В логове Мышки

Утро. Лорна шевельнулась, её уши дрогнули, улавливая звуки комнаты — слабое дыхание, едва слышный поскрип дерева и... едва ощутимый запах слизи. Она сморщила нос и медленно открыла глаза, полусонно моргая. Сначала она просто лежала, глядя в изголовье кровати, но спустя несколько секунд всё, что случилось накануне, медленно всплыло в её голове. Её глаза прищурились, и она, тяжело вздохнув, перекатилась на спину. Лорна: "...Идиот" — пробормотала она в потолок. Затем села и потянулась, выгнув спину. Её косточки тихо хрустнули, когда она с усилием разогнулась, и, смахнув одеяло, она соскользнула с кровати. Дамм сидел всё там же, сгорбившись, словно мешок, забытый в углу. Его голова была опущена, рот полуоткрыт, а подбородок чуть касался груди. Он спал, и даже во сне выглядел так, будто страдал. Его руки всё ещё были связаны за спиной, а ноги скрещены, надёжно связаны, и привязаны к стулу. Лорна: "Ты хоть понимаешь, как раздражаешь меня своим видом?.." Лорна подошла к нему, склонилась, внимательно посмотрела на его лицо. Глубоко вздохнула. Её выражение на секунду стало странным — не злым, не холодным... почти растерянным. Лорна: "И ведь даже во сне жалкий" — тихо сказала она, почти себе под нос. Вздохнув, Лорна выпрямилась и направилась к комоду у стены. Там, среди беспорядка, стояла миска с остатками вчерашней каши и кружка воды. Она бросила взгляд на них и тихо фыркнула. Лорна подошла к столу, на котором осталась вчерашняя кружка с водой, взяла её, сделала глоток, но тут же поморщилась — вода была тёплой. Она поставила кружку обратно, но не ушла. Лорна: "Кормить тебя, как зверька. А ты даже спасибо не скажешь. Ни разу." Она взяла миску, вернулась к Дамму и, пригнувшись, ткнула его пальцем в щёку. Лорна: "Просыпайся, мученик. Завтрак принесли." — Говорила она резко, но голос был без злобы, почти усталый. Дамм не сразу очнулся. Он зашевелился, как будто ему снилось что-то тягучее, неприятное. Его веки дрогнули, он медленно поднял голову и прищурился от света. Дамм: "…где…" — прохрипел он, едва шевеля пересохшими губами. Лорна: "В раю" — с насмешкой ответила Лорна. Она просто несколько секунд смотрела на него, потом вздохнула и зачерпнула ложку каши. Лорна: "Открывай рот. Или ты хочешь, чтобы я снова приложила тебя раскаленным металлом, чтобы проснулся быстрее?" Он взглянул на неё с выражением, которое сложно было расшифровать: смесь страха, злости… и чего-то ещё, может быть, усталого принятия. Потом, не говоря ни слова, послушно открыл рот. Лорна: "Вот и умница" — сказала Лорна чуть тише. Тишина между ними повисла, прерываемая только звуком каши и каплями воды, медленно падающими где-то с трубы под потолком. Лорна кормила его молча, взгляд её был устремлён на него, а лицо с каждой ложкой становилось всё более задумчивым. Когда миска опустела, она отставила её в сторону и долго молчала, прежде чем сказать: Лорна: "Не думай, что я делаю это из жалости. Просто мне не нужно, чтобы ты умер от голода. Пока ещё нет." Когда Лорна отвернулась, чтобы убрать пустую миску, Дамм тихо выдохнул, опуская взгляд. Он словно пытался спрятать в себе эмоции, которые всплыли на поверхность — глухая обида, злость и… странное облегчение. Он шевельнул пальцами, насколько позволяли верёвки, и хрипло заговорил: Дамм: "Ты… знаешь, что я всё равно не сломаюсь, да?.. Просто… устал." Он поднял глаза на Лорну — мутный, тусклый взгляд, в котором едва теплилось упрямство. Дамм: "Можешь кормить, можешь бить… Но если ты ждёшь, что я заплачу или начну умолять… этого не будет." Пауза. Он еле заметно усмехнулся, уголок пересохших губ дрогнул. Дамм: "Хотя… спасибо за еду." Он отвёл глаза, будто сам испугался этих слов. Лорна на мгновение застыла, услышав его «спасибо». Повернулась к нему медленно, почти нехотя. На лице её вновь появилось то странное выражение — будто смесь раздражения, удивления и… интереса. Она вернулась к нему, наклонилась ближе, почти касаясь его лица. Лорна: "Что это сейчас было?.. Благодарность?" — прошептала она, прищурив глаза. — "Ты же говорил, что не сломаешься." Она провела пальцем по его щеке, словно проверяя, не перегрелся ли он, а потом, не отводя взгляда, вдруг уселась к нему на колени, обхватив его бёдрами, лицом к нему. Весом тела она вдавила его глубже в спинку стула. В её движениях не было резкости — скорее, ленивое, кошачье давление. Лорна: "Сломать тебя, слишком скучно. А вот заставить тебя поменять свои взгляды, уже интереснее. Но об этом позже." Дамм почувствовал, как тепло Лорны разливается по его бёдрам сквозь тонкую ткань. От её неожиданной близости по телу прошёл горячий ток — не от боли, не от страха… от чего-то иного. Он невольно задержал дыхание, и щёки его окрасились румянцем, особенно ярким на фоне утомлённого, бледного лица. Он отвёл взгляд, словно пытался спрятать себя от неё, как прячутся от солнца, которое слишком неожиданно прорвалось сквозь тучи. Лорна всё видела — её губы тронула ленивая, ехидная ухмылка, а уши чуть дёрнулись. Лорна: "О, краснеешь? Вот оно что…" Она плавно поднялась с его колен, будто не спеша возвращалась из игры, которую только начала. Встав, она потянулась и, к своему же удивлению, хихикнула. Это был лёгкий, короткий звук, почти неуловимый — но он прозвучал в комнате, как вспышка чего-то неожиданно живого. Лорна: "Смешной ты всё-таки. Всё пыжишься быть сильным, а я только села, и ты весь в краске." Она подошла к миске, подняла её и так же молча забрала кружку, мимолётно взглянув на Дамма через плечо. Лорна: "Сиди тут, слизь. Не скучай." Она пошла к двери, ступая тихо, как кошка, и перед тем как выйти, остановилась на пороге. Лорна: "И… не надейся, что всё это доброта." Дверь за ней закрылась. Дамм молчал, опустив голову, но взгляд его теперь блуждал по полу не так пусто, как раньше. Он чуть хрипло выдохнул и прошептал: Дамм: "...Странная ты, Лорна." Дамм дёрнул руками. Сначала резко, с каким-то бессмысленным упрямством, потом медленно, с надеждой, что верёвка, может, где-то ослабла. Но всё было по-прежнему туго, надёжно. Кожа под шершавой тканью верёвки саднила, и он поморщился, застыв на месте. Он ещё раз потянул, проверяя, не ослабло ли хоть где-то... и снова ничего. Лишь тупая боль в плечах и кистях, затёкших от долгого пребывания в одном положении. Дамм: "...Чёрт." — выдохнул он почти беззвучно и обвис на стуле, позволив себе хоть немного расслабить напряжённые мышцы. Голова опустилась, прядь волос упала на глаза. Пот тихо стекал по виску. Он с трудом пошевелил пальцами, но они почти не слушались, одеревенели. Где-то в груди вновь поднялось знакомое ощущение: смесь усталости и беспомощности… Он глубоко втянул воздух носом, пытаясь успокоиться. Прошло несколько минут. Дамм просто сидел, почти неподвижный, как часть мебели....