Для того, чтобы не скучать.

Пока часы все тикали, она в сотый раз прокручивала ручку между пальцев, без конца щёлкая ей. В конце концов, альфа выдыхает, откидывая ручку подальше и больше не пытаясь занять себя в оставшиеся рабочие часы. И, боже, как же ей хотелось поскорее вернуться домой и утолить разрывающую изнутри животную потребность похоти со своей любимой девушкой. Аж зубы скрипят, как хочется, но в залитом неестественно белым светом кабинете, придется торчать еще как минимум час. Еще и в сопровождении жара, накрывающим тело до такой степени, что хотелось лезть на стену. Работающий на полную катушку кондиционер спасал совсем немного, если вообще хоть как-то помогал. Метка горит, зудит и нарывает, вновь и вновь напоминая о ждущей омеге. Думать о злосчастной работе ужасно не хотелось, мысли возвращались к Йеджи, которая, наверное, сейчас так же мучается в ожидании. А таблетки в этот безумный период, кажется, совершенно не помогали. Да и, мягко говоря, особо не действовали. Альфа злится, кусает губы в кровь от такой ненормальной жажды. Что поделать, если всем нутром так и тянет домой, когда хочется сделать то, что изначально предусматривалось природой. Отвлекаться приходилось очередным отчетом, стараться вчитываться в текст, но буквы плыли, превращаясь в откровенное месиво. Рука тянется к низу живота, потирая от ноющей боли из-за попыток сдержаться. Рюджин утруждено падает лбом на заваленными документами стол, а рука, в которой находился лист, сжимается. Слышен неприятный звук. Плевать уже хочется на эти бессмысленные бумаги, но альфа изо всех сил борется с внутренним демоном, крепче сжимая лист в кулак. Внезапно раздается двойной стук, а после дверь в кабинет сразу же открывается. — Шин, мы собираемся сегодня пораньше уйти. Отметить высокие успехи нашего отдела, так сказать. Ты пойдешь с нами? — коллега Шин говорил ещё что-то, Рюджин не разобрала. Стоило только парню постучать, как альфа, корчившаяся от боли, выпрямилась практически по стройке «смирно», отчего мягкое компьютерное кресло отъехало назад. Шин слегка напряжённо и растерянно трет глаза, заставляя разум вернуться в необходимое русло. — Боже, какого у тебя тут такой морозильник? Заболеть решила что ли? — подшучивает Ёан, но в то же время приобнимает себя за плечи, явно пребывая не в восторге от холода. Он не сразу замечает сильный запах феромон альфы. И всё же заметив, парень напряженно осматривает девушку, осторожно спрашивая: — Ты пьешь таблетки? — не успевает Чхон договорить, как пустая коробка блокаторов прилетает на стол, показывая в чем причина. Юноша дергается, как только та просто поднимает руку и зачесывает темные короткие локоны волос назад. Нервно и глубоко вдыхая, Шин считает про себя несколько секунд и выдыхает. Ёан знает свою напарницу по работе, а еще лучше знает, какой бывает Рюджин, если её разозлить. Пока гормоны не стабилизируются, та будет практически неуправляема. — Я не пойду. Доделаю то, что осталось как-нибудь уже и свалю отсюда нахер. — скрипя зубами рычит альфа, взглядом выжигая в своем ни в чем неповинном друге дыру. Или пытаясь это сделать. Чхон сглатывает, не желая получить от наставницы и, по совместительству, подруги, хорошенький нагоняй. — Но все уже ушли. — менее уверенно уточнил парень, — Если тебе плохо, то отправляйся отдыхать. — еще раз осматривает брюнетку, опуская взгляд на стол и смятые бумаги. Рюджин проверяет часы, затем Ёана, а после и стол. Хмурится сильнее, раздумывая почти полминуты, а затем пристально смотрит на парня. — Все точно ушли? — Да, я же сказал, они уже пошли занимать место в кафе. — произносит Чхон, жестикулируя рукой в сторону выхода. Позже тот разворачивается, начиная слегка задыхаться от тяжелых феромонов альфы, напоследок машет рукой, — Ладно, я скажу остальным, что у тебя случился приступ и только один человек в состоянии тебе помочь. — он пожимает плечами усмехаясь. — Они поймут. — Чхон! — рявкает Шин, но дверь уже закрылась, а сам Ёан, которого занесло в этот кабинет сквозняком, быстрее уходит. Тот не без причины опасался папки, которая могла «случайно» прилететь ему в затылок, — На кол тебя посажу, если лишнего наболтаешь! Заново открывая дверь, Рюджин почти кидается на коллегу. Тот то и дело прикрывает затылок, по-дурацки убегая от альфы в полунаклоненном положении. Рюджин тяжело выдыхает, опуская глаза вниз. — Пиздец. Такое не заметит только слепой. — по-дурацки нервно смеется альфа, ударяя себя по лбу. Дотянула она до такого пагубного состояния. Хотя, какая к черту разница. Шин снова совершает глубокий вдох, пытаясь успокоить реакцию тела, думая о чем-то другом. К примеру о том, что же скажет остальным этот ненормальный Чхон Ёан. Как ее коллеги пошутят и сразу же забудут, а при первой встрече отловят и спросят: «Ну как там дома? Все получилось?». Врезать бы каждому, кто додумается спрашивать такое, а не проваливаться от стыда из раза в раз. Девушка быстро собирает раскинутые документы в стопки, аккуратно складывая их на край стола. Скомканные же бумаги сует на полку ниже, для того, чтобы позже переделать их. И, подхватывая строгий классический портфель с ноутбуком и парой записных книжек в кармашках, покидает кабинет. Блокирует дверь на ключ, убеждаясь в том, что кабинет действительно закрыт, следом перекидывая лямку сумки через плечо. Проходит по пустующим коридорам здания, что не совсем удивительно, вечер достаточно поздний. Душа ликовала, что наконец-то можно уйти. Эта мысль возвращает Рюджин в реальность. Видимо дело также в той пачке подавителей, которые начали возвращать тело в нормальное состояния, хотя сработали они сильно позже положенного. Дышать становилось чуточку легче. Альфа закидывает портфель на заднее сидение серебристого авто, припарковонного возле офиса. Взгляд цепляется за увесистую коробку, красиво упакованную, темно-фиолетовую и переливающуюся глянцем. Содержимое коробки Шин уже давно хотела приобрести, а в большей степени, использовать на деле. И эта мысль заставляет волну мурашек охватить все тело. Шин довольно улыбается, с легким и облегченным настроем заводит машину, трогаясь с места. Да у этого чертового здания просто способность лишний раз нервировать Рюджин. Да так, что ей приходится ходить и пугать коллег. Еще бы, с ее-то холодными, озлобленными глазами, которые словно у дьявола. Даже некоторые близкие друзья побаивались, хоть они и знали про сложный характер Шин. Она была младше них по возрасту, но выше по природному статусу. Рюджин как обычно попадает в небольшую вечернюю пробку, а когда она рассасывается, поскорее надавливает на газ, ей все же хотелось поскорее вернуться домой. Вернуться домой и забыть про весь мир хотя бы на время. Заехав на многочисленную парковку внутренней территории жилого комплекса, альфа забирает портфель вместе с подарочной коробкой, направляясь в сторону дома. Уже в парадной Рюджин нажимает на кнопку вызова лифта, пытаясь контролировать вновь накатившую агрессию, вызванную тем, что она была уже так близка к долгожданной встречи, а тут этот чертов лифт. Томные мечтания и желания, счастливым наслаждением разливается по телу необыкновенной волной мурашек. И вот, подходя к своей родной двери, ведущей в комфортную и просторную квартирку, руки почему-то начинают подрагивать, а дыхание с трепетом замирать. На губах появляется слегка уставшая ухмылка, Шин облизывает пересохшие от нетерпения губы, следом прикусывая. Дергает за ручку, заходя в прихожую. Закрывает дверь на замок, так что щелчок громко проносится по периметру. Маленькая прихожая встречает одинокой включенной настенной лампой и ожидаемой тишиной, что не длится долго. Рюджин вдыхает полной грудью приятный аромат идеального сочетания сладкого тягучего меда, экзотического и необычного кокоса, а также легкой дополнительной ноткой ванили, с невероятно жгучим послевкусием ликера. Девушка следует в кухню, где горела приглушенная подсветка, словно потерявшийся мотылек во тьме. На кухне как раз началось небольшое копошение. — Рюджин-а... — на тихом, изнеможенном выдохе, радостно произносит девушка с длинными темными локонами волос, внезапным и неконтролируемым объятием, вешаясь на шею альфы, — Почему ты так долго? Знаешь же, что сегодня начало цикла... — жалобно скулит она, нетерпеливо впиваясь в губы Шин. Поцелуй получается жадным, импульсивным, но Рюджин удается утихомирить свою измученную от неописуемо жестоких ожиданий омегу, мягко продлевая поцелуй. Она меняет его мотив на нежный, глубокий и по-прежнему страстный. От таких перемен брюнетка пятится назад под влиятельным напором альфы, пока нижняя часть поясницы не касается деревянного стола. — Прости, Йеджи, прости... — виновато шепчет в губы возбужденная девушка, стараясь вдыхать больше опьяняющего аромата омеги, еле касаясь чужих губ своими. Следом отстраняясь и заглядывая в затуманенные желанием кошачьи глаза, — Я не специально, правда, под конец месяца всегда завалы, — размеренно объясняет, мягко обводя лицо девушки свободной рукой, — Но в качестве компенсации... Я принесла это. — сладко тянет она последнее слово, хриплым и низким голосом, после сразу же сглатывая. Шин достает из-за спины спрятанную коробку, протискивая между их горячими телами и опуская голову вниз, вынуждая старшую поступить так же. Йеджи недоуменно хлопает глазами, присматриваясь к внезапному подарку. Слабо касается подаренного, следом переводит взгляд на свою властную обладательницу темно-кофейных омутов, что в сочетании с классическим черным костюмом, на пиджаке которого всегда красовалась какая-нибудь серебряная и величественная брошь, выглядела невероятно сексуально и привлекательно. Особенно Йеджи вынуждал плавиться несвойственный альфам приятный сладковатый запах, с мягкой кислинкой и терпкими нюансами граната, которые придавали свежесть и яркость послевкусия. А чего стоят ноты слегка морского амбергриса и манящего бензоина... Эта необыкновенная сладость вынуждала буквально таять и течь с новой силой, тем самым распаляя свою альфу еще сильнее. Руки омеги хаотично водят по жаркому телу, начиная расстегивать пуговицы пиджака. — В честь чего еще один подарок? Мне нужна ты, Рюджин-и. Можно открою чуть позже?.. — скулит Йеджи, отстраняя в сторону достаточно тяжелую по весу коробку, ведь что бы там ни было, это сейчас не важно. Она притягивает альфу ближе за воротник пиджака, продолжая поцелуй. — И мне ты нужна, Йеджи. Я хочу, чтобы ты открыла это для меня. — усмехается Шин с нетерпеливости своей омеги, что сейчас выглядела совершенно расслабленно и по истине прекрасно. Тонкая ночнушка изящно прикрывала бедра, вместе с таким же приятным на ощупь коротким черным халатом, пояс которого болтался где-то сбоку, почти касаясь пола. От всей этой картины Шин снова переполняют жаркие эмоции, но она успешно подавляет поток похоти. Рюджин аккуратно возвращает и полноценно передает подарок в цепкие руки Йеджи, слабо и невесомо целуя девушку, до конца придавливая ее к столу. Омега, тянется за продолжением, но Шин искусно уворачивается, снова бросая выразительным взгляд на коробку. Кошачьи глаза слегка прищуриваются, брови хмурятся, а губы по-детски надуваются от обиды. — Ладно-ладно, быстрее открою — быстрее начнем. — Какая нетерпеливая. — хитро улыбается альфа, расставляя руки по обе стороны от талии Йеджи и пристально наблюдая за всеми действиями омеги, явно желающая покончить с этим как можно скорее. Девушка поспешно подцепляет фиолетовую упаковочную обертку, сдирая маленький кусочек скотча, что незаметно держал интригу, так что у самой девушки появляется небольшая заинтересованность. Такой скрытый подарок она, кажется, получает впервые, а больше ее напрягает факт такой настойчивости Шин. Та впервые так сверкает горящими глазами. Йеджи отставляет легкую глянцевую бумагу с лентой на стол, рассматривая по-странному обычную картонную коробку, на которой было длинное сочетание английских букв и цифр, а так же куча других характеристик. Особенно выделялась комбинация «4K UHD /25P». Эти цифры были просто огромными, не обратить внимание на это было невозможно. Омега открывает коробку, содержание которой повергает девушку в шок. Йеджи поднимает слегка удивленный взгляд на Рюджин. Та безумно улыбается, радуясь, что смогла шокировать Йеджи. — Это же... — омега быстро трезвеет, стараясь просчитать ход мыслей младшей. И вывод, к которому она пришла, не давал покоя. Особенно в сочетании с началом их совместного цикла, подстроенного специально, — Ты хочешь использовать это сейчас? — Да, — не скрывая своих желаний шепчет Шин, похотливо осматривая омегу с ног до головы. — После этих совместных дней с тобой, я сразу же отправлюсь в небольшую командировку, как официальное лицо контрактного управляющего. Для того, чтобы обеспечить наш филиал долгосрочными и выгодными связями, — объясняет Шин издалека, чтобы Йеджи точно поняла ее намерения, — И ты ведь понимаешь, как я обожаю тебя, Хван, — хриплым голосом продолжает девушка, все же отставляя открытую коробку в сторону и касаясь ладонями тела брюнетки, — Хочу отснять все наши отношения... Для того, чтобы не скучать там в свободное время. И под этими словами Хван отчетливо понимает задумку своей альфы. Снять на видео, чтобы в одиночестве иметь возможность утолить свои интимные потребности, когда омеги не будет рядом. Идея захватывает ее мозг опьяняющей волной предвкушения, и, на редкость, вульгарной искры между ними. До этого им не приходилось прибегать к таким крайностям, но видимо в этот раз все будет происходить совсем иначе. Более интригующее, более захватывающе. Эти желания будоражат и возбуждают кровь, так как одно понимание того, что они собираются делать, соблазняет Хван к сумасшедшему соглашению. Снимать это все на профессиональную камеру, использовать дополнительные детали: микрофоны, складные подставки и качественные характеристики самой камеры, предназначенной специально для съемок. Мысль, что позже отснятое будет использовано в своих личных целях на расстоянии очень нравится Йеджи. — Занимательная задумка, — шепчет в губы старшая и тянет на себя альфу, утопая в еще одном страстном поцелуе. Так, что Рюджин поддается этому рвению, обхватывая талию Хван и начиная возбужденно водить пальцами по спине, вырисовывая различные узоры, — Особенно если учесть тот факт, что ты будешь мастурбировать на порно с моим участием. Омега слегка усмехается, вместе с этим расслабляясь в приятных и горячих объятиях, пока Шин серьезно теряет ощущение реальности, не реагируя на легкую улыбку Хван. Альфа скользит вниз, по-свойски массируя и стимулируя ягодицы, отчего Йеджи издает тихое удовлетворенное мычание. Следом ладони опускаются ниже, подхватывая Хван под бедра и усаживая ее на стол, где стоял бокал недопитого гранатового чая и коробка, внутри которой была та самая камера. Видимо, коротая время в свои законные и естественно необходимые выходные, Хван привыкла пить этот ароматный чай с привкусом, напоминающий ей аромат Рюджин. Но чувствовать настоящий вкус феромонов альфы на языке куда лучше, делая то, о чем мечтает любая омега в этот период. — Видео, конечно, никогда не сравнится с реальными ощущениями, — бурчит очарованная сладким и одновременно терпким кокосово-ванильным ликером Шин, делая небольшую передышку, — Но если оно будет с тобой, то станет незабываемым удовольствием на расстоянии. Хван игнорирует слова, хоть и понимает их смысл, хватается за темный галстук Рюджин, снова вовлекая ту в глубокий, пропитанный сладострастным, распутным половым влечением, поцелуй. Шин буквально впивается в чужие губы, сминая, облизывая, кусая, задействуя верткий язык. Проталкивая его на доли секунды глубже, ощущая на своей коже обжигающее дыхание Хван. Они, почти не ощущая этого, прерываются, полной грудью вдыхают, пополняя дозу чужих феромонов в крови друг друга, неспешными задержками выдыхают, снова увязая в поцелуе. Рюджин протискивается между ног Йеджи, плотно прижимая омегу к себе, отчего темная ткань накидки Хван сползает по ее плечу, обнажая его. Альфу накрывает жаркими волнами пылающего возбуждения, да так, что мелькают мысли отказаться от идеи снимать какое-то там видео, а просто насладиться процессом, но на силу, Шин все же удается оторвать себя от Йеджи. Рюджин снимает с себя пиджак, сильнее ослабляя галстук, а позже и совсем освобождаясь от него. — Мне слишком жарко, пойду приму душ. — Что? Рюджин-а! — опечалено тянется девушка руками к альфе, что успела ускользнуть из чужих объятий, начиная раздеваться, — Ты издеваешься надо мной? Я итак ждала тебя целый день! — дуется Хван, нахмуриваясь и не собираясь спрыгивать со стола. Внизу уже все нещадно пульсировало, завязывалось и сжималось от прикосновений, которых ее так резко лишили. Без альфы Хван уже начинает сходить с ума, также стаскивая с себя шелковистый халат, оставаясь на столе только в кружевной сорочке. — Можешь пока посмотреть камеру, я немного поснимала на работе для проверки. Не скучай! — выкрикивает с другого конца квартиры Рюджин, хлопая дверью ванной комнаты. Ей и правда нужно было охладиться, с таким жаром было неудобно делать что-либо. А за одно следовало и смыть остатки раздражения копившегося весь день. Йеджи удрученно опускает голову и прикусывает нижнюю губу от тянущих позывов. Дрожащей рукой вновь поднимает шелковую ткань сорочки, под которой ничего не было, ведь омега была уже на все двести процентов готова к удовлетворению своих желаний. К сводящиму с ума чувству наполненности внутри нее. От одного только представления Йеджи уже пускала слюну, прикрывая глаза и фантазируя этот процесс вновь и вновь. Но как только рука едва ли прикасается к половым губам, Йеджи тут же отдергивает себя. Сжимая челюсть от желания кончить прямо сейчас, ведь ее кричащее либидо, удушающей хваткой терзало и мучительно сжимало все внутри уже который час. Шин любит вредничать, подшучивать над этим состоянием Хван и долго мучить девушку, играясь с телом нежными ласками, которых категорически не хватало. И делала альфа так в некоторых прошлых случаях, когда Йеджи не выдерживала и самостоятельно справлялась с нуждой. Хван безнадежно накидывала на себя какую-нибудь кофту или толстовку, пропитанную феромонами альфы, запаха которой не хватало от слова совсем. Позже, бессознательно, брала еще что-нибудь из гардероба, утыкалась носом в одежду, представляя что здесь и сейчас с ней была ее девушка, с ее темным каскадом и властным взглядом. И Шин, возвращаясь по этому невероятному зову домой, замечала весьма интересную картину: укутанную в собственную одежду девушку на общей кровати, которая завидев любимого человека сразу же радостно подскакивала и тянулась за продолжением самостоятельного старта. Однако собственница Рюджин, не сильно радовалась ублажением Йеджи. Шутила, что если альфа ей не нужна, то та и сама в состоянии справится. На тот момент Шин очень сдерживалась, но не делала на зло старшей абсолютно ничего и Хван приходилось брать лидерство в свои руки. После долгих минут без оргазма, пока Рюджин вдоволь не насладилась стараниями Йеджи. И не усвоив урок, Хван повторно наступила на те же грабли. Теперь же омега смирно ждала свою девушку до конца. Но ждать... Так утомительно. Йеджи зачесывает волосы назад, откидываясь и упираясь руками в столешницу. Взглядом ищет то, на что можно обратить свое внимание и отвлечься от похоти. И вспомнив слова Рюджин, старшая возвращает свой интерес к коробке с камерой. Достает увесистый предмет, рассматривая и читая инструкцию. Включает объектив, смотрит получаемую картинку на сенсорном поворотливом экране сбоку, с другого бока же расположилась удобная накладка с ремешком для того, чтобы управлять съемкой одной рукой. К камере можно было также подсоединить и микрофон, но этим пусть уже занимается Шин и тщательно потом объясняет, куда и что нажимать, ведь план мести с этим устройством получится провернуть очень легко. Особенно, если Шин в ближайшее время планирует уехать. Хван уже трепещет от счастья и гнева Рюджин, которая вдали от дома будет смотреть на видео, где омега ублажает себя. Как будет сладко стонать, тем самым дразнить. Как будет выглядеть со стороны, медленно погружая в себя длинные изящные пальцы и увязая ими в природной смазке. Йеджи прикусывает губу, предвкушая момент, когда Шин, насмотревшись такого эксклюзивного и самостоятельно отснятого контента, приедет в не самом лучшем расположении духа. И наверняка с порога нацелится на Хван, предоставляя ей тем самым грубое и сексуальное наказание за непослушание. А соскучившаяся по любящим касаниям Йеджи, будет без ума от любых действий своей непредсказуемой альфы. — Эй, Йеджи, — вдруг хриплый голос проносится по полутемной кухне, от чего девушка сразу реагирует, задерживая дыхание, как будто ее спалили за каким-то незаконным делом, которое «всего лишь-то» происходило в ее голове, — Чего так улыбаешься? Не терпится скорее применить камеру в деле? Вот бы Шин знала, что их мнения о действиях с этим устройством расходятся. Йеджи улыбается, словно хитрая лиса, сверкая таким же лисьим разрезом глаз. В этих глазах хотелось тонуть без остановки. Рюджин явно попала под это влияние омеги. К тому же находясь в одном темно-фиолетовом полотенце, которое, ко всему прочему, скрывало только нижнюю часть, где уже выпирала заметная напряженная часть тела. Рюджин подходит ближе и завлекает Хван в чувствительный поцелуй. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я уже хочу начать съемку... Покажешь как? — Хван скользит свободной ладонью по мокрой коже Шин в области декольте. Сначала обводит ключицы, шею, а после спускается ниже к груди, импульсивно сжимая. Тем самым добиваясь сдержанного скрежета зубов альфы, а затем слышит томный выдох. Хван слегка усмехается, вновь проскальзывает выше и притягивает Рюджин за шею поближе к себе. — Вот, смотри. С помощью этих пяти кнопок можно использовать встроенные нейтральные фильтры, — крутит камеру Рюджин, показывая и рассказывая особенности. — Это для того, чтобы настроить экспозицию или более длительную скорости затвора. Также есть ускоренная и замедленная запись, но, думаю, что в ближайшее время она нам не пригодится, — проговаривает Шин относительно спокойным голосом, пока Йеджи двигается ближе, сцепляя ноги на талии альфы, плотнее прижимаясь и оставляя только расстояние для камеры, — Сюда можно подсоединить специальный микрофон для более лучшей передачи звука на видео, — Шин все подсоединяет и настраивает так, чтобы Йеджи запомнила последовательность, а та лишь мельком смотрит, смазано оставляя дорожку из поцелуев на шее и линии челюсти, — Складной экран — сенсорный, так что отснятое можно просмотреть прямо тут, ну а здесь начало записи. — заканчивает Шин, поддаваясь Хван. Йеджи трется о полотенце в месте паха альфы и, вспоминая чужие объяснения, нажимает нужную кнопку. — Ну, значит пора приступить к самому интересному. Рука Йеджи тянется вниз, чтобы сдернуть ненужное, но в этот момент Шин подхватывает девушку на руки, уводит в темную спальню и там же включает основной свет. Глаза от яркости слегка болят, заставляя обеих прищуриться, но это основное условие для качественного видео. Больше света — больше возможностей увидеть и заснять все деликатные части. Шин усаживает Йеджи на кровать, забирая у нее камеру и удобно фиксируя ее в правой руке. Проверяет качество, затем переводит объектив на лицо Хван, что в этот момент удачно срывает ослабленное и почти спавшее с бедер полотенце. Хитро и сладко облизываясь, прикусывая нижнюю губу и откидывая ненужную вещь за спину младшей. Без команды устраивается коленями на матрасе, заставляя Шин упереться передней стороной голени в деревянный борт кровати. — Йеджи, подожди! Я еще не настроила объектив! Черт.. Ммм... — напрягаясь всем телом, шепчет Шин в прерывистом выдохе. Омега уже приступила к делу, касаясь твердого, словно сталь, основания пульсирующего члена альфы. Жадно целуя и слизывая предэякулят, тем самым смешивая его со слюной. Скользит языком и проводит вверх-вниз по всей длине, неспешно погружая головку в рот и приятно опаляя дыханием кожу. Шин кое-как, дрожащими руками от волнения и страстного начала, судорожно сглатывает и наводит камеру на Йеджи. Как хорошо, что в устройстве есть стабилизатор, иначе все видео бы состояло из дрожащих и смазанных пикселей, что соединялись бы в мутную картинку происходящего. Рюджин отдаляет показываемый кадр, полностью захватывая передним планом Хван с членом во рту. И блять, эта поза, эти действия и размеренные, пока еще неспешные движения языком, уже вынуждают альфу кончить, несмотря на короткий промежуток времени, а даже еще минуты не прошло. Однако Шин держится изо всех сил, глубоко вдыхая и отпуская вторую руку от камеры, зарывает пальцы в мягкие темные волосы, начиная двигаться навстречу омеге и томно, прерывисто вздыхать. Увлеченная любимым запахом, отдающим приятной горчинкой сочного вкуса граната, Йеджи уверенно обхватывает нижнюю часть органа, начиная массировать и задавать движениям необходимый темп. При этом сладко посасывая верхнюю часть с приглушенными причмокиваниями и собственным мычанием. И как только, боковым зрением Йеджи замечает поблескивающий объектив около своего лица, вытаскивает изо рта уже покрытый слюной член. Хитро всматривается в камеру, нагло улыбается и следом целует головку, довольно потираясь щекой о массивную длину органа. Шин остается лишь откидывать голову назад, кусать губы в кровь, глубоко вдыхать и удовлетворенно мычать. Снова опуская голову и перекидывая взгляд то на небольшой записывающий экран, то на реальную картину происходящего, а в темных глазах начинают плясать демоны. Губы растягиваются в одержимой улыбке с видными клыками пошлого счастья. И с медленным течением времени, омега только ускоряется, ближе подползает, прислоняет ладонь к горячей коже около основания. Второй же рукой старательно начиная дрочить, а сам член глубже заглатывать и сосать как самый, мать вашу, сладкий леденец. При этом обращая свой довольный кошачий взгляд на камеру. Так, чтобы при просмотре можно было как следует насладится страстной ситуации. — Йе.. Йеджи.. — задыхаясь шепчет альфа, вновь запрокидывая голову назад, рассеянно улыбаясь и наслаждаясь, — Я скоро- В этот момент Хван резко отстраняется, из-за этого от члена до губ тянется прозрачная нить. — Шин, если продержишься еще минуту, я позволю тебе сегодня кончить внутрь. — омега смотрит острым взглядом на Шин. Параллельно с этим быстро осматривая вздымающуюся грудь своей девушки: подтянутое тело, напряженные косые мышцы живота и натренированный пресс. От вида последнего Хван начинала течь и прикусывать губу. Рюджин на секунду успевает всмотреться в кошачьи глаза, прежде чем Йеджи продолжает свои действия на камеру. От острых ощущение Рюджин изливается в рот Йеджи, неотрывно смотря в эти нахальные глаза. Рюджин стискивает челюсть, сжимает черные локоны волос своей девушки и нещадно направляет голову Хван в нужное русло. Девушка становится в более устойчивую, для таких резких движений, позу. Шин ухмыляется, принимая вызов старшей и заталкивая член глубже, выбивая из той хриплый стон. Камеру же подносит к лицу, лучше фиксируя их пылкую игру. — Тогда соси, котенок, соси для того, чтобы я сегодня полностью заполнила тебя, — на выдохе усмехается Шин, теряя ощущение реальности. Йеджи на записи выходит слишком горячо, слишком развратно, сексуально и пошло. Гораздо лучше, чем на каком-нибудь легкодоступном порно-видео и намного лучше всех эскортниц, которых снимают для таких видео. Лучше всяких вульгарных и наглых девчонок, потому что Хван делала это с настоящим энтузиазмом. Ей нравилось это делать. Ей нравился вкус своей альфы и она обожала делать ей приятно до такой степени, что готова была даже отсосать Шин прямо на работе за рабочим столом. И это ей удавалось не раз, — Тебе же нравится, когда тебя долбят в рот и задницу, — выдохнула Рюджин, — Наслаждайся и лучше старайся, Йеджи. Если, конечно, хочешь получить свою награду. Слова разжигают внутри Хван огонек, особенно трогают слова о заполнении, сама физиология диктует омеге желать это чувство. Шин и Хван любили испытывать разный секс: грубый, нежный, тихий, в различных местах, у Шин на работе особенно. Но ради того, чтобы дольше наслаждаться этими чувствами, конечно, они использовали защиту, а с ней, Хван лишалась этого сумасшедшего наслаждения. Лишь раза два было без нее, еще в самом начале их совместных отношений, но после они строго следовали правилам. Однако, это было уже очень давно, так что Йеджи стало плевать на возможные последствия. Она уже была не против и забеременеть от своей альфы, которая, к тому же, сильно уважала просьбы и желания Йеджи, не смея нарушать одну единственную границу их отношений. Хван борется с рвотными рефлексами, сглатывает, ощущая приятный гранатовый привкус на кончике языка. Возбуждение волнами разносится по их телам, путая мысли, выбивая почву из-под ног. Заставляя задыхаться и наслаждать всеми действиями, которые к тому же, четко фиксировались на камеру. Омега действительно старается угодить желаниям обеих. Йеджи ощущала, что хватка на голове усиливается, а Шин уже не может сдерживать удовлетворительных возгласов. Ощущала, как член слегка разбухает в самом основании, для того, чтобы точно запечатать проход, которого не было. Рюджин самостоятельно замедляется. На последних толчках у нее все же получается вытянуть из Хван несколько болезненных мычаний. После чего та полностью останавливается, для того, чтобы дать омеге возможность самой довести альфу до пика. И Йеджи с удовольствием двигает головой навстречу, надавливая языком, прокручивая его вокруг головки, а так же ритмичными и волнообразными движениями слизывая уже выступающую жидкость. Яркий насыщенный вкус сочного граната и солоноватого, морского амбергиса остается на языке. Хван вдыхает полной грудью, улавливая тихий скрежет зубов и стоны альфы, при этом закатывая глаза от наслаждения. Семя хлынуло на язык, Йеджи медленно посасывала и набирала в рот вязкую жидкость, обильно заполнявшую ее рот. Осознание, пока Шин напряженно летает где-то в облаках, что Хван сейчас перед камерой, бьет ее молнией возбуждения. Когда жидкость заканчивается, омега показушно отстраняется, придерживая член кончиком языка и открывая заполненный белым выделением рот, показывая все камере в руке Шин. И картину, которая наверняка очень хорошо получилась, альфа при просмотре точно оценит. Следом Йеджи сглатывает, показывая уже пустую полость рта, облизываясь и нежно целуя головку пульсирующего члена Шин. Будто благодаря, за предоставленное удовольствие и редкостное лакомство, как бы непристойно это не звучало. Но тут же камера, на которую смотрела Йеджи, уходит в сторону, а саму девушку приподнимают на коленях для страстного и глубокого поцелуя. Рюджин отчетливо ощущает собственный привкус, радуясь, что смогла продержаться чуть дольше указанного времени и побаловать Хван вульгарной возможностью отсосать на камеру. — Рюджин-а, а как же видео? — слегка взволнованно бурчит Хван в горячие губы, замечая, что объектив камеры снимает одеяло. — Ничего страшного, вырежем. — расслабленно хрипит Рюджин, продлевая нежный поцелуй с громким звучным чмоканьем и учащенным дыханием. — Монтировать я не собираюсь, сама справишься. — стыдливо произносит Йеджи, явно смущаясь и немного цепляясь за шею альфы, будто не она только что глотала сперму крупным планом с членом во рту. Шин усмехается, легко касаясь губами порозовевшей щеки Хван. — Не переживай, монтировать я буду точно одна, иначе заново трахну тебя прямо на столе перед компьютером. — А без меня ты задолбаешься дрочить. — так же смеется Йеджи, полноценно оголяя себя и скидывая на пол сорочку, тонкие лямки которой уже начали спадать с плеч. В глазах Шин мгновенно загораются новые огни. И вот альфа уже полностью готова ко второму раунду, для которого совершенно не нужно готовится: искать презервативы, рвать их зубами от нетерпения в который раз, надевать и многократно менять. Сегодня, Хван разрешила Шин использовать тело омеги для любых извращений и реализации самых пошлых фантазий. К тому же, начался цикл. У Йеджи течка, из-за которой ее тело полностью готово впитывать в себя семя альфы, а у Шин гон, из-за которого она также была на пике своих физических возможностей. Эти несколько дней, разумеется, пройдут с регулярным и необходимым для обеих сексом, а также тактильной нежностью. Но именно сейчас Шин, по предоставленной единственной акции омеги, постарается наконец-то исполнить природный долг, зачав себе наследника. Точно.. Маленький альфа с кошачьими глазами и милой улыбкой с ямочками на щеках, с непредсказуемо властным, но одновременно податливым характером. Да у этого ребенка не будет отбоя от омег с самого рождения. И Шин уверена, что когда тот появится на свет, Йеджи будет любить малыша больше, чем ту, кто сегодня оплодотворит омегу. — Нам в любом случае, еще как минимум неделю не вылезать из кровати... — начинает Рюджин, но не договаривает. — А возможность кончить внутрь меня есть только сейчас, — перебивает Йеджи, усмехаясь и плюхаясь на кровать, при этом утягивая за собой Шин. А после вновь впиваясь в губы, — Ты уж постарайся сегодня, Рюджин-и.. Я, — возбуждающе шепчет Йеджи в губы Шин, нежно поглаживая большими пальцами лицо младшей, — вся в твоем распоряжении. Получив полное и явное согласие Шин сносит крышу от радости и небывалых трепетных чувств. Она заводит свободную руку под талию Хван, приподнимая в области поясницы, что Йеджи приходится выгнуться навстречу и крепче обнять альфу, пока слабая дорожка из поцелуев следовала по всему телу. Шин снова отстраняется, полностью приходя в себя, заново наводит камеру на Хван, хитро улыбаясь и облизываясь, рассматривая тело омеги через объектив. Та привычно смотрела снизу-вверх на свою любимую девушку, слегка смущаясь и не осмеливаясь полностью раздвинуть ноги в сторону, пока этого не делает сама Рюджин. — Хочешь взять камеру? — ехидно скалится Шин, закидывая чужую ногу себе на плечо и двигая горячее тело старшей ближе к себе, протягивая руку с камерой Хван. Та замирает, не зная как правильно поступить, ведь уже думала, что Шин перейдет к самому процессу проникновения. Но пересилив себя, Йеджи принимает устройство, разворачивая объектив на образ улыбающейся Рюджин между своих ног. Та разрывает зрительный контакт, переводя свое внимание на влажное лоно Хван. И завидев это Йеджи прикрывает рот ладонью. Камера для нее кажется слишком тяжелой, так что объектив косится слегка в сторону, а бедра инстинктивно хотят сжаться. Шин размашисто проводит по чужому влагалищу горячим и шершавым языком, вызывая бурную и молниеносную реакцию Хван, выражающуюся в блаженном, но, к сожалению, заглушенном стоне. И лучше распробовав кокосово-ванильный вкус Хван, альфа уже не может остановится, слизывая вновь появляющуюся смазку. — Да ты полностью намокла, Йеджи. — на выдохе усмехается Шин. Начиная посасывать клитор, девушка подхватывает свободной рукой и второе бедро, вплотную сдвигая Йеджи к краю. Рюджин падает на колени перед своей девушкой, которая резко цепляется за растрепанные волосы альфы. Йеджи закусывает губу и начинает двигаться под ритм чужого языка. — К-конечно... — на краю сознания шипит омега, постепенно глотая все больше воздуха и закатывая глаза от безумного, и такого долгожданного, наслаждения, — Я весь день текла и ждала тебя! — Надеюсь обошлась без самоудовлетворения? — Шин поднимает голову, замечая покошенную камеру перед собой. Переводит взгляд за камеру, разглядывая быстро вздыхающую и выгнутую грудь Йеджи, которая к тому же полноценно закинула ноги на альфу, почти переплетая их между собой. — Рюджин! — поднимается на локте Хван, заглядывая в потемневшие глаза и ерзая не месте, — Думаешь, я бы так сильно сходила с ума, если бы успела получить хоть одну разрядку за день? — напряженно ноет Хван, тяжело выдыхая и вздрагивая от каждого вздоха и прикосновения Рюджин на своей коже. Шин снова улыбается, одержимо, властно, так довольно и эгоистично, потираясь щекой о внутреннюю часть бедра омеги. — Ты бы все равно сошла сегодня с ума, Йеджи. Но, так уж и быть, не буду больше задерживаться. — и прикрыв глаза, альфа возобновляет плавные скольжения языком. Собирая языком все соки, охотно сглатывая и наслаждаясь приятным вкусом. Получая удовольствие от обжигающего легкие и гортань аромата омеги. Йеджи откидывается обратно, обеими руками выравнивая камеру, при этом запрокидывая голову назад и бедрами прижимая Шин сильнее, тем самым заставляя ту жадно глотать воздух. Глаза Йеджи начинают слезиться, голос становится громче, руки дрожат, но усердно держат эту несчастную камеру, получаемую картинку которой, Йеджи даже не видит. Да и даже не думает. От мыслей ничего не осталось, они улетучились на задний план, а ощущения наоборот — обострились. Внутри все сжималось, сердце бешено долбилось о грудную клетку, дыхание прерывалось. Сама девушка ерзала от приятных и вертких движений языка. Как тот искусно входит внутрь, затем скользит вдоль влагалища, а губы и целуют, и посасывают все эрогенные зоны, заставляя Йеджи больно выгибаться в спине, сдержанно стонать и мычать. Простых прелюдий вполне хватает измученной Хван для того, чтобы наконец-то кончить, при этом выделив еще больше смазки. Рюджин довольно улыбается, напоследок облизываясь и целуя прямо в клитор. И не давая даже секундной передышки после настигнутого экстаза, Шин выпрямляется и подхватывает дрожащие бедра девушки руками, до конца сцепляя их на своем торсе. Альфа томно вздыхает, вновь касаясь своего напряженного органа и, немного подрочив, так же импульсивно скользит между половых губ, надавливая головкой на пульсирующий нервный комочек, заставляя Йеджи больно сжать челюсть. Шин наклоняется, заменяя искусанные Йеджи губы на свои, жадно сплетая языки со старшей и продолжая круговые движения снизу, изредка погружаясь на два-три сантиметра, сразу же выходя обратно и повторяя алгоритм действий, тем самым не позволяя Хван сорваться с небывалой высоты наслаждения. Йеджи, в забывчивом издыхании, не переставая шепчет имя альфы, от чего искусительница только больше улыбалась податливости любимой омеги. Она забирает камеру, направляя объектив вниз одной рукой, второй упираясь и прогибая матрас под весом и собственным, сильным напором. Хван же царапает грудь, спину, ребра и шею младшей, продлевая поцелуй, но долго Рюджин не нависает и не давит на омегу своим присутствием, от которого плавилась кожа, а воздух раскалялся словно в аду. Шин проводит по бедру старшей, нежно оглаживая и крепко сжимая, вынуждая Йеджи сжать простынь дрожащими кистями и повернуть голову в сторону, зажмуриваясь. Альфа наводит камеру на прекрасное белоснежное тело Йеджи, слегка опуская устройство вниз, так, чтобы член попадал в кадр. Затем начинает медленно вводить орган в упругое, горячее, чересчур влажное и до одури нежное лоно девушки, отчего Шин напряженно выдыхает воздух, а Хван наоборот задерживает. Альфа прекрасно ощущает тесные стенки внутри, наслаждаясь реальными ощущениями в кои-то веки, а не сдерживаеми презервативом. Кажется, кровь бурлит в венах, не только в теле, но и в набухшим члене. И Йеджи это тоже ощущает. Спустя некоторое время, Шин постепенно набирает обороты, вводя член по самое основание. Комната стремительно заполняется хлюпающими звуками и громкими стонами обеих. Толчки становятся грубее, больнее, интенсивнее, набирая быстрый темп, от которого Йеджи уже не знает куда себя деть. Как ей нравилось чувствовать тепло внутри себя, чувствовать толчки и необыкновенную заполненность от самой Шин, мать его, Рюджин. Хван по истине нравилось заниматься регулярным сексом и она готова была сесть на твердый, венистый, увесистый и длинный член Шин в любое время, в любом месте, игнорируя боль от того, что орган входил в нее слишком глубоко, вызывая дрожащую волну мурашек и вырывая ряд вульгарных и соблазняющих возгласов. И Шин, точно знала, что Хван нравится это не больше чем ей самой. Так же, как и сейчас, она любила грубо и ритмично вводить член по самое не хочу, разгоняя горящее возбуждение в телах друг друга. Сливаясь воедино, создавая и закрепляя каждый раз совершенно новую взаимосвязь, как если бы это была мелодия, состоящая из идеально подобранных аккордов. Тела слегка вспотели, что кожа на свету стала слегка поблескивать, а также сильнее возбуждать в дополнение ко всему происходящему. Особенно, если это идеально записывалось на видео. И Шин довольна всем, что так удачно попадало в кадр под наложенным теплым фильтром. Фиолетовые и черные шторы, белая кровать, мягкий скомканный плед, на котором сейчас извивалась и задыхалась стонающая омега. От долгожданного наслаждения, с увязшим, в прозрачных жидкостях друг друга, членом внутри себя и не только. Шин ощущает, как член снова разбухает, стягивает от порывистых ощущения, а стенки сильнее уплотнятся, сильнее сдавливают орган внутри, сопротивляясь проникновению, но так или иначе, сил у Шин хватает на то, чтобы идеально ввести член глубже. Альфа резко выдыхает, приближая камеру к самому откровенному и интимному месту друга друга, фиксируя на запись каждый хлюпающих звук и выдох старшей. В конце, член полностью застревает во влагалище, без возможности вытащить орган наружу, а поэтому белая, вязкая жидкость полностью заполняет Йеджи, в который раз смешивая их запахи. И, Дьявол, это чувство Хван не ощущала так давно. Хруста в спине, молний и сердечек в голове и глазах не хватает для того, чтобы максимально описать эйфорию того, как семя неизбежно проникает внутрь горячим потоком. Шин падает вниз, не убирая камеру от происходящей картины внизу, оставляет несколько болезненных укусов прямо на груди. Следом захватывая губами затвердевший сосок, совершая хаотичные скольжения и посасывая, так же делая это и со вторым. Йеджи обеими руками зарывается в растрепанные черные, словно из угля и смолы, волосы альфы, не в силах противостоять удушающему давлению. Спустя продолжительное время, стенки влагалища перестают так сильно давить и сжимать внутри себя объемный орган, ослабляя и позволяя члену покинуть напрочь заполненное лоно. Альфа, прикусывая губы, отстраняется и уверенным движением записывает на камеру, как сперма в густом изобилии вытекает из влагалища Хван, пока та все еще не может отойти от произошедшего. Этого стоило ждать весь день. Это стоило того, чтобы Шин кончила и внутрь, и в рот. Это стоит того, чтобы она продолжала это делать, подтверждая свои недавно сказанные слова с разрешения Йеджи и, конечно, на этом альфа не успокоится. До конца сегодняшнего дня остается не больше четырех часов, однако Шин не собирается ограничиваться одними сутками, продлевая удовольствие на всю оставшуюся ночь. Рюджин отводит объектив, одной рукой умудряясь перевернуть Хван на живот и заставить ее поднять ягодицы в кошачьем изгибе. Следом Шин возвращает член во влагалище резким и глубоким толчком, выбивая из Хван яркий крик наслаждения. Альфа так же жестко, дерзко и нахально ударяет стонающую омегу по ягодицам, оставляя там красные следы. От одного вида Шин уже хочется вновь заполнить Йеджи до самых краев. Так, чтобы сладкие выделения, похожие на таявший ванильный пломбир, стекали не только по интимной зоне, но еще и затрагивала бедра. Сегодня Шин точно воплотит все свои желания в реальность, при этом записывая на видеоплейер громкие стоны, собственные тяжелые выдохи и их нереальное наслаждение друг другом. С неспешного, нежного и возбуждающего секса, они перешли на невероятно нещадный, бесстыдный, неприлично откровенный и грубый секс, где Шин вдалбливала Хван в постель, не обращая внимания на болезненные, но определенно удовлетворенные выкрики омеги; на собственные удары голени об деревянный край кровати и на камеру; по-прежнему снимая весь процесс в высококачественном длительном режиме. И спустя еще минут двадцать, Шин устанавливает камеру на высоко приподнятое компьютерное кресло с угловым, не менее жарким ракурсом, как альфа охотно пользуется своим положением, бесчеловечно трахая свою, и только свою Хван Йеджи. А для большей уверенности еще и водит горячими руками по спине, талии и подтянутому животу, оставляя на пояснице укусы и мягкие поцелуи после. — Рюджин-а!.. — на истошном выдохе выкрикивает, уложенная лицом в простынь Хван, — Снова внутрь?!.. После очередного крепко связанного между ними узла, шипит девушка, слезно выгибаясь на встречу невероятному ощущению. Сколько уже прошло времени? Хотя это не важно. Шин снова изливает все семя внутрь. — Ты сказала мне сегодня постараться, — томно и тяжело выдыхает Шин, окольцовывая талию старшей и полностью прижимая омегу к себе. Грудью наваливается на вспотевшее, стройное тело Хван, — Я не собираюсь останавливаться до тех пор, пока из тебя не будет вытекать от полного переизбытка, — Шин кусает в метку на шее, напоминая Йеджи, кому она принадлежит в этот период течки. В этом пошлом мире высоких чинов и прислужливых сук, в этой жизни. И сколько бы не прошло времени, ничего никогда не поменяется, — Как же я обожаю тебя, Йеджи, — восхищенно тянет Шин, упираясь лбом в плечо омеги, — Люблю тебя.. Люблю. Шин и Хван не нужно обращать внимания на мир, разделяющий разных людей и их мнения. Они хоть и не были истинными, но принадлежали друг другу и наслаждались своими отношениями, уважая себя и своего партнера. Каждый раз обновляя эти злощастные метки, следы, укусы, засосы и нерушимую связь. — Я.. Я тоже люблю тебя, — ослаблено шепчет Йеджи под властным напором. Улыбаясь и оборачиваясь, сильнее выгибаясь в спине для поцелуя, который Шин ей охотно дарит, поднимая девушку в сидячее положение, — Рюджин-и.. — Мм? — Ты слышала? Люблю тебя. Хван не замечает, как ее разворачивают грудью на камеру, как Шин обнимает ее сзади, плотно прижимаясь горячим телом, пока все соки стекают ниже по члену, что снова возвращает ритмичные движения. Собственный вес давит и вынуждает Йеджи безотказно насаживаться на скользкий и влажный член. Двигаться навстречу и ерзать на месте для того, чтобы создать необходимую амплитуду волнообразных движений. Аккумулятор еще заряжен. Сил из-за гона у Рюджин хоть отбавляй, а способность впитывать все семя в себя у Хван во время течки только обостряется, заставляя Йеджи хотеть большего на затуманенную и опьяненную голову.

***

Боль, усталость, ломка в теле после сна, вкусный гранатовый чай с омлетом и свежими фруктами — лучшее начало дня для Хван. Только вот, ее девушка с утра пораньше ушла в местные аптеки за новой пачкой презервативов, к тому же еще и задерживается после того, как приготовила любимый завтрак Йеджи. Хван расслаблено оглядывает медленно плывущие по голубому небосводу облака, слыша вдали дверной щелчок и радостно оборачиваясь в сторону выхода. В дверном проеме, на кухне, сразу же появляется Шин, с слегка уставшими глазами, под которыми виднелись небольшие синяки от недосыпа. Конечно, столько не спать и буйствовать. Любой бы устал. Но животная, неконтролируемая потребность, была сильнее человеческой и спокойной идеологии. — Еле нашла нужный размер, — выдыхает Рюджин, стягивая с себя легкую олимпийку и оставаясь в одной тонкой черной майке без рукавов. Она подходит к Йеджи, наклоняясь для легкого чмока в губы, — Может зря я их искала? — трется альфа о щеку Хван словно кошка, начиная обнимать девушку, — Какая уже разница после вчерашнего? Шин усаживается рядом с омегой, обнимая, утыкая нос в шею и начиная водить рукой по низу живота старшей. Та усмехается, оставляя кружку гранатового чая, обнимая и переводя ладони на лицо альфы, продолжая терпкий поцелуй. — Думаешь после одного раза у тебя получится оплодотворить меня? Я дала тебе разовую возможность за столько времени.. Но я буду счастлива в любом случае, удачном или неудачном, ведь ты со мной. — Да, но все же я купила тебе это. Проверь как-нибудь позже. Я уверена в себе, а в особенности, уверена в тебе, — усмехается Шин в поцелуе и оставляя тест на беременность на полированной столешнице. Поднимается и уходит, давая Йеджи возможность доесть свой завтрак, — Пойду посмотрю получившееся видео, как раз монтировать начну. — потягивается альфа, пылким взглядом оглядывая омегу в одной белой просторной футболке перед собой. Шин достает из кармана упаковку контрацептивов, показушно встряхивая ее и подкидывая в воздухе пару раз. Наконец уходя с яркой ухмылкой на губах, пока Йеджи тихо смеялась над глупыми выходками альфы. Рюджин подхватывает камеру на столе и включает компьютер. Оставляет найденную спустя долгое время нужную или, может быть, уже не нужную, пачку с защитой на край стола. Девушка подключает USB-кабель к камере, в ней же включая режим «подключение к внешним устройствам» и отставляет, переключаясь на экран компьютера. Выскакивает окно с файлом накопителя и Шин открывает его, всматриваясь в несколько превью видео с разными датами, находя нужное в самом конце. Раздается двойной щелчок и вот, на широком экране компьютера уже грузится темный фон со звуковой дорожкой и курсором для перемотки. Грузится долго, а поэтому Шин от нетерпения мотает ближе к середине, ожидая, когда прогрузится видео. И спустя секунду на всю комнату раздается звонкий голос Хван, альфа мгновенно реагирует на это тянущим позывом внизу. — «.. Рюджин!.. Мгх! Рюджин быстрее! Ммм.. Да! Рюджин-а.. » — Блять, пиздец. — Шин заливается краской, оборачиваясь назад и всматриваясь в закрытую дверь, словно подросток, который включил порно для своих утех втайне от родителей. Сердце неминуемо бьется в груди от адреналина, не хуже чем собственный член в задницу Йеджи на видео. Как она собралась это монтировать и по кадрам собирать воедино необходимую картинку?! В мыслях это было намного... Намного! Реалистичной и выполнимой задачей, которую Рюджин, не стесняясь, продумывала по деталям часами напролет. Она быстро делает звук тише, почти на самый минимальный уровень, дрожащими руками включая программу для монтажа и настройки клипа. Минуты не проходит, как в брюках уже становится до невозможности тесно, из-за чего все движения были скованными. Девушка старается не обращать внимание на это вызывающее чувство, планируя обрезать и качественно обработать хотя бы начало. Хван включает запись. Виден пол и тела во тьме: Рюджин несет Йеджи в спальню, включает свет. Пока еще картинка мутная, а звуки слегка раздвоены, но воспоминание о крике подождать, она отчетливо помнит и сейчас слышит. Затем выдох и необычайно четкие, яркие и детализированный причмокивания и мычания слышаться из динамика. Микрофон слишком хорошо выполнил свою функцию, так что ранее не слышные звуки Шин, стали понятны и разборчивы. На туманную голову мало что волнует, поэтому они могли и не слышать, как это звучит со стороны. Шин прикрывает рукой глаза, через щель между пальцев мотает к моменту с одеялом. Вырезает его, делает мягкий переход и так со всеми неточностями при съемке на два часа с лишним. Щеки горели от стыда и звуков, внизу уже выпирал быстро набухший член, но его пока еще нельзя касаться. Нельзя. И альфа держится из последних сил для того, чтобы не опустить руку под стол и не начать удовлетворять свое возбуждение непристойными движениями. Просмотрев большую часть видео, где камера часто снимала лишь какую-то часть их тел и была покошена в бок, приходилось менять угол и наклонять видео под нужный ракурс. Рюджин радовалась, что заставила себя в первый раз качественно отснять материал от первого лица, ведь дальше было проще начать мастурбировать, нежели смотреть на непонятную картину. Вдруг слышится щелчок ручки, а затем звуки шагов и сладко-жгучий, словно алкогольный напиток, кокосово-ванильный аромат Хван, который мгновенно окутывает комнату. Та медленно подходит к замершей Шин с красными ушами и щеками, касаясь плеч. Проводит взглядом на экран, замечая дрожащую руку Рюджин, которая никак не могла нажать на «стоп». — Смотришь и без меня, м? Рюджин... — тихо шепчет на ухо Йеджи, касаясь чужой руки, находящейся на компьютерной мышке. Имя точно совпадает со звуком из колонок, так что альфа напрягается и звучно стискивает зубы, — И, кажется, твой друг уже полностью готов к новой работе, — продолжает сладко шептать Йеджи, пока младшая старательно игнорирует ее, кое-как перематывая и отмечая еще одну часть для вырезки. Снова перематывает, ставит необходимый предел и удаляет, заменяя на незаметный переход. Заново начиная смотреть уже отдаленную картинку, как сама же вдалбливает Йеджи в подушки и кровать. Хван нежно касается твердой выпуклости, слегка надавливая и поглаживая, — Так и будешь тут сидеть без дела?.. Йеджи наклоняется, колено протискивает между ног Шин и мягко целует в щеку Рюджин. Медленно отцепляет руку той от ненужной мышки, второй же разворачивая лицо младшей к себе и так же нежно целует в губы. Она слегка улыбается, пока направляет кисть альфы под свою футболку, тем самым поднимая ее и открывая вид на живот. Рюджин пытается не смотреть ниже, отводя взгляд в сторону, на шкалу редактирования звуков, ощущая жар под своей ладонью. Хван прижимает чужую руку к своей груди, неспешно сжимая и массируя. Ее дыхание приятно щекочет шею и ключицы, заставляя понять, что картина на мониторе начинает постепенно оживать. Тем временем омега самовольничает, удобнее устраивается на чужих бедрах, раздвигая ноги шире. Рюджин начинает теряться, снова звуки перестают существовать дня нее, мир пропадает: все проблемы, работа, какие-то бытовые дела по дому — улетучиваются до конца, оставляя только Хван. Сдается, наконец-то осознавая реальность и переводит взгляд на расслабленную брюнетку. Та ярко улыбается, ведь смогла привлечь альфу своим сладким ароматом. Омега неспешно водит, пока еще не контролируемой собственным хозяином, ладонью по телу, спускаясь ниже и надавливая чужими пальцами на собственный клитор, двигаясь тазом вперед и неспешно погружая в себя пальцы Шин. Рюджин поднимает голову, понимая, что уже сама начинает двигать пальцами внутри Йеджи, которая охотно начинает выдыхать и мычать, трепетным дрожанием и волной мурашек отвечать на любое скольжение ласковых рук. Шин заводит свободную руку за спину Хван, притягивая ту вплотную и усаживая девушку на свои бедра. Хван неспешно проводит пальцами по губам Шин, следом впиваясь в них и кусая. — Йеджи, я хочу доделать это видео, так как скоро я уеду... — А я хочу, чтобы ты, прямо здесь и сейчас, трахнула меня. — слегка приказным тоном шепчет Хван прямо в губы. Затем ее рука медленно скользит ниже, по уже горячему телу, расстегивая ширинку брюк и нетерпеливо приспуская их вниз вместе с боксерами. Аккуратно подцепляет пальцами напряженный, венистый член, вынуждая Шин перестать смотреть ниже. А все из-за обновленного, долгого и глубокого поцелуя. Девушка впечатывается в чужое тело и приподнимается на коленях, чтобы позже заменить пальцы на перевозбужденный член. — Йеджи, — вдруг приостанавливает альфа, быстро задерживая омегу и придерживая ее за талию. Кивает головой на край стола, где красовалась недавно купленная коробочка контрацепции, — Зря покупала что ли? — Рюджин, мне уже так плевать на это, — Хван повторно хочет опустится, все еще придерживая член рукой, но сила Шин не позволяет, отчего та недовольно урчит и хмурится, — Я просто снова хочу почувствовать тебя внутри, — искушающе тянет Хван, снова целуя и поглаживая большим пальцем щеку Рюджин, — Особенно то, как ты заполняешь меня. Шин слегка удивляется, ослабляя хватку и позволяя девушке наконец-то сесть на горячий, готовый кончить в любую секунду, член альфы, вводя его по самое основание и дополнительно наваливаясь собственным весом. Так, что тот без остатка снова оказывается в тугом и упругом влагалище. Обе тяжело выдыхают и расслабляются, глубоко вдыхая смешанные запахи свежего граната и кокосового ликера. — То есть... Ты уже не против появления нового члена в нашей семье? — Сейчас я не против твоего члена во мне, а там подумаем. — удовлетворенно выдыхает Йеджи откидываясь назад. — Я вроде бы и хочу, но в тоже время не хочу, чтобы ты мучилась и страдала, — сдержанно бурчит Шин, обнимая Йеджи и не позволяя ей лишний раз двигаться, чтобы не создавать лишнее трение, которое может привести к узлу. — Маленький альфа от Рюджин-и? Это даже звучит возбуждающе, — омега непослушно двигает тазом, наслаждаясь ощущениями наполненности, — Хочу, — под пеленой привлекающих феромонов шепчет Хван, поддаваясь ранней задумке Шин. У этой чертовой альфы есть отличная способность навязывать свое мнение и власть, заставляя проникнутся к когда-то сказанным словам. — Черт, — шипит Шин, когда нежные руки поднимают голову выше для очередного поцелуя, в то время как Хван начинает приподниматься и опускаться, насаживаясь на член легкими и быстрыми толчками. Вдали слышится возбуждающие стоны омеги из динамиков, но уже совсем скоро эту комнату заполнят новые и значительно громкие слияния голосов и стонов. И Рюджин искренне не понимает, почему Хван так резко согласилась на весьма откровенное и серьезное продолжение. Хотя... Они уже давно и долго встречались, теперь же являясь официальной парой под росписью и кольцами на пальцах, проживая год за годом лишь вдвоем. Но и эта мысль уходит куда-то на дальний план под дымкой похоти и разврата на компьютерном кресле, перед монитором с их вчерашним бурным сексом. — Ты разве не устала? — задыхающимся тоном хрипит Шин, чувствуя сжимающиеся, горячие утробные стенки внутри. — Даже если и так, ты знаешь, Шин, что я омега и мне нужен регулярный секс. — дерзко и самодовольно отвечает Йеджи повышенным голосом, пока Шин выцеловывает чужие ключицы и грудь. Альфа бесстыдно сжимает ягодицы старшей, начиная набирать темп. — Вот же сучка, — рычит полностью возбужденная альфа, собираясь довести их обеих до необходимой разрядки в кратчайшие сроки, — Ладно, получишь свое, Хван. Шин резко поднимается со своего места, крепко подхватывая старшую под бедра, совершая резкие, глубокие и жестокие толчки, не жалея тело Йеджи. Раз Хван согласна — значит так оно и будет. Для Шин загорелся третий зеленый свет и теперь ее уже было не остановить. Это желание прямо сейчас превращается в реальность. И хоть у них не было настоящей «истинной» связи, они по-прежнему будут любить и строить совместное будущее, каким бы оно не было.. Но оно будет определенно ярким, счастливым и страстным.