«Пэкхо 백호 — Белый Тигр»

      Дом был слишком тихим. Даже слишком для утра. Чонгук ходил из комнаты в комнату, не глядя, куда идёт. С телефоном в руке, с напряжением в спине, которое давно уже не отпускало. Он проверил мессенджер. Зашёл в почту. Перезагрузил. Проверил снова. — Он должен был уже вернуться, — бросил он в пустоту. — Или хотя бы написать. Юнги сидел на краю дивана, руки сцеплены, взгляд в пол. Он молчал, как умел. Иногда только кидал взгляд на Чимина — тот просто сидел в углу, в кресле, обняв колени, будто пытался стать меньше. Воздух был натянут, как струна на последнем издыхании. — Он не отвечает, — сказал Чонгук уже не в первый раз. — Или забрасывает звонок к чёрту. Там… что-то произошло. Он резко обернулся к ним. — Почему вы все молчите? Почему вы такие спокойные? Юнги поднял взгляд. Спокойно. Но не равнодушно. — Потому что паника тебе не поможет, — сказал он. — Дыши. Мы все здесь. Мы не уйдём. Чонгук сжал челюсть, будто хотел что-то сказать, но не нашёл слов. Он снова посмотрел на экран. Пусто. — Уже сутки, — выдохнул он. — Сутки. Ни одного сообщения. Ни звука. Ни черта. Ты не понимаешь, Юнги, я это чувствую — там что-то не так. — Я понимаю, — тихо сказал Юнги. — Поэтому и говорю: подождём до вечера. Если до вечера будет тишина… тогда будем действовать. Он посмотрел на него внимательно. — Но сейчас — успокойся. Чимин молчал. Но его пальцы дрожали. Чонгук сел на край стола. Выключил экран. Поднёс кулак к губам. Потом оттолкнул стул ногой, резко встал и прошёлся по комнате. — До вечера, — повторил он. — До вечера. Чонгук снова встал у окна. Он не смотрел на улицу — просто стоял. Молчал. Плечи напряжены, губы прикусаны. В комнате зависла глухая, жёсткая тишина, как перед тем, как взорвётся что-то невидимое. И вдруг, из кресла, чуть сипло, будто выдохнув лишнее, сказал Чимин: — А чего мы… Намджуну до сих пор не позвонили? Он вскинул на них глаза. — Серьёзно. Почему нет? Он же с ним там. Он всё должен знать. Чонгук повернулся резко, уже доставая телефон. Но Юнги остановил его коротким движением. — Я звонил, — сказал он. — Ещё утром. И до этого тоже. Он не отвечает. — Тоже? — выдохнул Чонгук. — Тоже, — повторил Юнги. Молчание. На этот раз — другое. Тяжелее. — Значит… — начал Чонгук, но не договорил. Юнги не ответил. Просто смотрел прямо, будто в глаза чему-то, что уже стояло за дверью. — До вечера, — снова сказал он. — Если всё так же… мы начинаем искать. Чонгук ходил по комнате, как по клетке. Телефон в руке, взгляд — на часы, на дверь, в потолок. Юнги молчал, сидел на диване. Чимин дремал в кресле — полусогнутый, с накинутым пледом. Прошло больше суток. Ни одного сообщения. Ни звонка. Ничего. — Чёрт, — выдохнул Чонгук и в который раз открыл список контактов. Он уже набирал номер, когда экран мигнул: входящий вызов. Тэхён. Он ответил на первом гудке. — Где ты, чёрт возьми?! — В больнице, — голос Тэхёна был глухим, усталый. — На нас напали. С Намджуном. — Почему ты молчал? Почему ты не отвечал мне?! — Я не мог. Был без сознания. — Я тебе говорил, что поеду с тобой. Ты как всегда в своём стиле — решил, что всё под контролем. Где, блядь, охрана?! — Успокойся, — резко оборвал Тэхён. Всё нормально. Нас просто немного помяли. Ничего критичного. Завтра ночью вылетаем домой. — Не звони больше. Всё под контролем. И он сбросил звонок. Чонгук остался с телефоном в руке, глядя на чёрный экран, будто тот мог объяснить что-то. Юнги медленно подошёл ближе. — Это он? — Он. — Что сказал? — Что на них напали. С Намджуном. В больнице они. Завтра возвращаются. Юнги кивнул. — Тогда ждём. — У него голос был… — Какой? Чонгук пожал плечами. — Просто… тревожный… Больничная палата была светлая, почти стерильная. Тэхён сидел на кровати, нога вытянута, на лице — синяки, губа разбита, один глаз подтекает. На соседней койке — Намджун, с забинтованным плечом и царапиной через скулу. Лицо спокойное, как всегда, только движения — чуть медленнее обычного. Они пили воду. Молчали. — Билеты куплены, — сказал Намджун. — Завтра ночью вылетаем. — Хорошо, — отозвался Тэхён. — Хватит уже этого американского солнца. — Что думаешь делать дальше с Эллиотом? — Договор подписан. — А нападение? Ты же видел — Эллиот сам пострадал. Тэхён провёл пальцем по бинту на запястье. — Значит, это кто-то из его врагов. Возможно. Они оба замолчали. Намджун выдохнул. — Сваливаем. В Сеуле хотя бы стены свои. Тэхён кивнул. — Да. Хватит с нас этого американского говна. Они снова замолчали. За окном шумела жизнь. Но внутри всё стояло на паузе. Аэропорт встретил их привычно — ровным светом, чёткой координацией и идеально выстроенной колонной. Шесть машин. Полный кортеж. Охрана вышла сразу. Никто не говорил лишнего. Все знали — босс вернулся. Тэхён шёл первым. Медленно. Ничего не объяснял. Никто и не спрашивал. Намджун двигался рядом, сдержанный, точный, как всегда. Оба были побиты. Но двигались уверенно. Лестница. Терминал. Прямо в зал. Вокруг — охрана, затылки водителей, щёлкающие рации. Ни случайных лиц — всё перекрыто. Всё так, как должно быть. В первой машине Тэхён опустил голову на спинку. Закрыл глаза на секунду. Намджун сел рядом, молча. Пальцы сцеплены. Маршрут — только один: особняк. Двери открылись. Тэхён вошёл первым. Чонгук выскочил из холла почти бегом — без слов, без пауз, подбежал и обнял его. — Боже, — выдохнул он, прижавшись к нему. — Ты меня так напугал… Почему ты всегда всё делаешь сам?.. Почему ты всегда рискуешь собой?.. Ты же прекрасно знаешь, что я не смогу без тебя. Тэхён отстранился. Посмотрел ему в глаза. — Не драматизируй, — сухо сказал он. — Всё нормально же уже. Пошли в кабинет. Он повернулся. Пропустил Чонгука вперёд. Сам пошёл следом. За ним — Намджун, Юнги, Чимин. Все — молча. В кабинете было прохладно. Занавески полуоткрыты. Свет мягкий. Тэхён прошёл к своему столу, сел в кресло, немного откинулся назад. На секунду. Потом выпрямился. — Ну, в общем… — Прилетели. Меня встретил Намджун. Поехали сразу в офис — место, где подписывали договор. Подписали. Всё гладко. Он сделал паузу. Перевёл взгляд на Чонгука — но быстро, не задерживаясь. — Когда начали выходить… на нас напали. Обстрел. Паника. Месиво. Пострадали мы. Пострадал Эллиот. — Мы, честно говоря, так и не поняли, кто именно стоял за этим. Но позже Эллиот сам позвонил. Сказал, что во всём разобрался. Оказалось, это его конкурент. Типа разборки на стороне. Он коротко пожал плечами. — Теперь договор с ним заключен. Работаем дальше. Поставка — раз в три месяца. Объёмы — как обсуждали. Формат — гуманитарка. Документы — чистые. Он повернулся к Намджуну. — Ты всё знаешь. Теперь всё это в твоих руках. Потом — к Юнги. — Мне нужна будет твоя помощь. Поскольку мы теперь на прямую работаем с оружием — нам нужно усилить охрану. Завтра утром — заедешь за мной. Поедем в офис. Будем переделывать всю систему безопасности. Юнги кивнул. — Понял. В углу стоял Чимин. Молча. Прислонился к стене. Ни слова. Только смотрел. Спокойно. Внимательно. Тихо. А Чонгук… Чонгук всё ещё стоял рядом с креслом. Смотрел на него. Утром кабинет был прохладным. Жалюзи пропускали ровный свет. На столе — планшет, распечатки, схемы охранных точек, доступы, смены. Юнги сидел напротив, нога на ногу, кофе в руке. Взгляд — изучающий. — Объясни мне, Тэхён, — сказал он, медленно отпивая, — зачем тебе всё это? Мы уже занимались оружием. Раньше. С другими странами. С другими маршрутами. Ты тогда ни о чём не просил. А тут вдруг — полная перекройка всей системы. Тэхён откинулся в кресле, сложил руки перед собой, словно взвешивал фразу. — Потому что теперь не всё так просто. — Эллиот… он со своим умыслом. Я не думаю, что дело только в оружии. Юнги приподнял бровь. — Думаешь, он везёт что-то ещё? — Думаю, да. Что именно — пока не пойму. Но что-то есть. Оружие — это лишь прикрытие. У него другие интересы. Возможно — параллельные линии. Перевозки, о которых не сказано ни в одном договоре. Он помолчал, потом добавил: — Я до сих пор не могу вытащить, что именно. Но мы это выясним. Юнги молча кивнул. Потом сказал: — И ты хочешь, чтобы я занялся этим? — Вместе. Но на тебе — охрана. Я не хочу, чтобы информация утекала. Он чуть наклонился вперёд, голос стал ниже: — Намджуна к этому делу больше подключать не буду. Он занимается своими задачами: документы, финансы, чистые цепочки. Слишком много в его руках уже. А тут нам нужна тишина и точность. Никаких просачиваний. Никаких кривых связей. Юнги кивнул ещё раз. — Ладно. Сколько мне нужно людей? Тэхён посмотрел на него ровно. — Всех. Или почти всех. В комнате снова стало тихо. Тэхён молчал. Глаза его скользили по плану здания, но взгляд был расфокусирован. Он на секунду застыл, потом вспомнил: — Кстати… А где Джин? Почему его нет сегодня? Юнги оторвал взгляд от планшета. — Джин? Да он как обычно — внутренними делами занят. У клана же не только оружие. Клиники, покровительство, внутренний порядок, распределения, выплаты… Ты ж сам знаешь. Он всем этим рулит. У него по утрам — всегда своя рутина. Он ближе к вечеру заглянет, если будет что-то срочное. Тэхён кивнул. Слегка. Почти машинально. — Понял. И снова смотрел на план. Юнги ещё какое-то время посидел, глядя в схему на планшете, потом выдохнул, откинулся на спинку стула. — Ладно. Я пошёл. Надо кое-что доделать по спискам. Займусь своими. Тэхён кивнул. — Хорошо. Если что — я буду здесь. Допоздна, имей в виду. — Принял, — коротко сказал Юнги, поднялся и вышел. Дверь за ним закрылась мягко. В кабинете снова стало тихо. Ближе к вечеру Чонгук набрал Тэхёна. Голос в трубке был всё такой же — ровный, деловой, спокойный. — Может, поужинаем вместе? — предложил Чонгук. — Извини, — коротко ответил Тэхён. — Сегодня не получится. Очень много дел. Ужинай без меня и не жди. Я приду поздно. — Понял, — отозвался Чонгук, чуть помедлив. — Хорошо. Отдохни, когда сможешь. Связь оборвалась так же ровно, как и началась. Он посмотрел на экран, положил телефон рядом с собой и на секунду задумался. Но не дольше. Тэхён всегда был занят. Это было нормально. Лос-Анджелес. Эллиот сидел в своём кабинете, откинувшись в кресле. Нога на ногу. Сигара в пальцах, медленно тлеющая, с тонкой струёй дыма. На столе — бокал виски с одним крупным льдом. На лице — абсолютное спокойствие. Телефон был поднесён к уху. Он слушал. Молча. Лёгкая усмешка играла в уголке губ. — Ну что, всё нормально? — спросил он. — Нормально, — ответили на том конце. — Всё по плану. — Всё по плану. Он опустил сигару в пепельницу, сделал глоток виски и добавил: — Хорошо. До связи. Связь оборвалась. Он поставил телефон на стол, спокойно откинулся назад, снова закурил. И в комнате снова воцарилась тишина. Слишком правильная тишина.