Точка невозврата.
13 апреля 2025 г., 18:27
В камине потрескивало сухое полено. Николас молчал. Он не хотел говорить. И не хотел слушать. Но, чёрт возьми, Алекс говорил.
— Я… не думал, что всё зайдёт так далеко. Тогда.
— Нет, — перебил он, не глядя. — Тогда ты вообще не думал.
В комнате висела тишина. Она казалась плотной. Неподъёмной. Тишиной, в которой когда-то родилась его первая влюблённость. Его первая глупость.
Алекс подошёл ближе, будто собирался сесть рядом. Николас не шевелился.
— Я помню… ту ночь. Перед тем, как тебя увезли.
И тогда — щелчок. Не камин, не дверь, не шаги.
Воспоминание.
Воспоминание
— Я не хочу спать, — шептал он. — Я просто хочу… немного побыть рядом.
Алекс ничего не ответил. Только дёрнул край одеяла, поправляя его на плечах Николаса.
— Ты красивый, — выдохнул он. — Даже когда болеешь. Даже когда плачешь.
Слова тогда грели. Он не знал, что они — как ледяная вода: сначала теплеют на коже, а потом оставляют ожог.
— Ты ведь не оставишь меня, да?
Тогда альфа чуть замешкался.
— Конечно, нет.
Настоящее
— Ты солгал, — сказал Ник.
Он не смотрел на него. Смотрел в огонь.
— Тогда — да, — хрипло признался Алекс.
И это стало почти невыносимо. Потому что честность сейчас — хуже, чем ложь тогда.
— Почему? — спросил он. Тихо. Искренне. Без насмешки.
— Я не хотел… себя связывать. Не с мальчиком, не с чувствами. Я хотел бизнес. Хотел свободу. Ты был…
— Удобной точкой на контракте, — закончил он за него.
— Нет. Ты был слишком настоящим. Это пугало.
Николас обернулся.
— А сейчас? Что изменилось?
Алекс чуть приблизился. Их глаза встретились.
— Сейчас ты — угроза. Но я всё равно хочу тебя.
Он сказал это серьёзно.
Николас молча вытер слёзы с подбородка. Он даже не понял, когда они потекли.
— Ты опять хочешь то, что не заслужил.
— Я научусь. Заработаю. Исправлю.
— Нет. Ты не исправишь прошлое. Но можешь попробовать не испортить настоящее. Хотя бы это. Начни с того, что не будь мудаком.
— Слишком поздно?
— Возможно. Но я теперь умею стрелять. И промахиваюсь редко.
На губах — призрачная ухмылка. Но в глазах — всё ещё дрожит тот мальчишка, которого увезли на заднем сиденье машины, прижав к груди фото отца.
