Безмолвный

— Если тебе не нравится мой взломщик, прошу, не причиняй ему вреда! Верни его мне! Гномы редко бывали в ужасе. Но сейчас, глядя на безумие их самопровозглашенного короля, каждый из компании невольно напрягся, с опущенной головой отступив от Торина на пару шагов назад. Вид шальных золотых бликов, что плясали в некогда ясных голубых глазах, вызывал дрожь по телу, заставляя неосознанно крепче сжимать в руках оружие. С губ Торина не сходил широкий оскал, откровенно уродуя и так осунувшееся и посеревшее лицо, из-за чего даже Фили и Кили не рискнули подойти к родному дяде. Из всей их гномьей компании только Двалин и Балин осмелились на попытку образумить в первую очередь своего друга, а уже потом новоявленного короля, но тщетно: Торин тут же оскалился в ответ, отпуская очередную мерзость на кхуздуле, на что Нори едва сдержал Двалина, когда тот в порыве безысходности попытался броситься на друга, а Балин лишь покачал головой, мрачным взглядом уставившись на спину потерявшего разум гнома. Но было ещё кое-что. Вернее сказать, кое-кто. И этот кое-кто настолько усугубил и так паршивую ситуацию, что сам же за это поплатился. Бильбо Бэггинс, удерживаемый от падения с горного бастиона лишь крепкой хваткой Торина, висел над землёй в нескольких десятков футов, и никто из гномов ничем не мог ему помочь. — Пока что ты ведёшь себя не так, как подобает королю под горой, Торин, сын Траина! — продолжал взывать гнома к здравому смыслу Гэндальф. — Дядя, — стоящий рядом Фили с мольбой ухватился обеими руками за плечо гнома, тяжело сглотнув: с его разбитого носа, куда несколько мгновений назад пришёлся удар Торина за отказ исполнять приказ, медленно стекала тёмная кровь, пачкая губы и каплями падая вниз прямиком на носки ботинков. — Дядя, пожалуйста, не надо. На это Торин лишь остервенело тряхнул рукой, сбрасывая с себя ладони племянника. Фили отшатнулся в сторону. — Торин, пожалуйста, — едва слышно вторил Бильбо. Кили с отчаяньем глянул на брата, а после перевёл взгляд на Торина, так и не решаясь на попытку достучаться до гнома. Бесполезно. Что бы он не сделал. Что бы они не предприняли. Всё было бесполезно. — Никогда больше не буду связываться с волшебниками и крысами из Шира! — в неистовом крике Торина проскользнула такая ненависть вперемешку с горем, что гномы невольно вздрогнули и отшатнулись подальше от окончательно обезумевшего короля. — Говоришь, вернуть тебе твоего взломщика?! Ну так забирай!! А дальше произошло то, чего не ожидал никто из компании. Торин одним слитным движением перекинул Бильбо через ограждение и разжал ладони под тихий шокированный выдох самого хоббита. Время будто на мгновение замерло. Гномы в неверии наблюдали за тем, как их взломщик и вор, их отважный и оттого безрассудный друг Бильбо Бэггинс с широко распахнутыми глазами и глухим вскриком исчезает за каменными плитами горного бастиона, который они сами и отстроили. — Lulkh, 'Ikhuzh!! — Melekûnh!! 'Ikhuzh, Lalâkh!! С криками растолкав стоящих впереди гномов, Двалин и Глоин бросились на Торина и со всего размаху впечатали того в грязный пол. Под нарастающие истошные вопли гнома, что срывались с разбитых, искривлённых в безудержной и по-настоящему жестокой улыбке окровавленных губ, Ори, Бифур, Нори и Кили рванули к краю бастиона в бестолковой попытке помочь. — Бильбо, нет! — в один голос закричали Фили и Бофур, стоявшие по обе стороны от Торина, а потому находившиеся ближе всего к Бильбо, и кинулись за хоббитом, едва не свалившись следом. Пальцы их протянутых рук на мгновение коснулись кончиков пальцев Бильбо, но на этом всё. Оттаскиваемый от края бастиона Бомбуром, Бофур на мгновение поймал взглядом чужие перепуганные глаза со срывающимися с ресниц слезами и в отчаянии взвыл, а Кили вместе с Балином едва смогли удержать рвущегося следом за Бильбо Фили. Где-то внизу закричали Гэндальф и Бард. Торин, сдерживаемый по рукам и ногам Двалином, Глоином и подоспевшим на помощь массивным Бомбуром, не переставал яростно вырываться из их крепких захватов и, рывком приподняв голову над полом, заговорил срывающимся голосом, с размаху столкнувшись лбом об лоб Двалина: — Bûr khazâd, Dvalin!! Am Gimizhîth bûr lûgzur Arkenstone, bâr snâk dugâl!! Ghivashelê!! Dûrâk Khazâd-dum!! Mahdel!! O Mahal!! — вместе со словами с разбитых губ срывались капли крови, оставляя багровые дорожки на подбородке и щеках. Бомбур, несмотря на всю свою застенчивость перед большинством из членов компании, а в особенности перед потомками Дурина, в отвращении скривился. — Успокойся же ты наконец!! — рявкнул в ответ Двалин, отшатываясь от Торина назад, но не разжимая крепкой хватки на чужих плечах. — Что там? Что с хоббитом? — покрасневший от напряжения и злости Глоин метнул взгляд на замерших у каменного ограждения гномов. — Оин? — позвал он своего глуховатого брата. — Как же много крови... — тихо отозвался Дори, в ужасе прижав ладони ко рту. Гномы не решались сдвинуться с места, безотрывно глядя с высоты горного бастиона вниз. Бильбо Бэггинс лежал посреди разрушенного моста, а каменная насыпь под ним стремительно становилась багровой. На груди хоббита расползалось кровавое пятно, а сквозь сбившуюся накидку проглядывали клочки мифриловой кольчуги. Клочки разбитой от удара мифриловой кольчуги.