чувства
6 мая 2025 г., 14:55
С того, как старший признался, прошло чуть больше месяца. И каждый день походил друг на друга.
Минхо перестал скрывать свои чувства, не стеснялся делать младшему комплименты, обнимать при встрече или контактировать как-либо ещё.
Джисон долго обдумывал, как ему вести себя. Сначала он хотел посоветоваться с Хëнджином, но такие вопросы решать надо явно не с ним. Затем он думал поговорить с Феликсом, но быстро понял, что в этой ситуации лишь он один может решить, как для него будет лучше. Представив себя на месте старшего, чего он поначалу никак не мог сделать, он подумал, что Минхо сейчас и без того невероятно трудно, а если Джисон будет вести себя грубо или холодно, старшему будет гораздо хуже.
Поэтому Джисон решил вести себя как раньше и позволить старшему любить себя. Хоть и внутренне он всё ещё не мог признать то, что к нему питал такие чувства парень, но понять и принять ему это нужно было. И чем раньше — тем лучше.
Минхо даже, чтобы быть к младшему ближе, махнулся местами с одноклассником и теперь сидел за младшим, на уроках показывая ему и Джину очередные мемы, с которых было смешно только ему.
Иногда на переменах он, на пару с Хëнджином бегал в магазин через дорогу за шоколадками или мармеладками, которые отдавал младшему. Из-за чего Джисон смущённо опускал глаза и шептал тихое «спасибо».
Оказалось, Минхо очень тактильный. Конечно не такой, как Феликс, но, как мог понять Джисон, старший просто обожал обниматься. Он любил прижиматься к нему, а особенно на большой перемене, когда парни ходили в столовую, Минхо ложился к младшему на плечо, а Джисон только и мог, что словно не замечать этого. Ему нравилось при встрече обнимать младшего так, словно он принадлежал ему — впивался пальцами в его талию, утыкался носом в шею младшего, или же долго-долго смотрел в его глаза. А ещё он обожал кормить Джисона. Батончик, какая-нибудь булочка, сок — всё это Минхо давал пробовать лишь со своих рук. Это казалось младшему очень и очень странным, но он сразу же успокаивал себя и объяснял все действия Минхо обычной и к тому же, как оказалось, первой влюблённостью.
А Минхо эта покорность и непонимание лишь на руку были.
Затем выяснилось, что Минхо не только за линкин парк шарит.
— Ты смотрел «Алису в пограничье»?! — воскликнул Джисон, когда Минхо в очередной раз показал ему тикток и принялся объяснять, в чем заключается шутка, думая, что младший не смотрел этот сериал.
— Конечно, а ты?!
С того самого дня у парней появилось гораздо больше тем для обсуждения. Сериалы и фильмы, которые смотрел Джисон, по счастливой случайности смотрел и Минхо, несколько аниме, музыка — в общем вкусы совпадали во многом. Иногда Джисон даже садился на уроках к Минхо, чтобы на скучных уроках обсуждать некоторые спорные вопросы, поступки персонажей, скрытый смысл или что-то ещё. Больше не с кем — Феликс фанател лишь по играм, а Хëнджин, несмотря на частое туповатое поведение, смотрел на ютубе айсберги по различным темам, начиная новомодными мемами, заканчивая философией и Библией.
Тему чувств Минхо они не поднимали — всё и без того было очевидно. Сверкающий взгляд старшего, направленный на Джисона почти всегда, глупая улыбка, незаметные, как он думал, жесты. К Хëнджину даже как-то раз подошла одноклассница, с которой он общался на уровне знакомых, и спросила, не встречаются ли Джисон и Минхо.
Правда Хëнджин, чтобы младшего лишний раз не смущать, ему об этом не рассказал.
Но и однокласснице точного ответа не дал.
｡･:*:･ﾟ’☆
С каждым днём в галерее Минхо появлялось всё больше и больше фотографий Джисона. Он фотал его и исподтишка, и чтобы тот видел, а на его вопросы «зачем?» отвечал простым и понятным «нравишься ты мне», на что Джисон очень смущался. На физкультуре, в раздевалке, на уроках, на переменах — камера всегда была наготове. Если ещë в классе седьмом в голову Минхо закрадывались сомнения по поводу того, что то, что он делает — неправильно, аморально и извращённо, но сейчас его не заботила нравственность и мораль. Ему важно было лишь усмирить животное внутри себя, сдерживать которое было гораздо труднее с каждым днём, проведённым с Джисоном. Однажды ему пришлось даже «отойти в туалет», потому что стояк появился слишком не вовремя, и объяснять это Джисону, переодевающемуся на физкультуру, у старшего желания не было. У Минхо вообще какой-то нездоровый интерес к сомнительным жанрам порно появился ещё в классе третьем. В то время, когда его сверстников их родители только начинали погружать в тему секса, а вернее «откуда берутся дети?», Минхо уже разобрался с тем, как создавать вкладку инкогнито, чтобы у матери, проверяющей историю поиска, не лезли глаза на лоб и не появлялись логичные вопросы. Быть честным — на Джисона Минхо засмотрелся ещё в пятом классе. В то время он был ещё незаметнее младшего, с каштановыми родными волосами, в толстых очках с закрытой тканью линзой, чтобы исправить совсем незаметное косоглазие, и в чёрной толстовке. Если он по какой-то причине не являлся в школу, этого даже никто не замечал — Минхо ни с кем не общался. Когда в класс пришёл новенький, которому удалось разговорить Джисона, Минхо понял — вот оно. Вот то самое неумение отказать, вот тот самый щенячий покорный взгляд, полный сомнения. Вот то, что ему нужно. Но Минхо даже представить не мог, как именно ему сблизиться с Джисоном. Поэтому, наблюдая за его дружбой с Хëнджином, он понял — лучше всего начать с Хвана. Именно по этой причине в девятом классе Минхо записался на школьный волейбол, куда незадолго до этого стал ходить Хëнджин. Минхо не горел сильным желанием заниматься именно этим видом спорта, но мысли о Джисоне, ставшими его ненормальной гиперфиксацией, мотивировали парня. Так и произошло — Хëнджин, в связи со своей по природе лёгкой, наивной и общительной личностью, клюнул на заумный крючок Минхо, и даже не понял, что старший использует его для своих целей. Не понял он это даже сейчас. Единственное, что его смущало — то, с каким огнём в глазах Минхо расспрашивал его о Джисоне. Тогда, скрыв панику и недовольство, старший признался ему, что влюблён в младшего. Правда это не влюблённость была, а желание овладеть, подчинить и возвыситься. Минхо не интересовал Джисон, как человек. Да, он знал, что ему нравится, какие сериалы он любит смотреть, какую еду предпочитает. Но всё это лишь для того, чтобы втереться к нему в доверие. Минхо смотрел в глаза младшего, и видел лишь тревогу, сомнения и неуверенность. И ему это нравилось. Ему нравилось, что Джисон боится его, а сделать ничего не может. Именно эта податливость младшего рисовала в голове Минхо всё более и более «экзотические» сексуальные фантазии и картины, в которых Джисон не мог сделать ничего, кроме как смириться и подчиниться. Абсолютно каждый вечер Минхо, принимая душ, в очередной раз толкался в свою руку и жадно шептал имя младшего, которое словно мёдом оседало внутри, растекаясь возбуждением и наслаждением. Блядский Джисон. Эта тонкая талия, глупые глаза и вечно чуть приоткрытый рот, и... Прошипев сквозь зубы, Минхо излился на руку, представив вместо неё младшего, стоящего перед ним на коленях и смиренно подставившего лицо. Струи воды тут же отмыли руку. Отмыли кожу, но не самого Минхо, загнано дышащего и сглатывающего вязкую слюну. Закончив вечерние процедуры, Минхо, повязав на поясе полотенце, вышел из ванной. — С лёгким паром! — крикнула мать с кухни. — Спасибо, — ответил ей Минхо и, пройдя мимо зала, где отец смотрел очередную вечернюю передачу, заперся в комнате. О семье Ли говорить было нечего — отец, обожавший унижать мать, и мать, любившая унижаться. Минхо воспитывался как «мужик», то есть, в понимании отца, можно было позволять себе в отношении слабого пола всё. От колких фраз до рукоприкладства. Насилия, как морального, так и физического. Ведь женщина — ничто. Тупая баба лишь балласт для мужчины. Скинув полотенце, парень перешагнул через него, не утруждая себя поднять его. Минхо подошёл к напольному зеркалу, в котором он мог спокойно рассмотреть себя во весь рост. Минхо хотел довести своё тело до идеала. Второе, на чем он был помешан кроме Джисона — собственное тело. Стабильно трижды в неделю он тренировался, если не в зале, где у него оформлен абонемент, то на площадках, или дома. Скользнув взглядом по груди, он остановил его на прессе, заметном даже без лишних телодвижений, чёткие контуры отчётливо виднелись сквозь кожу, красиво очерчивая кубики. Единственное, что Минхо бесило до вен на лбу — уродский шрам от аппендикса, который ему вырезали в средней школе. Он даже пообещал себе никому никогда не показывать его, но детское обещание самому себе было разорвано в клочья, когда интерес к реакции Джисона на его тело взяло верх. Немного повертевшись перед зеркалом, Минхо решил устроить завтра день рук, бросая взгляд на гантели в углу комнаты. Наконец одевшись, Минхо сел за стол, включая настольную лампу и доставая скетчбук с полки. Никому из его окружения не было известно о его способности к рисованию. Быть честным, он обожал рисовать. У него было очень много различных тетрадей, скетчбук, блокнотов, которые он хранил, как память. И большая часть рисунков так или иначе была связана с Джисоном. На некоторых были его глаза-бобы, где-то виднелся его затылок. Но Минхо хотел нарисовать портрет младшего, чтобы подарить ему. Наверняка его этот жест сильно растрогает. Может, он даже обнимет старшего в знак благодарности. В животе защекотало лишь от мысли о физическом контакте с Джисоном, поэтому Минхо решил не увлекался фантазиями и, разблокировав телефон, зашёл в галерею в поисках подходящей фотографии.｡･:*:･ﾟ’☆
Джисон летел домой со всех ног, обжигая глотку холодным воздухом. Ему нужно было за час успеть переодеться и поесть. Сынмин очень внезапно слёзно попросил, чуть ли не умоляя на коленях, подменить его с четырёх часов и до закрытия кафе. Хоть Джисон и просил не трогать его до лета в связи с учёбой, но зная Сынмина — дело срочное, а просить никого другого он не мог. Поэтому Джисон, отпросившись у учителя уйти пораньше с урока якобы к врачу, сейчас нёсся со всех ног. Удивившись тому, насколько быстро он смог закончить все дела дома, парень, переодевшись в коричневую рубашку, помчался на работу. Джисон в который раз взмолился богам и поблагодарил их за то, что до кафе всего минут пятнадцать, а если бегом, то все семь. Хотя кафе это было назвать тяжело — уже в пять вечера кухня закрывалась и работал только бар. Залетев в тёплое помещение, Джисон наткнулся на уже одетого в чёрное пальто Сынмина, который, поглядывая на наручные часы, очевидно ждал такси, высматривая машину. В зале было пусто — в морозный ноябрь почти никто не хотел морозить задницу ради кофе. Лишь с кухни доносился шум. — Хан-и, ты мой спаситель! — повис на старшем Сынмин, как только он ворвался внутрь, — Так, ключи я в кассе оставил, список позиций на стопе тоже в кассе должен быть, выручку я не сверял, прости, возможно расходится чуть-чуть, — младший прощебетал всё это на одном дыхании, — О, моя хонда приехала! Всё, Хан-и, удачной смены! Ещё раз спасибо! — А-ага, и тебе.., — не успел Джисон ответить, как Сынмин выбежал на улицу, садясь в только что подъехавшую машину. Провожая коллегу взглядом, старший вздохнул и, повесив куртку на вешалку у входа, зашёл на рабочее место. Надев фартук Сынмина и нацепив именной значок, который владелец кафе никуда не убирал с лета, что Джисону немного польстило, парень принялся разбираться с выручкой, которая, как и предупреждал младший, немного расходилась. — О, Джисон, а ты чего тут? — донёсся голос с кухни. Обернувшись, Джисон махнул рукой. — И тебе привет. Да Мин попросил подменить, вот, пришёл. Чан, держа в руках полотенце, отвёл взгляд в сторону, а затем кивнул словно сам себе. — А, точно. Он утром что-то говорил про документы и общагу. Не вслушивался, если честно. Джисон промычал и продолжил пересчитать наличку, а Чан пошёл дальше прибираться на кухне, потихоньку заполняя отчёт за сегодняшнюю смену. Добив нужные позиции в кассе и сравняв выручку, проверяя чеки, Джисон с усталым выдохом плюхнулся на стул, доставая телефон из кармана.Кто поменяет тот гей
хуйдожник черножопый Ало блять, ты куда смылся???? Я жду объяснений веснушчатое чмо Кто? Что случилось? Минхо :/ Джисон посреди урока встал и ушёл веснушчатое чмо ????????Я
Да успокойтесь, меня Сынмин попросил подменить
*видеосообщение*
хуйдожник черножопый Ты же сегодня чихал целый день, как ебнутый, какая работа :|Я
Да тут срочное что-то, Сынмин бы просто так не просил
Минхо :/ Ты до закрытия?Я
Ага
хуйдожник черножопый Сказал бы раньше, я бы пришёл А так я уже лёг и вставать не собираюсь *видеосообщение*Я
...
Вот тебя только не хватало
хуйдожник черножопый Ты жестокий... Я о твоём здоровье беспокоюсь, а ты... Уёбок *прочитано* Джисон хотел уже выйти из Какао, как ему пришло новое уведомление.Минхо :/
Сон-и, ты не против, если я зайду? Открыв диалог с ним, Джисон уже пожалел, что сделал это.Я
Нет конечно, я же не могу запретить тебе ходить сюда
Только тебе придётся что-нибудь купить :)
Без проблем Жди, мой милый *прочитано* «Мой милый» голосом Минхо эхом раздалось в голове младшего. Скривившись, он убрал телефон и встал, увидев парочку, которая направлялась сюда. Поприветствовав гостей, Джисон принял заказ и, проверив, прошла ли оплата, начал делать кофе, пока парочка читала меню их заведения. Отдав заказ и пожелав хорошего вечера, парень вновь плюхнулся обратно, прикидывая, чем бы он мог помочь Сынмину. Второе лето, что Джисон работал здесь, почти все его смены совпадали со сменами младшего. Их нельзя было назвать друзьями, но хорошими знакомыми они были определённо. А сейчас коллега Сынмина взял больничный, из-за чего он работал один уже вторую неделю. Поэтому Джисон решил хорошенько прибраться, чтобы Сынмин мог отдохнуть пару смен и не париться насчёт чистоты. А пока старший решил засесть в телефоне, повторяя материал к завтрашней контрольной по литературе. Кому-то действительно пригодится в жизни поэзия Серебряного века?.. Час пролетел незаметно, очнулся Джисон, когда Чан, взяв мусор с бара, надел куртку и, попрощавшись, ушёл. Младший остался совсем один. Мрачная погода за окнами лишь усугубляла и без того унылое настроение Джисона. Атмосферные песни, игравшие в кофейни, уже приелись и не поднимали настроение также, как в начале работы. Кусты, посаженные перед летней террасой, колыхались от ветра, который тащил по земле жухлые листья и мелкий мусор, фантики от конфет и бычки от сигарет. Джисон встал со стула, складывая его и убирая на кухню. Ещё час назад он заприметил мусор под кофемашиной, который ему предстояло убрать. Хоть и выглядело это довольно просто, но на деле это было гораздо тяжелее — тачка словно намертво была прибита к столу, из-за чего отодвинуть её было лишь половиной задачи. Провозившись с ней порядка десяти минут, Джисон психанул, взял барную ложку, которой они обычно мешали зерно в баке, если оно застревало, и намотав тряпку, стал вычищать мусор. В этот момент дверь открылась, впустив внутрь гостя. — Добрый вечер! — крикнул Джисон, кидая тряпку в раковину и убирая на полку ложку, — Что вам... Ой. Перед ним, сверкая глазами стоял Минхо, упёршись в барку и наблюдая за тут же начавшим смущаться Джисоном. Его влажные волосы чуть ли не колом стояли, из-за чего младший чуть не засмеялся. — Там дождь что ли? — спросил он, улыбаясь и указывая на голову старшего. Минхо закивал головой, снимая с плеча рюкзак и кидая его на ближайшее кресло. Он, не долетев, с грохотом упал на пол, и Джисон уже не смог сдержать смех. — Блять, — прошипел старший и, подняв рюкзак, уже аккуратнее положил его, — А чë здесь так пусто?.. — Мне кажется ты сам можешь ответить на этот вопрос, — сказал Джисон, но, видя в глазах Минхо непонимание, пояснил, — Никто не хочет в такой холод идти за кофе. Дома сидят. — А-а-а.., — протянул старший и расстегнул куртку. Накинув её на вешалку, Минхо вернулся к стойке, внимательно изучая меню. — А че за синяя матча? — прочитал он и, приподняв бровь, посмотрел на Джисона. — Ну, как зелёная, только синяя, — прыснул младший. — А, ну спасибо конечно, — цокнул Минхо, но улыбки сдержать не смог, — Ты всем гостям так отвечаешь? — Нет, только особенным. Поняв, что он только что ляпнул, Джисон опустил взгляд в кассу. Минхо улыбнулся. — В общем... Если зелёная матча делается из листьев, то синяя — из цветов. Из-за этого у неё лёгкий сладковатый вкус, даже слегка цветочный. И свойства у них противоположные — зелёная бодрит, как кофе, а синяя наоборот успокаивает. Как... Молочный улун. — Заинтриговал, — хмыкнул Минхо и достал из кармана карту, — Давай тогда синюю, объëм... Да давай самый большой. Сироп посоветуешь? Или лучше без него? — Чтобы распробовать вкус, лучше без сиропа, — отвечал Джисон, забивая заказ в кассу, — Но, если что, ты можешь сначала попробовать так, а потом я тебе сироп добавлю, если захочешь. — Да, давай лучше так. И положи пожалуйста три шоколада, — Минхо кивнул на витрину сбоку и, подождав, пока Джисон наберёт сумму на терминале, оплатил заказ, — Я наверное до закрытия посижу, если ты не против. Джисон демонстративно цокнул и закатил глаза. — Минхо, сейчас ты — гость, а я обслуживающий персонал. Я чисто в теории не могу выгнать тебя отсюда, даже если бы очень захотел, — принялся объяснять младший, доставая с полки банку с синей матчей. За то время, что прошло с момента признания, Джисон перестал бояться Минхо. Тревога сменилась на смущение, страх — на волнение. Если сердце младшего раньше колотилось из-за паники, то теперь — из-за чего-то другого. Чего-то, что Джисон ещё не мог объяснить даже самому себе. — Как скажешь, Сон-и, — улыбнулся Минхо и сел за стол, вытаскивая из рюкзака тетрадь и пенал. Честно Джисон даже не думал, что старшего вообще каким-то боком волнует учёба. Он знал, что Минхо из приличной богатой семьи, которая спокойно сможет оплатить ему учёбу на несколько лет. Джисон наоборот же не представлял свою жизнь после окончания школы. Ему казалось, что дальше ничего не будет, просто ни-че-го. Пустота, туман. И, как бы окружающие не говорили о том, что проблемы нужно решать по мере их поступления, Джисон задумывался над своим будущим уже давненько. Наконец доделав чай, младший понёс его старшему, который что-то писал в тетради, то и дело смотря в экран телефона. Но только он подошёл к столу, как Минхо резким движением захлопнул тетрадь, поднимая голову и смотря в глаза одноклассника. — П-пожалуйста, ваша матча, — Джисон аж запнулся от резкости, но решил сделать вид, что ничего странного не произошло. Что не увидел адский огонь в глазах старшего, который вновь напугал его. — Спасибо, — Минхо моментально изменился в лице, мягко улыбаясь и якобы незаметно касаясь руки младшего. — Сейчас ещё торт принесу, — Джисон по привычке слегка поклонился и вернулся за стойку, вытаскивая поднос с тортом с витрины. Отнеся тарелку с кусочком «Три шоколада», Джисон, чтобы отвлечься от внутренних переживаний, вспомнил, что не закончил уборку на баре, и решил заняться полками, на которых творилось черт пойми что. Разгребая полки, Джисон то и дело кидал взгляд на сидящего Минхо, который скомкал уже два листа, нервно продолжая что-то писать или рисовать, что Джисону видно со своего места не было. Никогда младший так сильно не мечтал о том, чтобы сейчас в кафе вломилась толпа гостей, чтобы он смог отвлечься на запару. Но полки были уже убраны, мусора под тачкой тоже не было. Даже под раковиной, где стояло огромное мусорное ведро, Джисон помыл и выгреб оттуда очень много кофейных зёрен, всё ещё ползая там с тряпкой. — Сон-и, — послышался голос. Джисон резко встал, сильно ударившись головой об угол стойки. Зашипев от острой и сильной боли, он повернулся к обеспокоенному Минхо. — Блять... Сильно? — взволнованно спросил он, глядя во влажные глаза младшего. — Нормально, — еле как проговорил он, пытаясь не упасть из-за темноты перед глазами. — Сядь. — Не, нормально, — Джисон стал потихоньку приходить в себя, фокусируясь на старшем, — Всё. — Связь есть? — Да. — Я хотел просто попросить тебя выкинуть мусор, прости за это всё, — Минхо облизнул губы и протянул ладонь, на которой покоились скомканные листы. — Да всё хорошо, не ты ж меня башкой об стол уебал... Так, там гость идёт, — он посмотрел за спину старшего, на автомате засовывая листы себе в карман, — Отходи. Минхо кивнул и сел обратно. Зашедший в кафе мужчина оказался постоянником, чего Джисон сначала не понял из-за капюшона и шарфа. — О-о, какие люди! Джисон, привет! — радостно воскликнул он, подходя к барке, — Давно не видел тебя, учёба? — Здравствуйте! — не менее радостно поздоровался бариста, — Да... Последний класс уже. — Ай точно, ты же школьник у нас, — мужчина, или, как его называли все работники, «Фисташка» мечтательно вздохнул, — Ну что, решил уже, куда пойдёшь? — Да, думаю в пед, — на ходу выдумал Джисон. — Пед — это хорошо, у меня жена там отучилась, уже три года в лицее работает... Так, Джи, давай как обычно. Помнишь же? — Конечно, как тут забудешь, — усмехнулся бариста и сразу принялся за заказ, — Потом оплатите? — Да-да, как всегда. Помыв руки в уборной, мужчина сел на своё любимое место — у окна и снял куртку, повешав её на спинку кресла. Джисону было очень приятно, что его помнили гости. Иногда сюда заходили две пожилые дамы, которые часами сидели и обсуждали всё всё на свете — от их собачек до политики. Однажды они даже написали на салфетке номера своих внучек, чтобы Джисон связался с ними. Но парень, понятное дело, незаметно от салфеток избавился. Была ещё одна девушка, которая забегала всегда не позже десяти утра, брала американо с миндальным молоком и оставляла чаевые. В общем перечислять можно было вечно, но Джисон всегда радовался, когда встречал их вне работы, и они узнавали его. — Пожалуйста, ваш капучино, — Джисон поставил кружку на стол и поклонился, — сахар уже внутри. — Спасибо, Джисон! — радостно поблагодарил его мужчина и отхлебнул кофе, по-детски улыбаясь, — Как всегда всё супер! — Спасибо, господин. — Вы сироп поменяли? — спросил он, сделав ещё один глоток, — Какой-то другой. — Да, всё верно, — улыбнулся парень, — Теперь продукцию другой фирмы заказываем. Минхо незаметно для Джисона наблюдал за ним, сжимая зубы и пытаясь дышать размеренно и спокойно. Взгляд ловил каждую улыбку, каждое изменение в мимике младшего. Он пришёл в себя, когда карандаш в его руках треснул, разломившись пополам и упав на пол. — Могу забрать тарелку? — спросил подошедший к нему Джисон. — Да, пожалуйста, — мягко улыбнулся ему старший, скрывая сжатые кулаки. Джисон унёс тарелку, сразу же помыв её и думая над тем, что бы ему ещё сделать. Изначально он хотел прибраться в зале, но при госте ему это делать было нельзя, поэтому следующими жертвами стали одноразовые стаканы. Взяв целый рукав чистых стаканов и печать со склада, Джисон, надевая на руки перчатки, вышел обратно. До закрытия было около трёх часов, времени было полно. Бариста, начал оставлять именную печать их заведения на каждом стакане. Вообще это должен делать каждый работник на своей смене, но Сынмин, очевидно, послал это всё в одно чудесное место. К слову о Сынмине — Джисон поднял голову ровно в тот момент, когда к кафе подъехала машина с табличкой «TAXI» и из неё вылез младший. Распрощавшись с водителем, он забежал в заведение, поздоровавшись с постоянником. Джисон развел руки в стороны, задавая немой вопрос. Сынмин, скинув с себя мокрое пальто, зашёл к Джисону за барку. Очки его запотели, щеки и нос чуть покраснели из-за холода, отчего он выглядел смешно. — И... Что? — всё же спросил Джисон, печатая стаканы. Сынмин недовольно фыркнул, налил себе воды и жадно отхлебнул её, загнанно дыша. — Коменда... Доебалась. У нас на этаже наркоту нашли, ей приспичило по всем комнатам сука пройтись. Нет блять чтобы внуков растить — ей приспичило нас затрахивать! По мне же блять видно, что я самый приличный в этой ебучей дыре! Меня даже пьяным ни разу не видели! Пизда старая, сука! — Высказался? — поинтересовался Джисон, с интересом слушая гневный шёпот младшего. — Да. Сынмин плюхнулся на стул, который вытащил с кухни, и закрыл глаза, развалившись на нём. — А обратно то зачем вернулся? — всё же спросил Джисон, — Остался бы в общаге, ты ж в соло работаешь уже хуй знает сколько. Отдохнул бы хоть наконец. Сынмин цыкнул. — Да пошла она нахуй! Я сегодня лучше у брата останусь, он как раз через дорогу живёт, — кивнул он на дом напротив, — Давай, расчехляйся. Фартук на базу. Старший удивлённо округлил глаза. — Так я ж закрываюсь сегодня... — Так, не выëбывайся, фартук снимай и не рыпайся. Домой пиздуй, школьник. Ещё немного попытавшись отстоять свою позицию, Джисон сдался и стянул фартук, протягивая его младшему. — Ты кассу сравнял! Моя то ты прелесть, — щебетал Сынмин, копаясь на планшете. — Да, ещё стаканы чуть-чуть напечатал, под тачкой помыл. И на полках убрался, — Джисон сделал на последнем акцент. — Там пиздец был, да? — виновато спросил Сынмин. — Да. Я нашёл засохшую клубнику, видимо ещё с моей смены, когда я ящик уронил. В начале августа. Сынмин залился смехом, посмотрев на Джисона. — Ну уж извини, я не такой чистоплюй, как ты. А теперь, уважаемый, съебитесь с рабочей зоны, — младший кивнул на выход. — Ахуел? — Само собой. — Я ещё не сделал себе законный бесплатный напиток, — Джисон цыкнул и, отчистив холдер от кофейной таблетки, стал делать себе кофе. — Ну давай, вперёд и с песней. Так уж и быть, дам тебе списанный сэндвич. Всё равно с курицей берут редко, а сегодня уже списывать надо будет, — смягчился Сынмин, вытаскивая его с витрины. — Благослави тебя Кофейный Джо! — обрадовался Джисон, наливая в питчер молоко. Закинув «подарок» в рюкзак, Джисон вышел в зал за курткой. — Сон-и, ты всё? — удивлённо спросил Минхо, когда Джисон застëгивал куртку. Младший кивнул и взял в руки стакан с согревающим кофе. Меньше всего ему хотелось, чтобы Минхо сейчас пошёл вместе с ним. Но удача, как ни странно, была на его стороне — Минхо лишь встал, подзывая Джисона к себе, и приобнял на прощание. Махнув Сынмину и попрощавшись с «Фисташкой», Джисон вышел из кафе. Морозный воздух тут же пробрался под одежду, щекочя кожу, глаза заслезились от ветра, а руку спасал лишь стаканчик, содержимое которого стремительно остывало. Допив капучино, Джисон вытащил сигареты из кармана рюкзака и, зайдя за угол, где ветра почти не было, закурил. Парень никак не хотел признаваться даже самому себе, что обычный интерес к сигаретам уже давно перерос в зависимость. Почти добежав до дома, Джисона чуть трижды не снесло ветром. Кинув окурок в мусорку, он заскочил в подъезд, тут же прижимаясь к еле тёплой батарее. Ноябрь в этом году обещали холодным, поэтому отопление почти во всех районах уже дали. Чуть-чуть согревшись, Джисон поплёлся на свой этаж, доставая связку ключей из кармана. Дома как обычно было темно и прохладно — мама обещала быть к девяти. Скинув кроссовки с ног, Джисон сел на пол, привалившись спиной к шкафу. В голове было пусто, глаза закрывались сами собой. Он стал сильно уставать в последнее время. Он никогда не показал своей усталости при парнях — не хотел, чтобы о нём беспокоились. Но вот приходя домой он позволял себе выплёскивать всё наружу. Разными способами — и гитара, и слезы, и обычное молчание. Главное, что становилочь хоть чуть-чуть, но легче. Окончательно согревшись, что означало то, Джисон сидел не меньше минут пятнадцати, он заставил себя встать и переодеться, потому что ощущение грязной одежды его очень бесило. Повесив куртку в шкаф, Джисон зашёл в зал, снимая рубашку и аккуратно складывая её. Холодок пробежал по голой спине, парень поëжился и стал стягивать джинсы. Когда он начал убирать их в шкаф, из кармана выпали скомканные листы, которые Джисон забыл выкинуть в кафе. Подняв их с пола, любопытство парня взяло верх и, сев на диван, он начал разворачивать первый лист. Сначала Джисон увидел какие-то формулы и уравнения по химии, чему он искренне удивился. — Он что... Правда занимался?.., — в недоумении спросил он тишину квартиры. Но затем его внимание привлекла фраза, написанная мелким и неразборчивым почерком.Дж сон, черт чт ты со мной твор шь.
Ниже красовалась надпись чуть побольше, но она была вся перечëркнута на несколько раз, из-за чего Джисон смог прочитать лишь своё имя. Ниже он увидел небольшой рисунок, который Минхо начеркал совсем быстро. На ней был парень в фартуке, стоявший спиной и поднявший руку вверх. Джисон увидел в этой быстрой зарисовке себя, убирающего банку с матчей обратно. Воздух ворвался в его лёгкие как-то быстро и резко, спина снова замёрзла. Джисон вдруг понял, что копается в чём-то личном, и почувствовал себя каким-то сталкером. Но раз это личное касалось его самого, почему он не мог прочитать? Накинув на себя футболку, Джисон взял второй листок и аккуратно его развернул.Я люблю тебя, Сон-и, почему ты не любишь меня в ответ? Что мне ещё нужно сделать для тебя?
Джисон сглотнул. Он определённо не должен читать это. А вдруг это личный дневник Минхо? Тогда зачем он решал химию?..Джисон хватит меня....
Я люблю тебя, чëртов Хан Джисон
Джисон проморгался, отвёл взгляд в сторону, затем вновь посмотрел в лист. Ничего не изменилось — рисунок всё ещё красовался на пол-листа. Быстро скомкав листы, Джисон выкинул их в корзину под столом. Он решил сделать вид, что ничего не видел, и не накручивать себя. Ничего такого он не нашёл, верно же?..｡･:*:･ﾟ’☆
Ночью у Джисона поднялась температура и начало разрываться горло от боли, поэтому парень предупредил классного руководителя и написал парням о том, что заболел и пару дней посидит дома, на что ему сразу же ответил Хëнджин своим излюбленным «Я же говорил!».Кто поменяет тот гей
веснушчатое чмо Соня, ты как? Может быть тебе лекарства нужно купить какие-то? хуйдожник черножопый Хочешь после школы зайдем?Я
Нет, не надо
Я не хочу вас заразить
Мама перед работой в аптеку заскочила, лекарства есть
веснушчатое чмо :(( Пиши хоть Минхо :/ Выздоравливай, Сон-иЯ
Спасибо :)
Откинув телефон, Джисон громко чихнул и схватился за живот, который болел от напряжения. Еле как поднявшись, он натянул на ноги носки, накинул свитер и, медленно переставляя ноги, поплëлся на кухню. Он всё ещё не выпил жаропонижающее, потому что температура была недостаточно высокой. Но сейчас 38,7° на градуснике его вполне устроили, и Джисон закинул в себя таблетку. Хоть есть он не хотел, но вспомнив о вчерашних сэндвичах, которые ему дал Сынмин, чувство голода чуть-чуть проснулось. А с ним проснулась и дикая усталость и воспоминания со вчерашнего вечера. Покосившись в сторону мусорной корзины, Джисон накинул на плечи одеяло, продолжая жевать сухой сэндвич. Джисон ненавидел тишину — каким бы интровертом он не был, но тишина пугала его. Поэтому он всегда стремился к шуму, разговору, музыке. Сегодня он сам играть на гитаре не в силах, поэтому, разблокировав экран телефона, парень включил излюбленный плейлист, большая часть которого была роком.Linkin park - Figure.09
Nothing ever stops all these thoughts
And the pain attached to them
Sometimes I wonder why this is happening
Джисон, дожевав сэндвич, укутался в одеяло ещё сильнее и завалился на бок, упав на подушку. Музыка раздавалась из динамиков телефона, а взгляд парня был прикован к мусорке. «А чувствую ли я что-то к Минхо?» Не думал Джисон, что однажды задастся таким вопросом, но увы, этот момент настал. Каким был Минхо? Он был внимательным, в какой-то мере заботливым. Странным. Был тактичным, смешным, понимающим, при этом сдержанным и спокойным. «Что я чувствую, когда думаю о нём?» Джисон закрыл глаза и перевернулся на спину. Он представил школьный кабинет. Представил урок истории: вот они сидят, записывают материал с доски, вот Хëнджин разворачивает его тетрадь к себе, потому что не успел записать. А вот Минхо трогает Джисона за плечо и, незаметно для учителя, показывает ему очередной мем с котами. При этом на его волосы падает полоса ноябрьского солнца, а его лицо освещает улыбка. Он красивый. У него красивые большие глаза, острые, угловатые черты лица, слегка кривые передние зубы, которых он стесняется. А ещё у него красивые губы, мягкие и пухлые, и... — Нет! — воскликнул Джисон и спрятал лицо, натянув одеяло, — Нет-нет-нет! Он не мог влюбиться в парня! Не мог! В голове словно фильмом стали проноситься разные моменты. Смех Минхо. У него красивый смех. Сбитое дыхание после физкультуры, после очередной игры в волейбол. Капли пота, бегущие по его торсу... «Нет, это уже слишком!» Крепкие объятия, сильные руки на собственной талии, тепло чужого тела, долгий взгляд в самую душу, запах чего-то глубокого и размеренного, словно океан. — Нет... Это была конечная — Джисон влюбился.｡･:*:･ﾟ’☆
Весь день парень был, как на иголках. Он никак не мог успокоиться, думая о Минхо. Он никак не мог признать это. Несколько раз он заходил в Какао и подолгу рассматривал аватарку старшего, после чего в панике выключал телефон, убирая его от себя куда подальше. Он хотел вытащить из мусорки скомканные страницы, но вовремя остановил себя. Чтобы заглушить мысли, Джисон даже включил музыку на телевизоре, чтобы она была громче. Парень думал обо всём, кроме, старшего — он решил посмотреть аниме, но в друге главного героя ему привиделся Минхо и Джисон с бешено колотящимся сердцем закрыл сайт, затем его взгляд упал на гитару, но из-за своей слабости Джисон еле еле передвигался по квартире, да и играть настроения не было. «А Минхо же вроде тоже играть умеет...» Затем он написал Сынмину. Судя по ужасной погоде, в кафе явно никого нет, и младший не занят. Но немного поболтав с коллегой выяснилось, что некий Ли Минхо оставил положительный отзыв на сайте заведения. Джисон сразу же откинул телефон куда подальше. — Да что за нахуй! — воскликнул он несмотря на боль в горле и закрыл лицо ладонями. Внезапно в дверь постучали. Кинув взгляд на время, Джисон удивился — ещё даже пяти не было, а у мамы сегодня ещё и подработка, и вернётся она поздно. Тут парня словно осенило. — Блять, Хëнджин.., — проворчал он и почти что пополз к двери, держась за живот, — Да сейчас блять! — прохрипел он когда постучали вновь. Откопав ключи на полке, заваленной каким-то мусором, Джисон открыл дверь, собираясь вылить на Хëнджина все свои запасы нецензурной лексики. Но он замер. — М-минхо?.. Старший стоял, привалившись к подъездной стене. — Привет, — выдохнул он и пошуршал пакетом, — А я вот тебе... — Я же просил не приходить! — воскликнул Джисон, сверля Минхо взглядом, — Я же заражу тебя! Минхо махнул рукой и без приглашения зашёл внутрь, закрывая дверь на щеколду. — Мой любимый человек заболел, а я буду просто дома сидеть по-твоему? Вот хоть, возьми, — сказал он и протянул Джисону пакет, в котором младший разглядел коробочки с лекарством, чай и маленькую баночку с мёдом. Нос Минхо покраснел от холода, а сам он был одет лишь в толстовку. Джисон выдохнул, поджав губы. — Да ладно уж, проходи. Согреешься хоть, потом пойдёшь... Джисон отнёс пакет на кухню, пытаясь согнать с лица улыбку. Минхо пришёл, потому что волнуется о нём. — Ты как себя чувствуешь хоть? — спросил Минхо, помыв руки. Он шмыгал носом и трясся от холода, пытаясь делать это незаметным. — Если ты думаешь, что я не вижу, что ты замёрз — ты ошибаешься, — фыркнул Джисон, — Пойдём в зал, я тебе хоть одеяло дам. Минхо благодарно улыбнулся. — Ты не ответил на вопрос, — сказал он, кутаясь в плед и вызвав смешок младшего, — Что смешного? — Ты смешной, — хохотнул Джисон. Минхо приподнял бровь и завалился на диван, глядя на младшего. — Температуры уже нет, — всё же ответил младший на вопрос, — Горло только болит, и слабость. — Я тебе там мёд принёс, попьëшь потом чай, — Минхо опять шмыгнул носом, — У тебя всегда музыка на фоне? — поинтересовался он, кивая на включённый телевизор. — Да, мне не нравится тишина, — ответил младший. — Я думал ты наоборот шум не любишь, — сказал Минхо. Джисон присел на край дивана, чувствуя себя зажато, и кивнул головой. — Если сильно шумно мне тоже не нравится. Я редко хожу в шумные места, в торговые центры, в кино и тому подобное. Мне больше нравится проводить время в более тихом месте, — начал рассказывать младший, чувствуя на себе взгляд Минхо, — Иногда я один гуляю, потому что Хëнджин сильно шумный бывает. Минхо фыркнул. — Знал бы ты, как он на тренях орёт... Особенно когда мяч принять не может. Джисон улыбнулся, вспоминая шумное поведение друга. — Мне, если честно, тоже шум не нравится. Я вообще в основном дома сижу, — старший сел, продолжая кутаться в плед, — Дома также музыку слушаю. Иногда вообще в тишине. Джисону было интересно слушать старшего, особенно его рассказы о себе. Потому что иногда создавалось ощущение, что Минхо о нём знает абсолютно всё, а он о старшем — ничего. — Расскажи ещё что-нибудь, — прохрипел Джисон, откидываясь на спинку дивана. — Тебе что, интересно? — хмыкнул Минхо, вопросительно глядя на кивающего младшего, — Ну... Я люблю котов... — Об этом знают все! — воскикнул, улыбаясь, Джисон. — Ну тогда.., — Минхо задумался, — Мне нравится рисовать... Сердце стукнуло слишком громко, а потом и вовсе застряло где-то в пищеводе. Перед глазами словно всплыли скомканные страницы. —...правда об этом никто не знает, — продолжил Минхо, как ни в чем не бывало, — И раз уж речь зашла... Я хочу тебе кое-что подарить. Минхо, скинув плед, встал и вышел в коридор за рюкзаком. Возвращаясь к Джисону, он уже копался внутри. — Только пожалуйста... Никому не рассказывай, — неловко улыбнулся старший, наконец доставая скетчбук. Джисон удивлённо округлил глаза, выпрямляя спину от интереса и напряжения. Кинув рюкзак на пол, Минхо стал листать до нужной страницы. — Во! Только потом страницу вырезать надо будет, — сказав это, старший протянул скетчбук сидящему на диване Джисону, отводя взгляд в сторону. Младший уставился в разворот. — Я конечно не профессионал, но... — Минхо.., — шёпотом выдохнул Джисон, глядя на точную копию себя на странице. Минхо нарисовал Джисона, чуть склонившего голову над тетрадью и что-то в ней пишущего. На его шее болтались наушники, а сам он был одет в школьную форму. Приглядевшись, младший разглядел на своей щеке излюбленную Минхо родинку, в которую он постоянно тыкал пальцем, — Это... Ахуенно?! Ты сколько это рисовал?! По памяти! По памяти же?! — Джисон восхищённо смотрел то на Минхо, то на рисунок, не понимая, куда ему деть детский восторг и радость, — У меня слов нет! — Да... Ничего необычного же, — улыбнулся Минхо, смотря на радостного Джисона. Младший вдруг отложил скетчбук в сторону и, подскочив на ноги, обнял Минхо. — Спасибо! — воскликнул он. Старший обнял его в ответ, сомкнув руки на спине Джисона. Младшему вдруг стало очень хорошо и тепло. Он почувствовал себя нужным. Чувствуя тепло Минхо, он ощутил лёгкий трепет в животе, а глупая улыбка всё же налезла на его лицо. Джисона не волновала ни слабость, ни больное горло. Ни музыка на фоне. Только Минхо, его дыхание, щекочущее шею, и сердце, умеренно бьющееся внутри. Постояв так немного, Минхо вдруг отодвинулся, глядя младшему в глаза, что его никак не удивило — старший всегда делал так. Но у Джисона впервые перехватило дыхание, когда Минхо коснулся рукой его щеки, оставив вторую на его талии и, довольно улыбнувшись и сверкнув глазами, коснулся его губ своими, почти сразу же отодвигаясь вновь. Сердце Джисона пропустило удар, он смотрел на довольного Минхо, широко распахнув глаза, словно заяц на волка. Он не успел ничего сказать, как старший вновь поцеловал его, уже куда увереннее. Младший не знал, куда деть себя, поэтому единственное, что он смог придумать — схватиться за плечи рыжего и закрыть глаза, прислушиваясь к внутренним ощущениям, которые, к слову, твердили ему не останавливаться. Джисон стал неумело отвечать на свой первый поцелуй, на что Минхо чуть заметно улыбнулся и прижал к себе младшего ещё сильнее, одной рукой притягивая его за затылок. Джисон не понимал, что происходит, почему воздуха стало так сильно не хватать, и почему сердце носится внутри, как дикий зверь в клетке. Минхо нравилось то, как Джисон отчаянно пытался повторить за ним, сминая его губы, нравилось то, как младший дрожит и растерянно дышит. Подтолкнув младшего к дивану, Минхо навис сверху, расположившись между его ног и не отрываясь от его губ. — М-мин.., — промычал Джисон, когда старший одной рукой залез под свитер, зацеловывая его шею, — Минхо... Старший не останавливался, лишь хищно посмотрел в глаза Джисона, проводя языком по его шее, вызывая табун мурашек и хриплый вздох. Рука вовсю хозяйствовала под одеждой, оглаживая острые рёбра и плоский живот, пальцами задевая резинку домашних штанов. Джисон загнанно дышал, схватившись одной рукой за одеяло, а другой запутавшись в волосах старшего, который уже спустился к ключицам, оставляя поцелуи следом за укусами. — Минхо, — вновь промычал он, когда Минхо принялся стягивать с него свитер, жадно смотря на его тело, — Минхо, пожалуйста, стой. Джисон трясся. И от новых ощущений, переполнивших его тело, и от слабости. Минхо, оставив поцелуй внизу живота Джисона, поднялся к нему, смотря в глаза. — Давай... Остановимся. Пожалуйста. Прищурившись, старший слабо кивнул и, чмокнув младшего в губы, сел. Он зачесал мешающие рыжие волосы, пока Джисон смущённо наблюдал за ним. Хмыкнув, Минхо взял скетчбук и оценивающе посмотрел на рисунок. — У тебя есть канцелярский нож? — Д-да, — ответил не ожидавший такого вопроса Джисон, — В первом ящике стола... Минхо, кивнув, достал нож и аккуратно отрезал страницу, положив рисунок на стол. Убрав скетчбук в рюкзак, Минхо повернулся к младшему. — Я пойду тогда, прости за сегодня. И не успел Джисон опомниться, как входная дверь хлопнула.
