Heartbeat

      Среди девочек находились и те, кто сох по Трэвису. Однако тот сохранял равнодушие к любому проявлению внимания. Салли догадывался, как семье пришлось буквально с мелочи восстанавливать дело, приносящее церкви хоть какой-то доход, а не заниматься пустой тратой времени.       Трэвис подошел первым после нескольких недель молчания и случайных встреч. Эшли и Тодд посмотрели на одноклассника с интересом, в то время как Ларри с презрением.       — Я могу отвлечь тебя на пару минут?       Бывшему задире становилось некомфортно под взглядами друзей Салли, но он старался держать себя в руках.       — Можешь. — Сал обернулся в поисках одобрения. Вместо слов Эшли мягко подтолкнула его к Трэвису, на что блондин отреагировал почти мгновенно, выставив руки вперед.       Они молчали всю дорогу, пока не остановились у какого-то дерева за школой. День приближался к своему завершению, окрасив высокие стены розовым, желтым и малиновым цветами.       — Я не буду спрашивать тебя, почему ты мне не звонил. — Трэвис пнул мелкий камешек и проследил за тем, как тот отскочил на несколько сантиметров.       — Тогда для чего мы сюда пришли?       Между ними возникла тишина, после чего последовало неуверенное предложение:       — Мне хотелось бы узнать, что ты по поводу меня думаешь, и думаешь ли обо мне вообще. — Трэвис от неловкости потирает шею сзади.       — О, — коротко восклицает Сал. — Я думал о том же самом.       — Понятно, — в движениях рук собеседника появляется какая-то нервозность.       — По поводу тебя я очень много думаю, почти каждый день, — честно признается Сал, не глядя тому в глаза. — Я пытался забыть, что ли. Три года я посвятил вокалу. Отдавал себя репетициям, школьным концертам, и мне нравилось это ощущение. С одним я не мог расстаться… — Фелпс нервно облизывает губы, когда Салли замолкает на предложении, — с ключом. Я не мог никуда его деть. Как и резинку для волос.       — Можешь мне ее отдать? — Трэвис слабо улыбнулся, — пожалуйста.       Фишер достает резинку из кармана джинсов, протягивает на двух пальцах и получает глухое «спасибо». Они снова возвращаются в тот момент, когда зарождалась тайна их встреч. Фелпс одним движением цепляет на руку «браслет».       — Расскажешь, что происходило с тобой, когда ты был там?       — При случае, — отвечает Трэвис. — Мне нужно уходить.       — Пока.       Сал наблюдал за тем, как тот удаляется с его резинкой. Теперь уже своей. Этот факт невероятно грел душу.       Джонсон первым высказал недовольство по поводу «того придурка». Эшли мягко пихнула своего парня в бок.       — Мы с Эш пойдем через парк, — Ларри достает свой рюкзак из шкафчика. — Сал, ты с нами?       — Нет, я прогуляюсь.       — Ты же не пойдешь до церкви?       — Не пойду. — Убедительно мотнул головой Сал.       Тодд лишь скептично хмыкнул, оценивая то, как правда перетекает в ложь.       Сама мысль казалась заманчивой и соблазнительной. Но Сал уговаривал себя воздержаться от лишних походов. После того, как Генри узнал о возвращении семьи Фелпс, он не преминул воспользоваться случаем — «не ходи в церковь», «тебе там делать нечего», «послушайся и на этот раз».       Квартира встречает его тишиной. Записка осталась на холодильнике: отец придет не скоро. Сал протяжно вздохнул, глядя на обведенные несколько раз строчки. Сорвал кусок бумажки и выкинул в мусорное ведро. Это стало своего рода ритуалом. Сал больше не хотел слушать оправдания по типу задержек на работе. Генри никогда не хватало времени на то, чтобы провести один день с сыном.       Из размышлений вырвал громким звуком стационарный телефон. Салли от неожиданности подскочил на месте и поспешил снять трубку с рычага.       — Алло.       — Привет, хм, — на том конце замычали, — раньше удавалось говорить на всякие тупые темы. А теперь… — Трэвис многозначительно промолчал.       — Что тебе нужно? — в голосе скользнула усталость, из-за чего Фелпс встрепенулся.       — Мы, э-эм, можем встретиться?       Фишер представил, как одноклассник нервно теребит в руках карандаш или комочек бумаги, и улыбнулся.       — А где? — затаивает дыхание в предвкушении личной встречи.       — Я подойду к апартаментам.       — Ладно. — Оба повесили трубку. Сал отсчитывал стук своего сердца. Он боялся и был рад одновременно. Что говорить? Как себя вести?       Он не стал заморачиваться насчет одежды: надел кеды и выскочил на улицу. Увидел вдалеке знакомый силуэт и решил подождать прямо тут, под тенью козырька. Трэвис по мере приближения сдерживал улыбку.       — Долго ждал? — на нем был сиреневый свитер и темно-синие джинсы.       — Нет, только вышел.       — На самом деле, я даже не знаю, зачем предложил тебе встретиться, — Трэвис нервно засмеялся.       — Так и? — Сал не понял, к чему именно он спрашивал. Рядом с блондином его чувства словно обострялись, — может, ну…       «Он сейчас поймет, о чем я пытаюсь донести, и высмеет меня» — успел подумать Фишер перед тем, как Трэвис ответил.       — Ты хочешь, чтобы я сам это предложил?       Глазами опускает вниз по протезу, где находятся губы. Сала обдает жаром от одной лишь мысли. Они оба знали, для чего состоялась эта встреча, и также боялись все разрушить.       — Но это же очевидно.       Трэвис, наконец, сдался. И только его руки потянулись к ремням, как голос Джонсона донесся до них.       — Это че за хуйня?       Эшли тоже осталась в недоумении от представшей картины.       Фелпс отошел на два шага от Сала, складывая руки в карманы брюк. Он натянул свою издевательскую ухмылку, только чтобы защитить себя.       — Испугался, крольчонок? — он поддел нижнюю губу зубами на мгновение и отпустил. Салли следил за движениями Трэвиса. Что казалось странным, он больше не смотрел в сторону Фишера. А что если одноклассник притворяется хорошим, и на самом деле никогда не хотел возвращаться в Нокфелл.       — Сейчас получишь. — Ларри закатал рукава рубашки, — Эш, стой здесь.       Кэмпбелл кивнула, но она перебежала к Салли и взяла друга за руку. Ларри посмотрел на перемещение девушки с долей злости, пока Трэвис продолжал скалиться.       — Я тебя не боюсь, Ларри. — Фелпс переминался с ноги на ногу, — и все, что ты из себя представляешь, абсолютное ничто. Я встречал людей гораздо круче тебя.       — И че? Меня это не волнует.       — Так вот, те, кто имеет авторитет и кто добивается авторитета — это две противоположности. Ты не похож ни на одну из этих категорий, и знаешь почему, потому в твоих глазах уже сверкает болью и одиночеством, не считая друзей и отношений.       Джонсон не выдержал и понесся к нему, чтобы исполнить свою давнюю цель. Фелпс увернулся от первого удара, признавая поражение Ларри с помощью взгляда.       — Я не вижу смысла драться с тобой.       — Сколько раз видел тебя в действии, не имея возможности поучаствовать. И ты мне сейчас отказываешь? Почему?       — Потому что я не бью друзей Сала.       — Ты когда-то ударил Сала, не забывай об этом.       — Хочешь на другом языке поговорить? — после этого вопроса Ларри попытался снова ударить, но встретил пустоту, так как Трэвису удалось во второй раз увернуться.       — Я смотрю, ты смелый, — усмехается Ларри, разжимая кулаки, — ну лады, сменим тактику. Итак, для чего ты сюда вернулся?       — Мне стало скучно без твоих приступов ярости. — Трэвис словно зеркалил настрой противника. — Устраивает такой ответ?       — Нисколько, — Джонсон отрицательно качает головой. — Удивляюсь, как ты смог обойти Хёрта и его компанию. Они бы давно тебя размазали по стене с твоим пидорским наклоном, узнай о твоих пристрастиях до вашего перемирия.       Ларри не стеснялся в высказываниях, старался бить наотмашь.       — Ты даже не знаешь, через что мне приходится проходить каждый день. И ты понятия не имеешь об обстановке внутри стукачей, прежде чем вываливать грязь из своего рта. Ларри, послушай, не я твой враг. — Сал резко перевел взгляд с Трэвиса на своего друга. Ларри больше всего стало жаль, ведь тот старался показать миру, чего он стоит без помощи драк. Но так как в его жизни оказалось мало мужского влияния, мальчик рос под женским руководством. Никогда не сбиваться с курса и идти только вперед.       — Как хорошо, что ты не мой друг. Таким вряд ли похвастаешься.       — Ладно. Другие посчитают иначе. — Трэвис пожал плечом, — я доволен твоей оценкой.       — Неужели сдашься?       — Я не сдаюсь, — начал было Трэвис, — но и не борюсь.       Эшли тихо ахнула.       — Решил из себя праведника сделать, как твой папаша?       Трэвис сдержал себя, чтобы не наброситься на парня. Он сжал кулаки, мысленно уговаривая себя не лезть в драку, но этот патлатый сам напрашивается.       — Допустим.       — И все? — усмехается Ларри.       — Да.       Сал не выдерживает.       — Хватит. — Спокойным голосом воздействует на ребят, — надоело смотреть за этим бессмыленным разговором, это уже превращается в провокацию. Ларри, ты не прав с точки зрения моральной этики. Трэвис, а ты больше подливаешь масла в огонь. Я пойду домой.       Салли развернулся к апартаментам, оставив своих друзей одних. Не стоило соглашаться на эту встречу. Итак было понятно, что ни к чему хорошему не приведет.       — Вот видишь, до чего дошло, — это был голос Эшли. — Ты…       Дальше Сал не услышал, так как дверь за ним захлопнулась. Хотелось от отчаяния биться головой о стену.       И в этот момент из лифта выходит Лиза с ведром. Она натягивает улыбку, как только видит издалека мальчика.       — Салли! — радостно восклицает мисс Джонсон. — Как прошел день?       — Все в порядке, — решил соврать ей Сал, — а у вас?       Лиза начала рассказывать про то, как они с отцом Салли ходили в кинотеатр, затем прогулялись по парку и все в таком духе. А сейчас она просто хотела отвлечься на работу.       — Здорово, — отвечает Сал, — я рад, что тебе понравилось.       Он торопливо попрощался с Лизой и поспешил к лифту. Нажал на кнопку своего этажа, и его унесло наверх. Салли зашел в квартиру, ощутив себя в безопасности. Он поклялся себе разобраться во всем, что касается его чувств, представлений об отношениях с Трэвисом и реакции друзей на происходящее. Выбор предстоит великий, и Сал не знал, как легче с этим справиться.