Я открою твою клетку

Цзян Чэну и Вэй Ину исполнилось по четырнадцать-пятнадцать лет. Они стали не просто слугой и наследником, а настоящими друзьями, связанными общей историей, пережитыми трудностями и растущим чувством привязанности. Цзян Чэн больше не раздражался из-за назойливости Вэй Ина, а наоборот, скучал, если тот не был рядом. А Вэй Ин, в свою очередь, научился чувствовать настроение Цзян Чэна и не переходить границ. Они вместе тренировались, вместе учились, вместе шалили. Вэй Ин стал не просто его телохранителем, а его самым верным другом, его самым ценным союзником. В один из жарких летних дней, когда они сидели на скучном уроке истории, Вэй Ин подтолкнул Цзян Чэна локтем в бок. "Слушай, я больше не могу это выносить," – прошептал Вэй Ин. "Этот старый ворчун говорит так медленно, что я сейчас засну." Цзян Чэн усмехнулся. "А что ты предлагаешь?" – прошептал он в ответ. "Сбежать! Пойдем купаться на речку! Сегодня такая жара, что мы там точно освежимся!" – ответил Вэй Ин, его глаза загорелись от предвкушения. Цзян Чэн заколебался. Он знал, что это безрассудно. Если их поймают, им обоим не поздоровится. Но соблазн был слишком велик. Ему тоже хотелось сбежать от этой скучной лекции и провести день на природе. "Хорошо," – прошептал Цзян Чэн. "Но будь осторожен. Нас никто не должен видеть." Они попросились войти попить воды. Они тихонько выскользнули из комнаты, стараясь не привлекать внимания. Им удалось незаметно покинуть дворец и добраться до реки. Они быстро разделись и бросились в прохладную воду. Они плавали, ныряли, брызгались водой и смеялись, как безумные. Они были свободны. Они были счастливы. Они провели на реке весь день. Они загорали на солнце, ели фрукты, которые Вэй Ин тайком взял из дворцовой кухни, и просто наслаждались обществом друг друга. К вечеру они, уставшие, но довольные, вернулись во дворец. Они надеялись, что никто не заметил их отсутствия. Но их надеждам не суждено было сбыться. В коридоре их встретил евнух, тот самый, который много лет назад привел Вэй Ина во дворец. Его лицо было искажено злобной ухмылкой. "Ага, вот вы где! Я знал, что вы что-то замышляете!" – прошипел евнух, его голос был полон яда. Цзян Чэн и Вэй Ин переглянулись. "Где вы были? Почему вы не были на уроках?" – продолжал кричать евнух. "Я все расскажу Императору! Он узнает, как вы нарушаете правила и как вы неуважительно относитесь к своим обязанностям!" Цзян Чэн нахмурился. Он не боялся наказания, но не хотел, чтобы его отец разочаровался в нем. Он знал, что Император возлагает на него большие надежды. "Мы просто гуляли," – ответил Цзян Чэн, стараясь говорить спокойно. "Мы не сделали ничего плохого." "Не сделали ничего плохого? Вы обманули учителя, вы сбежали из дворца, вы нарушили все правила! За это полагается суровое наказание!" – кричал евнух. Вэй Ин посмотрел на Цзян Чэна с беспокойством. Он чувствовал себя виноватым. "Пожалуйста, не рассказывайте Императору," – взмолился Вэй Ин. "Это моя вина. Цзян Чэн ни в чем не виноват." Евнух усмехнулся. "Не имеет значения, чья это вина. Вы оба будете наказаны," – сказал он. "Я лично доложу Императору о вашем преступлении." Евнух развернулся и пошел в сторону императорского кабинета. Цзян Чэн и Вэй Ин стояли, опустив головы. После того, как злобный евнух скрылся за поворотом коридора, Цзян Чэн и Вэй Ин погрузились в тягостное ожидание. Они знали, что долго ждать не придется. Рано или поздно их вызовут к Императору, и тогда им придется держать ответ за свой безрассудный поступок. Вскоре прибыл слуга с приказом немедленно явиться к Цзян Фэнмяню. Цзян Чэн, дрожа всем телом, отправился в императорский кабинет, а Вэй Ин остался ждать в их комнате, чувствуя себя виноватым и беспомощным. Цзян Чэн вошел в кабинет и увидел своего отца, сидящего за огромным столом. Лицо Императора было мрачным, но в глазах читалась какая-то странная печаль. "Цзян Чэн," – произнес Цзян Фэнмянь, его голос был тихим и серьезным. "Я очень разочарован в тебе. Ты знаешь, как важны для меня твои обязанности, как много надежд я на тебя возлагаю. И ты, вместо того, чтобы усердно учиться и готовиться к правлению, сбегаешь из дворца, нарушая все правила и подвергая себя опасности." Цзян Чэн опустил голову. "Я знаю, отец. Я виноват. Я больше так не буду," – пробормотал он. Цзян Фэнмянь вздохнул. "Я должен наказать тебя за этот проступок. Но я не хочу, чтобы ты страдал в одиночку. Вэй Ин тоже виноват в этом, и он тоже должен понести наказание." Цзян Чэн поднял голову. "Вэй Ин ни в чем не виноват! Это я предложил ему сбежать! Он просто хотел составить мне компанию!" – воскликнул он, пытаясь защитить своего друга. Цзян Фэнмянь посмотрел на него с грустью. "К сожалению, это не меняет сути дела. Вэй Ин – твой слуга, и он должен был остановить тебя от этого безрассудного поступка. Вместо этого он пошел у тебя на поводу, нарушив свои обязанности." "Но, отец..." – начал Цзян Чэн, но Цзян Фэнмянь его перебил. "Я принял решение," – сказал Император, его голос был твердым и непреклонным. "За этот проступок Вэй Усянь будет изгнан из дворца. Я найду тебе нового слугу, более достойного и послушного." Цзян Чэн застыл, словно громом пораженный. Его мир рухнул в одно мгновение. Он не мог поверить в то, что услышал. "Нет! Отец, прошу! Не делай этого!" – закричал Цзян Чэн, его голос дрожал от отчаяния. "Я не могу без Вэй Ина! Он мой друг! Он мой самый лучший друг!" Цзян Фэнмянь оставался невозмутимым. "Это необходимо, Цзян Чэн. Ты должен понять, что дружба не может быть важнее долга и ответственности." Цзян Чэн не выдержал. "Прошу! Не выгоняй Вэй Ина! Я буду слушаться тебя во всем! Я буду учиться день и ночь! Я буду самым лучшим наследником! Только не разлучай меня с ним!" – взмолился он. Он упал лицом на пол, разбивая колени в поклоне. Боль в коленях была ничем по сравнению с болью в сердце. Он не мог представить свою жизнь без Вэй Ина. Цзян Фэнмянь тяжело вздохнул. Он смотрел на своего сына, лежащего на полу в отчаянии, и его сердце разрывалось от жалости. "Цзян Чэн, встань," – сказал Цзян Фэнмянь, его голос стал мягче. "Я не хочу видеть тебя в таком состоянии." Цзян Чэн не двигался. Он продолжал лежать на полу и молить о пощаде. Вдруг, Цзян Фэнмянь рассмеялся. Цзян Чэн удивленно поднял голову. "Отец?" – прошептал он, не понимая, что происходит. "Ну и глупый же ты, Цзян Чэн!" – сказал Цзян Фэнмянь, все еще смеясь. "Неужели ты поверил, что я на самом деле выгоню Вэй Ина? Ты же знаешь, что я люблю его, как родного сына." Цзян Чэн не мог поверить своим ушам. "Что? Это шутка?" – спросил он. Цзян Фэнмянь кивнул, с трудом сдерживая смех. "Да, это была всего лишь шутка. Я просто хотел увидеть, насколько ты дорожишь своим другом." "Я тебя ненавижу!" – воскликнул Цзян Чэн, шмыгая носом. "Запомни, Цзян Чэн, в следующий раз, когда ты и Вэй Усянь решите нарушить правила, наказание будет гораздо серьезнее. И шутить я уже не буду." Освобожденный от ужасной угрозы разлуки, Цзян Чэн пулей вылетел из императорского кабинета. Он не мог дождаться, чтобы рассказать Вэй Ину, что все обошлось, что они по-прежнему будут вместе. Он влетел в комнату, не обращая внимания на придворный этикет. Увидев Вэй Ина, нервно расхаживающего по комнате, Цзян Чэн не сдержался и бросился к нему, крепко обнимая. Вэй Ин вздрогнул от неожиданности, но тут же ответил на объятие, прижимая Цзян Чэна к себе. "Что случилось? Что сказал Император?" – взволнованно спросил Вэй Ин. Цзян Чэн отстранился и посмотрел на Вэй Ина. Он видел в его глазах страх и вину. "Все хорошо," – улыбнулся Цзян Чэн. "Все закончилось. Ты остаешься." Вэй Ин выдохнул с облегчением. Его лицо просветлело, и на нем появилась счастливая улыбка. "Остаюсь?" – спросил он, не веря своим ушам. Цзян Чэн покачал головой. "Отец пошутил, сказав, что тебя выгонит. Он просто хотел меня проучить." Вэй Ин крепче обнял Цзян Чэна. Цзян Чэн прижался к нему в ответ. Они перешли в глубь комнаты Цзян Чэна и сели на кровать. Вэй Ин заметил, что колени Цзян Чэна покрыты кровью. "Что это у тебя?" – спросил Вэй Ин, нахмурившись. Цзян Чэн покраснел. "Я... упал," – пробормотал он, стараясь скрыть свои колени. Вэй Ин схватил его за руки и осмотрел его раны. "Не ври мне! Ты же упал на колени перед Императором, умоляя его не выгонять меня! Правда?" – спросил он. Цзян Чэн опустил голову. "Ну и что? Это не имеет значения," – сказал он. Вэй Ин встал и достал из шкафа бинты и мазь. "Конечно, имеет! Ты ради меня разбил колени! Я не позволю тебе так это оставить!" – сказал он, садясь рядом с Цзян Чэном и принимаясь перевязывать его раны. Цзян Чэн смотрел на Вэй Ина, и его сердце наполнялось теплом. Он был так тронут его заботой. Вэй Ин аккуратно обработал раны и перевязал их бинтами. "Вот и все. Теперь тебе будет лучше," – сказал он, улыбаясь. Цзян Чэн поймал его взгляд и тоже улыбнулся. "Спасибо, Вэй Ин," – прошептал он. Они сидели рядом, не говоря ни слова. Воцарилась тишина, но это была приятная тишина, наполненная близостью и пониманием. Вэй Ин взял с полки книгу и открыл ее. "Давай почитаем? Может, это поможет нам забыть обо всем этом кошмаре," – предложил он. Цзян Чэн придвинулся ближе к Вэй Ину, и они начали читать вслух, по очереди. Их голоса сливались в унисон, создавая успокаивающую мелодию. Через некоторое время Цзян Чэн почувствовал усталость. Он прижался головой к плечу Вэй Ина и закрыл глаза. Вэй Ин, заметив это, перестал читать и нежно обнял Цзян Чэна. Он почувствовал, как тот расслабляется и засыпает. Вэй Ин продолжал сидеть рядом, боясь пошевелиться, чтобы не разбудить Цзян Чэна. Он смотрел на его спящее лицо и чувствовал, как сильно его любит. Вскоре и Вэй Ин почувствовал усталость и закрыл глаза. Он прижался к Цзян Чэну и тоже заснул. Они спали в обнимку, в теплой и уютной комнате, вдали от всех бед и тревог. Они были вместе, и это было все, что имело значение.