Замок на вратах Ада

Сотрудник в сером комбинезоне – он не представился, да я и не ждал – молча указал нам на открывшиеся двери лифта. Кабина была большой, промышленной, стены обиты толстым, серым, слегка пористым материалом, который глушил все звуки снаружи и даже, казалось, делал наши собственные голоса плоскими и неживыми. Никаких окон. Лишь тусклая панель освещения на потолке и зловещий дисплей над дверью, показывающий текущую глубину: 0000 M. Мы вошли внутрь. Геннигал, Морроу и я. Сотрудник остался снаружи, нажав кнопку на стене. Двери закрылись с глухим шипением, отрезая нас от последнего островка чего-то хотя бы отдаленно понятного. Лифт дрогнул и начал спуск. На дисплее побежали цифры: 0050 M, 0100 M, 0150 M… Равномерный, низкий гул наполнял кабину. Пол под ногами едва заметно вибрировал. Воздух стал ощутимо холоднее, с привкусом машинного масла и рециркуляции. Не было ощущения скорости, только монотонное погружение вглубь земли. Мы молчали. Что тут скажешь? Перебрасываться банальностями? Пытаться шутить? Атмосфера не располагала. Морроу снова нервно заерзал, достал из кармана пачку сигарет, но тут же убрал обратно, вспомнив, видимо, где находится. Геннигал стоял неподвижно, сложив руки на груди, глаза за стеклами очков были устремлены на дисплей с цифрами глубины. Его лицо было непроницаемым, но я заметил белую полоску кожи на его шее над воротником рубашки – он явно нервничал не меньше нашего. Я сам чувствовал, как напряжение сдавливает грудь, мешает дышать. Пять километров… Зачем строить что-то на такой глубине? 1000 M. Тысяча метров. Километр под пустыней. Гул лифта стал чуть ниже, глуше. 2000 M. 3000 M. Морроу тихо выругался себе под нос. Геннигал бросил на него быстрый предостерегающий взгляд. Цифры менялись с гипнотической монотонностью. Гул лифта не менялся. Иногда кабина слегка вибрировала, проходя, видимо, через слои разной плотности. Каждый метр погружения ощущался как еще один виток удавки на шее. Мы спускались все дальше от солнца, от воздуха, от нормальной жизни. 4000 M. Морроу не выдержал. – Да черт возьми, куда мы едем?! Сколько можно?! – Его голос сорвался на нервный вскрик, гулко отразившийся от стен кабины. Геннигал обернулся к нему. – Держите себя в руках, молодой человек, – сказал он тихо, но твердо. – Паника нам не поможет. Где бы мы ни были, нам понадобятся ясные головы. Морроу сглотнул, замолчал, но продолжал беспокойно оглядываться, словно стены лифта сейчас сомкнутся. 5000 M. Пять километров. Лифт плавно замедлил ход. Дисплей остановился. Гул стих, сменившись тишиной, которая показалась еще более гнетущей. Мягкий толчок. Мы прибыли. Двери открылись. За ними был коридор. Не такой, как наверху. Стены были из гладкого, темного металла, без единого стыка. Под решетчатым металлическим полом что-то тихо гудело и щелкало. Освещение шло от светящихся полос, встроенных вдоль стыка стен и потолка, давая ровный, холодный, голубоватый свет. На стенах через равные промежутки виднелись объективы камер и какие-то датчики, похожие на небольшие диски. Воздух был неподвижным, стерильным, с сильным запахом озона, перебивающим всё остальное. Нас ждали. Двое. Одеты в такие же серые, облегающие комбинезоны, как и тот, что проводил нас к лифту. Лица скрыты шлемами с темными, зеркальными забралами. В руках – нечто вроде коротких карабинов футуристического вида. Они не сказали ни слова, лишь молча указали направление движения. Мы пошли по коридору. Наши шаги гулко отдавались эхом, создавая иллюзию, что за нами идет кто-то еще. Коридор изгибался, словно мы шли по внутреннему радиусу чего-то огромного. Датчики на стенах мигали при нашем приближении. Никаких дверей, никаких ответвлений. Только этот бесконечный, стерильный, изгибающийся туннель. Мы прошли через несколько арок, оборудованных сканерами, которые тихо жужжали, просвечивая нас. Ощущение сюрреалистичности, ирреальности происходящего не покидало. Наконец, коридор привел нас к еще одной массивной двери, такой же темной и гладкой, как стены. Она бесшумно отъехала в сторону. За ней было помещение, не похожее на коридор. Это был небольшой зал управления или пост контроля. Несколько консолей с мерцающими экранами (старые ЭЛТ-мониторы?), ряды тумблеров и индикаторов. На одной стене – огромная схема, похожая на план здания, но линии были странными, изгибающимися, неевклидовыми. И на другой стене – та самая панель, которую я подсознательно уже ожидал увидеть: сотни маленьких зеленых огоньков, выстроенных идеальными рядами. Статус… чего? Бомб? Предохранителей? Рядом с панелью – большой, защищенный кожухом красный рычаг. Рычаг Судного дня. Пульс зашкаливал. В помещении находился еще один человек. Он стоял спиной к нам, рассматривая схему на стене. Одет не в комбинезон, а в строгий, но простой лабораторный халат поверх темной водолазки. Среднего роста, среднего телосложения. Он медленно повернулся, когда мы вошли. Ему было лет пятьдесят, может, чуть больше. Лицо… обычное. Непримечательное. Никаких особых черт, шрамов, морщин. Русые волосы с проседью, серо-голубые глаза. Но что-то в этом лице заставило меня внутренне содрогнуться. Оно было… знакомым? Нет, не так. Оно было до боли обыденным. Настолько средним, настолько типичным, что казалось искусственным, маской. Словно сотни лиц обычных людей смешали в одно, лишив индивидуальности. Я видел такие лица тысячу раз – в толпе, на старых фотографиях в газетах, у кассиров в супермаркете… но при этом я был уверен, что никогда не встречал этого человека. Странное, тревожное чувство. Он посмотрел на нас троих. Его взгляд был спокойным, почти усталым. – Джентльмены, – сказал он тихо, голос был таким же непримечательным, как и лицо. – Добро пожаловать". Я – ваш куратор на время вашего пребывания здесь. Он подошел к одной из консолей. Нажал несколько кнопок. – Ваша задача предельно проста и невыразимо сложна. Необходимо… установить, определить… возможности для взаимодействия. Вам предоставлено рабочее место и необходимое оборудование. – Он кивнул в сторону еще одной массивной двери в противоположной стене зала. – Все инструкции находятся там. Ваше время ограничено. Приступайте. Ни слова о том, с кем или чем устанавливать контакт. Ни слова об опасности, о бомбах, о смысле происходящего. – Постойте! – воскликнул Морроу. – Что это всё значит? Что здесь происходит? Вы должны нам объяснить! Куратор посмотрел на него без всякого выражения. – Всё необходимое вам известно или станет известно в процессе. Другой информации нет. Мы с вам на равных… если это так можно назвать. Он снова повернулся к консоли, давая понять, что разговор окончен. Охранники в шлемах подошли к нам и молча указали на дверь, ведущую дальше. Мы переглянулись. Геннигал пожал плечами с видом обреченности. Морроу был бледен. Я чувствовал, как внутри все сжимается от страха и неизвестности. Нам не оставили выбора. Мы пошли к последней двери. Двери, ведущей к "рабочему месту". Двери, ведущей к сердцу этого кошмара.