Маска на моем лице

Межпланетное стандартизированное время: 0100 часов. Капитан Дж. Прайс стоял перед дверью в каюту Газа. Он не знал зачем снова собирался это сделать. Они провели осмотр обеих комнат, когда достигли 24-часовой отметки. Шансы, что они что-то пропустили в первый раз, были ничтожно малы. Наконец он вошел и включил верхний свет. Комната выглядела так же, как и после их ухода. Тренировочная одежда Газа висела на спинке стула у стола, кровать была аккуратно заправлена. Ничего необычного. Какое-то мгновение капитан почти ожидал, что биолог войдет вслед за ним. Прикурив сигару, Прайс отвернулся, чтобы уйти, насмехаясь над собой за то, что тратил время и нервы зря. Но что-то светлое привлекло его внимание. Что-то упало в щель между столом и стеной. Он наклонился и осторожно вытащил какой-то отчет. Прайс поднес его ближе к свету и замер. Нет, это был не отчет. Наблюдательность его команды все больше склонялась в дерьмовую сторону. Он установил свой коммуникатор на волну Ласвелл. - Джон? Тебе пора спать воо… - Нам как можно скорее нужно выйти на местоположение UN D34D. Передатчик, над которым они пыхтели, был заранее обречен. Гоуст особо не разбирался в технике, но даже он мог сказать, что это было безнадежным делом. Маленькая капсула поначалу казалась решением, но с течением дней он все больше понимал, что прогресс стоял на месте. Когда они не пытались втиснуть правила своего языка в голову Гоуста, Соуп и Газ часами препирались из-за деталей и ремонта. Гоуст изо всех сил старался не попадаться им на глаза, пока они это делали, таскаясь туда-сюда по берегу. Обычно Газ сдавался первым. Газ... Гоуст знал, что именно чувствовал по отношению к нему. Он больше не беспокоился о том, что его в любой момент могли пырнуть, но и не полностью приспособился к новому пришельцу. Соуп был аномалией в этом вопросе настороженности. Газ же... Тоже держался напряженно. Но при этом был любопытен до такой степени, что, казалось, хотел влезть Гоусту под кожу, одновременно умудряясь быть на расстоянии. Это сбивало с толку. По крайней мере, с Джонни он знал, чего ожидать. А с Газом застрял, потому что каждый раз, когда чертов кот начинал нервничать, Гоуст получал поистине разочарованный взгляд Соупа. При всем этом Газ был хорошим учителем. Гоуст стал относительно пригодным для того, чтобы хоть что-то понимать. Все нашли в этом пользу. Инопланетяне хотели, чтобы Гоуст мог общаться с теми, кого они планировали позвать на помощь, а Гоуст хотел иметь возможность смешаться с толпой, когда по-настоящему вырвется на свободу. Он же вырвется. Соуп, конечно, мог обещать, что он «будет охранять», но Гоуст не был дураком. Он знал, что произойдет. Никто не позволит монстру-человеку свободно бродить вокруг. В лучшем случае он мог надеяться только на то, что они не будут обращаться с ним как с животным. За время своего пребывания в космосе он особенно возненавидел электрошокеры. Гоуст стиснул зубы, когда спор за его спиной снова разгорелся. Было слишком жарко, и звезда доставала его в любой щели, в которую он только не забивался. Если он закрывал глаза, то крошечные белые иголки вспыхивали под веками, как звезды. Поэтому чужие препирательства стали особо невыносимы. - Соуп! Газ! - рявкнул он. Они отреагировали соответственно: голоса тут же оборвались, и они вытянулись по стойке смирно. Хвост Газа нервно дергался, пока они ждали, когда Гоуст продолжит. Хорошие маленькие солдатики. Взгляд, которым Соуп одарил его, граничил бы с неподчинением, если бы они действительно были под его командованием. Но он засомневался в себе, когда Гоуст прищурился на него. Стало лучше. - Плохой передатчик. Ничего не получится, - он сразу же ясно выразил свое мнение о машине. Возможность составлять почти предложения - радость, о которой раньше он и не мечтал. На самом деле он до сих пор ненавидел говорить дольше, чем нужно. Но теперь все было по-другому. Он поднял палец, чтобы пресечь наметившиеся протесты. Однажды они научатся давать ему время закончить мысль. Гоуст указал вдаль. Некоторые обломки, оставшиеся от корабля, неизменно дрейфовали на поверхности воды. - Мы найдем новый. Это была простая концепция. Они знали, что спасательных капсул было гораздо больше, и, если хоть какая-то из них уцелела, они могли найти нормальные детали, чтобы починить их консервную банку. Конечно, не без проблем, потому что в жизни Гоуста никогда ничего не шло гладко. Капсула Газа нашлась далеко, но она была в стороне. За обломками же нужно было плыть по прямой. Это означало, что придется покинуть мелководье. А как понял Гоуст, в воде обитали какие-то далеко не дружелюбные существа. Поумерившие пыл инопланетяне оценили расстояние и пришли к тому же выводу. Соуп, в частности, выглядел настороженным, что имело смысл. Гоуст понял, какие у него были отношения с водой. Видимо, в силу анатомии, плавание отняло бы у него гораздо больше сил, чем у Газа. Но, к сожалению, это был их единственный вариант. - Я иду. Газ идет. Соуп остается. Он видел, какое возмущение эта идея вызвала на лице Джонни. Он знал, что ему будет нелегко проглотить это, но возражения не принимались. Кто-то должен был остаться охранять убежище. - Нет. - Да. Ты остаешься. Еда остается в безопасности. Мы идем делать передатчик хорошим. - Нет. Рычание - новый звук для Соупа. Он упрямо смотрел, даже когда Газ что-то тихо забормотал. Гоуст не знал, на его ли стороне был Газ или нет. Инопланетянин, вероятно, не хотел остаться один на один с человеком за несколько миль от своего друга. Может, он даже думал, что это какая-то ловушка, которую Гоуст устраивал, чтобы выманить его одного и съесть. Соуп тихо заспорил с Газом, игнорируя Гоуста. Это раздражало еще больше, чем следовало бы. Возможно, была виновата жара, а может быть, разочарование от того, что он не мог защитить свой план самостоятельно. Он демонстративно прочистил горло и снова захватил их внимание. Протянув руку, Гоуст постучал по капсуле, в которой он притащил Газа. - Да. Значение было ясным. Гоуст видел, что Джонни понимал угрозу, которую тот создавал. Или он позволит уйти им сейчас, или Гоуст уйдет один, пока они спят. Глаза Джонни вспыхнули от разочарования, и его уши прижались к черепу. Гоуст неотрывно смотрел в ответ. Он просто хотел, чтобы кто-то его выслушал и увидел, что он прав. Соуп открыл рот, собираясь что-то сказать, но Газ схватил его за плечи и с силой отвернул от Гоуста. Его снова проигнорировали. Еще чуть-чуть, и у него заболит бы голова. Они столкнулись лбами, пока тихо спорили. Гоуст уже видел этот жест несколько раз. Он не понимал, что конкретно это значило, но ему всегда казалось, что это было чем-то личным. Обычно он просто отворачивался и делал вид, что ничего не происходило. Наконец они пришли к какому-то соглашению. Джонни не разговаривал с ним весь день. Даже не подходил. А Газ все извинялся, пока они готовили меньшую капсулу для заплыва. В эту ночь Соуп занял место у двери, и Газ оказался рядом с ним, вероятно потому, что не доверял Гоусту и не собирался допустить, чтобы ночью он улизнул. В конце концов Гоуст занял кровать, когда стало очевидно, что никто не сдвинется с места. Последнее и единственное, что сказал ему Соуп перед отправкой, это: - Газ в безопасности. Гоуст сопротивлялся желанию зарычать на него. Неужели Соуп действительно думал, что он собирался навредить его глупому коту? Он считал, что они уже пережили часть их отношений, где «Гоуст - бездумный убийца». Он догадывался, что некоторые вещи никогда не изменятся. Даже в космосе. Межпланетное стандартное время: 1700. Экипаж 141-го собрался в комнате для брифингов. Напряжение в воздухе можно было буквально потрогать. Все молчали, ожидая, когда их капитан объявит, зачем их всех вызвали. Капитан К. Ласвелл кашлянула, привлекая внимание. Ее лицо было мрачным. - Вчера утром около 0100 часов капитан Прайс провел повторную проверку каюты Газа. И нашел это. Она опустила бумажную папку на стол. Прайс смотрел в потолок, его челюсть была напряжена. Беспокойство пронеслось по команде. Постукивая пальцами по папке, она продолжила. - В этом документе содержится вся информация, которую мы собрали для потенциальной миссии по перехвату судна контрабандистов под лицензионным номером UN D34D. На бумаге миссия выглядела простой, но у нас были некоторые подозрения, поэтому мы ждали. Мы считаем, что Газ изучил файл без нашего ведома. Все глаза устремились на Прайса, когда он заговорил. - Мне нужно, чтобы вы все внимательно слушали меня. Я доверяю вам сделать свой собственный выбор. Вы все взрослые и состоявшиеся личности. Ваши успехи оправдали мое доверие, но сегодня все закончится. Если вы будете не согласны с моим решением, то я ожидаю, что вы соберете свои вещи к тому времени, как мы достигнем Брек'Ари. ВСЕ МЕНЯ ПОНЯЛИ? Мгновенное «да, сэр» эхом разнеслось по группе. Голографический экран замерцал, показывая кадры с камер наблюдения, на которых два пропавших члена экипажа пробирались на грузовое судно. Ласвелл остановила запись, когда судно отстыковалось. - Это последние кадры, которые имеются в нашем распоряжении. Этот корабль UN D34D. Он не приземлялся, пока не заправился на одном из спутников Лас-Альмаса. Наши люди не сходили с борта, и мы считаем, что их захватили в какой-то момент между взлетом и посадкой, - экран на мгновение потух, чтобы затем показать новое изображение, - Это бывший член нашего экипажа. После его отбытия слухи о том, что военные вынюхивают маршруты контрабандистов, распространились со скоростью света. - Это связано? Как нам вернуть их? Ласвелл сделала глубокий вдох. - UN D34D исчез со всех радаров, к которым мы могли получить доступ, около недели назад. По всей галактике прошло множество сообщений о том, что в космосе были найдены обломки, которые соответствовали бы составным частям модели этого корабля. Если обломки действительно принадлежат UN D34D, то крайне маловероятно, что кто-то на борту выжил. - Так они мертвы? Вы собрали нас, чтобы просто сказать, что они мертвы? Прайс вмешался: - Мы не можем знать. Газ и Соуп - двое из лучших. Если кто-то и мог выжить, то это они. Однако у нас нет возможности сузить круг поиска. Теперь они официально считаются пропавшими без вести. Он остановился, не в силах продолжать, и жестом опросил Ласвелл закончить. - У нас нет ресурсов, чтобы искать их, если они живы. Это тяжелые новости, но они неизбежны. Сегодня в 2400 часа мы прекратим текущий цикличный поиск. С этого момента мы будем отправлять сигнал дважды в день в полдень и в полночь. За пределами этих часов мы будем работать в обычном режиме. Алехандро и Руди, приношу свои извинения, я знаю, что вы были с ними близки, но, пожалуйста, поймите, что ситуации, связанные с вашим и их спасением сильно различаются. Это тяжело для нас всех. После команда покинула помещение. Общее настроение упало на самый низкий уровень. Двое из их команды могли быть где угодно, в ожидании спасения, и не было ничего, что кто-либо мог сделать, чтобы добраться до них.