Передай меня нежно
18 апреля 2025 г., 11:00
Они сказали, что простят.
Что всё замнётся.
Что если Дазай сдаст Фёдора — буквально, выложит его на серебряном подносе — то дело закроется.
Бизнес спасён.
Наследство сохранено.
И, может быть, даже пулю в следующем месяце не пришлют.
«Ты можешь вернуться к нормальной жизни, Осаму.»
«Без этого психа, без крови, без позора. Просто сделай шаг назад.»
Он выслушал всё.
А потом… согласился.
Фёдор не ожидал.
Он открыл дверь квартиры — и в коридоре его уже ждали.
Два охранника. Один из людей семьи Осаму. Один — из прежних "друзей" Фёдора, которые давно хотели его убрать.
Никаких слов. Только хватка. Только шприц в шею. Только удар, и темнота.
Он пришёл в себя в бетонной комнате. Наручники. Кровь из губы. Звон в ушах.
Но хуже всего — то, кто стоял напротив.
Дазай.
Без эмоций. В костюме. Чистый, аккуратный, холодный.
— Ты всё-таки выбрал их, — сипло сказал Фёдор, с кривой усмешкой. — Должен признать: ты умеешь бить под дых.
— Ты думал, что я вечно буду играть с огнём?
— Ты токсичен. Опасен. Ты... разрушаешь всё, к чему прикасаешься.
Фёдор сжал пальцы.
Он не дрогнул.
Но внутри всё рухнуло.
— Сними маску, Осаму. Или теперь ты — просто сынок своего отца?
Через два часа Фёдора должны были передать «компетентным людям».
Скорее всего — исчезновение. Тихое. Без следа.
Он знал, как это работает. Он сам так делал.
Но в момент, когда его вывели из комнаты, произошло нечто странное.
В коридоре погас свет.
Щелчок. Один.
И вдруг — один из охранников упал.
Затем второй.
А за спиной — голос. Его голос.
Хриплый. Взбешённый.
— Ты действительно думал, что я тебя предал?
Фёдор обернулся.
Дазай — весь в крови, с разбитой губой и пистолетом в руке.
— Я был под наблюдением. Мне пришлось сыграть. Мне пришлось смотреть, как они бьют тебя, чтобы никто не заподозрил.
Фёдор смотрел на него, не веря.
Дышал быстро. Сердце било, будто впервые.
— Если ты врёшь…
— Тогда убей меня прямо сейчас, — тихо сказал Дазай, бросив пистолет к его ногам. — Я не стану защищаться.
Фёдор не взял оружие.
Он просто подошёл и ударил его кулаком в грудь.
— Никогда. Так. Не делай. Больше.
А потом поцеловал.
Грязно. С яростью. С ненавистной привязанностью, которая прожигает.
Они сбежали в ту же ночь.
Фальшивые документы. Поддельные паспорта. Пластиковая реальность.
Фёдор стал кем-то другим.
Дазай — тоже.
Но в номере дешёвого отеля, с разбросанными деньгами, с пульсирующей болью на губах, и спине, с ногтями Фёдора на коже — они были только собой.
— Скажи ещё раз, что не предал, — шепчет Фёдор, вжимаясь в его шею.
— Я бы сдох за тебя, — отвечает Дазай. — Но предпочёл бы убивать.
Теперь они — вне закона.
Вне семьи.
Вне правил.
Только двое. Против мира.
