? — уточняет Рон, и Гарри кивает. — Егерь. Погиб при штурме. — Ясно. В общем, мы договорились встретиться на Масуэлл-Парк в небольшом пабе. Я решил не брать машину, чтобы избежать ненужных вопросов. Они хорошо замаскировали иллюзию, со стороны улицы я даже не заподозрил, что со зданием что-то не то, и вошел. Поттер кривится, и до конца не ясно — от боли или досады. Малфой поджимает губы и пододвигается к нему чуть ближе. — На мне было несколько защитных амулетов, но… под тем напором магии, с которой я столкнулся, едва переступив порог… — парень сокрушенно качает головой. — Я и минуты урвать не смог, меня тут же свалили и телепортировали куда-то. — Внутри были только Пожиратели? Никого больше? — Да. Они ждали лишь меня. Когда мы переместились, я попытался сопротивляться, но меня хорошенько отделали, — хмыкает Гарри. — Давно так не отхватывал. В глазах Гермионы мелькает горечь, но она моментально берет себя в руки и сухо командует: — Продолжай. — Ничего особенного дальше не было. Отобрали все вещи, связали и бросили в темницу. Пару раз пытались разговорить, но не думаю, что цель была в добыче информации. Они спрашивали о Министерстве и что мы выяснили о Пожирателях. Бесполезная хрень, по сути. — Ты сказал им что-то? — Миона, думаю, мы знаем ответ, — вздыхает Рон, улыбнувшись. — Это же Гарри. — Да, а это все еще Пожиратели, и они умеют добывать информацию, — вклинивается Панси. — Тихо, — приказывает им обоим Грейнджер. — Итак, Гарри? — Нет. Я ничего не сказал, — криво усмехнувшись, кое-как отвечает парень. В глазах его плещется раздражение. — Но тебя пытали. Послушай… — Гермиона подается вперед, заглядывая в глаза Поттера. — Мне жаль, что все это произошло с тобой, правда, мне искренне жаль и… — девушка с видимым трудом сглатывает. — Это не твоя вина. Нет. И если ты сказал что-то, случайно, возможно даже под империусом… Мы все решим, обязательно решим, но мы должны понимать, что… — Гермиона. Хватит. Из меня ничего не вытянули. А знаешь, почему? Я попытался откусить себе язык. Дважды. То, каким голосом это было сказано, с какой самодовольной ухмылкой и взглядом, полной угрюмой решительности… Хотя нет, смысл слов куда страшнее. Драко кажется, что он вот-вот вцепится в волосы Поттера и пригвоздит его голову к столу с такой силой, что на физиономии болвана места живого не останется. В комнате повисает тишина, уже в который раз за этот вечер, но без применения какой-либо магии. Гермиона, исказившись в лице так, словно ее пырнули в живот, отклоняется назад. Рон, издав странный звук, накрывает ладонью лицо. Панси лишь пренебрежительно фыркает, подперев кулаком острый подбородок. — У-ух, старина!.. — Нотт единственный, кого эта ситуация забавляет. — Ты себе не изменяешь! Заставил Пожирателей попотеть, а? — Хах… Да. Мразям пришлось исцелить меня дважды, а потом отключить, чтобы я себя не добил, пока они не видят, — с неприкрытым злорадством хмыкает Поттер. — Какого черта скалишься, идиота кусок?.. — холодно цедит Малфой, разгневанно сверкнув взглядом в его сторону. — Нашел повод для гордости? Откусить язык — верх гениальности, по-твоему? — Ну, там было понятно, что я нужен им живым, так что… — слегка растерявшись, оправдывается парень. — Заткнись! Ты не можешь раз за разом выкидывать только решку. — Но ведь они исцелили меня один раз, так что… — Так что второго раза могло и не случиться! — переходит на рык Драко. — И что бы тогда мы делали? Улыбка слетает с губ Гарри. Парень опускает голову и бурчит: — Прости. Не подумал. — Я, блять, так и понял. Малфой резко отворачивается: смотреть сейчас на Поттера невыносимо, сразу хочется что-то сломать. Панси, чей взгляд Драко случайно ловит на себе, загадочно ухмыляется, слегка прищурившись. — Я так не могу… — тем временем качает головой Грейнджер, растеряв все самообладание. — Гарри, сколько раз еще мне повторить, что ты не бессмертный?! Рональд, скажи что-нибудь! — Эм, например? — сквозь пальцы посмотрев на девушку, интересуется Уизли. — Спасибо Пожирателям, что не дали ему умереть? — Ладно, хватит давить на Гарри, — примирительно подняв ладони на уровне лица, просит Нотт. — Это уже в прошлом, и нам его не переписать. Давайте двигаться дальше. Сейчас гораздо важнее понять, почему они сами не убили тебя? Ради информации? — Сомневаюсь, — отзывается Рон. — Полагаю, вариант с выкупом тоже отпадает, — кивает Гермиона. — Вряд ли для них есть что-то ценнее твоей головы, Гарри. — Видимо… — Поттер неуверенно косится на Драко и, вздохнув, продолжает: — Крауч уже присвоил себе право на мое убийство. И едва ли другие Пожиратели собираются это оспорить. — Допустим, но тебя держали в плену почти неделю. И Крауч так и не явился за все это время? — Я его не видел, — качает головой Гарри. — Что могло его так сильно задержать? — удивляется Тео. Практически все, кроме Драко, не сговариваясь, смотрят на Уизли. Тот, озадаченно вскинув брови, прерывисто вздыхает, собираясь с мыслями. — Понятия не имею. Ни малейшего, правда… Простите. Планирую узнать завтра. — Ладно. Есть еще что добавить? — уточняет Грейнджер. Поттер отрицательно качает головой. — Хм. Хорошо, если позже вспомнишь новые детали, сообщи нам, пожалуйста, — девушка бросает взгляд на настенные часы и поднимается. — Думаю, на сегодня хватит. Гарри стоит отдохнуть. Рон медленно и с мычанием выползает из кресла, двигаясь как каракатица, выброшенная на берег. Поочередно пожимает руки каждому из присутствующих парней, желает Поттеру скорейшего выздоровления и аппарирует. — Я напишу на днях, — говорит Нотт, похлопав Гарри по плечу. — Сообщи, если что-то потребуется. И будет по щелчку, — подмигивает он. — Увидимся, Драко. Тео исчезает следом, кивнув на прощание девушкам. — Favori, куда мы сейчас? — тихо, словно резкие звуки могут разбить Грейнджер на осколки, спрашивает Паркинсон. — В Министерство. Иди первой, я догоню, ладно? — Гермиона вяло улыбается. Второй раз за бесконечно длинный вечер. — Хорошо… Я скоро. Панси кивает и подбирает оставленную на спинке дивана мантию-невидимку. Даже не взглянув на присутствующих, она аппарирует. Гарри недовольно цокает и ворчит: «Слава Мерлину». — Так, — Гермиона подходит к Поттеру, окидывая его внимательным взглядом. — Сейчас твоя нелюбимая часть. Я поговорила с колдомедиками о твоих ранениях. Все не так уж и плохо, но потребуется уход. Регулярное употребление зелий, обработка ушибов мазями, перевязка и… — девушка на секунду поджимает губы, — кому-то придется накладывать исцеляющие заклинания, чтобы ускорить восстановление переломов. С первым справится Дадли, полагаю, а с последней частью помогу я. Буду приходить дважды в день, чтобы… — Миона. Не заморачивайся. Я в надежных руках. Ты же присмотришь за мной? — спрашивает Гарри, бросив на Драко взгляд, полный надежды. Малфой немного теряется: он не сразу понимает, почему для этого нельзя пригласить колдомедика. Ответ довольно прост и находится быстро — лучше не распространяться о текущем состоянии Национального Героя. Присматривать за Поттером… Менять ему повязки, накладывать мази и быть рядом. Драко неимоверно зол из-за убийственной беспечности болвана в очках и с большим удовольствием добил бы его, а не лечил. Но приглядывать за Гарри лучше, чем переживать из-за него на другом конце города. — Да, — наконец кивает Малфой. — Можешь на меня положиться. Я неплох в уходе за травмами, — обращается он к Грейнджер. — Особенно по части переломов, — хмыкает парень. Гермиона некоторое время сомневается, переводя задумчивый взгляд с Поттера на Драко. — Хорошо. Я отправлю свиток с рекомендациями по уходу в течение часа. Выздоравливай, Гарри, — нежно улыбается она, коснувшись щеки друга. — Я искренне рада, что ты снова с нами. — Спасибо, — отвечает полуулыбкой Поттер. — Иди. Мы справимся.

***

Драко не планировал оставаться в доме Гарри больше, чем на одни сутки. Да и зачем? Ранения оказались не настолько серьезными, чтобы каждые полчаса проверять наличие пульса у Национального Героя, а магические формулы для восстановления костей Малфой должен колдовать всего дважды в день. Следовательно, смысла оставаться на временное проживание под крышей Гарри не было никакого. Но по итогу этот самый «смысл» находился каждый чертов раз на протяжении двенадцати дней, но обо всем по порядку. Первый день выдался самым тяжелым для всех без исключения. Во-первых, было решено временно переселить Поттера в гостиную, так как передвижение на костылях — то еще удовольствие само по себе, а обделенный от рождения терпением Гарри моментально пришел в ярость, осознав, что добираться до какой-либо комнаты теперь придется вдвое (а то и втрое) дольше, чем обычно. К костылям, к слову, предстояло привыкать не только Поттеру, но и Драко, которому пришлось либо помогать перемещаться больному в пространстве, либо удерживать его в статичном положении и яро доказывать, что сходить за стаканом воды вместо Гарри запросто может кто-то другой. Этот болван и усидчивость совершенно не совместимы. Во-вторых, сам процесс лечения оказался невероятно мудреным. Свиток с инструкцией, отправленной Гермионой, был настолько длинным, что с легкостью мог достать сразу до двух противоположных сторон стола. С заклинанием Драко справился за пять минут (хотя на изучение формулы потратил вдвое больше), а перевязку и смену компрессов (менять которые нужно трижды в день) оставил на Дадли, наблюдая со стороны за процессом. Это было настоящей катастрофой. Неуклюжее чудовище потратило полчаса только на то, чтобы закрепить на зачарованном колдомедиками компрессе пластыри для фиксации, да еще так криво, что было больно смотреть. Драко, не выдержав, прогнал расстроенного Дурсля в спальню (чтобы не видеть его какое-то время) и приступил к делу сам. — Ладно, вроде готово, — кивнул Малфой, придирчиво рассматривая резко пахнущую овальную повязку у себя в руках. — Снимай очки. — Что это за кольцо у тебя на среднем пальце? — спросил Гарри, когда Драко осторожно снял с его лица компресс, небрежно отбросив тот на пол. — Не отвлекай меня. — Да-да, прости, — парень на какое-то время примолк, но не перестал таращиться. — Нет, ну правда. Все твои украшения без камней, а это прям выделяется. Оно что-то значит? — Угу. Закрой глаза, — приказал Малфой и наклонился над лицом Поттера, пытаясь аккуратно разместить повязку. — И что же? — Проводник через защиту твоего дома. Можешь не дергаться? — слегка рассердившись, проворчал Драко. — Та-ак… Отлично, — удовлетворенно кивнул он, приглаживая липкий пластырь к виску. Здоровый глаз Гарри распахнулся, неверяще уставившись на Малфоя. — Там что… моя кровь? — Ну да. Так, что у нас дальше по плану?.. — Драко, прищурившись, сверился со списком, парящим около себя. — Хм-м… пожалуй, начнем с гематом. Понять бы еще, какая из этих мазей — нужная… — бубнил под нос он, покосившись на десятки склянок на журнальном столе. — Боже… Ты сделал кольцо с моей кровью… — Да. Это практично. — Кольцо. С моей кровью, — Поттер говорил уже больше с собой, чем с Драко. — Вау… Малфой недовольно скривился — бессмысленная болтовня Гарри отвлекала от дела. — Да что не так-то?! — воскликнул он, укоризненно посмотрев на парня. — Есть претензии к украшениям? Мне нужно было таскаться с той дурацкой банкой? Поттер, прыснув от смеха, взмахнул уцелевшей рукой, показывая, что больше вопросов у него не осталось. Непонятная Малфою тема на этом была закрыта и больше не поднималась. Обработка гематом и последующая перевязка — это то, о чем Драко с радостью забыл бы на всю оставшуюся жизнь. У Гарри, безусловно, невероятно красивое тело, но вид кровоподтеков, ссадин и прочих следов от избиения угнетал и порождал горькое чувство сожаления где-то внутри. Помимо всего этого Поттер должен был принимать различные укрепляющие, обезболивающие и исцеляющие зелья чуть ли не раз в пару часов. Одно было хорошо: из-за обилия различных лекарств, принятых за раз, Гарри провалился в беспробудный сон моментально. Малфой понаблюдал за ним час для верности и отправился к себе в лавку. Наконец-то. У Драко действительно были планы. В торговом зале нужно было прибрать бардак, организованный парнем во время поисков Поттера, проверить запасы амулетов перед открытием лавки, а также разобраться с просроченными заказами для клиентов. А позже распланировать свой график так, чтобы навещать Гарри несколько раз в день для наложения чар. Малфою казалось, что он невероятно желает поскорее вернуться к своим привычным делам. Но, едва переступив порог лавки, все, о чем он мог думать — это о болване с костылями, который совершенно не умеет себя щадить, а также о его бесполезном кузене, напортачившим с самым простым заданием. В голове то и дело всплывали картинки, где Поттер, решив размяться, ломает себе еще какую-нибудь конечность. Или перебарщивает с дозировкой обезболивающего. Либо Дадли неправильно перебинтовывает кузена, и ушибы последнего становятся еще плачевнее. Тревожный разум Малфоя умудрился сгенерировать минимум десять трагических концовок всего за жалкие пару минут. В итоге, взбесившись уже на этапе фантазий, Драко грязно выругался и потратил пару часов на то, чтобы доделать, упаковать и отправить заказы клиентам (а некоторым написать извинительные письма и вернуть предоплату). После быстро собрал пару вещей, повесил на двери лавки табличку «Закрыто» и отправился к Поттеру. Гарри к тому моменту уже проснулся и читал какую-то книгу. — Послушай, Драко… — увидев парня, Поттер неуверенно улыбнулся. — Я тут немного подумал… Может, тебе стоит остаться у меня? Всего на пару дней, сам же видел, Дадли не очень хорош в этом. — Да, — Малфой, небрежно бросив сумку на пол, опустился в кресло. — Я тоже так рассудил. — Правда?.. Оу. Отлично, — улыбка Гарри стала гораздо ярче. — Можешь ночевать в моей спальне, если хочешь. Все равно пустует. — Сойдет и соседний диван. Есть новости от Уизли? Относительно допроса пленных. Поттер поморщился и непроизвольно коснулся края повязки на лице. — Письмо от Мионы пришло около часа назад. Никаких деталей они узнать не смогли. Есть подозрения, что Пожирателям хорошенько подчистили мозги перед моим похищением, так что они и сами не помнят, зачем все это было и что они планировали делать со мной дальше. — И мы этому поверим? — Поверим или нет — какая разница? Проглотить все равно придется, — с мрачным видом ответил Гарри. — Поужинаем? Зверски хочу есть. На следующий день Дадли, отчаянно желая быть полезным хоть чем-то, регулярно предлагал помощь. Он рискнул влезть в процесс перебинтовки (и был прогнан Поттером). После попробовал свои силы в готовке (по итогу сам же и объявил, что получилось отвратительно), а часом позже был высмеян Малфоем за жалкую попытку довести Гарри до уборной (Дурсль хоть и выглядит массивно, но физической силой не отличается, а Поттер — то еще строптивое животное, когда раздражен). К вечеру Дадли был откровенно подавлен. — Я просто отвратительная сиделка, — ныл парень, с понурым видом наливая сливки в свой кофе. Гарри, приняв очередную порцию лекарств, уже крепко спал в гостиной. Воспользовавшись этим, Драко отправился прибраться на кухне после ужина (других дел у него особо не было), а Дурсль увязался следом. — Подтверждаю, — отозвался Малфой, магией расставляя помытую посуду по полкам. — Но ведь должно быть что-то, с чем я могу справиться, ведь так? Может, покупки? — Не знаю. Почему бы тебе просто не оставить заботу о Поттере на меня? — слегка поморщившись, спросил Драко. — Иногда лучший способ помочь — это не мешать, знаешь ли. И после этих слов он скривился еще больше, вспомнив, что и сам не так давно был в позиции «сиди тихо и не лезь в дела взрослых». — Да, но это как-то… странно, понимаешь? Мы ведь с Гарри семья, а ты… А почему, кстати, ты все это делаешь? Малфой непроизвольно бросил взгляд на спящего Поттера и задумчиво нахмурился. — Разве о друзьях не принято заботиться? — Ну, да, пожалуй. Но ты уверен, что тебя это не затруднит? По правде говоря… Когда-то давно Нотт сказал: «В болезни Гарри хуже капризного ребенка». И действительно, поведением Поттер большую часть времени (даже будучи здоровым и невредимым) напоминал трудного подростка. Но заботиться о нем было даже приятно. Драко чувствовал, что делает нечто важное и в какой-то мере искупает бесполезность, которой отличился во время поисков Гарри. — Да. Все в порядке. Со следующего дня Дадли вернулся на работу. Он уходил рано утром и приходил обратно поздним вечером, лишь изредка пересекаясь с парнями в гостиной (где оба плотно обосновались, проводя там день и ночь). К превеликому облегчению Драко, Дурсль больше не пытался как-либо помочь. Лечение заклинаниями предполагалось в течение первых трех дней, как и смена компрессов. После этого требовался лишь регулярный прием зелий, с которыми Гарри мог справиться сам. Однако все еще оставался гипс, снять который можно было только через пять дней, а Поттер еще толком не успел привыкнуть к костылям. Этим поводом Гарри и воспользовался, чтобы попросить Драко остаться на четвертый день. В конце концов, магия Малфоя решала большинство щекотливых вопросов. Например, переодевание или ванные процедуры (Драко напрочь отказался водить Поттера в душевую и мокнуть там с ним, поэтому пользовался заклинаниями). Так что в ответ на предложение остаться Малфой лишь что-то проворчал и пошел кормить Корвуса, который уже успел отыскать своего хозяина. На пятый день Драко заявил, что Гарри абсолютно бездарен в обращении с костылями, и отправился за продуктами. До вечера парни вместе читали книгу, отвратительный сюжет которой спасали лишь шутки Поттера и язвительные комментарии Малфоя. Следующим утром оба посчитали, что все-таки должны узнать концовку дурацкой истории, или время было потрачено зря. Гарри (уже с легкостью перемещаясь по комнате) включил музыку для фона. Драко по его просьбе открыл вино. На седьмой день Поттер даже не стал спрашивать, а Малфой — дожидаться очередной просьбы или предлога. Все произошло… само. Так естественно, без каких-либо проблем и дополнительных договоренностей. Полторы недели пролетели незаметно и практически без тревог. В небольшом уютном мирке, рассчитанным лишь на двоих. Без поиска врагов (как уже известных, так и неведомых) и пугающего отсчета дней до конца. Наполненного шутливыми перепалками, музыкой, чтением книг и газет допоздна, домашней едой, свежесваренным кофе, а изредка и вином. Насквозь пропахшего лекарствами, мазями Гарри и терпким одеколоном Дадли по утрам. Простой и понятный мир, лишенный волнений. Ну, практически лишенный. …Глубокое, ритмичное дыхание. Растрепанные кудри, слегка покрасневшие скулы. Обнаженная, влажная кожа, блестящая под прямыми солнечными лучами, пробивающихся сквозь шторы. До предела напряженные руки и пресс. Слегка сжатые ягодицы, что отлично просматриваются даже сквозь свободные шорты. Уверенные, полные неповторимой грации и силы движения вверх-вниз. Драко, следуя инструкциям, снял с Поттера гипс всего три дня назад. И последний, не теряя и секунды, приступил к домашним тренировкам, чтобы, как он сам выразился, «быстрее вернуть былую форму». В данный момент этот ублюдок делает уже третий подход в отжиманиях. А у Малфоя отличный обзор на это сексуальное непотребство с кухни. Каждый контур напряженного тела Гарри можно рассмотреть без какого-либо труда. Пиздецки подмывает закурить. Прямо тут, около миски, где зачарованная ложка замешивает заправку для салата. Поттер принимает сидячее положение и со сладким стоном тянется вверх. Малфой поддевает пальцами воротник водолазки и дергает тот в сторону, но дышать от этого легче не становится. «Сукин ты сын». В голове роится сотня назойливых мыслей — одна развратнее другой. Хочется куда-нибудь себя деть. А еще что-нибудь сделать с Гарри. Поиметь или прибить: разберись еще, что желаннее. Вот чем Поттеру помешала треклятая футболка?! Начерта каждый раз ее снимать-то?! Это что, какая-то начальная стадия эксгибиционизма? Гарри, перенеся вес на отставленные назад руки, выгибается в спине и поворачивает голову, взглядом находя Малфоя. После задорно улыбается от уха до уха и спрашивает: — Уверен, что не хочешь присоединиться? Я мог бы тебя потренировать. Воспаленное сознание Драко категорически неправильно расслышало последние пару слов. Душ бы сейчас пришелся весьма кстати. Да. Срочно забраться туда и вылить на себя пару литров ледяной воды. Возможно, там же и утопиться, что почти невыполнимо технически, но при должном желании… Проклятье. Проклятье. Проклятье. Во время перевязок у Драко не возникало ни единой мысли сексуального характера: вид повреждений на теле Поттера придавливал многотонным грузом сожаления, и было как-то не до фантазий. Но сейчас, когда Гарри практически полностью восстановился и принялся за свои тренировки (гори он в аду), Малфой готов кусать локти. Стоит олуху снять футболку — и каждый чертов нерв в Драко моментально реагирует, словно по телу пропустили заряд. Температура, учащенное сердцебиение, затрудненное дыхание — гребаная лихорадка, не иначе. Малфою срочно нужно с кем-то переспать. Выпустить пар. Кажется, затянувшееся воздержание потихоньку сводит его с ума. Потому что вот такая реакция на Поттера никуда не годится. — Драко?.. Ты чего застыл? — Кхм… Прикидываю, как скоро твое тело пошлет тебя нахрен с такими нагрузками. «Мое, знаешь ли, меня уже послало. Во имя Мерлина, оденься!» — мысленно вопит Драко, оставаясь при этом бесстрастным в лице. — С чего бы ему меня посылать? — искренне удивляется Гарри тем временем. Он отрывает правую руку от пола и наклоняется влево, растягиваясь. — Это даже не половина от моей обычной нагрузки. — Мы едва сняли с тебя гипс, — ворчит Драко и наконец-то заставляет себя отвернуться. — Дай телу хоть немного восстановиться. — Если мое тело в состоянии двигаться, значит, оно будет двигаться, — хмыкает Гарри, поднимаясь. — Жалость выздоровлению не способствует. Камню проще что-либо доказать, чем Поттеру. Малфой передразнивает парня и взмахивает палочкой. Ножи, что до этого шинковали овощи, плавно опускаются на столешницу. — Ага, значит, вот как, умник?.. В таком случае объясни мне, тупому, почему готовкой занимаюсь я, если ты достаточно окреп? — Потому что у тебя есть палочка, которой ты так обожаешь пользоваться. В голове Драко непроизвольно генерируется пошлая шутка про палки и их применение. И парень тут же отвешивает себе мысленный подзатыльник. Ха, да он точно деградирует и превращается в похотливого подростка. Дожили! — О-о… — нервно усмехнувшись, подает голос Малфой. — Дай угадаю — ты любезно предоставил мне возможность пустить ее в ход? Как великодушно! Не подавать виду. Держать себя в руках. Тихо. Спокойно. Ничего из ряда вон не происходит, Драко не раз видел обнаженных парней. Гарри, подобрав очки со стола, надевает те. После поднимается и, прихватив по пути футболку, заходит на кухню, останавливаясь в паре шагов от Драко. Одеваться очкастый болван не планирует, одежда ему потребовалась лишь для того, чтобы промокнуть на груди тонкий слой пота. Чудесно. — Ну, теперь я освободился и могу помочь, — улыбается Поттер. — Вали в душ. От тебя несет. — Врешь же. У меня отличный дезодорант. Так чем помочь? Гарри прижимается к спине Драко, чтобы заглянуть ему за плечо и посмотреть, что происходит на столе. Прикосновение горячего тела срабатывает катализатором, заставляя кровь внутри Малфоя закипеть. От ушей до кончиков пальцев ног прокатывается волна жара, и из парня вырывается судорожный вздох. Невероятно громкий и вполне себе красноречивый. Паршиво. — Что это было? — голос Поттера насквозь пропитан медом, мерзавец отлично понял, что именно произошло, и теперь издевается. — Задохнулся от смрада, — ядовито отвечает Драко, мысленно проклиная себя за все, что только можно. Надо бы выбираться, но он какого-то дьявола врос в пол и не двигается. — Да?.. И снова ложь, — звучит за спиной дерзкая усмешка. — У тебя руки в мурашках. Пальцы Гарри касаются запястья Малфоя и нарочито медленно скользят вверх по предплечью, доходя до края подвернутого рукава водолазки. Драко, опустив голову, на пару секунд прикрывает глаза, мысленно подбирая самые грязные ругательства из тех, что помнит. Собственное тело уходит в глубокий протест, когда Малфой умоляет его отойти подальше от Поттера. Зато беспрекословно подчиняется Гарри, когда тот напирает сзади и вынуждает животом прижаться к краю столешницы. — Возможно, мне стоило предложить тебе немного другие… тренировки? — шепчет в самое ухо Поттер. О, гад невероятно доволен собой. Малфой поворачивает голову вбок, ловя томный взгляд Гарри. Непроизвольно косится на приоткрытые губы и чувствует, как голова начинает кружиться от накатившего возбуждения. — Поттер… Если продолжишь в том же духе, тебя когда-нибудь отымеют, — изображает усмешку парень, но, кажется, голос выдает его с потрохами. «Лично я уже на грани». Гарри всего лишь играется с ним, проверяет, может ли заинтересовать и быть желанным, а Малфой позорно проигрывает. Знает, что его дурачат, и все равно ведется, как подросток без какого-либо опыта. — Ну… мы здесь только вдвоем, и у нас полно свободного времени, так что… мы могли бы попробовать. Рука Поттера обхватывает грудь Драко, слегка сжимая пальцы на ребрах. И Малфой презирает себя за невольно проскользнувшую мысль о том, что лучше бы эта самая рука оказалась сильно ниже и по центру. — Пф. Прошу тебя, — нервно фыркает он. — Ты не гей, и даже не бисексуал. Дразнящая ухмылка Гарри — это… блять, нечто. Против такого подлого приема не существует защиты. Не будь Малфой зажат в тиски, то пожалуй бы уже начал раздеваться. — Как бы да, но… с тобой рядом — еще какой гей. — Я польщен. А может, к черту все? Раз Поттер сам напрашивается, то и Драко может позволить себе какую-нибудь глупость. Например, урвать поцелуй, желательно поразвязней, несколько лет уже чужих губ не касался. Возможно, бахвальства Гарри даже хватит на то, чтобы зайти дальше — этот полоумный любит бросать себе вызовы. Должно быть даже занимательно: трахать Поттера и наблюдать, как его потребность доказать что-то сражается и берет вверх над сексуальными предпочтениями. Драко даже ответственность нести не нужно будет — Гарри был инициатором, ему же и страдать. Правда, ни о каком продолжении дружбы и речи нет. Едва ли Поттер сможет нормально общаться с Малфоем, не испытывая при этом чувства сожаления, а то и хуже — омерзения. Еще шарахаться начнет, избегая всеми силами, а ведь им обоим необходимо сосуществовать вместе минимум год. И вот так слабенький росток надежды размазывается в кашу под весом глыбы рационализма. Малфой, досадливо скривившись, снимает с себя руку Поттера и отталкивает парня в сторону. — Пошутили и хватит. В душ, — повелительно взмахивает Драко ладонью, стараясь лишний раз не смотреть на Гарри. — Я здесь уже заканчиваю. Поттер какое-то время медлит, а после, разочарованно цокнув и запрокинув голову, плетется вон из кухни. …За обедом Гарри ведет себя совершенно обычно: болтает без остановки и достает глупыми расспросами о всякой ерунде. Драко же кусок в горло не лезет, но парень всеми силами изображает непринужденность. По какой-то причине все вокруг бесит и страстно хочется что-нибудь сломать. Когда с едой было покончено, Малфой отправляется в душ. Острой необходимости в этом нет, но дико хочется побыть наедине. Разобраться. Привести чувства в порядок. Холодная вода помогает немного остыть, но не способствует пониманию происходящего. Да что с ним творится? Это злость? Разочарование? Возможно, что-то другое? Ноль ответов. Драко проводит в душе сорок минут, не меньше. А когда выходит, Гарри, приняв дневную порцию зелий, мирно сопит на диване, сложив руки под головой. Уже привычная картина, но на этот раз есть новая деталь. На груди Поттера нагло улегся Корвус, которого сам же Гарри и впустил внутрь дома погреться. Встав около дивана, Драко с легким удивлением рассматривает птицу, никогда не отличавшуюся особой любвеобильностью. — Что ты такое? — выгнув бровь, шепотом интересуется Малфой. — Кошка? Корвус приоткрывает один глаз (потому что, видимо, оба — это слишком большая роскошь, которой Драко не достоин) и невозмутимо таращится на хозяина некоторое время. Малфой недовольно щурится. — Так и знай, что Поттер — это паршивый выбор, — шипит он. — У тебя никакого вкуса!.. Ворон икает, но Малфой готов поклясться, что эта дрянная птица открыто над ним потешается! Закатив глаза, парень отходит прочь, но почти сразу же возвращается. — И, к твоему сведению… — Драко присаживается на корточки и тычет пальцем в голову Корвуса. — На моей груди тоже удобно, глупая ты птица!.. Гарри, который должен был спать, внезапно начинает хихикать, из-за чего Малфой подпрыгивает на месте. — Господи, Драко… — Поттер трясется от смеха, прикрывая рот кулаком. — Да ложись ты уже рядом!.. Лицо мгновенно заливает краской. Малфой, проворчав «обойдусь», усаживается в кресло и хватает первую попавшуюся газету. Он тщетно пытается сосредоточиться на чтении, но в голову то и дело лезут назойливые мысли о чертовом Гарри и том, насколько удобно спать у него на груди. Для птицы, естественно, речь исключительно об удобстве птицы. Поттер очень скоро снова засыпает. Его мерное дыхание убаюкивает, и очень быстро Драко и сам проваливается в дрему. Будит парней резкий звук, раздавшийся в коридоре. Никто из них еще даже не успел толком продрать глаза, как в гостиную заходит Тео. — Проснитесь и пойте, предатели! — звонко хлопает ладонями он. Малфой, недовольно поморщившись, ерзает в кресле и трет веки. Гарри, замычав, неохотно принимает сидячее положение, сгоняя с себя Корвуса. — Нотт, какого черта?.. — хриплым спросонья голосом интересуется Драко. — Это я у вас должен спрашивать! — Тео оглядывается по сторонам, оценивая обстановку. — Ты почему проигнорировал мои письма, м? — обращается он к Гарри. — Какие письма?.. — удивленно уточняет Малфой. Поттер его вопрос наглым образом игнорирует, не сводя взгляда с Тео. — Планировал сделать это вечером. — Я написал еще вчера! Гарри с идиотской ухмылочкой пожимает плечами, из-за чего Нотт неодобрительно качает головой. — Слушайте, я привык выкладываться на полную. Никаких вопросов, Тедди все решит!.. — Он говорит о себе в третьем лице?.. — шепотом спрашивает Драко, переглянувшись с Поттером. Тот, поджав губы, кивает. — Но ключевое здесь «на все сто», не на сто пятьдесят или двести. Нет. Не согласен, я слишком себя ценю. Так что ты, — Нотт указывает на Гарри, — хватит придуриваться слабым и больным, я знаю тебя сто лет. Ты в норме вот уже несколько дней! — с легким осуждением восклицает парень. — А ты, — палец перемещается на Малфоя, — не подыгрывай ему. Подпевала. — Да как ты смеешь… — Заперлись тут, как старые супруги, — причитает Тео, покосившись на журнальный стол, заставленный склянками и стопками книг. — И я правда не хочу прерывать ваш отпуск, но, Гарри, у тебя полно работы. Малфой хмурится, ощущая себя последним идиотом. Они с Поттером действительно забылись: Гарри давно пришел в себя и больше не нуждается в присмотре. Более того, у них накопилось множество дел, которыми стоит заняться, но оба предпочли закрыть глаза. Бестолочи. Поттер, к слову, не выглядит пристыженным совершенно. Лишь немного рассерженным. — А что, ваша перепись населения уже закончилась? — хмыкает он. — Старина… — вздыхает Тео. — Я без тебя со всем не справлюсь. Пора возвращаться в строй, понимаешь? Думаю, и Драко хочет поскорее попасть в лавку. Ведь так? Сразу две пары глаз буравят Малфоя, требуя ответа. Парень, сомневаясь всего пару секунд, коротко кивает. Нотт, обрадовавшись поддержке, улыбается, а вот Поттер, нахмурившись, резко отводит взгляд. — Ребят, вот реально, все понимаю. Хочется отдыха, спокойствия и все такое, но… все это слегка странно выглядит со стороны, знаете? Люди… всякое, в общем, могут подумать. И речь не только о твоем долгом отсутствии, чувак. — Тео, не сгущай краски, окей? — скривившись, просит Поттер. — Тем более все, что происходит в этом доме, не касается никого, кроме присутствующих. Драко слушает вполуха. Скрестив руки на груди, он таращится куда-то в сторону, искренне желая, чтобы данный диалог поскорее закончился. — Согласен, но все же… — Нотт запинается и выдавливает улыбку. — Ладно. Парни, ну почему такие кислые лица? Да бросьте, ничего страшного не происходит! Наоборот! Ты быстро встал на ноги, это повод для радости. Малфой не испытывает ни малейшего прилива счастья. Как и Поттер, если судить по его унылой физиономии. Хотя Тео говорит абсолютно верные вещи. — Ничего, все будет. Впереди еще вечеринка дома у Мионы и Рона, оторвемся там и все такое… — Нотт присаживается около Гарри и приобнимает его. — Какая еще вечеринка? — без интереса отзывается Поттер. — Так ты даже не читал писем, да? Класс, друг называется, — обиженно ворчит Тео. — Мы с Мионой договорились провести небольшую домашнюю вечеринку в честь твоего выздоровления. Только для тех, кто в курсе, что ты лечился, естественно. Драко, старина, ты придешь? У Малфоя никакого желания что-либо праздновать. Да и в принципе кого-либо видеть в ближайшее время. И без того отвлекся достаточно. — Это обязательно? — устало вздохнув, уточняет он. — Драко не большой любитель тусовок, ты же знаешь, — хмыкает Гарри, опустив голову и рассматривая свои пальцы. Голос парня кажется упавшим. — Да-да, помню, но… — Тео наклоняется и ловит взгляд Малфоя, — ничего особо шумного не будет, честно. Ну, ты хотя подумай об этом, хорошо? Драко в очередной раз кивает, и это последнее его участие в разговоре. Нотт еще какое-то время обсуждает с Гарри ближайшие планы, после чего покидает дом. Малфой и Поттер же не разговаривают следующий час, пока Драко собирает вещи, лишь ловят задумчивые и слегка растерянные взгляды друг друга. — Спасибо, что присмотрел за мной, — растирая шею, говорит Гарри, когда Малфой собирается покинуть дом. — Пожалуйста. Что ж… Еще увидимся? — Драко неуверенно переминается, держа в руках сумку. Поттер реагирует странно: он явно собирается что-то ответить, бросив тоскливый взгляд на друга. Но после лишь изображает улыбку. На этом их скомканное прощание заканчивается, и Драко аппарирует домой с чувством тяжелого груза в груди. Лавка выглядит так же, какой ее Малфой не так давно оставил. И все же внутри все ощущается как-то странно. Чуждо. Парень, зайдя внутрь, с легкой растерянностью оглядывается по сторонам. За две недели отсутствия мебель успела покрыться едва заметным слоем пыли, а воздух застояться. На столешнице остатки упаковочной бумаги для заказов, а на полу царит настоящий бардак — парень не успел что-нибудь сделать с ним в последний свой визит. На уборку уйдет какое-то время. А после нужно будет подготовить все перед возобновлением торговли. Да, впереди предстоит много работы, очень много. Но проблема даже не в этом. А в лавке всегда было настолько пусто?.. Драко, сокрушенно вздохнув, неохотно стягивает с себя мантию. 403 дня до трагедии.