Непогребенные Сожаления / Unburied Regrets

Новая обстановка, которую рассматривали владыки пиков, была (предположительно) роскошной. Одна из стен комнаты была сделана полностью из прозрачного однородного стекла (на которое несколько владык вершин пускали слюни, думая о потенциальном использовании такого идеального стекла в их методах культивирования) и выходила на голубое небо и белые облака. Шэнь Цинцю лежал на приподнятой кровати (половина ее была наклонена, чтобы он мог сидеть, опираясь на нее) с серыми барьерами, чтобы не дать ему упасть, хотя это и не выглядело так, будто он упадет, поскольку его маленькое тело удерживалось прозрачными трубками, входящими в его руку, еще одной вокруг его головы с небольшой частью, которая входила в его нос. Прозрачные трубки были подключены к канистре и мешкам с жидкостью, удерживаемыми над Шэнь Цинцю. Были тонкие провода, которые соединяли Шэнь Цинцю с машинами, которые, как догадывался Му Цинфан, контролировали его состояние (все в комнате заставляло Му Цинфана хотеть войти в зеркало, просто чтобы лично проанализировать впечатляющее и очень-очень передовое медицинское оборудование). Мужчина выглядел измученным, но позволил Шэнь Цзю надеть на свое лицо оправу, заставившую его несколько раз моргнуть, прежде чем с любопытством оглядеться. «Слепой малыш». Фыркнул Шэнь Цзю в изумлении. «Что ты делал, разгуливая без очков?» «Мир жесток и суров, на него не стоит смотреть». В шутку отчаялся Шэнь Цинцю. "Мир", о котором говорил Шэнь Цинцю, состоял из белых стен с картинами в рамах в традиционном и… любых стилях, которые существовали в этом мире. Над ними светились яркие огни, заставляя комнату сиять, как самые солнечные дни. Прямо перед кроватью, в которой лежал Шэнь Цинцю, на стене висела черная тонкая коробка. Странная картина, в которой был только черный цвет и рама, которую нужно было украсить. «Я вернулась~». Пропела молодая леди, когда ворвалась в комнату и заставила многих пиковых лордов задохнуться. ГДЕ БЫЛА ЕЕ ОДЕЖДА?! Молодая леди выглядела не старше младших учеников, но ее внешние одежды! Она носила ночную рубашку без завязок, которая обрывалась посередине ее туловища в нежно-розовом оттенке со странными белыми надписями на груди. Ее ночные шорты были из плотной белой ткани с металлическими застежками, но они едва касались верхней части ее бедер! У нее был черный ремень, идущий от ее плеча к противоположной талии, где лежал черный мешочек. В ее руках были белые сумки для переноски, которые издавали странный звук и были наполнены... вещами. По крайней мере, на ней были нормальные носки и обувь! Черные носки доходили ей до колен, а белые полоски удерживали их сверху. Ее белые туфли выглядели очень неуклюже, что... возможно, было выбором стиля? Они сильно отличались от тонких темных туфель, которые носила Шэнь Цзю, и пушистых белых тапочек, которые Шэнь Цинцю сняла ранее. «Взяла еду на вынос из твоего любимого тайского ресторана, но воздержись от специй из-за проблем с желудком». Сказала девушка, ставя один из пакетов на столик, прикрепленный к изножью кровати Шэнь Цинцю. «И немного одежды на случай, если тебя выпишут позже». Она подняла сумку, прежде чем поставить ее на стол. «Спасибо, Мэймэй». Слабо улыбнулся ей Шэнь Цинцю. «Но я не думаю, что это произойдет сегодня». «Тебе нужно мыслить позитивно, Сан-гэ». Мэймэй пристально посмотрела на него. «Сююэ». Упрекнул Шэнь Цзю со своего места. «Не спорь со старшими». «Тц». Ворчливо сказала девушка, но выглядела она соответственно наказанной, прежде чем подойти к Шэнь Цинцю с другой стороны и вытащить из сумки небольшое прямоугольное устройство. «Сан-гэ, Сан-гэ, смотри! H-Group проводит прослушивание для стажеров!» «H-Group?» Шэнь Цинцю нахмурился, глядя на устройство с прищуром. «Ты хочешь тренироваться в H-Group? Разве они не известны тем, что злоупотребляют контрактами своих стажеров?» «Ну, да». Нерешительно призналась Сююэ. «Но другие места Энт сейчас не смотрят, и ты знаешь, что Эр-гэ и Да-гэ не позволят мне быть связанной плохим контрактом». «Мэймэй». Шэнь Цинцю схватил руку Сююэ той, что не была прикреплена к трубкам (что означало для него необходимость тянуться с другой стороны и неловко поворачиваться). «Я знаю, что ты хочешь стать айдолом, но не торопись. Я не хочу видеть, как ты пострадаешь из-за своего нетерпения». Сююэ посмотрел на Шэнь Цинцю, словно тот сказал что-то странное. «Ты... ты не собираешься меня остановить?» Нерешительно спросила Сююэ. «Как я тебя остановлю?» Невозмутимо ответил Шэнь Цинцю. «Я застрял в этой кровати. Думаешь, я смогу тебя одолеть? Заставить тебя остаться дома?» «Ты никогда не был рад моему выбору стать знаменитостью!» Запротестовала Сююэ, объясняя свое замешательство. «Я не был рад, что ты спешишь стать знаменитостью». Тут же возразил Шэнь Цинцю. «Знаешь, в индустрии развлечений полно извращенных стариков, больше одержимых деньгами и сексуализацией или домогательством к маленьким девочкам, мечтающих о славе. То, что ты единственная дочь в семье Шэнь и самый младший ребенок, не значит, что они не найдут способ взять тебя под свой контроль и заставить тебя замолчать страхом и стыдом. Буквально на днях вышла статья о том, что одна женская группа насильно разорвала контракт, а их семьи по отдельности подали в суд на компанию за сексуальные домогательства. Думаешь, кто-то из твоих старших братьев хочет, чтобы это случилось с тобой?!» О... там был Шэнь Цинцю, мягкое сердце, которое все еще прямо лезло в душу. И еще, было ли это в том старом мире Шэнь Цинцю?! Чтобы девушки добровольно шли в бизнес, чтобы стать артистками какого-то рода и подвергались насилию со стороны своих... владельцев? менеджеров? «Хорошо, Юань-гэ». Тихо сказал Сююэ. «Я подожду, пока другая компания не откроет набор». «Спасибо». Шэнь Цин... Шэнь Юань снова рухнул на кровать. Шэнь Цзю с любопытством наблюдал за разговором со стороны, но не вмешивался. Стук в дверь помешал ему высказать то, что было у него на уме. «Да-цзе!» Сююэ просияла, увидев в дверях прекрасную женщину. Она совсем не походила на братьев и сестру Шэнь, ее каштановые волосы спадали волнами на спину, ярко-желтая повязка на голове не давала им падать на лицо. Глаза у нее тоже были светло-карего цвета, нежной персиковой формы и совсем не походили на форму феникса, как у братьев и сестры. Губы были накрашены вишнево-розовой помадой, а глаза подведены тем же цветом. Она была одета скромнее, чем Сююэ, в том смысле, что большая часть ее кожи была прикрыта. Верх ее платья закрывал все до ключиц, а короткие рукава едва прикрывали верхнюю часть ее рук. Верхняя часть была очень... облегающей, а юбка расширялась после пояса, завязанного бантом сбоку. Все было одного ярко-желтого цвета. На ногах были маленькие черные туфли. В руке она держала белую прямоугольную сумочку, которой стучала в дверь. «Домохозяйка». Улыбнулся Шэнь Юань женщине, но в его голосе прозвучала насмешка. «Мертвец». Усмехнулась женщина с такой же яркой ухмылкой, прежде чем посмотреть на Шэнь Цзю. «Цзю-эр». «Саоцзы». Кивнул ей Шэнь Цзю, прежде чем встать. «Хаоюй снаружи?» «Цзю-эр! Прояви уважение к своему Да-гэ». Отругала женщина. «Он с врачами Юаня». «Мэймэй». Шэнь Цзю жестом пригласил девушку следовать за ним. Грациозно женская фигура обошла Шэнь Цзю и Сююэ, прежде чем подойти к Шэнь Юаню. Она схватила его здоровую руку и поцеловала тыльную сторону, слегка оставив след от помады. «Как дела?» Спросила женщина. «Я в порядке, Да-цзе». Устало сказал Шэнь Юань. «Готов выбраться отсюда». «Ты действительно не собираешься делать эту операцию?» Спросила она. «Нет». Покачал головой Шэнь Юань. «Это даст мне больше времени, но после этого я буду прикован к инвалидной коляске. Я этого не хочу». «Но А-Юань». Женщина пыталась заставить его посмотреть на это с ее точки зрения. «Больше времени». «Но жизнь будет еще более дерьмовой». Утверждал Шэнь Юань. «Да-цзе. Я не должен был прожить больше 9, не говоря уже о 20. Прошло достаточно много времени». «Ах, ты разбиваешь сердце этой девушки». Женщина все еще сжимала руку Шэнь Юаня и переместила ее так, чтобы она оказалась на ее сердце. Вид мужчины, так свободно трогающего грудь женщины! Кожа к коже! Даже если женщина сама это инициировала! Довольно скандально для пиковых лордов, но это просто заставило Шэнь Юаня рассмеяться над ее драматизмом. «Спасибо за твою любовь ко мне». Сказал Шэнь Юань. «Ты можешь отблагодарить меня, дав имя моему ребенку». Смело заявила женщина. «Ты!!» Воскликнул Шэнь Юань, поднимаясь из своего расслабленного положения. «Нет». Покачала головой женщина. «Но я не хочу идти к гадалке или заклинательнице духов, чтобы узнать имя после того, как ты перейдешь в мир иной». «А». Шэнь Юань снова расслабился в своей постели. «Тогда как насчет Хайтао (HaiTao) в честь твоей любви к океану, если это мальчик. Или Шуйли (ShuiLi) — как в рассвете над водой — если это девочка».«Я тоже думала о именах с водой». Искренне согласилась женщина. «Идеально». «Надеюсь, я проживу достаточно долго для них». Грустно улыбнулся Шэнь Юань. «Достаточно долго для чего?! Ты все еще говоришь о смерти, снова!» Раздался сердитый голос. Этот мужчина был еще меньше похож на Шэнь Цзю и Шэнь Юаня. У него не было угловатых черт лица, как у младших братьев, его лицо было более квадратным с большим количеством жира на щеках. Его волосы были такими же волнистыми, как у его жены, но темными, как у других братьев и сестры. У него также были глаза феникса, его глаза были черными, как у его сестры, а не зеленоватыми, как у Шэнь Цзю и Шэнь Юаня. В то время как Шэнь Цзю и Шэнь Юань были худыми (один просто от природы, а другой просто болезненный), их Да-гэ был массивным, с сильными мышцами, которые можно было увидеть даже под той же одеждой, что и у Шэнь Цзю. Шэнь Юань открыл рот, чтобы что-то сказать, но Хаоюй внезапно замерцал, переходя от своего темно-синего и белого официального наряда к потрясающим синим одеждам с маленькими белыми и желтыми цветами, цветущими на ярко-синем. Его волосы в честь предков были связаны в пучок синей лентой того же оттенка, что и его одежда. Ужас и горе на его лице были очевидны. Что было еще более очевидно, так это то, что половина лордов вершин узнала этого человека, когда его фигура мерцала в стильном виде, который они могли понять. Этот человек заставил Шэнь-Цинцю-до-отклонения-ци огрызнуться и зарычать на него, пока он не съежился, а затем умолял лордов пиков не ругать Шэнь Цинцю за его поведение, поскольку он был виноват. Зрители были в шоке от того, что Шэнь Юань перегнулся через перила и его сильно вырвало. «ЮАНЬ-ЭР?!?» Хаоюй воскликнул, прежде чем высунуться наружу. «ДОКТОР! НАМ НУЖЕН ДОКТОР!» «Больше никаких галлюцинаций. Пожалуйста». Умолял Шэнь Юань, даже когда он проталкивал содержимое желудка наружу. «Больше никаких, больше никаких». «А-Юань, с тобой все в порядке?!» Беспокоилась его Да-Цзе, удерживая руками его волосы, хотя его вырвало ей на юбку. «Юань-эр? ЮаньЮань?!» «Я хочу выйти». Взмолился Шэнь Юань. «Вытащите меня!» Со вспышкой, подобной молнии, пейзаж сменился садом на открытом воздухе, расположенным в небе, высоко над остальной частью города. И что это был за город, яркие огни превращали темную ночь в какой-то светящийся фестиваль. Здания были выше некоторых гор, которые пересекли бессмертные. Они просто поднимались все выше и выше, почти касаясь облаков. «Вот эта богатая сучка». Выругал своего друга Шан Цинхуа, увидев небесный сад.