Cat's Eyes

Нираги уже давно не чувствовал себя так плохо. В последний раз, когда он так себя чувствовал, он учился в старшей школе. Из-за того, что он уже исчерпал все разрешённые пропуски (всех их он использовал, чтобы избежать своих обидчиков), ему пришлось ходить на занятия с довольно высокой температурой и множеством симптомов. Он едва помнил детали того дня из-за лихорадочного тумана в голове, но помнил, как ужасно это было. Это было очень похоже на то, что происходило сейчас, но сейчас было ещё хуже, гораздо хуже. На мгновение он не понимал, где находится. Он потерялся в лихорадочном тумане, где всё было далёким размытым пятном, и единственное, что он ощущал — была боль в теле. Голова пульсировала и живот скручивало от лёгкой тошноты. С каждой попыткой вдохнуть, грудь охватывала боль. Его трясло от озноба так сильно, что с каждой секундой боль, будто, становилась только сильнее. Но хуже всего было то, что ощущения в груди уже нельзя было назвать просто болью. Это было что-то гораздо хуже. Неужели это продолжается уже давно? Нираги казалось, что он понимает, как всё началось, но не мог вспомнить. Вокруг него был гул. Нет, не гул, голос. Голос, наверное, что-то говорил. Но Нираги было всё равно, что именно. Честно говоря, сейчас он хотел только одного — заснуть навсегда... Внезапная резкая боль в лице вернула Нираги в реальность. Он лежал на полу, над ним на коленях стоял Татта, его рука была протянута. Нираги чувствовал, что его разум работает медленнее, чем обычно, но он быстро пришёл к выводу. ― Ты что, черт возьми, меня ударил?! — он попытался закричать, но голос получился слабым и чуть слышным. ― Прости! — тревожно ответил Татта. — Ты просто рухнул, и не отвечал! Я не знал, что делать! А, они искали выход из арены, ведь главный вход был завален. Всё ещё было расплывчатым, но Нираги понимал, что происходит. ― Я в порядке, — медленно сказал он. ― ТЫ ЛЕЖИШЬ НА ПОЛУ И УМИРАЕШЬ! — завопил Татта. — Чёрт, чёрт, чёрт, я не знаю, стоит ли тебе двигаться, но ты и тут долго лежать не можешь... ― Конечно, стоит. Можешь оставить меня здесь. Иди, найди остальных. — Это казалось хорошей идеей. Нираги просто хотел спать... ― Ты с ума сошёл?! — резко сказал Татта. — Ни за что не оставлю тебя здесь, тем более в таком состоянии! Мы выходим из этого глупого места вместе, понял?! И вместе вернёмся в реальный мир! ― Думаю, мы оба понимаем, что этого не случится, — пробормотал Нираги. — Посмотри на меня. Я, наверное, должен был умереть ещё несколько дней назад. Не думаю, что продержусь тут долго. ― Не говори так... ― Почему? Это ведь правда. — Нираги понимал, что надо молчать, но слова не прекращались. — К тому же, я никогда не собирался возвращаться. — То, о чём он давно думал, наконец прорвалось наружу, и остановить это было невозможно. ― О чём ты? ― Мне некуда возвращаться. Особенно после всего, что здесь произошло. Я слишком сломан. Отправить меня назад в реальный мир... Это всё равно, что впихнуть деталь пазла не на своё место. Я все равно не встану как надо. ― Нираги, не говори так... ― И тебе без меня будет лучше. Ты видел, сколько бед я могу натворить в таком месте. И кто знает, что будет дальше. Агуни был прав насчёт меня. Я — однобокий человек. Хорош как дикий козырь или оружие, но это все. Он был прав. — Нираги не мог понять, сжимается ли его грудь от боли или эмоций. ― Нираги... ― Если я проживу достаточно долго, чтобы вернуть тебя домой, я буду счастлив. Потому что ты сказал, что хочешь вернуться. Попробовать жизнь заново. Я хочу, чтобы это случилось с тобой. Думаю, поэтому я ещё держусь. Ты вернёшься, а я умру здесь. А ты забудешь обо мне и пойдёшь дальше, и будешь жить той жизнью, которую заслуживаешь. Вот что произойдёт. Ты оставишь меня позади. Это к лучшему. Так что не пытайся с этим бороться... ― Заткнись! ― закричал Татта. ― Заткнись, чёрт возьми! Никогда. Никогда, слышишь?! Я никогда тебя не оставлю! Если ты так хочешь, чтобы у меня была хорошая жизнь, тогда ты должен пойти со мной! ― Ты не понимаешь, ― сказал Нираги. ― Даже если я вернусь, я всё равно... останусь таким, какой я сейчас. Больным. Извращённым. Сломанным. ― И это нормально, ― сказал Татта. ― Мы добьёмся того, чтобы тебе помогли. Тебе больше не нужно бороться со всем в одиночку. Я с тобой. Мы добьёмся, чтобы тебе помогли, и я буду рядом с тобой всё время. ― Нет. Я не вернусь. Я лучше покончу с собой, чем вернусь и всё испорчу для тебя. Ты меня не хочешь. ― Ты прав, ― сказал Татта. Голос его дрожал, будто он сдерживал слёзы. ― Я тебя не хочу. Эти слова почему-то ранили больше, чем рана от пули, которая медленно убивала его. ― Видишь? Вот именно. Это хорошо... ― Потому что ты мне очень нужен, ― сказал Татта. ― То, что между нами... Чёрт возьми, я не отпущу это и тебя! Встреча с тобой — одно из лучших событий в моей жизни! Никому я не доверял так сильно, как тебе, а ты... Ты видишь меня настоящего! Ты видишь все без прикрас. Ты видишь все мои недостатки и неуверенность, и тебя это устраивает! ― Ты не бесполезен, ладно? Прости, что когда-то называл тебя так. ― Я нервный девственник, который поцеловал только двоих, и то во время игры «правда или действие», так что я не знаю, как описать свои чувства к тебе, но они есть! Много разных чувств! И они хорошие. Раньше я не понимал, почему Арису так упорно держится за Чишию, но теперь понимаю. То же самое и с тобой. Да, ты сделал много плохого, но ты доказал, что можешь быть другим. Нираги, который слушался Агуни, и Нираги, с которым я люблю быть рядом — это совершенно разные люди! Если я когда-нибудь снова увижу Агуни, а давай будем честными, если ты выжил, он, скорее всего, тоже, я его убью! ― За то, что он меня застрелил? ― За то, что он тебя застрелил, обидел, использовал, заставил поверить, что ты всего лишь какой-то маньяк с оружием! Но ты больше, чем это! Ты показал мне, что я — больше, чем просто неудачник, который любит машины. Позволь мне отплатить тем же! Ты мне нужен. Ты делаешь меня счастливым больше, чем я могу выразить словами. Так что... пожалуйста, не уходи от меня! ― все попытки Татты сдержать слёзы провалились. ― Я знаю, у меня мало что есть, чтобы дать тебе, но... не знаю, просто попробуй что-нибудь! И не смей умирать у меня на глазах! Или... или я сломаю другую руку! Просто останься со мной, хорошо?! Татта тяжело дышал и дрожал почти так же сильно, как Нираги. Они молчали несколько мгновений, пока Нираги наконец не заговорил. ― Не ломай другую руку, болван. И я постараюсь не умереть. Глаза Татты расширились. ― Ты хочешь сказать... ― Если я каким-то образом выживу, конечно. Какого черта, верно? Я думаю, ты понимаешь, во что ввязываешься со мной. ― Еще одна короткая пауза. ― Ты действительно так ко мне относишься? ― Да, ― сказал Татта. ― Я всё ещё не понимаю своих чувств, но они есть. И не исчезнут. ― Ты такой чёртов идиот, ― пробормотал Нираги. Его лицо пылало из-за лихорадки или из-за чего-то другого? Что было более тревожным? Нираги не был уверен. ― Да. Я такой. И я продолжу быть идиотом в реальном мире, так что тебе лучше быть рядом, чтобы меня поправлять, ― сказал Татта. ― Помоги мне встать. ― Что? ― Если я собираюсь выбраться, мне нужно добраться до медицинских принадлежностей, ― сказал Нираги. ― Конечно, да, ― сказал Татта. ― Думаешь, сможешь идти? ― Не уверен, ― признался Нираги. ― Кружится голова. ― Не переживай об этом. Можешь опереться на меня, хорошо? ― Да, ― тихо сказал Нираги. ― Думаю, смогу. ― Хорошо. Раз, два, три, ― сказал Татта. ― Чёрт! ― прошипел Нираги. ― Извини! ― запнулся Татта. ― Не переживай. Со мной всё в порядке. ― Нираги чувствовал, как кружится голова, но он стоял. Он покачнулся в сторону, и Татта подхватил его. ― Я тебя поддержу. Ладно, тут должно быть больше одной двери, да? ― Да... ― Тогда найдём её. Просто опирайся на меня. ― Да, хорошо.

***

― О, мы сделали это. Как прекрасно, ― сказала Уруми, глядя на небо. ― Два взрыва. Значит остальные тоже выбрались, ― сказала Куина, чувствуя прилив облегчения. ― Три. Смотрите туда, ― сказал Банда, указывая. Куина увидела третий взрыв, чуть дальше. Значит, Усаги и Кота добрались до игры? ― ЭЙ! НИРАГИ! ТАТТА! ― крикнула Куина. ― ГДЕ ВЫ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ?! ― Может, они умерли, ― сказала Уруми. Куина знала, что рано или поздно она все-таки ударит эту девушку. ― Как насчёт хотя бы крупицы позитива? И я не про какой-то странный, навязчивый позитив. Я хочу хоть немного настоящего, искреннего позитива, чёрт возьми! ― Я попробую, ― хихикнула Уруми. ― Но признай, крови тут очень много. Куина посмотрела вниз на дорогу и побледнела. Достаточно густая дорожка крови вела от второй двери, рядом с той, через которую ушла их группа. ― О, чёрт. ― Черт, это плохо, ― сказала Анн. ― Но это еще не достаточная потеря крови, чтобы кто-то умер. Она перешла на бег. Куина побежала за ней, не удосужившись проверить, идут ли за ними Уруми и Банда. Честно говоря, Куина была не против потерять этих двух. ― Они, возможно, пытались вернуться в наш лагерь, ― сказала Анн. ― Судя по следам, они ведут туда. ― Ты правда думаешь, что Нираги сможет выжить в ещё одной игре? ― спросила Куина, озвучивая страх, который долго старалась игнорировать. ― Честно, я не знаю, ― призналась Анн. ― Раны, близкие по тяжести к его, я видела только на трупах. Но если кто и сможет выжить из чистой злости, так это Нираги. ― Да, ― сказала Куина, но тревога не уходила. Она просто старалась бежать быстрее.

***

Арису ругнулся, споткнувшись о кусок бетона и ушибив голень. ― Я в порядке, ― сказал он, когда Усаги оглянулась на него. Она кивнула и пошла дальше. Арису старался ступать туда же, куда и она, чтобы не пораниться ещё сильнее. Тут казалось, что его маленький рост — преимущество, но ему все равно было тяжело. Вдруг он остановился, склонив голову. ― Вы слышите воду? ― Ух ты! Я нашёл воду! ― прозвучал тихий голос Коты впереди. Арису поспешил в сторону воды, и его глаза расширились, когда он увидел пар. Наконец, поднявшись на последний холм из мусора, он увидел источник звука и пара — маленькое озеро с водой. Арису присел и опустил руку в воду, но быстро вытащил, шипя. ― Горячо! ― Да, Арису. Так обычно бывает, когда температура поднимается. Всё нагревается, ― с улыбкой поддразнил Чишия. Арису закатил глаза, но потом медленно снова опустил руку в воду и оставил её там. Теперь, когда кожа привыкла, тепло казалось приятным и расслабляющим. ― Вау, это горячий источник! ― сказал Арису, не понимая, почему так рад. ― Это настоящий горячий источник! Ребята, это здорово! ― Вода прямо здесь! ― крикнула Усаги, тоже опуская руку в воду. ― Серьёзно?! Пойдём купаться! ― сказал Арису. ― Я уже давненько не принимал ванну! Не будем упускать шанс! ― Он ударился головой? ― спросил Кота, постукивая Усаги по руке. ― Нет, он просто рад, ― улыбнулась Усаги. ― И он прав. Мне кажется, с тех пор, как мы сюда попали, никто из нас нормально не мылся, только холодные души. Может, это поможет снять мышечную боль. ― Чишия, давай! ― закричал Арису, будучи всё более взволнованным. ― Ты хочешь вместе? ― спросил Чишия, подняв бровь. Арису застыл. ― Что? Ой... э-э... Каждый займёт своё место! Кота может занять вон то маленькое место, а Усаги может сесть рядом с ним, но за теми камнями, и, эм, здесь есть два места! Мы можем занять по одному! Арису почувствовал, как сильно забилось его сердце. ― ...Ладно, ― медленно сказала Усаги. ― Ты ведёшь себя немного странно. ― Нет, вы странные, что сами ещё не зашли! ― сказал Арису, прежде чем скрыться за другим камнем. ― Увидимся, когда выйдем! ― Он странный, ― услышал Арису голос Коты. ― Он просто застенчивый, ― сказала Усаги. ― И, честно говоря... Эй, Чишия? ― Да? ― Я думала, вы с ним уже... ― Уже что? Выражайся точнее. ― Здесь ребёнок! ― О чём он?! ― настаивал Кота. Арису был благодарен, что уже отошёл за камень. Его лицо горело, как никогда. ― Ничего. Мы ничего не делали, ― сказал Чишия. Арису знал, что на его лице застыла довольная ухмылка. Он просто знал это! ― Ладно, не будем терять время. ― Не заходи слишком далеко, хорошо? ― сказала Усаги, скорее всего, Коте. ― И не бегай. Оставайся там, откуда я могу видеть тебя. Арису перестал слушать разговоры и сосредоточился на том, чтобы поскорее раздеться и сесть в воду с грацией испуганного бегемота. Он ругнулся, когда горячая вода попала ему в лицо, но вскоре ругательства сменились вздохом облегчения, когда тело расслабилось. Он нашёл неглубокое место, сел у камня, оперевшись на него и закрыв глаза. Он снова вздохнул, почувствовав блаженный покой впервые за долгие годы. Даже в этом мире, среди руин чего-то ужасного, они нашли отдых и расслабление. В последний раз, когда Арису был на горячем источнике, его чуть не выгнали из-за выходок Карубэ и Чоты. Ладно, может, он тоже разжигал хаос, но пытался взять ситуацию под контроль, когда внезапно накачанный старик грозился вмешаться. Карубэ ещё неделю шутил, что горячие источники нужно разделять по возрасту, чтобы оградить невинные глаза от вида "изюма", как он это называл. И, конечно, чтобы его поддразнить, Чота начал говорить, что часть прелести источника в том, что все голые, это какой-то странный опыт сближения, и... И Чишия сейчас совсем рядом, без одежды. Эта мысль как кирпичом ударила Арису, и он сел, чуть не ударившись головой о камень. Чёрт, нужно думать о чём-то другом, о чём угодно! Мозг рвался найти хоть что-то, чтобы отвлечься. ― Знаешь, я был бы не прочь умереть прямо сейчас. ― Нет! Разговаривать в такой ситуации — ещё более странно! ― Что? ― в голосе Чишии было лёгкое веселье. ― Знаешь, словно мы тут смываем всю боль. ― Голос Арису был высоким и нервным, и эхо вокруг заставляло его ещё больше хотеть умереть. ― Конечно. Было бы неплохо, ― сказал Чишия. Все снова погрузилось в тишину. Потом он заговорил снова. ― О, похоже, мы здесь не одни. ― Что?! ― воскликнул Арису. ― Что-то не так?! Чишия? ― Ответа не последовало. ― Чишия?! ― Всё еще тишина. Арису двинулся по воде вперёд, пока сам не смог остановиться. ― Чишия, эй! ― рот Арису открылся от увиденного. ― Ничего себе. Невероятно. ― Приходи познакомиться с моими новыми друзьями, ― сказал Чишия. Арису рассмеялся, качая головой. ― Усаги! Кота! ― Мы их тоже видим! ― крикнула Усаги с другого берега источника. Перед ними, в гораздо большем, ранее незаметном, горячем источнике, стояли два огромных слона. ― Слоны тоже купаются, ― рассмеялся Арису. ― Должно быть, сбежали из зоопарка, ― сказал Чишия. ― Если бы мы не попали сюда, никогда бы этого не увидели, ― тихо сказал Арису. ― Да, ― согласился Чишия. На лице его застыла редкая искренняя улыбка. Трудно было решить, что из увиденного красивее. ― Что со мной не так? ― Арису усмехнулся, почувствовав, как на глаза наворачиваются слезы. ― Меня это так тронуло. ― Понимаю о чём ты, ― сказал Чишия. ― У меня то же самое. ― В этот момент он казался таким открытым, очень человечным. Он посмотрел на Арису. Арису улыбнулся в ответ, наблюдая, как слоны играют в воде. И вдруг он понял, что подошёл совсем близко к Чишии. И что они оба всё ещё были без одежды. ― Извини! Я ничего не видел! ― вскрикнул Арису, быстро отвернувшись. ― Я смотрел на слонов! Мне интересны только они! ― Не знал, что ты так увлечён слонами, ― сказал Чишия. Казалось, он пытался сдержать смех. ― Мне нравятся слоны, ― ответил Арису, стыдливо ступая обратно к своему месту. ― Всё хорошо, ― слова Чишии застали его врасплох. ― Останься со мной. Арису медленно повернулся обратно, сердце колотилось. Это сон? Это действительно происходит? ― Оттуда слонов почти не видно. А я бы не хотел, чтобы ты пропустил хоть секунду. ― Чишия улыбнулся, на мгновение превратив улыбку в усмешку. Медленно Арису приблизился к нему, пока между ними не осталось меньше тридцати сантиметров. ― Почему ты такой застенчивый? ― спросил Чишия. ― Сомневаюсь, что у меня есть что-то, чего у тебя нет, если ты не скрываешь какой-то анатомический секрет. ― Что?! Нет! ― возразил Арису. ― Я просто... ― слова покидали его. ― Всё нормально. ― Голос Чишии был удивительно мягким. Арису пытался найти, что ответить. Один из слонов трубил, расплёскивая воду по своей спине, будто в документальном фильме о природе. ― Мне нравятся слоны, ― повторил Арису, цепляясь за первую фразу, пришедшую в голову. Чишия действительно рассмеялся. ― Я чувствовал, что ты сделаешь что-то подобное, но это лучше, чем я ожидал. Серьёзно, почему ты так застенчив? Мы уже пересекли несколько физических границ раньше. ― Арису почувствовал, как рука Чишии коснулась его и переплела их пальцы. ― Что изменилось теперь? ― Я никогда не заходил так далеко ни с кем, ― сказал Арису, отвернувшись. ― И вообще я, черт возьми, геймер. Я знаю, что не самый красивый внешне. ― Не согласен, ― ответил Чишия. ― Я видел много людей без одежды, анатомические модели, трупы с прессом, ты не поверишь... ― Хватит! Не издевайся надо мной! ― простонал Арису. ― Посмотри на меня. ― голос Чишии был властным и в то же время мягким. ― Не отворачивайся. Я хочу, чтобы ты смотрел на меня. Медленно Арису повернул голову, встретившись взглядом с Чишией. Арису и раньше выдерживал взгляд Чишии, испытывая при этом множество разных эмоций. Но на этот раз все было по-другому. Его глаза по-прежнему были проницательными, умными и немного кошачьими, но в то же время в них было что-то мягкое, манящее и что-то еще, чему Арису не мог дать названия. Сожаление? Вина? Нервозность? Он не был уверен. Арису медленно обвил одной рукой плечо Чишии, медленно притягивая его ближе. Чишия позволил ему это, придвинувшись еще ближе и обняв Арису за шею. Арису сделал первый шаг раньше, чем Чишия, что он действительно хотел делать чаще. Когда их губы встретились, ум Арису почти опустел. Раньше он смеялся над тем, что разные поцелуи могут чувствоваться по-разному, но теперь он знал, что это стопроцентная правда. Этот поцелуй был медленным, мягким, нежным и наполненным эмоциями. Арису ожидал, что Чишия что-то скажет, когда они наконец оторвутся друг от друга, но Чишия молчал. ― Ты серьёзно впервые потерял дар речи? ― спросил Арису, едва веря в это. ― Похоже, да, ― ответил Чишия. Свет в горячем источнике был тусклым, но Арису видел, как щеки Чишии слегка покраснели. Впервые Чишия отводил взгляд. ― Что случилось? ― спросил Арису. ― Я знаю, что спрашивал раньше, но должен спросить снова. Ты уверен, что этого хочешь? ― Мой ответ тот же. Да. ― сказал Арису. ― И я уверен. Чишия кивнул, всё ещё избегая смотреть Арису в глаза. Когда он заговорил снова, Арису почти не расслышал. ― Прости. Это было всего одно слово, одно обычное слово, но Арису его услышал. Когда Чишия говорил, он всегда звучал уверенно, независимо от того, правда это или ложь. Но это слово… оно было совсем неуверенным, неловким. В нем выражалось то, что Чишия, возможно, никогда раньше не выражал. Искреннее сожаление. ― Я прощаю тебя, ― сказал Арису. ― Не надо. Не делай так. Злись на меня, как Усаги. Просто... Арису одной рукой повернул лицо Чишии к себе. ― Я прощаю тебя, ― снова сказал он. Чишия медленно кивнул. Арису улыбнулся и поцеловал его снова, на этот раз сильнее. Когда они оторвались, Чишия в третий раз удивил Арису, прижав лицо к его шее и облокотившись на него. Он казался истощённым. Арису притянул его ближе, крепко обнял, и в конце концов Чишия тоже ответил ему объятиями. Следующее слово, которое произнёс Чишия, было полно таких же эмоций, как и первое. ― Спасибо. То, что начиналось как несколько медленных поцелуев, постепенно переросло во что-то иное. Арису не был уверен, кто начал первым, его разум был затуманен крепкими поцелуями, исследующими руками и телами, которые при соприкосновении дарили такое удовольствие, что казалось невозможным. Сначала Арису волновался, что выглядит неопытным, но мягкие вздохи и редкие стоны Чишии, когда его нога натирала как надо… Арису никогда не слышал ничего прекраснее. ― Эй, ребята... о боже! ― застонала Усаги, закрывая глаза. ― Я чуть не привела с собой Коту! ― Мы ничего не делаем! ― быстро сказал Арису. ― Да, ничего такого, ― самодовольно ответил Чишия. ― Дай нам ещё пару минут... ― Заткнись! ― воскликнули Усаги и Арису. Чишия рассмеялся. ― Кота, он, эм, в общем, подтвердил твою теорию, Чишия, ― сказала Усаги, всё ещё не глядя на них. ― Мы кое-кого нашли. Их больше, чем двое, и один из них намного старше остальных. ― Это, должно быть, старая игровая арена с первой стадии, ― сказал Чишия. ― Люди должны разлагаться так же быстро, как и другие вещи, чтобы показать такую разницу. ― Нам надо идти дальше, ― сказал Арису, внезапно почувствовав холодок, несмотря на тепло вокруг. ― Да, ― согласилась Усаги. ― Я, эм, дам вам пару минут. ― сказала она и быстро отвернулась. Арису застонал, уронив лицо в ладони. ― Я больше не смогу смотреть ей в глаза. ― Ой, да ладно. Мне понравилось. Мы могли устроить этим слонам настоящее шоу. ― Чишия! ― снова застонал Арису. ― Осторожно, не произноси моё имя слишком громко. Она может подумать, что мы сразу же продолжили с того места, на котором остановились. ― Перестань! ― воскликнул Арису, обрызгав его водой. ― Ты меня убьёшь! ― Я врач. Я исправлю это, ― сказал Чишия, поцеловав Арису в щёку, и затем отстранился. ― Однажды мы найдём место, где можно будет побыть наедине и без мёртвых тел. Если захочешь. ― Хочу, безусловно, ― сказал Арису. ― Я хочу многого с тобой. И не только всяких "грязных" вещей! Я хочу и другое! Например, сходить с тобой на свидание или что-то в этом роде! ― Арису, ты приглашаешь меня на свидание? ― кокетливо спросил Чишия. ― Нет! Может быть! Да! ― ответил Арису. ― Я этого тоже никогда не делал! ― Тогда я всё сделаю за тебя. Когда вернёмся, ты пригласишь меня на свидание в течение пяти рабочих дней. Я дам тебе время прийти в себя от возможного стресса. ― Вау, как мило с твоей стороны, ― сухо произнёс Арису. ― Знаю. Я действительно меняюсь, да? ― поддразнил Чишия. ― Да, ― улыбнулся Арису. ― Ты правда меняешься.

***

― Что за черт… ― произнёс Нираги сквозь стиснутые зубы. ― Откуда, черт возьми, взялась вся эта растительность?! ― Не знаю! Растения ведь не растут так быстро, правда?! ― спросил Татта, смотря на почти полностью зелёный город. ― Я учил песенку про фотосинтез в средней школе, она была такая заразительная, я постоянно её напеваю, иногда даже в душе, забываю, что говорил тебе об этом... ― Перейди к делу! ― Ну, из-за песни казалось, что растения растут довольно быстро. ― РАСТЕНИЯ НЕ РАСТУТ ТАК БЫСТРО, ТЫ... ― Нираги внезапно закашлялся, согнувшись пополам. Татта поддержал его, поглаживая по спине, пока приступ не прошёл. ― …Чёрт. ― Пожалуйста, не кричи на меня, пока тебе не станет лучше. ― Попробую. ― Эй! ― Татта повернулся, услышав крик. Он улыбнулся, увидев, как Куина и остальные из её группы подбегают к ним. ― Ребята, вы живы! ― воскликнул Татта. ― Мы тоже! ― Вроде того, ― пробормотал Нираги. ― О, чёрт, ― сказала Куина, глядя на состояние Нираги. Он был бледен, но явно с температурой. Из его живота текла кровь. ― Думаю, я порвал почти все швы, ― сказал Нираги. ― Ты думаешь?! ― удивилась Куина. ― Дай взглянуть, ― сказала Анн. ― Вау, я правда думал, что ты уже мёртв! ― рассмеялся Банда. ― Но, похоже, ты выжил. ― Я чертовски тебя ненавижу, ― прошипел Нираги. ― А что вы вообще пытаетесь сделать? ― спросила Анн. ― Мне нужны лекарства, ― хрипло сказал Нираги. ― Много лекарств. ― Эй, держись! ― сказал Татта. ― Он всё время становится странным и теряет сознание. ― Понятно, ― сказала Анн. ― Нам нужно как можно скорее вернуть его обратно. ― Мы стараемся! ― возразил Татта. ― И, без обид, Нираги, но ты сейчас очень медленный. ― Я, наверное, смогу его нести, ― предложила Куина. ― Нет! ― резко ответил Нираги. ― Я могу идти! Я знаю... знаю... ― он застонал, прижав лицо к плечу Татты. ― Всё нормально, ― сказал Татта, поглаживая его по плечу. ― Куина поможет. ― Я к нему привязалась. Не могу позволить ему умереть сейчас, ― сказала Куина. ― Анн, как лучше сделать? Я не хочу причинять ему больше боли. По указаниям Анн Куина взяла Нираги и вскоре несла его по заросшей улице. ― Не урони его, ― тревожно сказал Татта. ― Я не уроню! ― воскликнула Куина. ― Хоть немного мне доверься! Он даже не такой уж тяжёлый. ― Я... знаю тебя? ― бормотал Нираги, всё менее осознанно. ― Да, мы лучшие друзья. ― Учились вместе... ― Конечно, мы можем сойтись на этом. ― Ты... стала красивой... ― Серьёзно, что с ним?! ― спросила Куина, пытаясь скрыть свое беспокойство. ― Он уже не так плох, как раньше. По крайней мере, пока что, ― сказала Анн. ― Я побегу вперёд и возьму всё, что нужно. Нам всё равно стоит подождать в лагере Усаги и Коту, и, возможно, Арису и Чишию. ― Правильно, ― согласилась Куина. ― Ты сильная, ― пробормотал Нираги. ― Да, ― сказала Куина. ― И не забывай об этом.

***

― Итак, мы здесь, ― сказал Чишия, рисуя круг найденным маркером на карте метро. ― Это незаконно. Нельзя на ней рисовать, ― встревоженно сказал Кота Усаги. ― Сейчас можно, ― успокоила его Усаги. Чишия предложил пройти по линиям метро, чтобы избежать новых встреч с Королем Пик. Теперь они смотрели на большую карту на стене. ― Остальные должны быть где-то здесь, если остались на месте, ― сказал Чишия, нарисовав ещё один круг. ― Король Пик был здесь, когда мы его видели в последний раз. Он, вероятно, переместился, но остаётся в этом районе. ― Он нарисовал пиковую масть рядом с буквой K. ― Итак, есть маршрут? ― спросила Усаги. ― Возможно. Я не хочу подбираться слишком близко к другим играм на всякий случай, ― ответил Чишия. ― Половина игр уже побеждена, не удивлюсь, если появится новый поворот. Дама Червей здесь. ― Он нарисовал червовую масть рядом с буквой Д на карте. ― Она вообще не двигалась. Король Червей на другом конце города, ближе к другим. Дама Треф между лагерем и Королем Червей. ― Он добавил еще масти и буквы. ― Дама Бубен должна быть с другой стороны, здесь, за нами. И Король Бубен… ― Чишия добавил последние две масти и отошёл, чтобы посмотреть на карту. Затем он нарисовал маршрут от их текущего положения до станции метро, ближайшей к лагерю. ― Должно сработать. ― Хорошо, ― сказала Усаги. ― Пойдём. ― Чишия, давай, ― сказал Арису, когда Чишия не двинулся вслед за остальными. Он всё ещё смотрел на карту. ― Что случилось? ― Это по пути... ― сказал Чишия, больше самому себе, чем Арису. ― Что именно? ― спросил Арису, подходя как раз вовремя, чтобы увидеть, как Чишия чертит другой маршрут, который отклонялся от желаемого чуть больше, чем на половине пути. ― Ты серьёзно? ― А? Почему нет? ― спросил Чишия, обводя остановку, ближайшую к игре Короля Бубен. ― Я пропустил Валета Бубен. Я не позволю остальным обогнать меня. К тому же я хочу кое-что узнать про Короля Бубен. ― Чишия, сейчас совсем не время для каких-то странных отступлений, ― сказал Арису. ― Это не отступление. Я всегда хотел идти прямо за Королем Бубен. Кто, если не я, лучше справится с этой игрой? ― Наверное, никто, но... ― Нет смысла проходить мимо и возвращаться позже. Ты, Усаги и Кота можете вернуться к остальным и попробовать другую игру, пока я здесь, например, Даму Треф. ― Ты пойдёшь один?! ― воскликнул Арису. ― Чишия! ― Что? ― спросил Чишия. ― Разве не лучше заниматься несколькими играми одновременно? Чем раньше все будут выиграны, тем скорее мы получим ответы и уйдём. ― Усаги... ― Арису посмотрел на Усаги, ища помощь, но она лишь пожала плечами. ― Он, вероятно, лучший человек, чтобы выиграть эту игру, ― призналась она. ― И мы за одну ночь выиграли три игры, хотя были разделены. И, без обид, но твои навыки командной работы не так уж важны. ― Принято, ― усмехнулся Чишия. ― Я пойду с тобой, ― твёрдо сказал Арису. ― Я не хочу, чтобы ты ходил один! ― Можем встретиться на другой игре, скажем... Дама Бубен? Это будет просто после Короля. А потом разберёмся с тремя более сложными. Его план имел смысл, но Арису это совсем не нравилось. Он, наоборот, ненавидел это. ― Есть смысл перейти к играм червей и Королю Пик, ― сказала Усаги, озвучивая мысли Арису ― Но он не может идти один! ― Арису, если кто и может играть один, так это он, ― сказала Усаги. Чишия кивнул. ― Просто позволь мне пойти с тобой. ― Арису, я постараюсь сказать это как можно мягче, но ты не игрок бубен, ― сказал Чишия. ― Если бы ты был Нираги или Анн, я бы еще подумал, но так... брать тебя в самую сложную игру бубен, если ты не игрок бубен... ― Понимаю, но, серьёзно, не ходи один! Либо я иду с тобой, либо никто не идет! ― Ладно. Пусть будет так. ― Если ты думаешь, как привязать меня к дереву, пока будешь играть... ― Привязать к дереву? Пожалуй, я придумаю что-то гораздо лучше. Арису посмотрел на Усаги в поисках поддержки, но она снова лишь пожала плечами. ― Я думал, ты покончил со всей этой затеей с побегами в одиночку. ― Поможет ли, если я скажу, что это в последний раз? ― Нет! ― возразил Арису. ― Серьёзно, Чишия! ― Я должен это сделать, ― сказал Чишия, голос его стал серьёзным. ― Не знаю, как объяснить, но я знаю, что должен. Я должен быть тем, кто выиграет игру Короля Бубен. ― Это плохая идея, ― сказал Арису, но уже чувствовал, что сдаётся. В похожей ситуации он был во время игры с Кюмой. Чишия, похоже, понял его слабость и усмехнулся. ― Но я всё равно иду с тобой. Ты умнее нас обоих. Чишия вздохнул. ― Ладно. Если это единственный способ добраться до той игры, не улизнув тайком, пусть будет так. ― Хорошо, ― сказал Арису. Ему всё ещё не нравился этот план, но Чишия действительно прав насчёт одновременной игры в несколько игр. ― Итак, Чишия и я пойдем к Королю Бубен, а Усаги приведет Коту к остальным. Потом они попробуют выиграть игру Дамы Треф. ― Именно так. ― Хорошо, ― сказала Усаги, удивив Арису. ― Нам нужно двигаться быстро. Если все игроки перестанут играть, возможно, правила снова изменят, ― ответила она в ответ на его пристальный взгляд. ― Ты права, ― наконец сказал Арису. Казалось, что никогда не будет конца всем этим страданиям и мучениям на этой земле. ― Чем скорее мы пройдём все игры, тем лучше. ― И как только соберёмся вновь, больше никакого разделения, ― пообещал Чишия. ― Я, наверное, сам смогу справиться с игрой Дамы Бубен, но нам стоит привыкать работать вместе, чтобы пройти последние игры. ― Верно, ― согласился Арису. ― Знаешь, ты лучше играешь в игры треф, Арису. ― Чишия, я иду с тобой. ― Ну, попытка не пытка, ― сказал Чишия, засовывая руки в карманы и начиная идти по туннелю. ― Вы идёте или нет? ― Я думал, ты будешь сильно против, ― сказал Арису, когда он и Усаги последовали за Чишией. ― Я тоже так думала, ― призналась Усаги. ― И мне не нравится мысль, что вы опять пойдёте одни, но он прав. Город покрыт ещё большим количеством растений. Возможно, у нас заканчивается время. Я не хочу, чтобы так случилось. ― Да, ― согласился Арису. ― Ты права. И я знаю, что ты ему не доверяешь, но... ― Сейчас это уже не важно. Мы на пределе. Думаю, мне придется ему довериться. Хотя, честно говоря, я бы предпочла сыграть последнюю игру Треф без него, ― твёрдо сказала Усаги. ― Я больше доверяю ему в тех играх, в которых он действительно хорош, или в которых действительно плох. Что касается игр червей... ― Я стараюсь о них не думать, ― тихо сказал Арису. Все игры червей, в которые он когда-либо играл, всё ещё преследовали его в голове. Вдруг его глаза расширились. ― Что ты делаешь? ― спросила Усаги, когда Арису начал проверять карманы. ― Слава богу, он ещё у меня, ― вздохнул Арису, подняв глаз. Усаги скривилась. ― Ты правда носишь это с собой?! ― Думаю, это важно. Это технология Пограничья. Хотелось бы, чтобы Нираги был в лучшем состоянии, чтобы изучить это... Я бы отправил это обратно с вами, но хочу защитить сам. ― Есть причина? ― Это немного глупо, ― признался Арису. ― Расскажи, ― настаивала Усаги. ― Я знаю, что он бы всё равно рано или поздно умер, но Валет Червей вырвал себе глаз и это убило его. Он ускорил свою смерть, чтобы передать его мне. Я так и не узнал достаточно о нём, чтобы понять, был ли он хорошим или плохим человеком, но мне кажется, что это не важно. Плохие люди могут делать хорошие вещи. ― Ты правда думаешь, что это поможет? ― спросила Усаги. ― Да, ― сказал Арису. ― И, может быть... Может, я покажу это Королю Бубен, или попробую спросить его об этом. Не знаю. Но я хочу сохранить это. ― Хорошо, ― сказала Усаги. ― Это странно, но я не буду тебя осуждать. Но серьёзно, убери это. ― Она взглянула на Коту, который смотрел на Арису широко раскрытыми глазами. ― Думаю, ты пугаешь Коту.

***

Татта не понимал, что уснул, пока не проснулся от шума рядом. Он быстро сел. ― Нираги?! ― Я уже мёртв? ― простонал Нираги. ― Чувствую себя мёртвым. ― Нет, ещё нет, ― сказала Куина. ― Как ты себя чувствуешь? ― Я же сказал, что чувствую себя мёртвым, ― пробормотал Нираги, моргая и осматриваясь вокруг. ― Чёрт, похоже, я слепну! ― Что?! ― вскрикнула Куина, вскочив на ноги. ― Это очень плохо, разве не так?! ― О, чёрт, где Анн?! ― закричал Татта, уже прилично паниковав. ― Подожди, подожди, ― сказал Нираги. ― Кажется, я потерял линзы в последней игре. Забудьте. Ложная тревога. ― НЕ ДЕЛАЙ ТАК! ― закричала Куина. ― ЕСЛИ БЫ ТЫ НЕ УМИРАЛ, Я БЫ ТЕБЯ УДАРИЛА! ― Отлично. Теперь я умираю и слепну, ― горько сказал Нираги. ― Что дальше-то?! ― Я не знала, что ты носишь линзы, ― сказала Куина. ― О, извини, наверное, забыл свой большой деревянный знак с надписью "Я ношу, чёртовы, линзы" на Пляже! ― Ну, насколько плохое у тебя зрение? ― Довольно ужасное. ― Чёрт, ― пробормотала Куина. ― Ладно, можем ли мы найти замену или что-то такое? ― Я вообще понятия не имею! ― Стой, я могу это исправить! ― сказал Татта, вскочив на ноги. ― Никуда не уходите! — Куда, чёрт возьми, я пойду? — сухо сказал Нираги. Татта вернулся через мгновение, что-то сжимая в руке. — Вот, у меня есть это. Я только что их почистил. — Он протянул пару очков. Нираги прищурился, глядя на них, а потом посмотрел на Татту. — Откуда, чёрт возьми, ты их достал?! — Подожди, это его? — спросила Куина. — Ты же мне их дал, помнишь? — сказал Татта. — Ещё на Пляже. — И ТЫ СОХРАНИЛ ИХ?! — Да! — ответил Татта оборонительно. — И хорошо, что я это сделал! Не благодари! — Почему, чёрт возьми, ты их сохранил?! — Потому что они твои, и какое-то время я думал, что это всё, что у меня осталось от тебя! — Вы, ребята, так чертовски влюблены друг в друга, что даже не представляете, ― Куина хихикнула — ЗАТКНИСЬ! — одновременно крикнули Нираги и Татта. Куина только громче засмеялась. — Дай мне их. — Нираги резко выхватил очки у Татты. — Чёрт побери, я знал, что давно должен был от них избавиться! — Что? Почему? — спросил Татта. — Потому что они выглядят отстойно. Я их не одену. — Что?! — воскликнул Татта. — Ты, чёрт возьми, наденешь их! — Только через мой труп! — Ах так? Тогда хочешь остаться слепым?! — Лучше слепота, чем эта штука! — Вы двое кричите из-за очков! — вмешалась Куина. — Нираги, повзрослей и надень их! Мне теперь интересно, как ты в них выглядишь! — Ни в коем случае! — Татта, если я прижму ему руки, ты сможешь их надеть? — Чёрт! Ладно! Ты, чёртова, сумасшедшая сука! — раздражённо сказал Нираги. Куина торжественно улыбнулась. Нираги показал ей средний палец (по крайней мере туда, где считал, что она стоит), и надел очки. — Если кто-то скажет хоть слово, я вас убью. — Почему ты так против них? Думаю, ты хорошо выглядишь. — сказал Татта. — Честно. — Лжец. — Я не лгу! — Ах да?! Тогда почему она смотрит на меня так… как на что-то, на что обычно смотрят люди?! — Нираги начал думать, что потеря крови повлияла на его способность остоумно отвечать. — Не смотри на него! — отругал Татта. — Он выглядит нормально! ― Когда никто не ответил, он щёлкнул пальцами перед лицом Куины. — Алло? — Отойди, чтобы я мог что-нибудь в неё кинуть, — предложил Нираги. — Нет! — сказала Куина, отталкивая Татту от себя. — Божечки, чёрт возьми. Каковы шансы? — Эта штука навсегда исчезнет, — пробормотал Нираги, снимая очки. — Что?! Нет! — возмутился Татта. — Дело не в очках, — сказала Куина. — Тогда в чём, чёрт возьми, дело?! — возразил Нираги. — Не могу поверить, что раньше не замечала этого, — тяжело покачала головой Куина. — Думаю, ты выглядишь совсем иначе, но теперь это кажется таким очевидным. — Перейди к делу, наконец! — Я в замешательстве, — сказал Татта, глядя на них обоих туда-сюда. — Что здесь вообще происходит? — Я тоже хочу это знать. — сказал Нираги резко. — Раньше я его не узнавала, но теперь... — сказала Куина. — Нираги и я встретились в реальном мире за несколько лет до того, как попали сюда.

***

— Мы уже на месте? — в семнадцатый раз спросил Кота. — Не знаю. Похоже, что да? — спросил Чишия. Это временно заставило Коту замолчать, он задумался. — Похоже, что нет, — наконец ответил он. — Вот тебе и ответ, — сказал Чишия. — Если хочешь узнать точно, спроси Арису. — Что?! — возмутился Арису. — Ты на самом деле неплохо ладишь с ним, — сказала Усаги. — С Котой. — Ну, спасибо, — сухо ответил Чишия. — Я серьёзно. Я удивлена. — Да, я понимаю. — Слушай. Я просто хотела поблагодарить тебя. За то, что действительно помог нам в последней игре. Может, я неправильно о тебе думала. — Нет, ты была права во всём, — сказал Чишия. — Не начинай теперь сомневаться в себе. Знаешь, я узнал твоё имя. — Что? — Оно не слишком распространённое, правда? Потом я увидел твои навыки и услышал, как ты говорила о своём отце, и всё понял. ― Значит, ты знал, кто мой отец, ― сказала Усаги, испытывая внутреннее напряжение. Ей совсем не хотелось слышать мнение Чишии о том, почему её отец так всё окончил. ― Не то чтобы я лично его знал, но да. Я видел много интервью с его участием по телевизору. Дети любили смотреть их. Им он казался крутым и давал надежду. Многие хотели вылечиться, чтобы взобраться на гору, как он. ― Значит, ты всё-таки работал с детьми, ― сказала Усаги. ― Я знаю, о чём ты думаешь, и ты не совсем не права. Я действительно их убил, ― сказал Чишия. ― Не могу говорить за всех, но если бы кто-то из них получил нужные пересадки, возможно, они бы ещё были живы. Не все были неизлечимо больны в начале процесса. ― И ты ничего не сделал. ― Что? ― усмехнулся Чишия. ― Ты думаешь, я настолько холоден? Конечно, сначала я пытался что-то сделать. Поднял полный бунт. Как ты понимаешь, я всегда был так хорош в том, чтобы уважать власть. Я максимально мешал процессу. Почти потерял работу. ― Ты сказал, сначала. Что изменилось? ― Я увидел, насколько глубоко все это зашло, ― сказал Чишия. ― Предвзятость, финансовые потоки, сокрытия, причём с участием правительственных фигур, я ничего не мог сделать. Любая попытка с моей стороны была обречена на провал. Это было неизбежно. ― Значит, ты сдался. ― Да. Мне не стыдно это признать. Это просто факт, ― сказал Чишия. ― Я бросил их, и они умерли. Я пытался убеждать себя, что поступаю правильно, оставаясь, чтобы хоть как-то сделать их последние дни комфортными, но это звучит безумно, даже для меня. Возможно, кто-то другой поступил бы иначе. ― Нельзя всегда предсказать исход, ― сказала Усаги. ― Сколько раз шансы были против Арису? Сколько раз он тебя удивлял? ― Честно, слишком много раз, чтобы считать, ― признался Чишия. ― Я понимаю твою мысль. ― Ты можешь поступить иначе, когда вернёшься, ― сказала Усаги. ― Мне кажется, ты теперь другой. ― Я не совсем уверен в этом. ― Ты... ты похож на моего отца. Человек с достойными чертами, способен на достойные поступки, но который также может принимать решения, которые трудно понять. Ты можешь казаться хорошим или плохим в зависимости от точки зрения. ― Сравнивать меня с тем, кого ты любила больше всего? Наверное, это нелегко для тебя. ― Я не уверена, что когда-нибудь смогу тебя простить, ― сказала Усаги. ― Но у меня есть один вопрос. ― Спрашивай. ― Ты мог бы сделать это снова? Предать Арису? ― Чишия несколько мгновений молчал перед ответом. Усаги даже на мгновение показалось, что он не собирается отвечать. ― В прошлый раз я боролся с самим собой. Думал, что разрыв связей со всеми вами, особенно с Арису, повысит мои шансы на выживание. Я проделывал это минимум четыре раза с разными группами и раньше не ощущал ничего. Но тогда я ошибался. И это когда я ещё пытался убедить себя, что не влюблён в Арису. ― Значит... ― Нет, ― сказал Чишия. ― Я не думаю, что смог бы сделать это снова. И если бы сделал, никакая жизнь, добытая таким способом, не стоила бы того, чтобы её проживать. Усаги кивнула. ― Это успокаивает. Ладно. Мне всё ещё это не нравится, но я могу признать, что Арису в безопасности с тобой. ― Вау, ― сказал Чишия. Усаги чуть улыбнулась. ― Я тоже тебя удивила? ― Да. Я никогда не ожидал этого, ― сказал Чишия. ― Буду с тобой честен. Я определённо использовал тебя менее аккуратно, чем некоторых других, и, уверен, ты это заметила. ― О, да. ― Да, я так и думал. ― Почему именно меня? ― Потому что думал, что ты справишься с любыми испытаниями, которые бы ни бросил я или этот мир. И, похоже, я прав. ― Это потому, что ты знал, кто мой отец? ― Вовсе нет. Я увидел, на что ты способна. И начал видеть, кто ты есть на самом деле. Ты была одним из первых людей, которых я начал видеть именно как личность, а не просто инструмент. Так что, технически, во всём виновата ты. ― Ах, правда? ― сказала Усаги, закатив глаза. ― Приятно слышать. ― Да, ты серьёзно должна извиниться, ― ответил Чишия с усмешкой. ― А насчёт твоего отца, мне кажется, не так важно, как он всё закончил. ― Что? ― спросила Усаги, смотря на него. ― Что ты имеешь в виду? ― Это его не определяет, ― сказал Чишия. ― И никто, кроме тебя, его по-настоящему не знал. Так что, что они могут сказать? Хотелось бы увидеть, как они взбираются на гору. Усаги никогда не думала, что окажется в доверительном разговоре с Чишией в длинном пустом туннеле, пока Кота во всю громко пел, чтобы вывести из себя Арису. ― Ребята, может, кто-то ещё теперь составит Коте компанию для прогулки? ― сказал Арису, голос был немного напряжённый. Чишия усмехнулся, а Усаги рассмеялась. Да, этот разговор был, безусловно, странным, но ведь случались и более странные.

***

― Я не понимаю, ― сказал Татта. ― Я тоже. Ненавижу чувствовать себя Таттой… то есть, быть в замешательстве, ― согласился Нираги. ― Эй! Это было грубо! ― Я просто не могу в это поверить, ― засмеялась Куина. ― После того, как мы провели столько времени, просто случайно смотря друг на друга, мы снова встретились вот так? Глаза Нираги медленно расширились. ― Погоди секунду... Странный парень, который занимался кроссдрессингом! Точнее, девушка... Я хотел сказать... Существо...? Вообщем не важно. Это ты! ― Значит, ты меня помнишь! ― воскликнула Куина. ― Я думала, ты бредил, когда до этого сказал, что узнал меня. ― Подожди, когда я это сказал? ― Неважно, это не важно. Но, о боже! ― Чёрт возьми. ― Это не кажется реальным! ― Чёрт возьми! ― Погоди... мне кажется, ты рассказывал мне об этом, ― сказал Татта. ― Когда вы оба были странными изгоями! Не то, чтобы это было плохо! ― быстро добавил Татта. ― Но вы изменились и пошли дальше. А я — нет. ― Как я раньше не замечал? ― сказал Нираги. ― У тебя же теперь есть волосы. И грудь. Может, в этом дело. ― Эй, я тоже ничего не понимала, пока не появились очки ― сказала Куина. ― Пирсинг и все это, черт возьми! ― Это так странно! ― Ну что ж, ― улыбнулась Куина. ― Похоже, мы оба дожили. ― Да. Мы попали в ад. Ура, ― саркастично сказал Нираги, но тоже улыбался. ― Я, честно, никогда не думала, что снова тебя увижу, ― сказала Куина, голос её стал серьёзным. ― Честно, я думала, что ты... ― Себя убил? Я много об этом думал, ― сказал Нираги. ― Но пришёл к выводу, что у меня больше шансов отомстить, будучи изменённым человеком, чем призраком или чем-то в этом роде. Честно говоря, я думал, что с тобой случилось то же самое. ― Я тоже об этом думала. Но я хотела хотя бы посмотреть, каково это — жить так, как я хочу, прежде чем приму решение, ― сказала Куина. ― И теперь я рада, что не пошла на этот шаг. Теперь я намного счастливее. ― Мне очень рад это слышать. Серьёзно, ― сказал Нираги. ― Ты выглядишь просто отлично. На самом деле ты намного привлекательнее всех остальных девушек из нашей школы. ― А у тебя всё хорошо сложилось? ― Всё, что угодно было лучше, чем то, что было в школе, ― сказал Нираги. ― Идеала не было, но, да, улучшения были. ― Мне очень жаль, ― тихо сказала Куина. ― За что? ― Я ничего не делала, чтобы помочь тебе. Видела, через что ты проходил, и могла бы уложить тех парней. ― Наверное, могла, но я тебя не виню. Ты тоже проходила через ад, ― пожал плечами Нираги. ― Они бы просто начали мучить и тебя. Честно говоря, я не хотел, чтобы ты в это вмешивалась. Ты была тем человеком, который мне действительно нравился, хоть мы и не разговаривали особо. Я не хотел тянуть тебя вниз вместе с собой. ― Мне всё равно, что могло случиться, и я всегда буду жалеть, что ничего не сделала. Особенно, когда думала о том, что тебя может уже не быть, ― сказала Куина, опуская взгляд. ― Я никогда не хотела повторять ту же ошибку. Поэтому поклялась всегда защищать тех, кому это нужно, несмотря ни на что. И я продолжаю это делать до сих пор. ― Серьёзно, никаких обид, ― сказал Нираги. ― Я не умер. ― Он посмотрел на свою грудь. ― В какой-то степени. ― Не могу поверить, что нам понадобилось столько времени, чтобы это осознать, ― сказала Куина. ― Да.. Ты чего, чёрт возьми, плачешь?! ― воскликнул Нираги. ― Не знаю! ― поспешно вытирая глаза, ответила Куина. ― Я так много ночей не могла заснуть, думая, что бы я тебе сказала, если бы был такой шанс. Но я никогда не думала, что это будешь ты. А теперь, когда мы говорим, я вообще не знаю, что сказать. ― Пожалуй, это доказывает, что мы что-то сделали правильно, изменяя себя. Наверное, ― сказал Нираги. ― Думаю, ты справилась гораздо лучше, чем я, между прочим. ― Эмм, да, очевидно. У меня теперь есть грудь, ― поддразнивая, сказала Куина. ― Но, кажется, у тебя тоже всё нормально получилось. То есть, как только у тебя появится свой специалист по эмоциональной поддержке. ― Он не мой специалист по эмоциональной поддержке! ― О, да? Татта, ты его специалист по эмоциональной поддержке? ― Ну... я думаю, да? ― Нет! Ты не он! ― Чёрт, Нираги. Я столько всего хочу тебе сказать. Просто понятия не имею, что именно, ― сказала Куина, качая головой. ― Не переживай. Думаю, суть в том, что мы уже не те люди, что раньше. Например, у меня вообще нет проблем с тем, чтобы назвать тебя раздражающей сукой. ― О, правда?! А у меня нет проблем с тем, чтобы назвать тебя чересчур агрессивным придурком! Обмен оскорблениями длился несколько минут, как обычно у Нираги и Куины, но Татта чувствовал, что между ними что-то определённо изменилось. С одной стороны, это его радовало. Часть его боялась, что Нираги и Куина будут ненавидеть друг друга вечно, но теперь это, похоже, изменилось. Это было хорошо. С другой стороны, он очень надеялся, что всё ещё остаётся любимцем Нираги.

***

― Ну что ж, это наша остановка, ― сказал Арису. ― Арису, даю вам две минуты на душевное прощание, ― сказал Чишия. Ему явно хотелось скорее добраться до игры Короля Бубен. ― Вау, спасибо, ― сказал Арису. ― Ты не хочешь попрощаться? ― Конечно. Пока, ― сказал Чишия и двинулся дальше по туннелю. ― Эй! Ты сказал, что у меня есть две минуты! ― возмутился Арису и повернулся к Усаги. ― Будь осторожен, ладно? ― в её глазах читалась тревога. Арису не был уверен, беспокоится ли она из-за игры или из-за Чишии. ― Буду. Ты тоже береги себя, хорошо? Встретимся снова на игре Дамы Бубен. Никто не должен умереть. ― Поняла. Я скажу остальным, ― Усаги грустно улыбнулась Арису. ― Хорошо, ― сказал Арису. ― …Он точно собирается попытаться бросить меня здесь, да? ― Тебе лучше догнать его, пока он не ушёл по-настоящему. ― Усаги усмехнулась. ― Всё будет в порядке. В целом эти туннели выглядят довольно безопасными. ― Передавай всем привет от меня, ладно? ― сказал Арису. Он надеялся, что все ещё живы. Если они потеряют хотя бы одного... Он не был уверен, что сможет с этим справиться. ― Передам, ― пообещала Усаги, обняв Арису. ― Пожалуйста, скажи, что мы ещё увидимся. ― Увидимся. Обязательно. И ты ещё увидишь Чишию. ― Отлично, ― саркастично сказала Усаги, но её улыбка стала шире. ― Удачи. ― Тебе тоже, ― сказал Арису. Он хотел сказать больше, но слова не шли. Он кивнул и побежал вслед за Чишией. Усаги осталась на месте, наблюдая, как он исчезает из виду. ― Они умрут? ― спросил Кота. ― Нет. Всё будет хорошо, ― ответила Усаги, но, как всегда, не была уверена. ― Пошли, нам надо идти дальше. Кота кивнул и взял её за руку, и вдвоём они пошли в другую сторону, к другой игре.

***

― Ай, ― пробормотал Арису. Он поцарапал руку, пытаясь залезть на платформу. ― Грациозно, ― усмехнулся Чишия. ― Эй, немного сочувствия не помешало бы, ― сказал Арису. ― Ой, бедняжка, хочешь, я поцелую, чтобы прошло? ― Ты звучишь совсем неискренне. ― Я стараюсь освоить выражение привязанности вербально. Дай мне немного времени. ― Обещаю, ― улыбнулся Арису. Когда они вышли из станции метро, первым, что он увидел, был огромный дирижабль с Королем Бубен прямо перед ними. ― Мы близко. ― Да, ― сказал Чишия. ― И никаких следов Короля Пик. У нас свободный проход. Отлично. ― Ты правда думаешь, что сможешь победить Короля? ― Возможно, ― пожал плечами Чишия. ― Но это не факт. Я вполне могу прямо сейчас идти навстречу своей смерти, кто знает. ― Что?! Я думал, ты уверен, что выиграешь! ― Я уверен в своей истории побед в играх бубен. Но это же Король. Никто не знает, что будет. Я пытался звучать увереннее, чтобы ты не волновался. ― А теперь я волнуюсь! ― Да, заметил. ― Тебе лучше знать, что ты делаешь. ― Я понимаю. ― Просто я не хочу, чтобы ты пострадал, понимаешь? Или умер. Я не забуду то, что ты сказал мне. ― Я тоже не забуду. Впервые за много лет я попробую сдержать обещание. Но я не смогу этого сделать, если умру. У меня нет намерения умирать и вся решимость сдержать это обещание. Арису почувствовал, как его сердце наполняется эмоциями. ― Это хорошо. ― Я больше переживаю за тебя. Веришь или нет, я хотел, чтобы ты остался, чтобы я мог тебя защитить. ― Я знаю, ― сказал Арису. ― Но я хочу быть там, чтобы защищать и тебя, как смогу. ― Так вот какого это встречаться, да? ― …Я не знаю, ― признался Арису. Чишия ухмыльнулся. ― Знаешь, мне нравится идея быть твоим первым. ― Нельзя так просто об этом говорить! Хотя бы предупреждай! ― Тогда было бы не так интересно, ― мило ответил Чишия. ― Но всё же спасибо тебе. ― За что? За развлечение? ― И за другое тоже. ― Эй! ― Я ни с кем не чувствовала себя таким счастливым и расслабленным... по-настоящему, ― сказал Чишия. ― И от меня не ускользнуло, что я чувствую это рядом с тобой. Так что спасибо тебе за это. Не думаю, что я когда-либо осознавал, о скольком в жизни я забыл. Аспекты, которые выходят за рамки того, что я считал необходимым ― Я думаю, счастье должно быть необходимым, ― сказал Арису. ― И ты заслуживаешь быть счастливым. ― Об этом можно поспорить, знаешь ли. ― Нет, нельзя. Особенно во втором. ― Если ты так говоришь... ― Говорю. И это серьёзно. ― Поверь мне, ― улыбаясь, сказал Чишия. ― Я знаю, что ты так думаешь. ― Суд, да? ― сказал Чишия, глядя на внушительное здание. ― Интересно. ― Немного пугающе, ― сказал Арису. ― Игры и в тюрьме, и в суде. ― Интересно, есть ли тут какой-то символизм? ― сказал Чишия и повернулся к Арису. ― Это твой последний шанс сделать разумный выбор и просто подождать меня здесь. ― Я пойду с тобой. ― Я так и думал, ― сказал Чишия, хотя всё ещё улыбался. ― Ладно, пошли. Арису раньше никогда не был в суде. Карубэ утверждал, что был, но Арису был уверен, что тот врал. Уже снаружи здание казалось холодным и устрашающим. Честно говоря, Арису даже не знал, как это должно выглядеть. Он никогда не смотрел юридические телешоу. Они казались ему скучными. Теперь же он задумался, а может, стоило их посмотреть. Арису услышал тихий звук, который всегда слышен при регистрации на игру. Он служил напоминанием, что пути назад нет. Он последовал за Чишией через двери суда в красиво оформленную комнату ожидания. Там уже находились трое человек. ― О? Кажется, игроков будет больше, ― сказала женщина, явно оценивая Арису и Чишию. ― А я думала, что игра будет небольшой. ― Пять игроков — это всё ещё мало, — сказал мужчина. Взгляд у него был безумный, как у какого-то сумасшедшего гения. Арису уже почувствовал, как у него учащается сердцебиение. Несомненно, специализация у всех троих этих игроков была бубен. Он совсем не соответствовал им по уровню, но знал об этом с самого начала. Он попытался успокоиться и сосредоточился на осмотре комнаты ожидания. Ничего не казалось выбивающимся или необычным. Арена, должно быть, находилась в другой части здания. Не было ни таймера, ни обратного отсчёта, ничего, что могло бы указать на игровую арену, кроме отсутствия обычных работников в здании. Никого не было у приёмных столов, никаких признаков жизни внутри здания. Холодок пробежал по спине Арису. ― Сколько ты прошел? — спросила женщина. ― Что? — удивлённо ответил Арису. ― Сколько игр бубен ты прошел? — пояснила женщина. В ней чувствовалась настойчивость. — Я выиграла восемь. А ты? ― Разве важно, сколько он выиграл? — вмешался Чишия, прежде чем Арису успел ответить. — Сомневаюсь, что эта игра будет похожа на любые другие игры бубен. Нет смысла сравнивать наш прошлый опыт. Он специально отвернулся от женщины, что явно её раздражало. ― Ты волнуешься? — тихо спросил Арису. ― Я еще даже не знаю, о чём волноваться, — ответил Чишия. — Здесь интересная компания. Чувствуешь себя не в своей тарелке, Арису? ― Да, определённо, — пробормотал Арису. — Чишия, а что если это не командная игра? Что если выиграть сможет только один из нас? ― Я найду способ вывести тебя живым, — сказал Чишия. Он казался невозмутимым, почти скучающим. Арису снова погрузился в молчание вместе с остальными игроками. Все пятеро ждали тихо, пока наконец не произошло нечто. Раздался металлический щелчок, и большие двойные двери с одной стороны комнаты медленно открылись. Коридор был тёмным, и Арису не мог разглядеть, что находится за ним. Старший мужчина первым шагнул в коридор, за ним последовали двое других. Наконец Арису последовал за Чишией в полумрак. По мере продвижения по коридору, свет немного прибавлялся, но незначительно. Наконец Арису различил зал суда. Похоже, он был отреставрирован больше, чем должен был быть. Статуи весов возвышались над столом с пятью металлическими стульями. Один стул стоял во главе стола, выше остальных. Арису смог различить блеклую бубновую масть, вырезанную на спинке. Белый экран над головой освещал игроков и показывал единственную инструкцию. Ждать. ― Все выбираем стул? — спросила женщина. Казалось, её взгляд прикован к стулу с бубновой мастью. ― На экране написано ждать. Ты читать не умеешь? — ответил другой игрок, молодой мужчина. Женщина нахмурилась. Арису неловко перенёс вес тела с ноги на ногу. Ему казалось, что нужно что-то делать, но он не знал что именно. Наконец слово "ожидайте" исчезло с экрана. Вместо него появилось изображение весов с бубновой мастью на каждой чаше. ― Сейчас прибудет Король Бубен, — объявил голос. Арису услышал шаги вдалеке, которые постепенно приближались. В гнетущей тишине здания мягкие шаги казались громкими и неуместными. Наконец, задние двери комнаты тихо заскрипели, и в зал вошёл Король Бубен. У Арису отвисла челюсть во второй раз за этот день. Рядом с ним Чишия усмехнулся. ― Я знал, что Мира не единственная.