Cat's Eyes

— Ты видишь, кто это? — тихо спросил Чишия. — Опять, который в маске медведя, — шепнула Усаги в ответ. — Похоже, я ударил его недостаточно сильно, — пробормотал Арису. — В худшем случае он ищет конкретно нас, — сказал Чишия. — Скорее всего, он видел флаги, которые у нас были, когда мы спасали Асахи. — Извините, — прошептала Асахи. — Это не твоя вина. Они в конце концов начнут пытаться вернуть флаги, — сказал Чишия. — Пока у нас есть хотя бы один, охотники не могут закончить игру с флагами. — Черт, — сказал Арису. — Четыре флага. Кто-то нашел еще один. — Наш или их? — спросил Чишия. — Наш. — Ну, это хоть что-то, — вздохнул Чишия. Счетчик добычи снизился до 84. — Попробуем пройти мимо него? — спросил Арису. — Нет, мы отвлечем его. Усаги, видишь то окно? — Да. — Подкрадись к нему, а потом позови его, — ответил Чишия. — Вылезь из него, он не будет следовать за тобой. Мы с остальными спустимся на этаж ниже. Встретимся там. — Хорошо, — сказала Усаги. Арису затаил дыхание, пока она кралась к окну и тихо вылезала наружу. Как только она оказалась в безопасности, она стукнула в окно. Охотник резко развернулся к источнику шума и побежал к нему. У Арису не было времени увидеть, что произошло с Усаги. Он, Чишия и Асахи бежали к лестнице. — Сработало? — спросила Асахи, запыхавшись. — Мы все еще живы, не так ли? — ответил Чишия. — Это место огромное, — сказал Арису. — Как мы вообще найдем все флаги? — Это не единственный способ победить. Мы можем продолжать посещать этажи, а потом спрятаться с теми, что у нас есть, — сказал Чишия. — Мы можем продержаться все время и убрать флаги из игры для охотников. Однако бонус за флаги стоит того, чтобы за ними охотиться. — Откуда ты знаешь? — спросила Асахи. Чишия усмехнулся, затем пожал плечами. — У меня просто такое предчувствие. Усаги постучала в окно за ними, казалось, она не пострадала. Арису открыл окно для нее, и она снова влезла внутрь. — Все в порядке? — Да, а ты? — спросил Арису. — Да, но он, вероятно, снова попытается нас найти. — Тогда давайте двигаться, — сказал Чишия. — Мы почти не видели других игроков. Какое разочарование, они все прячутся. — Разве это не хорошо? — спросила Асахи. — Нет, если они не выполнили условия для победы. Их выживание не будет считаться нашей победой. Нам нужно это изменить. Ввести больше игроков в игру, — сказал Чишия. — В таких ситуациях обычно один человек берет на себя командование испуганной, готовой группой. Нам нужно найти этого человека и оценить его. — В этой игре слишком много всего, чтобы все запомнить, — простонала Асахи. — На самом деле нет, просто нужно расставить приоритеты, — сказал Чишия. — Мы идем на первый этаж. — Что? — спросила Усаги. — Почему? Чишия снова усмехнулся. — Я просто изменил наши приоритеты.

***

— Что с тобой произошло в начале игры? — спросил Татта. — Я взял треть боевиков и начал искать что-то полезное. Мы ничего не нашли к тому времени, как охотники начали играть. Это была глупая стратегия. Агуни плох в планировании. — Что ты имеешь в виду? — Он хорош в том, чтобы держать людей в узде, но использовать их? Он просто отправляет столько огневой мощи, сколько может, на одну цель. Он полагается только на силу. — Я думал, ты делаешь так же. Теперь я лучше понимаю, — сказал Татта. — Думаю, я в порядке. Нам нужно посетить больше комнат. — Если ты так считаешь, — ответил Нираги, вставая и потягиваясь. — И давно пора. У меня уже сводит ноги. Медленно пара покинула шкаф. Татта следовал за Нираги. Он не был уверен, почему Нираги еще не бросил его. — Пока тихо, — сказал Нираги. — Как скучно. — Лично мне нравится, когда псих в маске не пытается меня убить, — пробормотал Татта. Выстрелы раздались слева от него, и он вздрогнул. Нираги усмехнулся над ним, а затем поморщился. — Черт, похоже, другая добыча ведет охотника к нам. Пойдем, — сказал Нираги, прежде чем начать бежать. Татта побежал за ним, жалея, что не использовал тот абонемент в спортзал, который купил. — Подожди, подожди, пожалуйста! Мы в одной команде! Татта замер, услышав крики. Он знал этот голос. — Что, черт возьми, ты делаешь?! — прошипел Нираги, когда Татта медленно обернулся. — Эй! — Я... я такая же, как вы. Тебе не нужно меня убивать. Это был голос девушки. — Мы на одной стороне! Пожалуйста, не убивай меня! Татта заглянул за угол и увидел охотника в маске лисы, стоящего над девушкой. Момока. Татта действовал, прежде чем осознал, что делает. — Эй, придурок! Кукловод звонит! Он хочет вернуть свою куклу! Охотник развернулся к нему, что дало Момоке достаточно времени, чтобы вскочить на ноги и изо всех сил ударить охотника в пах. Татта услышал стон боли сквозь маску, когда охотник согнулся. Момока побежала к нему, но охотник все еще поднимал оружие. Снова Татта действовал, не думая. — Аааааа! — закричал он, бросаясь на охотника. Он не знал, что делает! Этот парень был огромным! Татта изо всех сил ударил его в лицо. — Ой! Черт, это больше повредило его кулак, чем лицо охотника. — Что ты делаешь?! — закричал Нираги. — Я не знаю! — закричал Татта, пытаясь вырвать оружие у охотника. — Бегите! Спасайтесь! Он пытался вырвать пистолет, но проигрывал битву. Охотник сбросил Татту на землю и прижал его к полу. Охотник прижал пистолет к лбу Татты. Татта закрыл глаза, когда охотник нажал на курок... Щелчок. У охотника кончились патроны! Татта был в безопасности! Пока он не увидел, как охотник вытащил большой нож из ножен на поясе. — Оу, да ладно! — закричал Татта. Охотник начал целиться ножом в грудь Татты. Татта закрыл глаза, когда нож начал опускаться... Раздался еще один крик, когда Момока бросилась на охотника под углом, отбросив его в сторону. Нож пронзил воздух в дюйме от головы Татты. Момока успела обхватить охотника руками за шею, но он был слишком силен. Охотник смог встать, даже несмотря на то, что Момока царапала его за горло. Он снова схватил нож. — Ааааа! — снова закричал Татта, схватившись за ногу мужчины. Охотник споткнулся и пошатнулся, размахивая ножом. Как-то мужчине удалось восстановить равновесие и попытаться снова вонзить нож Татте в голову... Рука мужчины была отведена назад, когда Нираги боролся с ним за нож. Татта смог отползти и попытался помочь Момоке удержать мужчину. Момока закричала, когда охотник ударил ее локтем в живот. Охотник сумел схватить Нираги одной рукой, пытаясь нацелить нож на голову Нираги. Татта бросился на руку охотника, пытаясь разжать его пальцы. Это дало Нираги возможность укусить охотника за руку с удивительной силой. Этого было достаточно, чтобы Татта вырвал нож. Он быстро бросил его через ближайшие перила. Теперь никто не мог его получить! Момока, Нираги и охотник все смотрели на него. — Что это была за чертовщина?! — закричал Нираги. — Забирай нож! Черт, черт, черт! Татта бросился вниз по лестнице в поисках ножа. Где он?! Он должен был приземлиться где-то здесь... Вот! Татта схватил нож и снова побежал вверх по лестнице. — Я взял нож! — Сделай что-нибудь! — задыхаясь, сказала Момока. Нога охотника была крепко прижата к ее груди. Глаза Татты расширились от ужаса, когда мужчина одновременно начал давить на Момоку и медленно толкать Нираги через перила. Татта никогда не выигрывал ни одной драки в своей жизни. Единственный человек, которого Татта когда-либо резал ножом до этого момента, был он сам, когда пытался готовить. Но, тем не менее, он вонзил нож прямо в спину охотника. Охотник издал сдавленный звук удивления, поворачиваясь, пытаясь схватить нож. Этим движением он случайно позволил Нираги и Момоке вырваться. Татта продолжал давить на нож, крича как сумасшедший. С силой, о которой он и не подозревал, он толкнул охотника. Перила треснули под весом мужчины, и он рухнул на землю. Раздался отвратительный хруст, и все замерло в тишине. Татта упал на землю, когда его ноги подкосились. Он задыхался, пытаясь вдохнуть воздух. Ничто вокруг него не казалось реальным, он сам не чувствовал себя реальным. — Он мертв, — сказал Нираги. — Падение сломало ему шею. Посмотри, как она скручена. — Ребята, — сказала Момока, поднимая телефон. Количество охотников изменилось с двенадцати до одиннадцати. — Черт возьми, — сказал Нираги, его глаза сверкали безумным светом. — Мы можем их убивать. Татта наблюдал, как Нираги подошел к телу охотника. Он наступил на голову мужчины один раз, прежде чем выдернуть нож со странным хлюпающим звуком. Татта всхлипнул, когда это произошло. — Татта? — спросила Момока. — Ты в порядке? — Я только что убил кого-то, — прошептал Татта. ― Тут либо мы, либо нас, — сказал Нираги. — Я не думал, что у тебя хватит смелости, чтобы вонзить нож кому-то в спину. — Нет... — тихо ответил Татта. — Я... я видел, как он пытался вас убить, и просто... — Ты спас наши жизни, — сказала ему Момока, но Татта ничего не ответил, дрожа как осиновый лист. — Вставай, — сказал Нираги. — Ты можешь поплакать позже. Нам еще нужно выиграть игру. Когда Татта не сдвинулся, Нираги рывком поставил его на ноги. — Я сказал, вставай. — У тебя идет кровь, — сказал Татта. Он наклонился и ткнул в запятнанную кровью часть рукава Нираги. — Ай! Не трогай! — Извини! Ты в порядке?! — Ублюдок ранил меня, когда я пытался помочь вам двоим. Это мелочь. Для справки, вот почему я не помогаю людям. Если ты когда-либо сделаешь что-то такое глупое снова, я не буду тебе помогать, — сказал Нираги. — Ты ввязался в драку, в которой не был уверен, что сможешь победить, — сказал Татта. — Что? — Ты не участвуешь в драках, в которых не уверен в себе. Но ты это сделал ради нас. — Какого черта ты говоришь?! Что я сделал это, чтобы спасти вас двоих?! Ха! Это игра треф, и я не собираюсь искать других людей! — резко ответил Нираги. — Перестань улыбаться мне! — Ты будешь в порядке? — спросила Момока. — Да, — ответил Татта. — Думаю, все будет хорошо. То, что Нираги заботится о нас, довольно приятно. — Я не забочусь о вас! Вы мне совсем не нравитесь! Убери эту глупую улыбку с лица! Татта на самом деле так не убрал эту глупую улыбку с лица.

***

— Это странно, — сказала Анн. — Теперь осталось только одиннадцать охотников. — Они не могут убивать друг друга, не так ли? — спросила Куина. — Нет, не могут. Но, возможно... — Хм? — Возможно, добычи могут атаковать охотников, — сказала Анн. — Если бы мне пришлось гадать, я бы сказала, что один из боевиков это понял. Агуни, вероятно, попытается устроить переворот сейчас. Я предлагаю держаться от этого подальше. Надеюсь, он создаст достаточно большой отвлекающий маневр, чтобы они не обратили на нас внимания. — Мы можем только надеяться, — вздохнула Куина. — Ты в порядке? — Черт, я просто чувствую себя глупо из-за того, что сделала. Вот так сбежала. Я стояла там как трус и нуждалась в том, чтобы Татта или даже Нираги, заступились за меня. — Ты была застигнута врасплох и поставлена в неловкое положение. Большинство людей сделали бы то же самое. — Чишия бы не сделал. — Чишия не большинство людей. — Это правда, — усмехнулась Куина. — Ты очень к нему привязана. — Да, похоже, я к нему привязалась. Он первый человек, которого я встретила, кто страннее меня. Мы просто пара уродов, играющих вместе. — Я уверена, что он жив. — Он пытался прикрыть меня, — сказала Куина. — Я так испугалась, что даже Чишия пытался мне помочь. — Ты слишком сильно себя коришь. То, что произошло, уже не изменить. Пора двигаться дальше. — Я собиралась рассказать всем. Это не должно было быть каким-то ужасным секретом, — сказала Куина. — Я не пыталась это скрыть или что-то в этом роде. — Ты ведешь себя так, будто всем должна какое-то объяснение. Ты не должна. Ты сделала свой выбор по причинам, которыми не обязана делиться, если не хочешь. — Ты действительно хорошо к этому относишься, — сказала Куина. — Люди — это люди. Мне не нужны конкретные ярлыки, чтобы составить мнение о ком-то. Независимо от расы, пола, гендера, сексуальной ориентации или этнической принадлежности, мы все — ходячие мешки с плотью, которые умрут и разложатся. И как только мы это сделаем, мы все будем выглядеть абсолютно одинаково. — Анн на мгновение замялась. — Это прозвучало довольно мрачно, не так ли? — Немного, но ты права, — сказала Куина. — Если это не слишком, я бы хотела присоединиться к вашему клубу уродов. Думаю, я хорошо впишусь. Мне это нравится. — Да, всегда есть место для еще одного, — сказала Куина, улыбаясь, когда Анн ответила ей улыбкой на мгновение. — Что-то все еще беспокоит тебя, не так ли? — Как игра узнала? — тихо спросила Куина. — Не хочу показаться поверхностной или что-то в этом роде, но я потратила много сил, чтобы выглядеть так, и никто не мог это заметить раньше. Кроме Чишии. — Я не удивлена, — сказала Анн, покачивая головой. — Я тоже, — сказала Куина. — Он такой странный. — Ты действительно доверяешь ему. — Да. — Как ты думаешь, есть ли шанс, что Чишия — гейм мастер? Пожалуйста, ответь мне честно. — Нет. Я не думаю, что он такой. Он чуть не умер, когда мы встретились. Чишия не из тех, кто любит устраивать театр. Он не стал бы почти умирать, чтобы манипулировать кем-то. — Понятно. Что касается того, как игра узнала, я заметила некоторые вещи, — сказала Анн, ее голос стал серьезным. — Я спрашивала десятки людей, и многие из них рассказывали мне о случаях, когда игры, казалось, знали о них что-то. Это случалось и со мной. — Как именно? Если ты не против, что я спрашиваю. — Я была в игре червей, где женатые люди были в одной команде, а холостые — в другой. Меня распределили в группу женатых. — Подожди, ты замужем?! — воскликнула Куина. — Я не видела кольца! — Потому что я сняла его, наступила на него и бросила в озеро. Игра не должна была знать. Я ушла от мужа более двух лет назад. Я никогда официально не разводилась с ним, но с тех пор живу как незамужняя, — сказала Анн. — Тот, кто разрабатывает эти игры, также знает игроков. Я не уверена, как это возможно, но, похоже, это так. — Что это значит? — спросила Куина. — Я не знаю, — вздохнула Анн.

***

— Интересно... — задумался Чишия. — Что случилось? — спросила Асахи. — Количество охотников уменьшилось на одного. Интересно, что произошло, — сказал Чишия. Они были на втором этаже, в одном этаже от своей цели. Арису было не совсем понятно, что Чишия пытается сделать, но он уже знал, что, вероятно, лучше следовать за ним. — Когда мы доберемся до первого этажа, что мы будем делать дальше? — спросила Усаги. — Осталось 79 игроков-добычи, — сказал Чишия. — Скорее всего, они уже начали организовываться в компактную группу. Это может пойти одним из двух путей. Либо они установят цепочку командования, либо их переубивают. Оба варианта приемлемы. Все еще слишком много игроков-добычи, чтобы успешно их использовать. — Кто-то идет, — сказала Усаги, ее тело напряглось. Арису услышал шаги кого-то, бегущего к ним. — Думаю, это только один человек. — Это добыча. Охотник не стал бы бежать без причины, — сказал Чишия. И действительно, игрок, который появился за углом, оказался игроком-добычей. Более того, это был игрок, которого Арису узнал. — Кузурю, — сказал Чишия. — Похоже, ты развлекаешься. — Там был охотник в нескольких коридорах отсюда. Я решил, что не хочу испытывать свою удачу, — сказал Кузурю. Он сохранял тот же безразличный вид, как всегда. — Это, вероятно, к лучшему. Не хочешь присоединиться к нашей группе? — спросил Чишия. — Мы все равно ищем больше людей. — Учитывая, что это игра треф, я присоединюсь к вам, — сказал Кузурю. Он заметил флаги, торчащие из кармана Чишии. — У меня было предчувствие, что это ты собираешь их. — Ты так хорошо меня знаешь, — ответил Чишия. — К сожалению, у меня только три из четырех найденных. — Полагаю, ты хочешь это изменить. — Да. — В таком случае, я могу помочь тебе. Я видел один из флагов на этом этаже, но сам не смог до него добраться. Я могу показать тебе, где он, и попытаться помочь тебе его достать. Наблюдать за разговором Кузурю и Чишии было похоже на то, как смотреть на разговор отца и брата Арису. Два исключительно умных человека обсуждали вещи с такой скоростью, что было трудно угнаться. Но что касается Хаджиме и его отца, то они были выше только Арису. Кузурю и Чишия были выше практически всех. — Ты знаешь, кто из остальных с Пляжа все еще жив? — спросил Чишия, когда Кузурю начал вести их. — Я видел Миру не так давно. Она отказалась объединиться со мной. Я также мельком видел Агуни, который пытался собрать других игроков, — сказал Кузурю. — Я также видел труп одного из охотников. У него была сломана шея. Часть перил лестницы над ним была сломана. Его, должно быть, столкнули. — Значит, мы можем убивать охотников. Уверен, Агуни в восторге. — Я решил не говорить ему, — сказал Кузурю. — Уверен, он поймет это со временем. — Ты не видел Момоку? — спросила Асахи. — Боюсь, что нет. — Мы можем ему доверять? — тихо спросил Арису. — В связи с определенными обстоятельствами, да, — ответил Чишия. — Поскольку наши цели совпадают, он определенно будет работать с нами. Кроме того, мы оба играем за Пляж, и он и я играем, чтобы доказать, что исполнители превосходят военных. Это в наших общих интересах работать вместе. К тому же, он не похож на большинство других игроков здесь. Он странно справедливый человек. — Что ты имеешь в виду? — спросил Арису. — Просто смотри на него и ты увидишь. — Вот здесь, — сказал Кузурю. Дверь, через которую он прошел, вела в огромную библиотеку с полками, поднимающимися до потолка. — Эти полки, должно быть, как минимум три метра в высоту, — сказал Арису. — Вот почему я не смог достать флаг самостоятельно, — объяснил Кузурю. — Здесь нет лестниц или мебели, достаточно высокой, чтобы добраться до него, и я уже не так спортивен, как раньше. ― Он повернулся к Усаги. — Я надеялся наткнуться на тебя. Я слышал о твоих способностях. — Я постараюсь помочь изо всех сил, — сказала Усаги. Кузурю повел их к углу библиотеки. — Вот там, между этими красными книгами, — сказал он, указывая. И действительно, желтый флаг был зажат между ними. — Усаги, сможешь достать его? — спросил Чишия. — Думаю, да, — ответила Усаги. Она на мгновение изучила книжную полку, прежде чем осторожно проверить удержит ли она её. Убедившись, что все в порядке, она начала взбираться по полке, как будто это была обычная лестница. Она вытащила флаг и спустилась на несколько ступенек, прежде чем приземлиться на землю. — Я достала его. — Пять флагов найдено, пять еще впереди, — сказал Чишия, забирая флаг у нее. Позади них книга глухо упала на пол. Все замерли. — Что это было? — нервно спросила Асахи. — Усаги, — сказал Чишия, его голос едва слышен. — Ты проверила устойчивость книжной полки по привычке? Или осознала, что она неустойчива? — И то и другое, — шепнула Усаги в ответ. — Я чувствовала, что она наклоняется, когда поднималась. Если бы я была тяжелее, она могла бы упасть. — Отлично. Чишия толкнул книгу на другую сторону книжной полки, заставив ее упасть на пол. Звук был оглушительным в тишине библиотеки. — Что ты делаешь?! — прошипела Асахи, ее глаза широко раскрылись от страха. — Он нас услышит! Чишия усмехнулся. — Я знаю. Арису мог слышать, как кто-то крадется вперед, кто-то достаточно крупный, чтобы ему было трудно двигаться тихо. Чишия жестом призвал остальных подойти ближе к книжной полке. Кузурю кивнул, поняв, что происходит, намного раньше чем кто-либо из остальных. — Положи руку на полку, а не на книги, — сказал Чишия, притягивая Арису к себе. Кузурю, похоже, объяснял Усаги и Асахи. — Мы заманиваем его сюда. Когда я скажу, давите всем весом на полку. — Хорошо, — кивнул Арису. Он начал понимать, что задумал Чишия. Чишия вытолкнул еще одну книгу с полки. Арису услышал, как охотник усмехнулся, когда обошел угол. Теперь он был прямо с другой стороны книжной полки. Арису увидел маску белки на голове охотника, большие передние зубы только добавляли ей кошмарного вида. Охотник медленно шагал по проходу, все ближе к центру книжной полки. — Сейчас, — объявил Чишия. Ему не нужно было кричать, остальные были достаточно близко, чтобы услышать. Вместе, пятеро толкнули книжную полку. Раздался сдавленный крик, когда полка рухнула на охотника. У Арису скрутило живот, когда он увидел, как кровь потекла из-под упавшей полки. — Он мертв? — спросила Усаги. — Мы только что уронили на него около двухсот пятидесяти килограммов. Это примерно пятьсот фунтов, — сказал Кузурю. — Нам повезло, что книжная полка была такой неустойчивой. — Чишия, что теперь? — спросил Арису. Ответа не последовало. — Чишия? — Вот и все, — сказал Чишия, поднимая свой телефон. Осталось десять охотников. — Извини, что тебе нужно? — Что теперь? — снова спросил Арису. — Извини, я действительно не понимаю эту игру. — Она так же сложна, как игра бубен, — сказал Кузурю. — Я удивлен, хотя это игра десятки. — Мы продолжаем делать то, что делаем, — сказал Чишия. — Однако, если охотники умные, они начнут пытаться найти флаги или искать тех из нас, у кого есть флаги. Тому, у кого есть другой флаг, лучше быть осторожным.

***

Татта завязал зеленый флаг на запястье. Он решил, что это лучший способ не потерять его. Он старался не думать о человеке, которого убил. Он сломал кому-то шею. Он почти не мог в это поверить. — Вот хорошие новости для команды добычи, — сказала Момока, проверяя свой телефон. — У нас есть еще один флаг, и, похоже, еще один охотник был убит. — Наверняка флаги у Арису и Чишии, — уверенно сказал Татта. — Кому это интересно? — сказал Нираги. — Это только подстегивает меня найти больше, чем они. — Не вкладывай все свои усилия в неправильное соревнование, — вздохнула Момока. — Заткнись. Кстати, спасибо за то, что спас мне жизнь. К слову, я всегда могу забрать слова обратно, — Нираги поднял нож, который они забрали у охотника. — Ты такой драматичный, — пробормотала Момока. Татта быстро встал между ними. Он никогда не думал, что окажется так близко к Нираги, когда у того будет большой острый предмет. — Эй, посмотрите, — сказал Татта. На стене была рамка с картиной. — Это похоже на планы этажей этого места! — Ты уверен? — спросила Момока, когда Татта кивнул. — Вот чердак, а здесь все этажи. Похоже, что ещё есть подвал, — сказал Татта. — Если это дом, то что, черт возьми, это? — спросил Нираги, указывая на квадрат сбоку от здания. — Я не знаю, — признался Татта. — Я не думал, что к этому месту что-то прикреплено. — Знаешь, что я думаю? — спросил Нираги. — Учитывая, что это ты, это, вероятно, какая-то пытка, — сказала Момока. — Да пошла ты! Я не собирался говорить что-то такое! — воскликнул Нираги. — Это звучит как хорошее место, чтобы спрятать флаг! — О, хорошая идея, — сказала Момока. — Извини. — Кроме того, все знают, что пытки всегда устраивают в подвале, — саркастически сказал Нираги. — Ну, давайте уже! Мне становится скучно! — Как, черт возьми, можно заскучать в игре на выживание?! — воскликнул Татта. — Я такое умею, — ответил Нираги. Троица спустилась на первый этаж и направилась вправо, к тому месту, где должна была быть пристройка. Татта только начал успокаиваться по поводу их шансов на выживание, когда он завернул за угол и врезался прямо в мужчину, достаточно крупного и крепкого, чтобы он отлетел назад. — О боже, это не охотник. Это еще хуже. Это Агуни. Настроение Нираги, казалось, мгновенно изменилось. Агуни коротко взглянул на Момоку и Татту, прежде чем обратиться к своей правой руке. ― Где, черт возьми, ты был? — Играл в чертову игру, очевидно. — Я предполагаю, что ты потерял тех людей, которых я послал с тобой. — Эй, я не стрелял в них. Агуни вздохнул, смотря на Нираги с презрением. ― Забудь про это. Просто избавься от мертвого груза и пойдем. У меня есть план получше. ― Мы вроде как в самом разгаре чего-то! — вмешалась Момока. Глаза Татты расширились. Возражать Агуни — это приговор, который ждал своего часа! Момока, казалось, нервничала, но, если честно, ее явный гнев перевешивал страх. — Ты сейчас такой? — сказал Агуни. Он заметил флаг на запястье Татты. — Так вот на что ты тратил время... На то, чтобы гоняться за флагами. — Это не трата времени, — сказал Нираги. — Я думаю, это дает нам лучший шанс... — Мне не важно, что ты думаешь, — сказал Агуни. — Я сказал тебе, у меня есть идея получше. Мы будем уничтожать охотников одного за другим. Мы станем охотниками. Ты поможешь мне с этим. — Эй, чувак, она уже сказала тебе, что мы заняты! — воскликнул Татта. — Нираги идет с нами прямо сейчас, так что... так что проваливай! — Нираги, не делай неправильный выбор, — сказал Агуни, казалось, развеселенный вспышкой Татты. — Пойдем. Сейчас. — Я хочу закончить то, что начал. Это не займет много времени! — сказал Нираги. Татта никогда не видел, чтобы Нираги выглядел так противоречиво. — Как только это закончится, я буду с вами. Агуни, казалось, был удивлен. ― Нет. Мне нужно, чтобы ты был со мной сейчас. — Ты можешь взять этот нож, — сказал Нираги, перевернув рукоятку к Агуни. — Держу пари, у тебя нет настоящего оружия. — Теперь у меня есть, — сказал Агуни, схватив нож. — У тебя полчаса. С этими словами он удалился. — Ты не попадешь в неприятности за то, что остался с нами, да? — спросила Момока. — Да, но это ничего нового для меня, — пожал плечами Нираги. — Он будет кричать на меня, может, немного побьет. Таковы дела. Я рад, что он делает это, а не бросает меня.

***

— Черт возьми, медведь вернулся, — сказал Арису, когда он снова зашел в другой офис. — Он определенно ищет нас. — Нам, возможно, придется его устранить, — сказал Кузурю, поправляя очки. — Он атакует, а мы защищаемся. Это справедливо, что мы ответим. — Мы никогда никуда не продвинемся, если он продолжит следовать за нами, — сказала Усаги. — Я думаю, это неизбежно. — Он больше и сильнее белки, — сказал Чишия. — Что, я думаю, вполне уместно. — Нам нужно будет поймать его или найти оружие или больше людей, — сказал Арису. — Нам нужны подходящие обстоятельства, как с книжной полкой. — Именно, — согласился Чишия. — Есть идеи, Арису? Чишия серьезно спрашивал Арису, как убить кого-то?! То, что сказал Кузурю, имело некоторый вес, было справедливо защищаться, но это не означало, что Арису хотел преднамеренно убивать кого-то! Чишия, похоже, не имел с этим никаких проблем. Он мог решить убить кого-то в любой момент и точно знать, как это сделать. Этот факт должен был настораживать Арису, но это его не беспокоило. — Его присутствие доказывает, что мы на правильном пути, — сказал Чишия. — Если он так обеспокоен тем, что мы можем собрать все флаги, это значит, что приз будет чем-то, что изменит ситуацию в нашу пользу. — Нет худа без добра, ура, — уныло сказала Асахи. — Боже, здесь настоящая вечеринка, — Арису чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда рука с длинными ногтями коснулась его плеча. Мира стояла за ним, улыбаясь. — Вы все веселитесь? — Мира! — воскликнула Асахи. — Как ты сюда попала?! — Хотите узнать секрет? — сказала Мира. Она подошла к одной из стен и постучала по ней. Глаза Чишии загорелись. ― Она полая. Мира кивнула. ― Здесь есть маленькие туннели, по которым добыча может пробегать. Возможно, это поможет. ― Он все равно рано или поздно снова нас найдет, но это хорошая мысль, ― задумался Чишия. ― Ты бы хотела работать с нами? — спросил Арису. Что-то в Мире по-прежнему вызывало у него невероятное беспокойство, но им нужны были дополнительные товарищи. Мира ослепительно улыбнулась ему. ― Я бы с удовольствием. ― Чишия, — сказала Усаги. Она рылась в ящике. ― Я что-то нашла. ― Она подняла канцеляриский нож. ― Мне приятно, что ты думаешь, что я так искусен, но боюсь, я не так хорош в убийстве людей случайными предметами, как Нираги. Это хорошая находка. Если бы только я не был ниже практически всех остальных здесь. ― Можем ли мы... можем ли мы убить его с помощью этого? — сказал Арису. Он не мог поверить, что эти слова выходят из его уст. ― Перерезание горла или запястья привело бы к быстрой потери крови, — сказал Чишия. ― Но сделать это было бы крайне сложно. Нам повезло, что гравитация была на нашей стороне с белкой. Но, возможно, мы можем перерезать что-то другое. Он усмехнулся в сторону Арису. У него была идея, но он не собирался ее озвучивать. Он хотел, чтобы Арису сам это понял. Арису прокрутил слова Чишии в голове. Гравитация... Перерезать что-то другое... Его глаза расширились. ― Арису? — сказала Усаги. ― Ты что-то придумал? ― Да, — сказал Арису, стараясь, чтобы его голос не дрожал. ― Я знаю, что нам нужно сделать.

***

― Мы потерялись, не так ли? — сказала Куина. ― Да, — согласилась Анн. Они обе обнаружили, что, похоже, это небольшая сеть туннелей, которые вели по различным частям дома. К сожалению, они не могли найти путь обратно в главный дом. Не имея источника света, им пришлось на ощупь двигаться вдоль стен, продвигаясь медленно, чтобы не наткнуться на резкий обрыв. ― Ну, нам просто придется найти выход, — сказала Куина. ― Твой оптимизм восхитителен, — заявила Анн. ― Спасибо, — сказала Куина, пожимая плечами. ― Нет смысла унывать. Лучше потратить время на что-то... Хотя я провела много времени, унывая в этой игре. ― По крайней мере, ты не боишься признавать свои действия. Не многие люди это смогут. ― Да, думаю, не многие. ― Прошло несколько мгновений молчания. ― Ладно, я не могу это терпеть. Слишком тихо и странно. Нам хотя бы стоит поговорить, пока мы это делаем. ― Хорошо, — сказала Анн. ― О чем бы ты хотела поговорить? ― Ну, расскажи о себе. Ты выглядишь так, будто у тебя была интересная жизнь. ― Что ты имеешь в виду? ― Ну... без обид, но по тому, как ты себя ведешь, довольно очевидно, что ты не слишком отличаешься от людей, которые владели этим домом. Анн засмеялась. ― Моя семья не была такой уж богатой, но да, ты права. Мой отец получил огромное наследство, моя мать была успешной моделью. Вместе они накопили довольно много денег. ― У вас были золотые унитазы? ― Извини? ― Да ладно, все знают, что у богатых есть золотые унитазы, — поддразнила Куина. ― Насколько мне известно, у нас их не было, — усмехнулась Анн. ― Черт, я надеялась, что этот слух правда. ― Извини, что разочаровываю. ― Ты можешь продолжать говорить о себе, если хочешь. Я хочу услышать "Сказание об Анн" или как бы ты это ни назвала, — сказала Куина. ― Если ты ожидаешь какую-то сказку, ты не получишь ее. ― Это нормально. Я слишком крута для милых историй. ― Хотя это и иронично. Люди раньше называли меня снежной королевой. Очень похоже на сказку. ― Теперь я ожидаю эпичную историю. ― Понизь свои ожидания, — усмехнулась Анн. ― Ладно, я действительно росла как некая принцесса. Я уверена, что любая другая девочка хотела бы поменяться со мной жизнями. И я уверена, что мои родители обменяли бы меня на другого ребенка. ― Оу, печально... ― Это хороший способ описать это. Я была очень странным ребенком. Достаточно странным, чтобы мои родители начали беспокоиться, что я могу быть дефектной. ― Что ты имеешь в виду? ― Я разрезала своих кукол, чтобы посмотреть, как они выглядят изнутри. Я предпочла бы разрезать дождевых червей пополам и наблюдать, как они становятся двумя отдельными червями, чем красить ногти. Меня гораздо больше интересовало, как живые существа функционируют, живут и умирают, чем что-либо другое. Оглядываясь назад, я уверена, что это действительно могло показаться немного жутким. ― Ты просто была любопытной. Я не вижу в этом ничего плохого. ― Мои родители, безусловно, так не считали. Им не нравилось, когда их дочь бегала по модным вечеринкам с грязью на платье и лице, с лягушкой в руках. Я отказывалась сидеть спокойно и молчать, в пользу того, чтобы посмотреть, могут ли слизни жить в кухонных ящиках. Сначала меня описывали как непослушную, а потом как неправильную. Но все это переросло из лягушек и слизней в нечто большее. ― Что случилось? ― Когда мне было восемь, в моем районе убили девочку. Не зная, что делать, я выскользнула из дома и побежала посмотреть, что за толпа собралась. Когда я добралась туда, полиция уже начинала разгонять людей. Но я все равно увидела ее. Она просто лежала на тротуаре. Ее кожа была такой белой и безжизненной, а глаза были открыты. У нее были ножевые ранения в грудь и живот. И я помню, что она выглядела так мирно, несмотря на то, что была жертвой убийства. Это был мой первый раз, когда я действительно увидела смерть. Я вернулась домой как раз вовремя, чтобы мои родители отругали меня за то, что я порвала платье, когда вылезала из окна, и они никогда не узнали, что я видела. ― Эта история определенно имеет свои сюжетные повороты. Анн засмеялась. ― Да, так и есть. Эта девочка появлялась в моих снах в течение многих лет, но не потому, что она меня пугала. Я была так очарована тем, что сделало ее мертвой, а меня живой, когда мы выглядели так похоже. Ей было около шестнадцати или семнадцати, и я никогда не забуду, как она выглядела. На следующий день я начала рисовать довольно тревожные картинки той, кого я назвала мертвой девочкой своим родителям. Сейчас я понимаю, что это могло вызвать некоторые подозрения. ― Да, я тоже это понимаю, — усмехнулась Куина. ― Когда я подросла, я поняла больше о том, что с ней произошло. Я начала углубляться в биологию и криминологию. Моя мама надеялась, что я пойду по ее стопам и стану моделью, поэтому она не одобряла мои интересы. Я работала моделью два года после окончания учебы, но в конечном итоге я ушла и начала получать необходимые квалификации для работы в той области, которую хотела. Последней попыткой моих родителей направить мою жизнь в нужное русло было устроить мне брак по расчету. ― Подожди, ЧТО?! ― Моя реакция была примерно такой же, — вздохнула Анн. ― Так я оказалась замужем за мужчиной, которого ненавидела. Он тоже быстро начал ненавидеть меня. Это была очень токсичная ситуация, мы оба говорили вещи, которые я бы хотела забрать обратно. Мы постоянно ссорились, это было утомительно. Я была заперта в чем-то, из чего не могла выбраться и не могла существовать. ― Я знаю, каково это, — тихо сказала Куина. ― А потом однажды я решила просто бросить все на ветер. Я собрала вещи и вернула свою жизнь в порядок, получила работу, которую хотела, разорвала связи с семьей и старалась не оглядываться назад с тех пор. Конечно, были и другие запутанные детали, но это общая суть моей истории жизни. ― Какая у тебя была работа? ― Я была судмедэкспертом. Я хотела помочь найти людей, которые убили жертв. Я проводила вскрытия и анализы мест преступлений. И, наверное, я надеялась открыть для себя какое-то более глубокое значение жизни и смерти. ― Это так круто. Ты когда-нибудь находила какое-то более глубокое значение? ― Пока нет. Но мне очень нравилась моя работа. Я бы хотела вернуться к ней. ― А где же часть со снежной королевой? ― Я уверена, ты заметила, что у меня не совсем теплый и уютный характер. Кроме того, я проводила больше времени, чем следовало, с телами, исследуя их до последней детали. В комнате для вскрытий всегда было довольно холодно, но это меня никогда не беспокоило. ― Это довольно интересная история жизни. Я имею в виду, кроме всей этой свадьбы и сложной семейной жизни. ― Я приму это как комплимент. ― Знаешь, — сказала Куина, — Я думаю, это самый длинный разговор, который мы когда-либо вели друг с другом. И происходит он в жутком темном туннеле. ― В этом мире происходят интересные вещи. ― Это мягко сказано, — засмеялась Куина. ― Но мне приятно, что мы разговариваем. Я чувствую, что уже говорила это, но я это имею в виду. Я не думала, что ты знаешь, кто я. ― Я всегда знала, кто ты. Подруга Чишии. ― Ух ты, спасибо. ― Я заметила тебя с тех пор, как ты приехала на Пляж. Я начала следить за Чишией и людьми, с которыми он общался, почти сразу после того, как встретила его. ― Это вполне понятно. Он довольно подозрительный. ― Поэтому я начала обращать внимание и на тебя. Слава богу, что было темно. Куина даже не хотела знать, какого цвета сейчас ее лицо. Она находилась в стенах жуткого дома в ужасной игре на выживание, и вот здесь она вела душевный разговор с женщиной, в которую была влюблена. ― Надеюсь, тебе было интересно наблюдать за мной, — сказала Куина игриво. ― Да, — ответила Анн, и Куина почувствовала, что она улыбается. ― Это так. И ты все еще интересна.

***

― Это оно? — спросила Момока. ― Это глупо выглядящий стеклянный квадрат. Я думаю, это оно, — сказал Нираги саркастично. Он стал более угрюмым после того, как отдал нож. ― Зачем богатым людям стеклянный квадрат? — спросил Татта. ― Это кажется пустой тратой денег. А если на него упадет дерево? Разве стекло не разобьется? ― Это одна из самых глупых вещей, которые ты сегодня сказал, — сказал Нираги, открывая дверь, ведущую к квадрату. ― Это всего лишь мысль! — протестовал Татта. Троица прошла по короткому коридору, который вел к большому стеклянному зданию квадратной формы. Когда они приблизились, Татта увидел силуэты растений сквозь стекло. ― Подожди, я думаю, это теплица! ― Судя по тому, что мы все еще живы, похоже, это часть дома, — сказала Момока. ― Думаю, пока все в порядке. Как только Татта вошел в теплицу, его окутала теплая, более влажная атмосфера. Казалось, он только что попал на часть тропического острова. ― Я никогда не был в джунглях, но, думаю, это выглядит именно так, — прокомментировал он, оглядывая экзотические растения. ― Ты бы умер в джунглях, — пробормотал Нираги. ― Я думаю, он мог бы умереть где угодно, — согласилась Момока. ― Например... в ливень. Нираги засмеялся. ― Или в магазине. ― В кинотеатре! ― В поезде. ― В ванной. ― Вы, ребята, думаете, что я утону в ванной?! — протестовал Татта, пока Момока и Нираги смеялись. ― Я имею в виду... это почти случилось, когда мне было четыре. ― Не может быть! — хихикнула Момока. ― Как ты это получилось? — спросил Нираги. ― ...Я решил что я русалка, и попытался дышать под водой. Нираги и Момока посмотрели друг на друга на мгновение, прежде чем разразиться смехом. ― Мне было четыре! — протестовал Татта. Он, вероятно, мог бы оставить часть с русалкой при себе, но ему было приятно, что они получают удовольствие от этой истории. ― Ладно! Ладно! Я понял! Я идиот! ― Я уверена, ты был замечательной русалкой, — засмеялась Момока. ― Да, я был, — сказал Татта, сдерживая собственный смех. Нираги и Момока были идеальными представителями двух типов людей, которые всегда казались настроенными против Татты. Но сейчас, он находится среди них. Татта чувствовал связь с ними. Это, вероятно, было односторонним, но ему было приятно, что они рядом. ― Я имею в виду, я тоже хотела быть русалкой, — сказала Момока. ― Думала, было бы так весело жить с дельфинами и другими милыми морскими существами. ― Спасибо! Хоть кто-то понимает! ― Эй, Нираги. Ты когда-нибудь хотел быть русалкой? — спросила Момока. ― Да ни за что! Мне нравятся ноги! ― Он был бы очень злой русалкой, — сказала Момока. ― Вместо того чтобы влюбиться в человека, который его спас, он, вероятно, ударил бы его в лицо, а потом ушел. ―Я бы так и сделал, — сказал Нираги, скрестив руки. ― Это сделало бы фильм очень коротким, — засмеялся Татта. ― Если бы здесь был охотник, нам всем было бы плохо, — сказала Момока. Этого было достаточно, чтобы все трое рассмеялись, по какой-то странной причине. Напряженная обстановка вызывала странные реакции. В конце концов, троица снова сосредоточилась на игре и начала пробираться сквозь запутанные растения. Теплица была довольно организованной, разделенной на разные секции с лозами, кустами, цветами и другими категориями растений, о которых Татта не знал. ― Здесь довольно красиво, — сказала Момока, глядя на арку из цветов. ― Да, это так, — согласился Татта. ― Из этого места можно сделать целый каталог по домашнему садоводству. ― Ты читаешь каталоги по домашнему садоводству? — спросила Момока, приподняв бровь. ― Моя Нана читала! Иногда я начинал просматривать все журналы, когда сортировал ее почту. Она всегда забывает, на что подписана. ― О, ты помогаешь заботиться о своей Нане? — сказала Момока игриво. ― Да, — ответил Татта. ― Мне не стыдно! Моя Нана — единственный человек в семье, которому я действительно нравлюсь. ― Это очень грустно, — сказала Момока, похлопав Татту по руке. ― Я ошибалась насчет тебя. Ты на самом деле хороший человек. Извини, что говорила о тебе за спиной. ― Все в порядке — Подожди, что?! Ты говорила о мне за спиной?! ― Ну, я больше не буду, — пожала плечами Момока. ― Извинение принято. ― Татта был рад тому, что мог получить. ― Мы как будто почти в другом мире, — сказала Момока, продолжая восхищаться цветами. ― Мир внутри мира, — согласился Татта. ― Звучит очень глубоко. ― Правда! Я сам себя впечатлил! Они продолжали разговаривать, пробираясь через пышную теплицу. Прошло почти десять минут, прежде чем Татта заметил, что Нираги стал необычно тихим. Первой мыслью Татты было, что Нираги планирует какую-то скрытую атаку. После того, как эта мысль пришла ему в голову, Татта почувствовал укол вины. Честно говоря, Нираги на самом деле не так уж плох, если его узнать. Он не был особенно приятным, но в нем было что-то. Татта не осознавал, что слишком занят размышлениями о Нираги, чтобы проверить, что происходит с настоящим Нираги за спиной, пока Момока не опередила его. ― Черт возьми, ты плачешь?! Черт, если Нираги плачет, это значит, что происходит что-то невероятно серьезное. Глаза Татты расширились, когда он обернулся. ― О боже! Ты плачешь! ― Я не плачу, черт возьми! Я не плачу! — резко ответил Нираги, даже вытирая глаза. ― Нет, ты определенно плачешь, — сказала Момока. ― Да, — согласился Татта. ― Я бы узнал. Я делаю это часто. Ладно, ему действительно нужно было начать думать о том, что он говорит, прежде чем говорить это. ― Оба заткнитесь! Мне не нужен нож, чтобы выпотрошить вас, как рыбу! ― Ладно, ладно, боже, — сказала Момока, подняв руки в знак капитуляции. ― Ты можешь продолжать плакать на заднем плане, пока Татта и я делаем всю работу. ― Я не плачу! ― Эй, это растение тоже выглядит так, будто плачет, — сказал Татта, тыкая в растение, которое практически согнулось пополам. ― Я сказал, что не плачу! ― Кто-то наступил на него? — спросила Момока. ― Эй, смотри, те, что позади, тоже выглядят помятыми... ― Она потянулась и осторожно отодвинула часть куста в сторону. ― Эй, здесь есть маленькая тропинка! ― Может быть, тот, кто спрятал флаг, раздавил растения! — с энтузиазмом сказал Татта. Момока кивнула, и они двинулись по тропинке. Растительность становилась все более пышной и густой. Лепестки падали в волосы Момоки, идеально украшая ее, как будто она была какой-то принцессой. Листья из другого куста каким-то образом оказались у Татты в рту, и он чуть не задохнулся, пытаясь их вытащить. Наконец, тропинка расширилась в поляну. В центре булькал маленький искусственный фонтанчик. ― Это так красиво! — вздохнула Момока. ― Может, это заставит Нираги заплакать еще больше. Они с Таттой обернулись, когда Нираги не стал ругаться на них или угрожать им. Его не было. ― О боже, мы потеряли его среди растений, — сказал Татта в ужасе. ― Мы потеряли его среди растений! ― Тогда мы вернемся в растения и найдем его! — закричала Момока. Она схватила Татту за руку и потянула его обратно по тропинке. ― Нираги! ― Пожалуйста, не убивай нас за то, что мы потеряли тебя среди растений! Нам жаль! ― Почему, черт возьми, ты кричишь? Я прямо здесь, — пробормотал Нираги, энергично вытирая глаза. ― О, привет, — сказал Татта, облегченно вздохнув. ― Эй, ты в порядке? ― Я в порядке, — сердито ответил Нираги. Он не выглядел в порядке. Он продолжал тереть глаза, которые стали красными и слезящимися. ― У тебя аллергия на пыльцу? — спросила Момока. Она улыбнулась. ― О, у него действительно есть слабость! ― Отвали! ― Теперь у меня есть сила, — сказала Момока. ― Мы можем, типа, оттолкнуть его. ― Пошли вы оба и ваша сила! — резко ответил Нираги, прежде чем снова чихнуть. ― Татта, ты бы хотел тоже получить силу? — спросила Момока невинно. ― Татта, если ты возьмешь силу, ты можешь засунуть ее себе в... ― Нираги снова чихнул, прежде чем успел закончить оскорбление, но Татта понял намек. ― Да, я бы хотел немного силы, — сказал Татта. Силе было трудно сопротивляться. ― Пошли вы оба, — пробормотал Нираги, снова вернувшись к вытиранию глаз. ― Не делай этого, ты только усугубишь ситуацию, — сказал Татта. ― Иди к черту с кактусом! Я не принимаю приказы от тебя! ― Это не приказ! Это дружеское предложение! ― Тогда иди к черту со своим дружеским предложением! ― Как это вообще работает?! ― Дамы и господа, насколько бы это ни было развлекательно, мы все еще находимся посреди игры на выживание, — сказала Момока, пытаясь и не сумев скрыть улыбку. ― Как насчет того, чтобы вы двое вернулись к любезным оскорблениям друг друга, когда мы будем на пляже, а я сделаю попкорн. ― Да, хороший момент, — сказал Татта. ― Любезно?! — закричал Нираги, толкнув Татту в ближайший куст, прежде чем уйти по тропинке. Татта вытащил себя из куста и последовал за остальными. Удивительно, как смена обстановки подарила им чувство спокойствия. Но они не могли забыть, почему они здесь. В этом месте не должно быть ничего приятного. Кроме того, теперь в штанах Татты были листья, и это совсем не радовало.

***

― Хорошо, все готовы? — спросил Арису. Асахи нервно кивнула, как будто отвечая за всю группу. ― Тогда давайте. Он крепко сжал в руке канцелярский нож. Ну, половину канцелярского ножа. Им каким-то образом удалось разделить его на две части, не потеряв ни одного пальца. Он видел Миру и Кузурю на другой стороне коридора. Асахи стояла рядом с Арису, а Чишия спокойно стоял посередине коридора, наклонившись над перилами и смотря вниз. Он выглядел совершенно спокойным. Что касается Усаги... ― Вот он идет, — тихо сказал Арису. ― У нас только один шанс. ― Если они ошибутся с таймингом, Усаги определенно погибнет. ― Приготовьтесь. Усаги увернулась от двух выстрелов, пока мчалась этажом ниже, где ждали Арису и остальные. Арису не мог хорошо видеть с того места, где он стоял, но именно поэтому Чишия стоял на открытом месте. Охотник, похоже, не замечал его, так как был полностью сосредоточен на стрельбе в Усаги. Глаза Усаги были широко открыты от страха, но она продолжала вести охотника к ним. Арису не смог быть приманкой в такой ситуации. У Усаги стальные нервы. Он был в этом уверен. ― Вот там! — прошипела Асахи. ― Сигнал! Он на месте! Чишия незаметно переместился в позицию, где мог показать два пальца вверх. Арису быстро начал пилить толстый, грубый шнур, который вел вверх к потолку, удерживая массивную люстру на месте. На другой стороне коридора Кузурю делал то же самое с другим шнуром. Он был достаточно большим, чтобы это была работа на двоих. На это ушло всего около пяти секунд, но Арису казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он прорезал шнур. Он и Асахи крепко держали его, пытаясь удержать, пока Кузурю заканчивал резать свою половину. Теперь он и Мира тоже держались за него, упираясь в перила. Перила скрипели и стонали под этим весом. Арису чувствовал, как его сердце колотится. Если они не сделают этого скоро, они грохнутся с края вместе с люстрой. Это было чудом, что они продержались так долго. ― Сейчас, — спокойно сказал Чишия. Обе команды отпустили веревки, и люстра стремительно упала на землю. Весь этаж наполнился оглушающим звуком разбивающегося стекла. Осколки разлетелись повсюду, когда лампочки раскололись на сотни кусочков. ― Усаги! — закричал Арису. Ее положение было самым опасным, и не только потому, что она была приманкой. Ей нужно было увернуться от люстры, когда она раздавила охотника. Чишия говорил, что у нее определенно есть шанс избежать смерти, но он только сказал Арису, что это всего лишь двадцать процентов шанса, как только они начали план. Усаги не особенно любила быть приманкой, но понимала, почему ей нужно это делать. Она была самой быстрой и ловкой, и у нее был лучший шанс избежать выстрелов, ведя охотника в идеальное место. Ей нужно было изо всех сил стараться не смотреть вверх на люстру, чтобы не выдать их план. В тот момент, когда она начала падать, она отчаянно бросилась в сторону, когда люстра ударилась о землю. ― В яблочко, — сказал Чишия, усмехаясь, проверяя свой телефон. Осталось девять охотников. ― Думаю все в доме это услышали. Нам нужно уходить. ― Группа, как можно осторожнее, побежала вниз по лестнице, стараясь избегать стекла. ― Усаги! — снова закричал Арису. Пол был липким от постоянно растущей лужи крови. ― Я здесь! — крикнула Усаки, ее голос был напряженным. Ей удалось добраться до коридора, но на боку у нее была рана, из которой уже текла кровь. Глаза Арису расширились. ― Я уже занимаюсь этим, — сказал Чишия. ― Откуда, черт возьми, у тебя это?! — воскликнула Асахи, когда Чишия начал рыться в аптечке. ― В коридорах есть вещи, которые мы можем взять. Вы, ребята, не видели? — невинно сказал Чишия. ― Нужно просто замедлиться и посмотреть. ― Легко сказать, — пробормотала Асахи. ― Заверни свою майку. Не обязательно поднимать ее до конца, если тебе некомфортно. Мне просто нужно увидеть порез, — сказал Чишия. Усаги сняла куртку и немного приподняла вверх топ. Чишия осмотрел рану. ― О, это выглядит нехорошо, — сказала Мира. ― В очередной раз твои острые наблюдательные способности не перестают меня впечатлять, — сказал Кузурю. Это было сарказмом? Арису не знал, что у Кузурю есть чувство юмора. Они с Мирой были друзьями? ― Хорошая новость в том, что это не убьет тебя, — сказал Чишия. ― Извини заранее. ― Усаги зашипела от боли, когда он дезинфицировал рану. ― Она не такая глубокая, как кажется. Ты будешь в порядке. ― Наличие врача действительно делает разницу в этих играх, — сказала Асахи. ― Чишия, возможно, один из самых ценных игроков в этом месте. ― Это очень лестно с твоей стороны, — ответил Чишия. ― Хорошо, Усаги. Теперь ты должна быть в состоянии нормально двигаться. ― Спасибо, — сказала Усаги. ― Теперь, когда наш друг в порядке, давайте наконец доберемся до первого этажа, — сказал Чишия. ― Жаль, что вся еда — это ловушка. Эта игра изматывает.

***

― Ты видишь что-нибудь, что похоже на флаг? — спросила Момока, осматриваясь в районе фонтана. ― Если он сливается с цветами, нам конец. ― Другой, который мы нашли, был замаскирован, — сказал Татта. ― Я очень надеюсь, что этот не такой же. ― Просто поторопитесь, черт возьми! — резко сказал Нираги. ― Я чувствую, что умираю! Татта посмотрел на фонтан. Честно говоря, было довольно расслабляюще на него смотреть. При других обстоятельствах ему бы хотелось посидеть здесь и наблюдать за ним, смотреть на свое отражение в воде... ― Эй... — сказал Татта. Он внимательнее посмотрел на свое отражение, а затем вверх к крыше теплицы. ― Смотрите! ― Кажется, ты нашел его! — сказала Момока. Обвивающийся вокруг нескольких лоз, спускающихся с потолка, черный флаг. ― Нам, возможно, нужно найти Усаги, чтобы это достать его, — сказал Татта. ― Кому-то из нас, возможно, придется остаться здесь и охранять флаг. Нираги, вероятно, лучше всего справится с этой задачей, но... ― На самом деле, мне сейчас его немного жалко, — сказала Момока, пока Нираги продолжал чихать и ругаться на заднем плане. ― И, кстати, нам не нужна Усаги для этого. У нас есть я! ― Ты тоже скалолаз? — спросил Татта, наклонив голову. ― Нет, дурак! Есть и другие вещи, связанные с лазанием! — застонала Момока. ― Подожди здесь. ― Но куда мы можем уйти? — спросил Татта, наблюдая, как Момока осторожно лезет на дерево. Он повернулся к Нираги. ― Ты там в порядке? ― Как ты думаешь, блин?! ― Да, это была глупая затея! — закричал Татта, когда Момока приземлилась на него. ― Извини! — сказала Момока. ― Ты в порядке?! ― Да, да, я в порядке, — сказал Татта, стряхивая с себя грязь. ― Ты достала его? ― Смотрите! — Момока протянула флаг. ― Класс! — сказал Татта, когда Момока завязала флаг на другом его запястье. Если он собирается стать хранителем флагов, он будет относиться к своей работе серьезно. ― Давайте убираться отсюда, прежде чем Нираги умрет или что-то в этом роде. Он нам нужен. Он как наш боевой пес, — сказала Момока. ― Подождите, черт! ― Что не так? — спросил Татта. Момока подняла телефон. ― Черт! У команды добычи семь флагов, а у команды охотников два. Как это вообще возможно?! ― Охотники, вероятно, знали, где находятся флаги все это время. Как только команда добычи собрала половину, они схватили другую половину. Или, по крайней мере, пытались, — сказал Нираги. ― Черт! — застонал Татта. ― Что нам теперь делать? ― Похоже, охотники ищут драки, — сказала Момока. ― Ну, Агуни уже готовит одну, — сказал Нираги. ― Можно просто воспользоваться этим. ― Похоже, это наша следующая остановка, — сказала Момока. ― Если бы это не была эта чертова теплица, я был бы счастлив, — пробормотал Нираги. ― Давайте уже убираться! Через пятнадцать минут троица вернулась в главный дом. К сожалению, они сейчас присели за углом, когда кто-то подходил. ― Я скучаю по своему ножу, — сказал Нираги. ― Я тоже скучаю по твоему ножу, — согласился Татта. ― Похоже, там только двое, — сказала Момока. ― Нираги и я, возможно, сможем справиться с ними. ― А что, если у них есть оружие?! — возразил Татта. ― Тогда ты беги, так быстро, как только сможешь. У тебя наши флаги. Найди Агуни и прячься за ним, — сказал Нираги. ― П-подождите, что?! — сказал Татта, его паника нарастала. ― Никак нет! Вы не имеете права умирать за меня! ― Я не планирую умирать! — резко ответил Нираги. ― На три, — сказала Момока. ― Раз... ― Ребята! ― Два... ― Ребята, подождите! ― Три! ― Татта не мог видеть, что происходит. Он только слышал грохот и крики, и черт возьми, его друзья, вероятно, мертвы! ― Извините за это. Подождите, охотники не извиняются. Татта медленно выглянул за угол. Нираги лежал на спине на земле, а Куина стояла над ним. Анн стояла немного позади нее. ― Все в порядке, — сказала Момока. ― Куина! Ты жива! — воскликнул Татта, подбегая к Куине и крепко обнимая ее. ― Я так волновалась! — сказала Куина, обнимая его в ответ. ― Извини, что заставила тебя переживать. Я больше не буду делать ничего настолько глупого. К счастью, я нашла Анн. ― Анн! Ты тоже жива! — сказал Татта. Он хотел обнять ее, но в последний момент передумал и просто неловко помахал рукой. ― Она перевернула Нираги, как будто он пустое место, — сказала Момока. ― Это было действительно впечатляюще. ― В свое оправдание, я не знала, что это он, — сказала Куина. ― Но я давно хотела это сделать. ― Черт, ты, сука, — застонал Нираги. ― Подождите, у вас есть флаги? — спросила Анн, заметив запястья Татты. ― Да, Татта и Нираги нашли зеленый, а я помогла найти черный, — сказала Момока, пока Анн поднимала белый флаг. ― Мы тоже нашли один. Мы заблудились в каких-то туннелях, которые проходили через стены. Мы нашли его, когда пытались найти выход, так что это сыграло нам на руку. ― Мы направлялись на первый этаж, — сказал Нираги. ― Агуни собирается устроить бой. Мы можем использовать хаос, чтобы попытаться забрать флаги охотников. — Что с тобой случилось? — спросила Куина. Глаза Нираги все еще слезились. — Я же говорил, что если тереть, будет только хуже, — сказал Татта. — Это длинная история, — ответила Момока. — Анн, ты не видела, куда ушла Асахи? — Нет. Я не видела ее с тех пор, как мы втроем разошлись. — Я тоже ее не видела, — сказала Куина. — Извини. — Осталось шестьдесят четыре игрока-добычи, — сказала Анн. — Хотя, подождите, теперь их шестьдесят один. Осталось девять охотников. Семь флагов принадлежат команде добычи, два — команде охотников. Один флаг пока спрятан. В игре осталось около девятнадцати часов. Шансы Асахи на выживание неплохие. — Это хорошо, — сказала Момока. — Так ты снова присоединишься к Агуни, да? — спросила Куина. — Он забрал мой нож. Я хочу его обратно, — сказал Нираги. — Плюс, я думал, что вы все можете использовать бой, который он начнет, как отвлечение, чтобы попытаться найти флаги охотников и последний флаг. Давайте уже получим этот чертов приз. — Это неплохой план, — сказала Куина. Она протянула руку. Нираги взял ее, и они пожали руки. — Ты гораздо сильнее, чем выглядишь, — сказал Нираги, с недоверием глядя на нее. — Я приму это как комплимент. — Подожди, ты не собираешься идти с нами? — спросил Татта. — Я уже сказал Агуни, что вернусь. Плюс, я хочу свой нож, — сказал Нираги. — Я не смогу получить свой нож, если буду тратить время на вас, ублюдков. Я также отлично отвлекаю внимание Агуни, на случай, если он начнет задаваться вопросом, что делают исполнители. Анн кивнула. — Хорошо. Но сначала давайте посмотрим, что Агуни подготовил. Дальше будем действовать оттуда. — Звучит хорошо, — сказал Татта. ― Надеюсь, Асахи и Усаги в порядке. То же самое касается Арису и Чишии. — Не переживай, если начинается хаос, Чишия всегда оказывается рядом, — сказала Куина. — Он, вероятно, подумал о том же, что и мы. — Нам он понадобится, — сказала Анн. ― Честно говоря, нам понадобится вся помощь, которую мы сможем получить. Агуни собрал группу из как минимум сорока игроков-добычи. Он также собрал различные предметы, которые можно было использовать для убийства, некоторые из которых были крайне креативными. — Наконец-то, — сказал он, заметив Нираги и остальных. — Вижу, вы нашли еще кого-то. Татта ждал, когда Нираги скажет что-то остроумное Агуни. — Я хочу вернуть свой чертов нож. Или не скажет. — Я отдал его Ласт Боссу. Если хочешь его обратно, разбирайся с ним. — О, да ладно! — простонал Нираги. — Не отдавай ему все, что у меня есть! — Анн. Я советую тебе уйти куда-нибудь. Не хочу, чтобы весь этот шум отвлекал тебя от мыслей, — сказал Агуни. Враждебность между военными и исполнителями все еще была слишком очевидна. — Агуни, ты действительно не разочаровываешь. Агуни и остальные члены группы обернулись и увидели Чишию, Арису, Асахи, Усаги, Кузурю и Миру. — Чишия. Ты обычно появляешься, когда игры подходят к переломному моменту, — сказал Агуни. — Я надеялся тебя найти. Не хочешь объединить свои силы с моими? — Это зависит от обстоятельств. Насколько ты уверен, что сможешь выиграть? — спросил Чишия. — Я буду уверен, как только ты окажешься там, где я хочу тебя видеть. Ты идешь со мной, — сказал Агуни. — С тобой в качестве тактической поддержки мы добьемся гораздо большего. — Это не очень вежливый способ меня попросить. Кроме того, а что если я занят? Мне нужно проверить свой календарь. — Асахи! — воскликнула Момока, подбегая к своей подруге. — Арису, Усаги. Вы пришли, — сказала Куина. — Вы в порядке? — спросил Арису. — Да. Извини за то, что было в начале игры. Это будет момент, о котором я буду думать, лежа в четыре утра, — сказала Куина. — Но сейчас я готова. — Мы тоже, — сказал Ариса. — Мы убрали двоих охотников. — Татта убил другого, — вмешалась Момока. — Подождите, серьезно?! — сказала Куина. — Я тоже не могу в это поверить, — сказал Татта. — У нас есть четыре флага, — сказал Кузурю. — Какое совпадение. У нас тоже есть один, — сказала Анн, поднимая белый флаг. ― То же самое! — сказал Татта, поднимая запястья. — Это все семь флагов, которые на нашей стороне! — сказал Арису, улыбаясь. — Это действительно здорово! — Тебе нравится выигрывать, не так ли? — бросил вызов Агуни, продолжая спорить с Чишией. — Немного. — Тогда отложи гордость в сторону и работай со мной. — Ты не нуждаешься во мне, — сказал Чишия. — У тебя есть Нираги, не так ли? — Нираги хорош только для одной вещи, и это не связано с интеллектом, — сказал Агуни. — Я предпочел бы иметь одного из самых умных людей Пляжа рядом с собой. — Тогда возьми меня, — сказал Кузурю, шагнув вперед. — Чишия и я неоднократно доказывали, что равны. Между нами нет разницы. Я также предполагаю, что я немного более сговорчив. — Хорошо, — сказал Агуни. — Кузурю сильнее, чем кажется, — прокомментировала Куина. — Агуни выглядит так, будто может сломать его пополам. — Я думаю, что Агуни мог бы сломать большинство людей пополам, — прокомментировал Арису. — Ну, тогда, похоже, мы будем вдевятером искать флаги, — сказала Анн. — Если не возражаете, я бы хотела позаботиться о Кузурю, — сказала Мира. ― Мне было бы грустно, если бы Агуни сломал его пополам. Без лишних слов она отошла от группы и подошла к Кузурю. — Я действительно не знаю, что о ней думать, — вздохнула Анн. — Ладно, мы ввосьмером будем искать флаги. — Нам следует разделиться на две группы, — сказал Чишия. — Одна будет искать оставшийся флаг, а другая — красть флаги у охотников. Так мы сможем изменить ход игры. — Более спортивные должны пойти за флагами охотников, — сказала Куина. — Тогда я буду в этой команде, — сказала Усаги. — Ты уверена?— спросил Арису. — Ага. Чишия хорошо меня подлатал. Он хороший доктор, — сказала Усаги, улыбаясь, когда Чишия показал ей большой палец. — Я пойду с Усаги, — сказала Момока. ― Честно говоря, я всегда хотела поговорить с ней о скалолазании. — Я буду только рада, — сказала Усаги, и Момока засияла. — Я предпочел бы быть в другой команде, — сказал Чишия. — Я уверен, что все мы знаем, что я не лучший спортсмен, и кроме того, я думаю, что знаю, где находится последний флаг. — Тогда я пойду с тобой, — сказала Асахи. — Я тоже не очень быстрая. — То же самое, — сказал Татта. — Извини, Чишия. — Я пойду с Усаги и Момокой, — сказала Куина. — Почему ты вообще игрок треф, Куина? — спросил Чишия. — Ты мне кажешься игроком пик. — Я не игрок пик, — сказала Куина, покачивая головой. — Я не так сильна, как кто-то вроде Усаги. — Арису, я оставляю выбор за тобой, — сказала Анн. — Я пойду с Чишией, — сказал Арису. — Ты, похоже, в лучшей форме, чем я, Анн. — Очень хорошо, — сказала Анн. — Итак, у нас есть две группы. — Не забывайте про группу Агуни, — сказал Арису. — С ним, Кузурю, Ласт Боссом, Мирой и Нираги. — Нираги, вероятно, сам по себе. Я не думаю, что он будет следовать плану слишком долго, — сказала Анн. — Не забывайте посещать комнаты, — добавил Чишия. — Мы не можем забыть эту часть, это все еще часть условий для победы. — Тогда начнем, — сказала Анн. — Моя группа будет ждать здесь, чтобы мы могли увидеть, сколько охотников Агуни выведет из строя своим нападением. — Тогда увидимся позже, — сказал Чишия. — Удачи. — Куда мы идем? — спросил Татта, когда Момока и Асахи обнялись. — Останьтесь в живых, — сказал Арису. — И вы тоже, — кивнула Усаги. Чишия ждал, пока все закончат прощаться, чтобы продолжить. Арису заметил, что он не потратил времени на прощание. Он явно намеревался вернуться живым и не беспокоился об этом. — Мы пойдем в подвал, — сказал Чишия. ― Звучит как отличное укрытие, не так ли? — Конечно, — простонал Татта. — Конечно, именно туда мы и идем.