Под твоим сердцем

Первым, что увидел Гарри, когда открыл глаза, был белый потолок. Незнакомый белый потолок. Поморщившись от боли в голове, Гарри повернулся на бок и на ощупь дотянулся до ближайшей тумбочки, где лежали его очки. Надев их, он чуть приподнялся, прислонившись спиной к подушкам, и с недоумением обвел комнату взглядом. Комната больше напоминала палату. Гарри лежал на явно больничной, но очень и очень удобной койке. Рядом стояли какие-то приборы, капельница, и только сейчас омега обнаружил, что к ним были прикреплены тоненькие провода, ведущие к его рукам и груди. По правой стороне от него разместилось широкое окно, и Гарри зажмурился, когда лучи солнца ударили ему прямо в глаза. Как странно, ведь сейчас должен был быть вечер… Воспоминания того самого вечера хлынули в голову разом, и Гарри застонал, пряча лицо в ладонях. Точно. Благотворительное мероприятие. Танец с Седриком Диггори. Разъяренный Риддл. Гарри откинулся на подушки и шумно задышал. Всего месяц назад он даже и подумать не мог, что все это приведет к больнице. Быть личным помощником Тома Риддла оказалось труднее, чем он представлял. Альфа не щадил его: раздавал задачи с нереальными дедлайнами, таскал на эти ужасные встречи, задерживал до поздней ночи. Конечно, за весь этот адский труд было и щедрое вознаграждение. Гарри смог наконец-то закрыть долги и расплатиться за аренду квартиры, даже потратился немного на новый гардероб, чтобы выглядеть более презентабельно на этих дурацких переговорах с партнерами Тома. За такие деньги омега выкладывался полностью, но ритм подобной жизни оказался совсем не для него. К заработанной усталости и стрессу прибавился постоянный страх, что Риддл вот-вот узнает его главную тайну и вышвырнет за дверь. Гарри старался принимать подавители чаще, чем требовалось, чтобы обезопасить себя полностью. Но, кажется, как раз это и сыграло с ним злую шутку. Перед мероприятием он принял очередную таблетку. Это немного расслабило его и так напряженные нервы, поэтому первую половину вечера он довольно легко общался с гостями. Усталость начала накатывать волнами лишь позже, когда подъехал сам Риддл. Гарри не понял, какая муха его тогда укусила, но раздраженность альфы повлияла и на него. Решив скрыться от несущего чушь босса, он слегка перекусил предложенными деликатесами, пообщался еще с парой гостей, а потом наткнулся на Седрика. Седрик был милым. Иногда даже чересчур. Гарри не привык к галантным ухаживаниям, но, кажется, он искренне заинтересовал его. Омега не был против дружеского общения: возле Диггори даже дышать стало легче. От него веяло легким ароматом свежескошенной травы и ромашки – сочетание не во вкусе Гарри, но оно было таким ненавязчивым и успокаивающим, едва уловимым, что омега на время забылся в мареве спокойствия. Но все резко прервалось, когда Том буквально увел его из-под носа Седрика. Гарри содрогнулся, вспоминая, как удушливый запах разъяренного альфы забил его ноздри. Видимо, это и стало триггером – омега сбросил блок подавителей, пытаясь защититься от Риддла, показать ему, на кого именно он злится. И именно в тот момент Том все понял. Он четко видел это по его удивленным глазам. На лице альфы застыла маска обиды и предательства. Будто Гарри совершил что-то ужасное и непоправимое. В тот момент все эмоции – страха, шока, тревоги – накатили на него волной, и Гарри просто потерял сознание. Видимо, после этого Том привез его в больницу. Том, который знает, что он омега. Сердце Гарри сделало неприятный кульбит, и омега заскулил, натягивая одеяло на голову. Просто катастрофа! Теперь он точно останется без работы, без денег и жилья. Учитывая, насколько влиятельным был Риддл, вряд ли он сможет провернуть свой обман повторно. Резкий писк проснувшихся приборов, которые отреагировали на панику омеги, прервал ход мыслей Гарри. Он опустил одеяло и повернулся в сторону двери, только сейчас заметив, что слева от него расположился большой диван, на котором мирно посапывала знакомая фигура альфы. – Том? – несмело прошептал Гарри, не веря, что альфа проспал рядом с ним всю ночь. Почему он не ушел? Почему не бросил его здесь сразу? Гарри не знал, стоит ли ему сейчас будить альфу, чтобы выяснить с ним все раз и навсегда. Он нерешительно открыл рот, потом закрыл и снова открыл, но тут дверь палаты распахнулась, и в комнату вошла миловидная девушка в белом халате. При ее появлении Том чуть зашевелился, сильнее прижался к спинке дивана, но так и не проснулся. Гарри слабо улыбнулся девушке, которая тихо прошла мимо спящего альфы и остановилась у койки Гарри. – Доброе утро, мистер Поттер, – приветливо, но тихо произнесла она. – Меня зовут Элоди Локвуд, я ваш лечащий врач. – Очень приятно, – также тихо отозвался Гарри, наблюдая, как Элоди записывает что-то в огромную папку, периодически сверяя данные со стоящим рядом медицинским прибором. – Что со мной произошло? – Вы поступили сюда вчера вечером из-за потери сознания. Мы провели диагностику, поставили вам капельницу и дали вам возможность как следует выспаться. Как вы себя чувствуете? Гарри задумчиво почесал голову и поправил съехавшие на нос очки. – Голова немного болит, – признал он после секундной заминки. – Слабость в теле. И еще… Еще меня подташнивает. Это из-за стресса? Элоди понимающе ему улыбнулась. В ее взгляде промелькнуло что-то странное. Будто она знала что-то, что должен был знать и сам Гарри, но, видимо, его вопрос поставил ее в тупик. – В том числе, – подтвердила врач. – Как я сказала вашему альфе ранее, – она кинула быстрый взгляд на спящего Тома, – это случилось из-за совокупности факторов. Усталость, стресс. Мы провели анализы и выяснили, что вы в последнее время злоупотребляли подавителями. – Это… – Гарри замялся, нервно сжимая в руках одеяло. – Это была вынужденная мера. Моя работа… – Я рада слышать, что вам удалось найти работу, мистер Поттер. Это большая редкость, но все же не повод гробить свое здоровье, – Элоди строго посмотрела на него, отчего омега недовольно поджал губы. – Ваше руководство должно было позаботиться о вас, учитывая ваше деликатное положение. Деликатное положение? Она имела в виду его статус омеги? Странная фраза. Гарри не считал свое положение деликатным. Затруднительным, стрессовым, но никак не… Неожиданная мысль промелькнула в голове. Уловив ее, Гарри весь задрожал, но все-таки выдавил из себя, не обращая внимания на попискивающие приборы, которые мониторили его состояние, главный вопрос: – Вы говорите о том, что я… я… – он никогда в жизни не заикался, но сейчас его язык с трудом пытался произнести нужные слова. – Что я в положении? Я беременный? Его руки машинально легли на живот, щупая, поглаживая, пытаясь осознать. – Простите, мистер Поттер, я думала, вы знали, – врач закусила губу, явно не ожидая от омеги такой реакции. Конечно, она не ожидала. Любой другой омега сейчас бы прыгал от радости. Насколько знал Гарри, мужчины-омеги, будучи редким видом сами по себе, порой испытывали большие трудности с зачатием. А тут он, с первого раза… Гарри отдал бы все, чтобы вернуть время назад и никогда не встречаться в том баре с Томом Риддлом. Он не планировал ребенка, он не хотел его. Незамужний, без семьи, как ему было его прокормить? Особенно сейчас, когда он точно останется без работы, когда Риддл все узнает. Черт, Риддл! – Вы сказали ему? – тихо спросил Гарри, подбородком указывая в сторону все еще спящего альфы. Врач сдержанно кивнула и тут же попыталась объяснить: – Из-за вашего смешанного запаха я решила, что вы пара. Я думала, что он уже знает, поэтому я… Гарри спрятал лицо в ладонях, подавляя желающий вырваться наружу крик. Как он ненавидел людей, вмешивающихся не в свое дело! Что ему теперь делать? Все это было так не вовремя, голова шла кругом и нарастающая паника грозила накрыть с головой. – Какой у меня срок? – сделав пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, Гарри снова взглянул на Элоди. – Всего четыре недели, – быстро ответила она. Значит, он может все прервать, пока плод еще не сформировался. И Риддл не сможет его остановить, потому что они друг другу никто. Это его тело, его жизнь. Да и Риддл вряд ли захочет принимать во всем этом участие. Сердце Гарри сжалось. Омега внутри него завыла так безнадежно, что он физически ощутил эту боль в груди. Но он должен был взять себя в руки и не идти на поводу у инстинктов. Нет, он сам решает свою судьбу. – Я хочу сделать аборт, – решительно произнес он, несмотря на боль его омеги. – Срок еще маленький. Я ведь могу это сделать? Он посмотрел в глаза врача и отшатнулся, увидев в них жалость и сочувствие. Элоди смотрела на него, как на потерянного щенка. Как на кого-то, кому она собиралась сказать что-то очень важное и страшное, хоть и не хотела этого. – Мистер Поттер, Гарри, – она мягко взяла его ладонь в свою, заземляя его, словно якорь. – Вы очень долго принимали подавители. Для таких молодых омег, особенно омег-мужчин, это очень опасно. – Но я… – Я не знаю, какие обстоятельства привели вас к тому, чтобы так часто применять их, но, к сожалению, подавители имеют сильный побочный эффект. Ваш цикл был нарушен, а с ним и задета вся репродуктивная система. Если вы сделаете аборт сейчас, вы никогда больше не сможете иметь детей. – Н-никогда? – он не мог поверить в услышанное. – Процедура прерывания беременности сейчас может оказаться фатальной для вас, – с горечью в голосе подтвердила врач. – Единственный способ сохранить ваше здоровье без максимального ущерба – это родить ребенка. Процесс будет нелегким. Вам необходимо будет соблюдать все рекомендации врачей, устранить любые причины стресса и быть ближе к отцу ребенка. – Быть ближе к отцу ребенка, – одними губами произнес Гарри, притянув ноги к груди и уткнувшись лицом в колени. Он никогда не был плаксой, но сейчас слезы сами застелили глаза. Элоди мягко погладила его по спине, напоследок шепнув: – Обдумайте все как следует. Я зайду позже. Но Гарри уже не слушал ее. Обхватив колени руками, он сжался в комок, пытаясь понять, как ему быть. Сделать аборт – значит, лишить себя возможности будущей полноценной семьи с человеком, которого он бы полюбил. Риск получить осложнения или, что еще хуже, умереть на хирургическом столе пугал его. Конечно, он не мог так просто избавиться от плода. Плода… Нет, ребенка. Его ребенка. Гарри сжал пальцами больничную рубашку в районе живота и тихо заскулил, когда слезы ручьем полились из его глаз. Внезапно на его спину легла большая теплая рука, а в нос ударил успокаивающий запах кипариса. Альфа. Гарри медленно вдохнул древесный аромат, расслабил плечи и наконец-то открыл глаза, встречаясь с обеспокоенным взглядом кровавых глаз. Том смотрел на него прямо, но с затаенным волнением. – Не спал? – прошептал омега. – Прости, – Том покачал головой, – проснулся еще до прихода врача. Твой запах был пропитан беспокойством, он меня разбудил. Гарри только хмыкнул и снова опустил голову. Они оба застыли в тишине, и никто из них не решался начать этот важный разговор. Том все еще поглаживал его по спине спокойными круговыми движениями, но он делал это скорее машинально, чем осознанно. Через пару минут альфа все-таки не выдержал: – Ты действительно сделал бы аборт? – А тебе действительно нужен этот ребенок? – устало спросил Гарри. Том поджал губы. Конечно, ему он был не нужен. Как и не нужен был сам Гарри для чего-то более серьезного, чем просто секс. – Так он все-таки мой, – это не было вопросом, но для ушей Гарри все равно прозвучало жестоко и неправильно. Он хотел обидеться, даже дернул плечом, чтобы скинуть руку альфы, но потом громко фыркнул. Риддл имел право сомневаться. Они провели вместе всего одну ночь и не знали друг о друге практически ничего. Да, Гарри успел изучить повадки Риддла на работе, но то был его босс, начальник. Он не знал альфу за пределами рабочего офиса и деловых встреч. Кто его родители? Есть ли у него братья или сестры? Может, у него вообще была где-то припрятана жена, а сам он изменяет ей направо и налево?! Гарри ничего не знал. Как и Том ничего не знал о нем. – Я ни с кем не спал после тебя, – все-таки подтвердил Гарри и удивился, когда альфа почему-то облегченно выдохнул. Том, умостившись до этого на краешке кровати, встал и нервно заходил по палате, раздраженным жестом засунув правую руку в волосы, растрепав их. Иррациональная часть Гарри, его омежья часть, отметила, насколько красивым он был в этот момент. Но он тут же заглушил ее, не давая своей второй сущности затмить его рассудок. Сделав пару глубоких вдохов, Гарри расслабился, обнаружив, что Том не перестал выделять успокаивающие феромоны. – Почему ты не сказал, что омега? Тогда, в баре, – наконец, спросил Том, остановившись посреди комнаты и посмотрев на Гарри прямым взглядом. – Я привык скрываться. – Привык? Гарри нахмурился и подтянул одеяло ближе к груди, переведя взгляд в окно. Отсюда открывался вид на парковый лес. Солнце заливало уже почти всю комнату, согревая тело омеги, дрожащего от переживаемых тревог. – Ты же знаешь, как относятся к омегам в нашем обществе, – произнес, наконец, Гарри, пересилив себя. – Нас или насильно выдают замуж за нелюбимых людей, где мы становимся обслуживающим персоналом для своих супругов, или сдают в эскорт. Повезет, если ты родился в хорошей семье, где тебя и твое мнение все-таки ценят, и ты даже можешь выбирать, с кем строить семью. Но я… Мне не повезло. Я сирота. У меня есть только двое друзей, у которых своя жизнь, и я сам. Мне не на кого больше рассчитывать. Конечно, я сделал все возможное, чтобы не пойти ни по одному из указанных сценариев. – Ты выбрал притвориться бетой. – Да, – Гарри воинственно поднял подбородок, встретившись с равнодушным взглядом альфы. – Чтобы не умереть с голоду и ни от кого, черт возьми, не зависеть! В твоей компании работают только беты и альфы, ты, как и все, категорически против омег из-за каких-то глупых предрассудков. Поэтому я указал своим вторичным полом в резюме бету, и – о, чудо! – меня взяли. – Ты обманул меня, – альфа все еще был раздражен, но что-то в его голосе смягчилось. – Я был вынужден, Том, – с его глаз сорвалась слезинка, и альфа тут же оказался рядом, аккуратно стирая ее с его щеки большим пальцем. – Ты уволишь меня теперь, да? – Тш-ш, давай обсудим это позже, – произнес он тихо. – Что насчет ребенка? Ты не будешь делать аборт? – Ты хочешь, чтобы я его сделал? – шепотом, сквозь слезы – чертовы гормоны! – спросил Гарри. – Врач сказала, что для тебя это опасно, – покачал головой Том. – Я думаю… – его взгляд на секунду заполнился непонятными эмоциями, словно он сам был шокирован своими словами. – Я думаю, что тебе стоит сохранить ребенка. Не ради меня. Ради себя и своего будущего. Гарри устало опустился на подушки и задумчиво уставился на Риддла. Будущего? Какое будущее ждет его с ребенком? Останется ли с ним Том? Поддержит ли его или решит уйти? Он боялся думать об этом. Просчитывать всевозможные варианты, что-то планировать и решать… – Тебе нужно отдохнуть, – его отвлек мягкий голос Тома. Он без слов понял, что продолжать разговор, пока Гарри в таком состоянии, не стоит. – Я хочу домой, – словно маленький ребенок, пробурчал омега, удобнее устраиваясь на больничных подушках. – Я спрошу у врача, когда тебя выпишут, пока поспи, – альфа подоткнул одеяло и провел пальцами в успокаивающем жесте по его руке. Гарри не стал спорить. Он закрыл глаза и почти мгновенно заснул, а когда проснулся, Том снова был рядом. За окном солнце уже заходило за горизонт. Гарри потянулся, чувствуя себя гораздо лучше. – Заходила мисс Локвуд, – оповестил его Том, поднимаясь с дивана. – Тебя уже можно выписывать. Одевайся, я пока решу вопрос с документами и оплатой палаты. Гарри рассеянно кивнул, но тут же остановил альфу, неуверенно спросив: – Сколько… Сколько я тебе должен за нее? Кажется, его вопрос поставил Риддла в тупик. Он несколько секунд молчал, а потом помотал головой, словно не верил, что ему приходится общаться с таким придурком. Гарри поежился, но решил не отступать, упрямо смотря в лицо альфе. – Глупенький, – Том улыбнулся ему одним уголком рта. – Из-за меня ты здесь. Если бы я не изнурял тебя таким количеством работы из-за дурацкой мести, тебе бы вообще не пришлось здесь лежать. – Мести? – это зацепило внимание Гарри. Том замешкался, но все-таки решил признаться. Виноватым он при этом не выглядел, разве что чуть-чуть. – Ты мне отказал и тем самым задел мое эго, – альфа неловко почесал шею и пожал плечами, будто в этом не было ничего такого. – Конечно, я захотел тебя проучить. – И помощником своим сделал из-за этого? – Гарри уже знал настоящую причину своего “повышения”, но хотел услышать прямое признание из уст самого Риддла. – Ну, оказалось, что это было моим самым верным решением. Ты очень способный, – Том произнес последнюю фразу почти с урчанием, и Гарри покраснел, задетый волной феромонов альфы. Его словно обдало теплым воздухом, окутало с головы до ног, что даже пальцы на ногах сжались. Гарри неловко заерзал на кровати, благодарный, что может сейчас прикрыться одеялом. Том явно заметил его реакцию и довольно хмыкнул, подмигивая, а затем скрылся за дверью. Процедура выписки не заняла много времени. Гарри выдали список необходимых лекарств и витаминов, выбили обещание как можно скорее записаться к врачу, чтобы пройти нужные обследования для беременных, попросили больше отдыхать – и отпустили. Омега хотел уже вызвать такси, чтобы как можно скорее оказаться дома после всех этих событий, но Том предложил его подвезти. Судя по его серьезному лицу, отказов он не принимал, поэтому Гарри пришлось смириться и сесть на пассажирское сидение. В отличие от всех прошлых раз, когда они ездили вместе на встречи с деловыми партнерами, альфа вел машину самостоятельно. Гарри то и дело бросал взгляд на длинные тонкие пальцы, аккуратно обхватывающие руль, и внутренне шипел на самого себя из-за мыслей, которые так не вовремя лезли в голову. “Чертовы гормоны”, – в который раз бормотал про себя омега, недовольно отворачиваясь к окну. Возможно, это была просто отмазка, но теперь Гарри планировал пользоваться ею постоянно. К моменту, когда они подъехали к дому омеги, на улице совсем стемнело. Свет от фонарей, которые должны были освещать переулок, отсутствовал. Гарри вышел из машины и поежился, неуверенно поглядывая на Риддла, который тоже зачем-то решил выйти вслед за ним. Он с холодным равнодушием осмотрелся и головой указал Гарри вести его домой. Гарри вздохнул. Ему было стыдно приводить своего начальника сюда. Район был не самым благополучным: на асфальте валялись шприцы, оставленные бандой малолетних наркоманов, за углом ютились бомжи, которые не могли позволить себе хоть какое-то жилье, а местные альфы частенько устраивали здесь разборки. Гарри утешал себя тем, что здесь он не был единственным омегой. Например, его соседка Линда, сбежавшая от альфы-тирана, жила здесь уже более десяти лет. Женщина побиралась мелкими подработками, иногда где-то подворовывала, но только так она могла выжить. Гарри, получив нормальную работу, помогал ей по возможности, закупался продуктами на двоих, приносил нормальную одежду, взамен получая теплую материнскую улыбку. Вдвоем с Томом они прошли мимо развалившегося у лестницы бомжа и поднялись на второй этаж. Трясущимися руками Гарри достал ключи и отворил небольшую деревянную дверь, сразу включая свет в маленьком коридорчике. Протиснувшись мимо Тома внутрь, он быстро скинул обувь, надел тапочки и прошел прямо в комнату, которая была одна в квартире, не считая кухни и ванной. Комната была тесной, состояла из кровати в углу, пары кресел, столика и большого книжного стеллажа. Для жизни Гарри этого хватало, но он все равно не решался поднять голову, чтобы посмотреть в глаза Тому, застывшему посередине его жилища. – Я недостаточно плачу тебе за твою работу? Гарри вздрогнул от нот обвинений, которые явно чувствовались в голосе Риддла. Альфа точно не был в восторге от увиденного, но это только заставило омегу включить оборонительный режим. – Достаточно, – упрямо ответил он, зная, к чему ведет Риддл. – Тогда почему ты все еще живешь здесь? – прошипел Том, нависнув над Гарри и схватив его обеими руками за плечи. – Потому что я привык! – Привык? Как быть бетой и прятать свою сущность?! Гарри поморщился и отпихнул Риддла. Тот покорно отступил, вовремя взяв свои феромоны под контроль, но не перестал сверлить омегу свирепым взглядом. – Ты не понимаешь, Том, – Гарри устало потер переносицу. – Я был в постоянном страхе, что ты разгадаешь, кто я на самом деле. Я горстями принимал подавители, все время ждал, когда ты с позором вышвырнешь меня из своей компании. – Я бы не… – Не ври, – сразу же осадил его Гарри. – Ты бы сделал это, будь обстоятельства немного другими. Прошел всего месяц, я только-только расплатился с долгами. И менять сейчас жилье было бы глупо, когда здесь низкая аренда, а на меня давит страх увольнения. Том не выглядел убежденным. Он с минуту пристально рассматривал Гарри, но увидев на его лице знакомое упрямое выражение, вздохнул, сдаваясь. Наверное, чтобы как-то себя успокоить, альфа взял ладонь Гарри в свою и мягко сжал. – Хорошо, Гарри, – тихо произнес он, хмуря брови. – Я тебя понял. Но мне это не нравится. – Тебе и не должно, – фыркнул омега, в ответ сжимая руку Тома. – Завтра выходной. Давай переспим сегодня с мыслями о случившемся, а завтра, на трезвую голову, обсудим, что нам делать дальше. Хорошо? – Звучит рационально, – согласился Гарри. – Я заберу тебя днем. – Я могу сам подъехать куда нужно! – Я заберу, – с нажимом произнес Том, почти рыча. Упрямства ему было не занимать, поэтому Гарри, закатив глаза, согласно кивнул. – Тебе уже пора, – Гарри не хотелось показаться невежливым, но Том и правда задержался. Он все еще недовольно оглядывал его небольшую комнатку, словно боялся, что откуда-то из-за штор выскочит огромный страшный альфа и украдет омегу прямо из-под его носа. Не выдержав, Гарри толкнул Тома к двери, пытаясь скрыть расползающуюся на губах улыбку. – Да ухожу я, ухожу! Том послушно прошел к выходу, но в последний момент, повинуясь какому-то инстинктивному порыву, обернулся, притянул Гарри к себе, уткнулся носом в его макушку и легонько поцеловал. А затем так же быстро отвернулся и скрылся в темноте подъезда, оставляя после себя шлейф такого привычного и успокаивающего запаха кипариса. Почему-то именно в этот момент на глаза Гарри навернулись слезы, но он быстро смахнул их рукой, ругая себя. Чертовы гормоны!