Восставший

К нам подъехал автобус, и его дверь, слегка поскрипывая, распахнулась. Первым вошёл Нацуно, я последовал за ним. Оглянувшись, посмотрел на Симидзу, она по-прежнему стояла на месте в ступоре, уставившись себе под ноги. Однако спустя несколько мгновений она развернулась и направилась обратно, откуда пришла. Дверь автобуса со скрипом закрылась. Нацуно прошёл к задней части автобуса и устроился с правой стороны у окна, я последовал за ним и сел рядом.       – Ненавижу её, – сказал Нацуно, глядя на меня через отражение в окне.       – Понимаю, – скрестив руки на груди, я продолжил, – Как я уже говорил, тебе не нужно её прощать. Ты никому ничего не должен, особенно ей. А то, что она выдумала себе мир с тобой, ничего не значит. Я увидел, как Нацуно опустил взгляд на дорогу и замолчал. Опустив руки, я постарался смягчить голос:       – Я заметил, что у тебя появилась одна привычка с тех пор, как мы живём в этой деревне. Нацуно удивлённо посмотрел на меня.       – Что ты имеешь в виду? Какая привычка? – спросил он, отворачиваясь от окна.       – Когда тебя охватывает тревога, ты смотришь на шоссе. Особенно когда мы проходим государственное шоссе.       – Чт... как ты?..       – Твой взгляд часто уходит под ноги или вдоль дороги. Это легко заметить, особенно когда мы гуляли вместе. Нацуно нахмурил брови, потом расслабился, вздохнул и шумно выдохнул.       – Как тебе удаётся подмечать все эти мелочи? Особенно при твоей-то лени, – сказал он, немного съехав с сиденья и откинув голову назад.       – Ты тоже не промах, – усмехнулся я. – Лентяем быть выгодно.       – Это с каких пор лень стала выгодной?       – Думаю, всегда. Лентяям редко поручают серьёзные дела, ведь либо не сделают, либо сделают, но наперекосяк. Либо они выполнят работу безупречно и быстро.       – М-да... правда, – хмыкнул Нацуно.       – Кстати, Нацуно, – я повернулся к нему, – Как твоя нога? Всё ещё болит? Он выпрямился, перекинул правую ногу на левую, скрестил руки на груди и чуть отвернулся.       – Всё нормально. Прошло.       – Нацуно, – я посмотрел на него внимательнее, – Не ври мне. Из-за твоего резкого роста у тебя начали хрустеть и болеть ноги. Это нормально, особенно для нас, подростков. Он опустил руки и посмотрел на меня.       – Знаю. Просто не люблю, когда на меня пялятся, слыша этот хруст.       – Понимаю. У меня тоже недавно опять начали хрустеть.       – Опять?       – Ага. Видимо, снова расту. Когда приседаю, слышно отчётливо.       – Помню, я слышал, – сказал он, усмехнувшись.       – Ну вот. Даже если кто-то услышит, не обращай внимания.       – Я так и делаю.       – Молодец. Только смотри, ногу не подверни, а то придётся носить тебя на руках, как принцессу.       – А вот этого не надо, – фыркнул Нацуно. – Это будет страшнее, чем хруст костей.       – Ха-ха, посмотрим, – рассмеялся я. Путь до школы прошёл спокойно. На каждой остановке заходили по нескольку школьников. Когда автобус подъезжал к школе, в салон зашёл Ёта с задней двери автобуса. Он был в белой футболке, чёрных шортах и белых кроссовках. Завидев нас, направился прямо к нам.       – Привет, ребята! – бодро сказал он, усаживаясь рядом со мной. Удивительно, что это место осталось свободным.       – Привет, Ёта, – ответил я.       – Привет, – коротко бросил Нацуно.       – В школу направляетесь? – спросил Ёта, окидывая нас взглядом.       – Я нет, – ответил я. – Я провожаю Нацуно, потом, наверное, гулять пойду.       – О, круто. Я тоже сегодня свободен! Кстати, вы ведь слышали о замке на холме?       – О том, где раньше стоял дом семьи Канемаса? – уточнил я.       – Именно! Его уже давно достроили, но туда до сих пор никто не заехал.       – Может, кто-нибудь и заедет когда-нибудь, – заметил Нацуно.       – Да, но... – Ёта наклонился ближе и перешёл на шёпот, – Давайте сходим туда?       – Ты с ума сошёл? – прошептал Нацуно. – Это же незаконное проникновение!       – Ну да, но это было бы весело! – Ёта хитро улыбнулся. – Там всего один охранник, и он редко обходит территорию. Я проверял.       – Ты уже был там? – удивился я.       – Ага. В прошлую субботу, ночью.       – Почему именно ночью? – нахмурился Нацуно.       – Не спалось. Да и был я там всего полчаса где-то, точно не помню. Но этот замок... он огромный, готический. Там будто сам свет не проходит сквозь стены.       – Это логика стиля, – сказал я. – Свет и тьма, солнце и луна. Эстетика решает.       – Это да! Тогда когда пойдём: утром, вечером или, может, ночью?       – Ночью точно нет, я в это время буду спать, – сразу сказал я.       – Я вообще сейчас в школу еду, – отозвался Нацуно.       – Тогда вечером, договорились? – предложил Ёта.       – Ага, – сказал я, а Нацуно просто кивнул.       – Отлично! Нас ждёт настоящее приключение. Кто знает, вдруг мы туда больше никогда не попадём?

***

Вечер настал, солнце уже не светило так ярко, но небо ещё не окрасилось в оранжевые тона. С утра и до текущего момента я провёл в гостях у Ёты. В какой-то момент мы занялись приготовлением десертов с помощью его матери – Араи Аяка, которая обладает потрясающими кулинарными способностями, и, кажется, у нас неплохо получилось приготовить кексы. В другое свободное время мы играли на приставке, которую ему недавно подарила его тётя, или развлекались с настольными играми. По словам Ёты, у тёти не найдётся свободного времени посетить его на день рождения, потому что она уезжает в командировку и подарила подарок заранее. Когда занятия почти подошли к концу, я решил встретить Нацуно, Ёта решил составить мне компанию. Мы приехали в тот момент, когда занятия закончились, ученики начали покидать школу, и вскоре среди толпы я увидел Нацуно, который смотрел себе под ноги. Подняв взгляд, он заметил нас. Ёта и я помахали ему, ожидая на остановке. Он подошёл к нам и встал рядом со мной.       – И зачем вы меня встречаете? – спросил Нацуно, поправляя лямку сумки.       – А что такого? – улыбнулся Ёта. – Мы всё равно вместе поедем к замку. Можем отправиться хоть сейчас.       – Сейчас нет, – покачал головой Нацуно. – Мне нужно домой переодеться. Не хочу испачкать форму. Родители сразу начнут задавать неудобные вопросы. Им не обязательно знать, чем мы занимаемся.       – Это да… – вздохнул я. – Мне от отца тоже может влететь за такие вылазки. Хотя не так строго, как тебе.       – Серьёзно? – удивился Ёта. – Моя мама бы точно взорвалась, если бы узнала.       – Подожди, – перебил Нацуно, прищурившись. – То есть твоя мама ничего не знает про твои ночные похождения?       – Ни единого слова, – признался Ёта, почесав затылок. – Узнай она, меня бы лишили приставки и посадили бы под домашний арест как минимум на месяц.       – Ну вот! Поэтому и надо быть максимально незаметными, – сказал я. – Особенно сегодня. Главное, не попасться охраннику.       – Логично, – кивнул Нацуно. – Встретимся с охраной и сразу окажемся в полицейском участке.       – И ещё получим «воспитательную беседу» дома, – добавил Ёта, криво усмехнувшись.       – Так что? – спросил я, оглядывая их. – Идём или дальше будем бояться того, что даже ещё не случилось?       – О, кто бы говорил, – хмыкнул Нацуно. – Я это слышу от человека, который каждый раз читает лекции о последствиях? Ёта не выдержал и расхохотался.       – Ха-ха, меня атаковали моими же словами.       – Учусь у лучших, – сказал Нацуно,с самодовольной улыбкой.       – «С кем поведёшься, от того и наберёшься», – добавил Ёта важным тоном.       – Что-то слишком умно для тебя, – поддел его Нацуно.       – Заткнись, – буркнул тот, но без злости. В этот момент подъехал автобус и остановился. Двери тут же разъехались перед нами, и мы зашли через задний вход, как обычно, устроившись на своих привычных местах в конце салона. Сегодня у меня отличный шанс как следует осмотреть территорию врага.