Глава 12. Письмо Сириуса и встреча родственников в Гринготтсе.
17 июля 2025 г., 22:47
Глава 12. Письмо Сириуса и встреча родственников в Гринготтсе.
Письмо было от Сириуса Блэка и своим содержанием удивило нас обоих.
„Дорогой Гарри, — так начиналось оно. — Я знаю, что очень перед тобой провинился, позволив Альбусу Дамблдору уговорить меня, что тебе надо — во имя твоей безопасности — провести свои летние каникулы не в моем доме, а с твоими родственниками-маглами.
Кроме того, он своим елейным голосом уговорил меня, что я должен — на этот раз во имя победы над Тем-которым — позволить ему превратить мой дом в штаб его, Дамблдора, личной Частной Военной Команды под громким названием Орден Феникса. Я согласился (потому, что я дурак!) предположив, что временами у меня на кухне будут проводиться собрания. И все. Кроме того, я надеялся, что после такой подачки у Альбуса заговорит совесть и он добьется моего обеления. Зря согласился, зря надеялся. Все зря.
Дамблдор, первым делом, поверх Родовой защиты Блэков наложил свой Фиделиус. Его личной разработки, его личным исполнением, себя – Хранителем. Чтобы ты понял, что означают личные разработки Альбуса Дамблдора, вспомни свою собственную и судьбу своих родителей. И делай выводы.
Дальше, наш дражайший директор впустил в мой дом, жить за мой счет, чужих людей. Всю семейку Уизли, включая старшенького, Уильяма, который часто приходит поесть стряпню матери. Не раз я пытался выгнать их всех. И каждый раз просыпаюсь с жутким похмельем и головной болью. Выходит, в мой дом вхож и приходит каждый, кому Дамблдор дал доступ. А я из своего дома ни ногой! В своем доме я такой же невольник, каким я был в Азкабане.
Но, вот, что увидел я позавчера на гобелене моего Фамильного древа - маленький зеленый листик. А на нем значилась Фелиция Алькора Лестрейндж, замужем за тобой, за Гарри Джеймсом Поттером, лордом Блэком.
Дальше, я позвал моего домовика Кричера и приказал ему моментально запечатать все помещения в доме, кроме занятых семейкой Уизли спален и кухню. И устроить мне тихую встречу с портретом моей матушки. Портрет закреплен мощными Прилипающими чарами на стене во входном антре дома.
Так я узнал, что матриарх семейки Уизли мне в напитки регулярно подливает зелья затуманивания сознания и подчинения воли. Как же мне хочется выгнать эту, надоевшую мне до чертиков, рыжую бабищу и весь ее приплод из моего дома!
Я посетил Ритуальную комнату, который подтвердил Главенство рода за тобой, Гарри. Но от тебя нет ни весточки. Недавно вернувшийся из Литтл Уингинга отряд, в котором был и Ремус Люпин, донес, что в том городоке побывали два дементора. И поцеловали массу маглов – не меньше двадцати человек. Магловский спецназ занял городок и патрулирует круглосуточно. А дом твоей тети Петунии пустой и продается. Тебя тоже не нашли, вернулись пустыми руками.
Сегодня, весь в поту, примчался директор Дамблдор и «огорошил» нас старой новостью, что кто-то запустил по улицам твоего магловского городка дементоров. По словам Дамблдора, инициатор этого, однозначно, Тот-который.
Прошу тебя, Гарри, дай мне знак, что ты живой!
Твой крестный, очень провинившийся перед тобой, отец — Сириус Орион Блэк.
Прости, Гарри, прости меня!
— Что думаешь, встретимся с Сириусом? – спросил Гарри и его взгляд зареялся в пустоту.
— Встретимся, он, все-таки, твой крестный...
— Ага-ага, пока освобождали его в Визжащей хижине, был такой «преданный» и благодарный, получив гипогрифа в помощи. Обещал, клялся... А летом я опять вернулся к Дурслям и гостил в Норе. Но не будем уподобляться ему, неблагодарному. Так и быть, мы встретимся с ним, но не на Гриммо. Туда, пока, ни ногой! Позовем того в Гринготтс, поговорим в присутствии моих финансовых менеджеров, чтобы те ознакомили моего взбаламошнного крестного, этого непутевого холерика, с истинным состоянием дел. Организуем ему портключ, передадим через Кричера, раз я Лорд Блэк, он мне подчинится. Как раз, он принесет и медальон с собой, очистим от филактерии Змееморда.
— Слушай, а давай будет два в одном! – оживилась я. - Пригласим и моего деда Корвуса... А почему бы и бабушек Крауч не позвать. Заодно, познакомимся со всеми нашими родственниками, что скажешь?
— Скажу, что твое предложение очень вовремя. Как раз, эксклюзивную татуировку с предплечья лорда Лестрейнджа удалим. А это, поверь мне, очень болезненная операция.
— Ты научился удалять метки Волдеморта? — воскликнула я, вперив свой восхищенный взгляд в лицо мужа.
Которое, под воздействием моей несдержанной реакции, покрылось румянцем.
— Кора, милая, ну прекращай так на меня смотреть, а то опять займемся всякими непотребностями... И я забуду весь свой старательно подготовленный план на следующую неделю! — повернув лицо к розовым зарослям, он замолчал, стараясь выравнить дыхание. — Так-с, о чем я говорил? А, да... о метках. Пришлось мне научиться делать это, удалять их. В своей прошлой, прожитой с Джиневрой жизни, я занялся изучением методов удалений, иначе Министерство магии перестало бы работать.
— Почему?
— Потому, что основные налогоплательщики были из числа бывших Пожирателей, метки у которых побледнели после гибели Волдеморта от моей руки, но никуда не делись. Догадываешься почему?
— Конечно, любимый, - улыбнулась обворожительно я. – Победитель получает все, даже рабов.
— Какая ты у меня умница и красавица, Каролина моя! – лыбится Гарри и целует мою ручку. — Власть в магмире, после победы, перешла в руки плебса. Всяких маглорожденных и разной степени полукровок, которые не хотели во власти кого-либо из чистокровных. А большинство из них были меченые. Как следствие, те прекращали платить налоги, делать пожертвования министерству, больнице Мунго, школе Хогвартс и так далее. И мне, как единственный змееустый в Британском магическом обществе, пришлось сесть на ж..., то есть, сесть за древние фолианты и книги, и самому учиться удалять магические рабские клейма, не мной наложенные, а кем-то другим. Вот так и получилось. Спасем твоего деда от рабства у лорда Змееморда.
Новостью в моей жизни, Фелиции Алькоры Лестрейндж-Поттер, были ещё две бабушки, сёстры моего деда Бартемиуса. Я отчаянно хотела с ними познакомиться по причине того, что через месяц, если не возникнет лазейка, Гарри должен был ехать в Хогвартс и поступить на пятый курс. СОВ никто не отменял. Да и сдача нескольких ТРИТОН-ов тоже нужна. Куковать здесь в одиночестве меня не привлекало, так что познакомимся с бабушками. Они тоже семья, как и их наследники. Если у них таковых есть. И я озвучила свои мысли.
— Пригласим на эту встречу не одного Сириуса. Пригласим также и лорда Корвуса, и обеих бабушек Крауч, которых зовут Эльвира и Лиссандра. Пусть все одновременно узнают, что у них осталась в живых не сквибка, как они думали, а ведьма. Полноправная наследница. И, хотя все они о моём существовании подчистую забыли, как узнают, что я есть, что я ведьма и, что я вернулась, - ох, как быстро обо мне вспомнят! — злорадствовала я. - И до них дойдет, что, кроме меня, у них никого больше нет!
— А не боишься, что кому-то из них – твоему дедушке, например, захочется наложить на твою свободу свою руку и свою волю? – спросил Гарри, взяв меня за ручку.
— Ха-хааа! Пусть попробует. Я замужем. Самое главное здесь знаешь что? Что я не ребенок. Не допущу играться с моей судьбой. А, если захочу, могу не продолжить род Лестрейндж. Моими усилиями...
— Ага-ага, усилиями, да? — подмигнул мне Гарри, игриво ухмыляясь.
— Детей надо рожать, дорогой. А это не то дело, о котором ты себе фантазируешь...
— Но без ТОГО дела и детей не будет, — возразил он и протянул руку, чтобы погладить мое голое колено. — Сколько детей, по-твоему, надо родить? Для всех наших родов...
— Сколь нужно, столько и рожу. Рожу, не побоюсь...
Взяв меня на руки он утащил меня внутри дома. Добежав до нашей спальни, он оставил меня на кровати и единым движением освободился от всей одежды... Из одежды на нем были одни пёстрые шорты и майка…
***
Мы заказали у гоблинов переговорную, для конфиденциальных разговоров, комнату на пятое августа внешнего времени. Банк взял на себя обязательство отправить портключ Сириусу Блэку — в полной секретности и втайне от многочисленных гостей-тунеядцев в его доме. Лорду Корвусу Лестрейнджу и обеим сестрам дедушки Крауча — миссис Эльвире Крэбб и миссис Лиссандре Яксли — гоблины отправили сову с приглашением. Был придуман формальный повод — аудит их семейных и личных финансов, как и возникновение неких выгодных возможностей для инвестиции. Утром, после завтрака, Гарри позвал Блэковского домовика на террасе большого дома. Передо мной, выпучив огромные серые глаза, явилось дряблое, сморщенное создание из ужастиков. Кричер. Существо. Оно переводило неверящий взгляд с меня на моего мужа и обратно, беззвучно шевеля тонкими губами. — Ми-... ми-... — Что «ми», эльф, не узнаешь лорда и леди Блэк? – саркастично спросил Гарри и Кричер грохнулся в его ногах. — Милорд, милорд! – заверещал от. – Кричер жестоко накажет себя, что не поверил Зову нового-старого хозяина. Что желает мой государь? — Твой государь желает получить медальон Салазара Слизерина со злой вещью в нем, - сразу приказал Гарри. – Сейчас же! — Злая вещь всегда с Кричером, милорд! – рявкнул домовик и приподняв грязную тряпку, которая едва прикрывала его, выдернул оттуда висящий на золотой цепочке оформленный как круглая коробка медальон. – Вот оно, то, что передал мне хозяин Регулус в той пещере. Гарри забрал реликвию из костлявых лапок Кричера и, как награда, поставил ладонь тому на темя. Существо прикрыло в экстазе глаза, получив наконец магическую подпитку. — Я убью Сириуса! – протянул Гарри, прослеживая как на глазах меняется к лучшему домовой эльф. – Оставить бедное создание голодным столько времени, живя с ним рядом, под одной крышей. Достаточно! Кричер, ты находишся во внутренном пространственном пузыре семьи Крауч. Дама рядом со мной, это Фелиция Алькора Поттер, леди Блэк – моя супруга. Домовик, на этот раз, бросился к моим ногам и начало биться лбом об каменных плитках. — Кричер видит, Кричер счастлив, что госпожа леди Блэк беременна... — Что-о-о! – крикнули мы с мужем одновременно. Потом переглянулись и бросились друг другу в объятия. – Иди, Кричер! – махнул рукой Гарри. – Найди Добби и Винки, они все тебе объяснят и покажут, а мы с твоей госпожой удалимся в спальню на некоторое время...***
Аккурат в десять часов, мы с мужем уже были в переговорной комнате, сидели вместе в одном кресле под мантией-невидимкой его отца и ждали наших визави. Первым прибыл Сириус, который громко выговаривал сопровождающему его клерку за то, что только сейчас вспомнили о последнем Блэке и про его неурегулированные дела и хранилища в Гринготтсе. — Надо было раньше найти способ отправить мне портключ, — возмущался Сириус и размахивал руками. Нам обоим с Гарри стало смешно, следя за тем, как Блэк нападал на ничем неповинного клерка, а тот, морща лицо, отбивался и отнекивался. Входная дверь помещения открылась вновь и наше внимание переключилось на вошедших дам. Это были две, степенно выглядящие, пожилые ведьмы в чёрном. Цвет их одежд оттенял их бледных, со строгими чертами лиц. Обе были похожи друг на друга и на своего младшего брата Бартемиуса, моего дедушку. Они степенно передвинулись к длинному переговорному столу и расселись рядом друг с другой. Они уставились на сопровождающего их гоблина и никак не отреагировали на зыркающего в их направлении молодого волшебника Сириуса. Хотя, я уверена, обе они знали, что в глазах министра магии Корнелиуса Фаджа, он преступник и по его приказу того приговорили к немедленному, без каких-либо расследований, поцелую дементора. Последним, кряхтя и ковыляя, помогая себе тростью, в помещение прибыл лорд Лестрейндж. Мой единственно оставшийся в живых родственник со стороны отца, мой дед. Не могу назвать его дедушкой, он был для меня незнакомцем, допустившим много плохого в своей жизни. И ничего хорошего. Он и только он допустил гибель моей мамы, пожизненное заключение обоих своих сыновей и своей невестки. Позволил выгнать меня, малютку, из-под его крыла по неподтвержденному диагнозу – я сквиб! Я – срам и позор рода. Где теперь его род? Да он не пошевелил даже пальцем, чтобы найти меня! И вместо того, чтобы каяться и мучиться от скорби, имеет наглость претендовать на уважение к себе. Увидев посторонных людей в комнате, старик остановился и обратил свое сморщенное лицо к сопровождающему его гоблину. — Клерк, ты не попутал помещениями? — глухо пробормотал он, стараясь говорить тише. — Меня, вроде как, на конфиденциальный разговор пригласили. — Разговор будет конфиденциальным, милорд, не сомневайтесь! — воскликнул гоблин и приглашающе махнул рукой. — Садитесь, где вам удобно. Маги, огранизовавшие эту встречу и оплатившие всё, прибудут с минуты на минуту. Сзади открылась вторая дверь и вереницей внутри вошли несколько важно выглядящих гоблинов. Это были менеджеры семьи Блэк — Скалогрыз, Поттеров — Барчок, с которым я уже встречалась, Крауч — мой личный поверенный Бродрок и незнакомый мне персонаж, я заподозрила, что это поверенный Лестрейнджей. Последним, заканчивая череду, вошёл одетый в золотых, сотканых из золотых нитей, одеждах гоблин и занял место во главе стола. Стукнув молотком по золотому полусферическому гонгу, он объявил: — Леди и джентльмены, я Рагног – глава банка Гринготтс. Я буду наблюдателем на сегодняшней встрече, организованой и оплаченой нашими высокоуважаемыми клиентами — мистером Гарри Джеймсом Поттером, лордом Блэком и его прекрасной супругой, леди Фелицией Алькорой Лестрейндж-Поттер, леди Блэк. И мы сняли с себя мантию-невидимку и встали со своего кресла. Тишину, воцарившуюся в помещение, можно было резать ножом. Люди перестали дышать, настолько их ошеломило это объявление. Неуверенный всхлип последовал после судорожного вздоха и одна из моих бабушек выдала: — Марибель... И вытаращилась, смотря на меня. — Я законная дочь Мариссы Лестрейндж, в девичестве Крауч и Рабастана Лестрейнджа, - встала я с места и слегка покрутилась перед остекленевшими глазами наших родственников. – Замужем магическим браком за присутствующим здесь Гарри Джеймсом Поттером, лордом Блэком. И уже жду ребенка. — Сладенький Мерлин... – пробормотала другая бабушка и вскочила, чтобы немедленно приобнять меня. – Стольких лет, стольких лет мы ничего о тебе не знали. После смерти Марибель, твоей матушки, тебя похитили и больше о тебе ни слуха, ни духа. Бедная Элси, твоя бабушка, заболела от горя... Твой дядя Барти тоже не щадил свою мать... Кори, деточка, как ты выросла! И какая ты стала красавица! Похитили? Что за... Боковым зрением я следила за поведение лорда Корвуса. Он, услышав кто я, вдруг прохрипел и одной рукой схватился за горло, а другой начал масировать сердечную область. Мой Гарри моментально вынул из кармана уменьшенную коробочку, в которой мы предусмотрительно поставили несколько флаконов зелий. Успокоительное и Укрепляющее были немедленно переданы старику, который, выпив содержимое, почувствовал себя лучше. И сразу начал оправдываться. — Алькора, внученька, - начал он, но я сердито его прервала. Не хотелось слушать какие-либо оправдания, я пришла услышать правду. — Лорд Лестрейндж... — обратилась я к нему. Но он поднял руку и я остановилась. — Называй меня дедушкой, Алькора! — каркнул он, поглощая меня взглядом. В его глаза блестели слезы. — Не заслужили, лорд Лестрейндж, — возразила я. — Оказывается, вы знали о моем существовании и что предприняли, чтобы найти меня? Ничего. Мою маму убили, меня выкрали из дома и унесли в неизвестном направлении... — Знаешь, все не так просто, как тебе, внученька, кажется. Когда в дом моего наследника Рудольфуса нагрянул отряд из Аврората и начал чинить беспорядки, там была не только ты. Там была еще одна девочка. Я вытаращилась. — У меня была кузина? — Нет, она тебе кузиной не была. Девочку мы приняли под опеку, подчиняясь приказу нашего Повелителя, — шмыгнул носом старик. Вынув белый платок из рукава, он старательно провел им по лицу, вроде убрать пот со лба. Но я заметила, что он тайком вытирает слёзы. - Я сделал так много ошибок в свое время. Началось с того, что все мы, я и два моих сыновей, приняли Метку. А потом выяснилось, что... Я согласился заключить брак моего старшего сына Руди с этой безумной Блэк, полностью одержимой своим кумиром. Лордом. Нашим Повелителем. Более того, у них уже была дочка, ее она привела в семью. Мы согласились вырастить ее, не могли пойти против воли Лорда... Потом мой сын принес мне новость, что у них с Беллой будет собственный ребенок. Я так обрадовался, так возликовал, что потерял осторожность. И случилась беда. У меня отняли всех – сыновей, их жен, будущих внука и внучку, всех. — Вам известно кто привёл в ваш дом обоих Лонгботтомов и Джеймса Поттера? – спросил Гарри. Сириус весь сжался, словно его ударили. Лорд Лестрейндж посмотрел с ненавистью на сжавшегося в своё кресло Сириуса и процедил сквозь зубов: — Вот этот вот предатель, Блэк. Он, паразит, воспользовался близкородственными отношениями с Беллатрикс и имел допуск в дом, где они с Руди жили. Мы с Гарри медленно повернулись, одновременно, как флюгеры на ветру, к его крестному отцу и уставились на него. — Э, Сириус, это правда? То, что сказал лорд Корвус, случилось по твоей вине? Типа, ты привёл, по приказу Дамблдора, Фрэнка и Алису Лонгботтом вместе с моим папашкой, чтобы украсть одну невинную девочку? — Блохастый потупил взгляд и весь покрылся красными пятнами смущения. — Что сделали с малюткой? Говори, Сириус Орион Блэк, волей Главы рода приказываю тебе во всем признаться. Взрослый мужчина приподнял лицо, мельком посмотрел на Гарри и стушевался. Его плечи согнулись и он, борясь с собой, начал тихо цедить слова: — Нас встретил Раби..., Рабастан и спросил меня, по какому поводу мы прибыли неприглашёнными. Мы сразу напали, он не смог противостоять четверым опытным аврорам... Фрэнк предложил заавадить того, но Алиса не позволила... Поэтому, обезвредив Рабастана Петрификусами из четырёх палочек одновременно, вошли в дом. Там на нас напали Руди и Белла... Ну, Белла оказалась беременной и долго не удержалась, упала вся в крови... Алиса закричала на нас, начала дергать себя за волосы и просить у Беллы извинения, что из-за нашей глупости она теряет ребенка... — Блээээк, я тебя убью! — взревел лорд Лестрейндж, вскочив с места. Он бы напал на Сириуса, если бы чары Переговорной комнаты не заставили его упасть обратно на место. Я бы не стала препятствовать деду осуществить своё право на кровную месть. В этом я была с ним согласна. Беллатрикс Блэк вышла за его наследника, Рудольфуса Лестрейнджа, с благословлением её первого любимого, который, несмотря на того, что она родила ему дочь, не пожелал поступить как мужчина. Не женился на ней. Зато, Рудольфус, будучи влюбленный в красавицу Беллу с первого года обучения в Хогвартс, с радостью сам предложил ей брак. Очевидно, брак был консумирован, раз заговорили о выкидыше. Может, так все и было... Но кто была эта загадочная дочь Риддла и Беллатрикс? — Рассказывай, Сириус, не отвлекайся! — голос Гарри пробился сквозь мои раздумья. — Нууу, пока она кровоточила, из-за выкидиша, мы скрутили и Руди. Оставив его лежать камнем на полу, вторглись внутрь дома искать дочку Волдеморта. Но против нас выскочила ещё одна молодая женщина. Мы думали, что она тоже начнёт сражаться, но она оказалась сквибкой и не могла помешать нам войти в детскую комнату. Пока Джимми забавлялся с ней... О, прости, Гарри! — Ублюдки! — зашипел мой муж, протянул руку и что-то сказал на парселтанге. Сириус стал кричать и корчиться от боли. — Рассказывай, давай! — Оуууу, аааа... Как посмел причинять боль крёстному отцуууу?... — Говори, я сказал! — Ооо... понял я, понял... в детской мы нашли двух девочек. Забрали обеих. Отнесли их прямо в магловскую больницу, там их и оставили... Не знаю, что с ними дальше случилось... Сириус продолжил скулить и поглядывать с неприязнью на нас с Гарри. Меня-то он почему ненавидел? В комнате воцарилась тишина, в которой хорошо были слышны тихие всхлипы обеих бабушек. — Ясно, — сквозь слезы заговорила одна из них. Я всё ещё не связывала их имена с их лицами. — Теперь все становится ясно, почему поперся Тот-который, на следующий день в дом Поттеров — он пришел не убивать Гарри Поттера, а искать свою дочь. Но так, как поступили эти четверо с семьёй его приспешников-друзей, убить их было мало. — Они искали малюток и в доме Фрэнка и Алисы Лонгботтом, — добавила вторая бабушка. — На месте братьев Лестрейндж и Беллатриссы, я тоже запытала бы обоих агрессоров. Молодой Барти тоже невиновен. Он племянницу искал, и сестру. Ведь, это вы убили жену Рабастана, да? — И мою маму, — вметнула я. — Так получается. После того, как Джеймс Поттер её... того самого... Но Гарри за грехи своего отца не должен отвечать. — Бабушка посмотрела на бледного, как простыня лорда Корвуса и привлекла его внимание, положив руку тому на сжатые в кулаки ладони. — Поклянитесь, Корвус, что не станете требовать виру у молодого Поттера! Он посмотрел сперва на старую женщину, вероятно его сверстницу, а потом поднял взгляд и впился им в моего мужа. — Хорошо, я клянусь, что не стану устраивать вендету роду Поттер. — А он удалит вашу Метку, - заверила его я. — Метку? – не поверил мой дед. — Но без парселтанга... — Гарри владеет парселтангом. Неверие и какая-то надежда осветили лицо старого мужчины и он весь растаял. — Я, внученька, буду счастлив, если вы с мужем станете посещать почаще своего старого дедушку. — Не могу обещать, дедушка, потому, что боюсь застать в твоём доме нежеланных гостей. Из твоего кружка. — Обещаю, как только Гарри Поттер удалит метку, я закрою своё поместье от членов моего кружка. И от Повелителя... — Отныне, повелитель будешь сам себе, дед! — скупо улыбнулась я и он весь засиял. — А, что, всё-таки, стало с второй девчонкой? Той, что является дочерью Риддла. Аа, да. Риддла и Беллы. — Я всё это время пытался окольными путями разузнать вашу с ней судьбу. Твои следы быстро затерялись, по той простой причине, что ты не дала о себе знать стихийными выбросами. Только этим летом, за день до твоего дня рождения, я почувствовал всплеск родной магии. Меня ты сама нашла. Вот, другая девочка очень рано стала творить волшебство, но некому было за ней уследить. Она для меня совершенно чужая. А из Блэков, которым она родная, в своем уме никто не остался. Или закрылись, как старики Блэки в своих усадьбах, за не пробиваемыми ничем блэковскими защитными щитами... Но, я слышал о некоей очень выдающейся маглорожденной ведьме, которая проявила себя не только умом, сколько мощью... — Гермиона... — прошептал Гарри. — Гермиона Грейнджер. Я так и знал, что с ней не всё так просто, знал! Надо её привести в Гринготтс и заставить пройти кровный тест на родство. А потом умыкнем её из дома Сириуса и поговорим с ней начистоту. Ты согласна, Кора? Я кивнула в знак согласия, но червь ревности куснул меня. — Никаких междусобойчиков, никакой конфиденциальности! — резко подчеркнула я. — И быстро её выдадим замуж, нечего родственнице ходить неприкаянной! — Моя девочка, — сказал дед, но ухмыльнулись все трое стариков. Сириус сидел на краешке сиденья весь сжавшись, и только его глазки бегали туда-сюда, как у загнанного зверя. Хотелось встать с места и хорошенько так приложить того... скороводой, если бы она у меня была. Придурок!
