Love Conflict

На ледяной арене царила тишина, нарушаемая лишь скрипом одиночной пары коньков. Даниил стоял в центре катка, скрестив руки на груди, и с явным раздражением смотрел на часы. Опаздывали. Снова. Наконец дверь у кромки льда приоткрылась. Первой вошла Женя — расслабленная, с лукавой улыбкой на лице. На ней были чёрные тренировочные леггинсы, волосы собраны в небрежный хвост. Рядом шла Этери — напряжённая, с жёсткой, почти военной походкой. Её лицо было закрыто, как перед бурей. — О, вот и вы, — сказал Даниил, взглянув прямо в глаза Жене. Та тихо хихикнула и махнула ему рукой. — Привет, партнёр, — весело сказала она. Даниил закатил глаза, но всё равно улыбнулся в ответ. Когда они уже собирались ступить на лёд, он наклонился к Жене и прошептал: — Она как вулкан на грани извержения. Что ты опять натворила? Женя скользнула взглядом к другому концу катка. Этери разминалась — каждое её скольжение было резким, отточенным, словно она не каталась по льду, а пыталась его разрезать. Но её глаза, против воли, то и дело возвращались к Жене, прежде чем поспешно отвести взгляд. Женя повернулась к Даниилу, на губах её играла дерзкая, почти победная улыбка. — То, что должна была. Она вошла на лёд и заняла позицию. —— Три дня оставалось до премьеры. Финальные репетиции проходили в ледовом зале, где воздух был натянут, как струна. Этери шла по борту катка, напряжённая, собранная. Она почти не говорила — взгляд резкий, губы сжаты. Внутри — тишина перед бурей. Женя появилась с Даней, смеясь над какой-то его шуткой, будто утро, наполненное напряжением, вовсе не существовало. Она нарочно перегнулась через бортик, чтобы похлопать его по плечу. Этери замерла, но быстро отвела взгляд. Женя скользнула взглядом по Этери. Та стояла у края катка, словно скала, которую невозможно обойти. И всё же — в глазах было что-то живое. Боль? Ревность? Нет — контроль. Или его иллюзия. Началась репетиция Me and a Devil. Танец, пропитанный конфликтом, страстью и внутренними демонами. Женя двигалась остро, вызывающе, подыгрывая каждому движению. Она знала, что Этери наблюдает. Знала — и танцевала именно для неё. Когда Женя допустила небольшую ошибку в движении руки, Этери резко вошла на лёд, словно вихрь. — Стоп. — Голос её разрезал воздух. Она подхватила Женю за локоть, развернула к себе и, не отпуская взгляда, поправила положение кисти. Мягко, но с такой силой, что девушка на миг затаила дыхание. — Рука должна скользить, как у леди перед реверансом возлюбленному, — произнесла Этери сдержанно, её пальцы касались Жениных — слишком долго, слишком намеренно. — Вот так… Мягко. Утончённо. — Она чуть согнула её запястье, выровняла пальцы. — Молодец, именно так. Настолько изящно, чтобы он пал перед тобой на колени. Женя чуть склонила голову, улыбнулась — взгляд прикован к глазам Этери. — Ты бы тоже хотела, чтобы он встал на колени, да? — спросила Этери сдержанно, но в голосе проскользнуло то, чего она сама не хотела бы слышать — ревность. Женя приподняла бровь, на мгновение сделала вид, что размышляет. Затем лениво облизала губу, щёлкнула языком и сказала с усмешкой: — Не отказалась бы, — и в её голосе звучала издёвка, будто знала, как задевает. Этери резко качнула головой, словно пытаясь стряхнуть с себя это наваждение. Уже хотела развернуться и уйти, как Женя скользнула назад, лицом к ней, всё ещё глядя прямо в глаза. Словно не давала ей уйти от ответа. — Я бы хотела, чтобы на колени встала она, — проговорила тихо, но с нажимом, подчёркивая “она”. Этери замерла. На долю секунды казалось, что даже воздух вокруг перестал двигаться. В её глазах промелькнуло что-то между гневом и желанием — то, что она прятала долгие годы. Женя видела, как в её взгляде ревность уступила место чему-то более глубокому. Взгляд Этери скользнул по её губам — и в этот момент Женя едва слышно прошептала: — Ты меня любишь. Этери сжала челюсть, сделала шаг назад, не в силах оторваться от её глаз... —- Женя скользит по льду с грацией — будто не танцует, а дразнит. Взгляд её то и дело ловит Этери. Та стоит у бортика, как будто высеченная из камня. Но за маской — не только гнев. Что-то ещё пульсирует в её глазах. Что-то гораздо более опасное. Женя подруливает ближе, иногда нарочно задевая край куртки Этери. Смеётся — едва заметно. Победа в каждом её движении. Это уже не тренировка, а откровенное искушение. На очередном повороте она замирает прямо перед Этери. Медленно приближается. Губы едва шевелятся, голос ниже шепота: — Ты же любишь меня… Этери не отвечает. Только смотрит. Долго. В её взгляде ни одного слова, но каждое — как удар. Она видит игру, но не может выйти из неё. И Женя делает шаг вперёд — ещё один — пока Этери резко не подаётся вперёд и не хватает её за запястье. Одним движением тянет к себе. Женя теряет равновесие — конёк срывается, и она падает прямо к ней на руки. Прикосновение обжигающее. Рука Этери крепко держит её за воротник, другой придерживает за талию. Женя хватается за её плечи, на лице — дерзкая улыбка. Глаза в глаза. Дыхание на коже. Мир сужается до этих двух тел на льду. С трибуны доносится голос Даниила: — О-о, тут горячо… Этери, ты, кажется, охотишься на мою партнёршу. Женя смеётся. Этери — нет. Но в уголках её губ что-то дрожит. Почти улыбка. И, почти не слышно, будто себе самой: — Перестань… мучить меня. ——— Тренировка подошла к концу. Каток постепенно пустел, шум в зале стихал, уступая место последним звукам лезвий по льду. Женя сидела у борта, тяжело дыша. На плечо накинуто полотенце со льдом, в руках — бутылка воды. Капли пота всё ещё стекали по её шее, исчезая где-то в вырезе майки. Дыхание сбивчиво, но взгляд ярок, вызывающе живой. Этери подошла тихо. Её шаги отдавались по льду глухим эхом. Она не отводила глаз от девушки. — Ты выдыхаешься, — сказала она негромко. — Давай, я отвезу тебя домой. Отдохнёшь. Женя подняла голову, губы растянулись в лукавую улыбку. Прежде чем сделать глоток, она задержала взгляд на Этери. — Домой? Ты меня домой отвезёшь? Вопрос прозвучал с явной насмешкой. Словно проверка — до каких пор она будет держать дистанцию. В глазах Этери промелькнула резкость. Лёгкая, почти незаметная, но ощутимая. — Да, — чётко сказала она. — Чтобы убедиться, что ты не поедешь к этим своим тупым друзьям. Брови Жени слегка приподнялись. Она отложила бутылку и ухмыльнулась. — А если я всё равно поеду… после того, как ты уедешь? На этих словах она подмигнула. Играла открыто. Ни пряток, ни намёков — сплошная провокация. Этери молча наклонилась. Её лицо оказалось прямо напротив лица Жени. Расстояние — дыхание. Почти касание губ. Глаза в глаза. Сначала на губы. Потом — обратно. — Не испытывай удачу, Женя… — прошептала она. — А то я пристегну тебя к себе наручниками на весь тур. И будешь ходить рядом. Женя громко рассмеялась, запрокинув голову. — Слушай, ну это совсем не похоже на угрозу… Она протянула руку к её запястью. — Можешь пристегнуть меня прямо сейчас. На губах Этери появилась едва заметная улыбка. Она качнула головой, будто устало, но не смогла не отреагировать. Рука потянулась к плечу Жени, чтобы поправить холодное полотенце. Её пальцы случайно коснулись кожи. Женя вздрогнула. Этот мимолётный контакт прошёл по телу искрой. Этери замерла. Палец всё ещё лежал на её плече. — Правда… — прошептала она. — Я не понимаю, зачем ты так упорно сжигаешь нас обеих, Жень… ————— В ожидании своей очереди выйти на лёд, Женя сидела в тени у края арены. Костюм уже на ней, макияж лёгкий, волосы аккуратно убраны. Она наклонилась над телефоном — её пальцы быстро скользили по экрану, губы растягивались в лёгкой, задумчивой улыбке. Мир вокруг будто исчез. Издалека её заметила Этери. Несколько секунд она просто смотрела, как девушка улыбается экрану. Что-то неприятное, колючее зашевелилось внутри. Этери медленно приблизилась. — Ты всё время в телефоне, — заметила она сухо. — Должно быть, кто-то очень важный. Женя подняла голову. Быстро спрятала телефон на коленях, пожала плечами. — Просто переписываюсь. Ничего особенного. Но Этери уже нахмурилась. Глаза её скользнули по лицу Жени, полные скрытого напряжения. Женя усмехнулась, чуть наклонившись вперёд: — Ревнyете? Этери смотрела прямо в её глаза. В голосе не было ни капли улыбки: — Нет. Но ты теряешь концентрацию. На льду ошибок я не прощаю. Повернулась резко и пошла прочь, её шаги звучали сухо, сердито. Улыбка Жени только стала шире. Человек, с которым она переписывалась, никак не мог сбить её с толку — это была её лучшая подруга. На самом деле, единственный, кто сейчас мог бы действительно отвлечь её внимание, уходил прочь от неё. И, что самое забавное, пытался угрожать ей этим. — Когда вы ревнуете, вы становитесь ещё более креативной! — громко бросила Женя ей вслед. Этери это услышала. Но не обернулась. Лицо её всё ещё оставалось жёстким, а внутри росло беспокойство: «Чёрт возьми, с кем она там уже столько дней переписывается?..» —- Женя и Даниил скользят по льду под завораживающие ноты Me and a Devil. Их движения слажены, словно дыхание одного существа. Где-то на краю катка стоит Этери. Её взгляд прикован к Жене. Пока девушка вращается и ведёт партнёра в танце, Этери осознаёт, как сильно скучала по этому — по её скольжению, по её присутствию, по моменту, когда после выступления Женя подходила к ней первой. Глаза Этери наполняются влажностью, но внезапный крик с трибун заставляет её вздрогнуть: — Вы такая красивая пара! — визжат две девушки, глядя на Женю и Даниила. Пальцы Этери вцепляются в ограждение катка. Она резко поворачивает голову в сторону звука. Её взгляд — молния. Одна из девушек сразу замечает это и локтем толкает подругу — они замолкают. Этери выдыхает, будто выпускает из себя яд. И тут — взгляд Жени. Та всё слышала. И её лёгкая, почти насмешливая улыбка — это ответ. “Я — только твоя”, будто говорит она одними глазами. По хореографии она должна была отъехать в сторону, но вместо этого направляется к Этери. Скользя мимо, она прижимает ладонь к губам и посылает воздушный поцелуй — прямо ей. В зале поднимается буря аплодисментов и восхищённых голосов. Этери не двигается. Танец завершается. И, как в старые добрые времена, Этери подходит к краю льда. Женя выходит с катка и сразу бросается к ней — обнимает крепко, до дрожи. Этери зарывается лицом в её шею, вдыхая аромат — успокаивается. Женя нежно гладит её по спине. — Эй, взрослая женщина… Я подхожу только тебе. И я тебя люблю, — шепчет она ей на ухо, не отрывая губ от кожи. Тёплое дыхание вызывает у Этери дрожь, пробегающую по позвоночнику. Но Этери так и не открыла глаза. Казалось, если она их откроет — всё станет слишком настоящим. И она потеряет контроль. —- Представление подошло к концу. Аплодисменты зрителей всё ещё отдавались эхом под куполом зала, а свет на катке постепенно становился мягче. Команда начала собираться у края катка для финального поклона. Но Женя всё ещё была за пределами льда — в зоне ожидания, прямо у коридора. Костюм был на месте, лицо всё ещё пылало от сцены. Волнение читалось в её глазах, руки слегка дрожали. Это была не тревога и не страх — это было то особенное волнение, которое она чувствовала только в присутствии Этери. Этери подошла молча. Просто протянула руку. Ладонь открыта, на губах — едва заметная улыбка. Женя сначала не поняла. Но потом её взгляд медленно опустился на протянутую руку. Она улыбнулась. Протянула свою ладонь — и их пальцы мягко переплелись. Первое прикосновение… как в старые времена. Безмолвное, но громкое. — «Готова?» — прошептала Этери. Женя кивнула, не отводя взгляда: — С тобой — всегда, — сказала она без попытки скрыть чувство в голосе. Они долго смотрели друг на друга. И, всё ещё держась за руки, шагнули вместе под яркий свет. Шли сквозь аплодисменты, не делая вид, будто это ничего не значит. Потому что это значило всё. Руки они разъединили лишь тогда, когда подняли их для приветствия. На секунду… Но даже за эту секунду толпа успела сомкнуться вокруг них. Женя оказалась на самом левом краю. Этери — на противоположной стороне. Но Этери сдвинулась. Без колебаний она пошла через всю линию. Расстановка нарушилась, кто-то удивлённо оглянулся, но никто не вмешался. Она подошла к Жене и встала рядом. — «Моё место — здесь», — тихо сказала она, бросив короткий взгляд в сторону девушки. Женя слегка склонила голову и улыбнулась. Затем они поклонились вместе. Толпа взорвалась криками — публика хотела видеть их в совместном танце, и кричала об этом так громко, что зал начал дрожать от звуковой волны. Этери на мгновение замерла. Затем снова взяла Женю за руку и повела её в центр сцены. Они снова помахали зрителям. Это был не танец, а безмолвное признание. Этери на мгновение замерла. А потом снова взяла Женю за руку и, увлекая за собой, выскользнула на центр. Они снова помахали зрителям. Это не был танец. Это было безмолвное признание. Аплодисменты не стихали. Этери повернулась к Жене. Её губы шевельнулись, но звук не вырвался. Женя прочитала: — Глаза твои сияют. Ответ был таким же бессловесным: — Когда ты рядом. Ничего не было сказано. Но было сказано всё. Фотовспышки озаряли их лица — это фото завтра точно разлетится по всем соцсетям, но им было всё равно. Не сейчас… Когда они уходили с льда, Женя слегка дрожала — от холода, от переживаний. Этери заметила это. Молча сунула руку в её карман. Там лежал маленький грелка. Женя удивлённо посмотрела на неё: — «Это ты?..» — спросила она шёпотом. — У тебя руки как лёд, — тихо сказала Этери. Женя дотронулась до её руки: — А у тебя — нет. Хорошо, что ты со мной. Они встретились глазами. Слов больше не было нужно. И они пошли дальше, бок о бок, в ту самую тишину, в которой слышно было только биение их сердец. Но в этот момент на лёд начали кидать игрушки. Среди них — один особенный, маленький медвежонок с сердечком в лапах. Этери остановилась. Женя не успела заметить, но она бы обязательно обрадовалась, увидев его. Этери отпустила её руку и скользнула к игрушке. Женя обернулась, осталась у бортика. В руке всё ещё сжимала тёплый обогреватель. И ждала. Этери вернулась с игрушкой в руках — это был маленький медвежонок, держащий сердце. Она подошла и протянула его Жене. — Он напоминает мне тебя. Женя улыбнулась, слегка наклонив голову: — Потому что он держит сердце? Этери покачала головой: — Нет. Потому что в его улыбке есть что-то тёплое. Как в твоей. Женя слегка смутилась, отвела взгляд. Этери нежно поправила прядь её волос, снова взяла её за руку и повела с собой. За их спинами — волна аплодисментов и восторгов, но всё это было уже далеко. Они ушли с катка вместе. Сердца их бешено колотились. И, словно в подтверждение всего, Женя, не поворачивая головы, едва заметно шевельнула губами — только так, чтобы поняла лишь она: — «Ты меня любишь». И Этери не возразила. Она лишь тяжело сглотнула и закрыла глаза на долю секунды — как будто, если откроет, всё станет реальностью, и её чувства вырвутся из-под контроля. Но, открыв их снова, посмотрела в глаза девушки… и сказала всё без слов. «Да. Я тебя люблю, Женя. До безумия,» — произнесла она про себя, не осмеливаясь придать мыслям голос.