Тень дружбы

На третий день пребывания в особняке Майкрофта, Грег начал понимать, что можно либо сойти с ума от идеальной тишины и запаха дорогого полироля, либо — заняться делом, которое ему подсунул Майкрофт. Грег выбрал досье. Потому что полироль уже начал сниться. Грег расположился за кухонным столом, разглядывая папку с надписью "Джон Браун". Рядом — кружка холодного кофе и пепельница, полная вчерашнего отчаяния. - Я же не Шерлок, мать твою… — пробормотал он, уставившись на логотип Секретной службы. — Я даже не хороший коп. Я — уволенный коп с душком. Я - гость Майкрофта Холмса. Он встал. Походил по комнате. Закурил. Потушил. Потом снова сел. — Ну и что ты хочешь от меня, Майкрофт? — спросил он в пространство, будто надеялся на ответ. — Чтобы я сыграл Шерлока в твоей пьесе? Грег медленно раскрыл папку. Бумаги вывалились наружу и рассыпались по столу. Он вздохнул и начал их аккуратно раскладывать. Всё, как обычно— фотографии, протоколы допросов, выписки из банка, флешка с видео, ключ от квартиры. Как в прежние дни. Только раньше у него была работа, удостоверение инспектора полиции, достоинство. А теперь — только дрожь в руках и голос Майкрофта в голове: "Ты справишься, Грег." Он закрыл глаза. Вдох. Выдох. — Ладно, Холмс. Пусть я не гений. Но у меня ещё остались мозги. И черт подери, если я облажаюсь, ты хотя бы будешь знать, что не стоит на меня больше рассчитывать. Он снова посмотрел на бумаги. Медленно, разложил их по стопкам, делая пометки на полях. Прошло два или три часа. Но голова отказывалась работать. Временами Грег ловил себя на том, что просто смотрит в какую-то точку перед собой, не читая, не думая. Голова была тяжёлая, как будто кто-то набил ее изнутри ватой. Он чувствовал себя тупым и никчёмным, как подзаборный кот . Он встал, подошёл к окну. На улице уже стемнело, редкие пешеходы возвращались домой. Мир жил своей жизнью, не особо интересуясь, в каком состоянии находится Грег Лестрейд. Он медленно подошёл к буфету. Там, на нижней полке стояла бутылка виски. Почти полная. Майкрофт, конечно, знал о ней. И ничего не сказал. Почему? Это - тест? Или он просто забыл? Грег провёл пальцем по стеклу. — Один глоток, — шепнул он. — Просто... чтобы прояснить голову. Не напиться. Только снять напряжение. Он достал бокал, налил на два пальца. Поднёс ко рту. Застыл в нерешительности. Посмотрел на стол. Там лежало дело о пропавшем агенте по недвижимости. Бумаги, флешка с видео, а Грег не мог сосредоточиться. Он не чувствовал куража. Он был один. — Я не гений. Я просто... Грег. — Он выпил. Быстро. Почти не ощущая вкуса. Вернулся к столу. Бумаги всё так же лежали, не давая ни подсказки, ни облегчения. Он снова взял ручку. Рука дрожала чуть меньше. - Жена думала, что Браун работает в агентстве по недвижимости, — пробормотал Грег. — А он каждый день уходил на работу, потом в тайной квартире переодевался в бомжа, садился на тротуар... и зарабатывал больше, чем продавая загородные участки. Великобритания, двадцать первый век! Британская экономика в действии. Он ссутулился над столом, уставился на снимок Брауна. С фотографии на него смотрел улыбающийся, слегка лысеющий мужчина. "Типичный человек, который хочет казаться лучше, чем есть. Или... честнее, чем чувствует." Грег повернул голову в сторону буфета. — Один глоток. Только для ясности. — Он почти шептал, словно боялся, что кто-то его услышит. Налил. Выпил. Тепло разлилось внутри, мысли чуть ускорились. Он снова взглянул на бумаги. Ни деньги, ни брак, ни работа не объясняли исчезновение. Открыл ноутбук, вставил флешку с видео. На экране появилась пустая комната. В углу вешалка с поношенным пальто, туалетный столик с баночками, в шкафу полотенца, свитера, у входной двери - оксфорды. Обстановка напоминала театральную сцену . Декорации выстроены, но артист где-то задерживается. Грегу захотелось поехать туда и осмотреть все самому. Он поднял взгляд на потолок. — Майкрофт, сволочь ты. Шерлоку — трупы, мне — театр без артиста. Спасибо. Очень поучительно. Он потянулся к бутылке. Подержал. Поставил обратно. — В другой раз. Для финальной сцены. Взял ключ холодный, как ложка в больничной столовой. Он сжал его в ладони, встал. — Ну что, Джон Браун? Поехали покажешь мне свой спектакль.