Хуже некуда

Мокси пришёл в третий круг.. Круг гнева.. Он нашёл нужный клуб: массивный, стальной, будто врытый в землю как капкан. На фасаде мигал выбитый неон «Grinder’s Whim». Под вывеской стояли двое телохранителей — один с раскалёнными цепями вместо рук, другой — с мордой кабана и глазами-лазерами. Но Мокси не остановился. Просто подошёл. Сказал тихо: — Мне в подвал. У меня код. Кабан склонил голову. — Код. — Семь, девять, семь, адская, восемь, АА. Тот кивнул. Цепь в щелчок отщёлкнула массивную дверь, и Мокси скользнул внутрь. Музыка внутри била по вискам. Воздух был тяжёлым от алкоголя, табака и чего-то ещё, кислого, почти кислотного. Он не задерживался в зале. Сразу к задней лестнице. Металл скрипел под ногами, как будто не хотел его пускать. Подвал был ниже уровня звука, как будто отсечён от остального мира. Там — тишина. Стены чёрные. Красные лампы, как капли крови на потолке. За столом сидела фигура в пальто, с обугленным лицом, скрытым под полумаской. Вокруг — оружие, кейсы, пакеты, документы. — Ты пришёл, — раздался голос, как скрежет железа по камню. — Ну что, Мокси. Значит, ты хочешь спасти себе жизнь... и купить смерть кому-то другому? Мокси кивнул, не поднимая головы. Он держал руки в карманах, сжимая кулаки. — Я хочу заключить сделку. — И что же за сделка такая?.. М? Малыш из нищеты.. Мокси стал более серьёзным — Мне.. Я хочу убить Стеллу.. Ту самую Стеллу из семьи Гоэтия.. — АХ-ХА-ХА-ХА!!! Ты шутишь? Убить её? Да котись, парень.. —Мне реально это нужно!! Про.. — Не успел он договорить как хвост какого-то из демонов взял его за шею и прижал к стенке — Ты либо сьёбываешься, либо помираешь тут же.. Выбирай. Он задыхался — хвост был крепкий, как удавка из стали, и пах серой. Мокси царапался, пытался ухватиться хоть за что-то, но стены были гладкими, мокрыми, как будто сами отталкивали. — Я... не... шучу... — прохрипел он. Демон не ослаблял хватки. Лицо его было пустым — без эмоций, без сочувствия. В этом круге не верили в слова. Тут доказывали делом. — Стелла — это не какая-нибудь шлюха из кольца алчности, — холодно бросил тот с маской. — Это — политика. Это — власть. Это — деньги, которых у тебя нет и не будет. Гоэтия не прощает. И знаешь, что они делают с теми, кто даже думает об этом? Они стирают тебя из памяти. Из реальности. Мокси закашлялся, хватая ртом воздух. — Я... я был у неё дома... Я трахнул её дочь... — выдавил он сквозь давление. — Страйкер знает... Я... я загнан, чёрт возьми! Тишина. Только красный свет дрожал на стенах, как кровь в венах. Хвост медленно отпустил его. Он рухнул на пол, кашляя и хватаясь за горло. Демон отступил. А фигура за столом встала, подошла. Её ботинки цокали, как гильзы на металле. — Повтори это ещё раз, — медленно проговорил он. Мокси поднял взгляд. В его глазах не было вызова — только отчаяние. — Я спал с Октавией. И теперь я подписал себе смертный приговор. Мне нужно опередить Стеллу. Или она убьёт нас всех. Фигура молчала. Потом глубоко выдохнула. — Чёрт... Ладно. Знаешь, ты либо самый тупой демон во всей Адской архитектуре... либо самый отчаянный. Сначала — ты добываешь мне кое-что. Потом — я рассматриваю помощь. А если кинешься — я найду тебя первым. Он обернулся к сейфу и вытащил тонкий чёрный кейс. — Вот координаты. Вот имя. Время — до полуночи. Если справишься — поговорим. Если нет... ты и сам знаешь. Он швырнул кейс Мокси. — Что там?.. — То, что тебе нужно... чтобы доказать, что ты не просто шавка, которая переспала с дочкой принца. Это — сердце одной из трёх ведьм из Круга Преступлений. Найдёшь её, вырежешь сердце, вернёшься. Живым, желательно. Он выпрямился, отряхнул плащ и направился обратно в тень. — Без этого разговора не будет. А если ты вернёшься с пустыми руками — я сам тебя на куски разберу и продам в столовку Сломанного Клыка. Кейс в руке стал будто тяжелее. Мокси стоял в подвале, один, с дрожью в груди и чувством, что он только что подписал ещё один приговор. Только теперь — на кого-то другого. — Знаете.. Я конечно.. всё понимаю.. Но я отказываюсь.. — Чего, блять? Ты пришёл за помощью и отказываешься?.. ХА-ХА-ХА! Секунда и Мокси снова был прижат к стенке — Не хочешь так, будет по моему.. Мужик приставил к его шее нож — С чего начнём? Глаза? Язык? Пальцы? Нос? Уши?... — От.. пусти.. — ХУЙ ТЕБЕ! Сам себя подписал, сам же сдохнешь!.. И тут.. Мужик резко отлетает от удара... Перед взором Мокси встала Луна.. — РУКИ ВВЕРХ, СУЧАРЫ!!! — Прозвучал голос Блица.. — Вы чё, совсем масти попутали? — Это наш долбоёб, ясно? — прошипел Блиц, заходя внутрь с вытащенным пистолетом и бешеными глазами, которые горели кровавым светом. — Мы его сами нахуй покалечим, если надо, но вы к нему даже не прикасайтесь, ублюдки. Луна, прикрой дверь. Луна стояла, оскалившись, с арбалетом наперевес. — Считаю до трёх. Один. — Слушай, мы просто договорились по-деловому, никто никому... — ДВА. — Окей-окей-окей! — мужик поднял руки, пятясь назад. — Убираем ножики, убираем хвостики... мир, дружба, оргии, всё такое... Мокси, прости, брат, с кем не бывает... — ТРИ! — и в ту же секунду арбалет Луны вонзился в стену рядом с головой одного из прихвостней. — Мы уходим, — сказал Блиц, подхватывая всё ещё охреневшего Мокси за шкирку. — А вы забудьте, что мы сюда приходили. Увидимся — прострелю яйца. Они вышли в темноту клубного подвала, и только когда улица ночного Круга Гнева встретила их кислым воздухом и шумом машин, Блиц отпустил Мокси и дал ему по затылку. — Ты. Ебанутый. — выдохнул он. — Что, блять, в твоей башке происходит? Ты идёшь просить помощи у этих психов?! У тебя совесть отмерла, или она у тебя никогда не жила? Мокси молчал. В груди всё ещё дрожало, будто сердце хотело вырваться наружу. Уже в машине Блиц по серьёзному спросил — Ты понимаешь, что если бы мы пришли на час раньше, ты бы валялся мёртвым! ИДИОТ ТЫ!.. Ну вот что в твоей голове, дубина? — Просто.. Страйкер.. — Погоди, ебать.. ТАК ОН К ТЕБЕ ДОЁБЫВАЛСЯ?! ПИЗДА! — Он ударил рукой об руль — ИЗ-ЗА ТЕБЯ, НАМ НАДО ЛИБО МЕНЯТЬ МЕСТО ЖИТЕЛЬСТВА, ЛИБО ЗАКРЫВАТСЯ НАХУЙ!! ТЫ ПОЧЕМУ НИКОМУ НЕ СКАЗАЛ? ЛАДНО МИЛЛИ.. НО ТЫ МОГ СКАЗАТЬ МНЕ ИЛИ ЛУНЕ! — Он устал работать на Стеллу, и по этому пришёл — Погоди.. Чего? — Спросила Луна, смотря на него в недоумении — Да.. — Мокси чуть опустил взгляд, будто стыдясь сам себя. — Он сказал, что Стелла платит всё меньше, и что ему самому она осточертела. Он не хочет работать на неё... Говорил, что у него цели схожие с нашими. — Погоди, погоди... — Блиц повернулся к нему с таким лицом, будто пытается переварить слова, услышанные на иностранном языке. — Ты хочешь сказать, что этот ебанутый ковбой, который стреляет в людей ради фана и дважды пытался нас всех убить, теперь просто... решил сменить работодателя? — И запросил двенадцать миллионов... — пробормотал Мокси. — ДВЕНАДЦАТЬ. — Блиц закрыл глаза, будто пытаясь сдержать истерику. — Миллионов. ЗА ЧТО? ЗА ТО ЧТО ОН НАМ МИНОМЁТ В ЗАДНИЦУ НЕ ЗАСУНЕТ?! Луна выдохнула, выпрямляясь на сидении: — Ага, охуенно просто. Один хочет убить жену, другой — нанять того, кто нас чуть не сжёг, третья — вообще ребёнок с арбалетом... Ну просто семейный бизнес, мать его. Нам остаётся только открыть франшизу. — Ты серьёзно хотел связаться с ним? — уже тише, но всё ещё со злостью спросил Блиц, бросая быстрый взгляд на Мокси. — Я не знал, что делать... Всё рушится. Я думал... если он действительно хочет прикончить её, может, нам будет легче... — Знаешь, что было бы легче? — голос Блица стал неожиданно ровным. — Если бы ты, блять, научился говорить с нами, прежде чем влезать в такие ситуации. Машина замолчала. Только мотор гудел ровно, и гнетущее напряжение висело, как дым. — Мы почти доехали... — буркнула Луна, глядя в окно. Уже в офисе все седели в зале и Блиц начал — И так, ребят.. Нам пизда.. Все мы знаем из-за кого! ДА, МОКСИ?! Вобщем.. Мы либо само-лично идём рубить еблет Стелле, либо ПОМЕРАЕМ НАХУЙ! Начинаем завтра, первой пойдёт Луна, у тебя вроде связи с Октавией.. Да ведь? Луна буркнула — Ага.. — Ну и заебись, Дальше идёт Милли и я, Задержать брата Стеллы.. А ты Мокси.. Сам же зарылся, сам же и выкопаешься... Прикончишь саму цель.. — Но... — Блиц перебил его — НИКАКИХ НО! Ты заварил, ты и убивай.. Тишина в зале после слов Блица повисла плотная, как смола. Никто не шелохнулся. Только хриплый вентилятор на потолке продолжал скрипеть, будто отсчитывал последние спокойные секунды их жизней. Мокси опустил голову, будто его ударили. Он что-то пробормотал, но никто не расслышал. — Чего? — голос Блица снова стал жёстким. — Не слышно, повтори, нахуй. — Я... Я не киллер, Блиц... — наконец выдавил он. — Я стрелял, я дрался... но убить вот так?.. Её... Я не знаю, смогу ли... — А она знала, когда заказывала тебя? — вставила Луна, глядя на него искоса. — Ей похуй, Мокс. Она бы глазом не моргнула, узнав, что мы сдохли. Это не вопрос морали — это вопрос, кто первым. — Это не справедливо... — прошептал он. — Я просто... Блиц с грохотом встал, отодвигая стул ногой. — СПРАВЕДЛИВОСТЬ?! ТЫ НАХУЙ ПРОСПАЛ ТОТ МОМЕНТ, КОГДА МОЖНО БЫЛО ОБ ЭТОМ ГОВОРИТЬ! Теперь у нас есть выбор: убить — или быть убитыми. Ты хотел быть полезным? Вот и будь! Или хочешь, чтобы Луну с Милли растерзали, а меня по кускам на помойке нашли? Милли, которая до этого молчала, шепнула: — Мы не дадим тебе быть один, Мокси. Но ты должен понять — выбора нет. Он медленно поднял глаза. Они были пустыми. Слишком пустыми. — Хорошо... — тихо сказал он. — Я сделаю это. — Вот и отлично, — Блиц выдохнул, возвращаясь на стул. — Завтра утром — без опозданий. Сначала подготовка, потом операция. Сегодня — отдых. Кто сможет. Все начали медленно расходиться. Луна задержалась на мгновение, кивнула Мокси и тоже ушла. Он остался сидеть в кресле, глядя в пустой угол комнаты. — Чёрт... — прошептал он сам себе. — Что я натворил...