You-know-I-know

***

Юнги отложил в сторону расчёску и повернулся к Чимину: — Ну как? — Блещешь. Недаром тебя зовут Юн ки. Я тебя такого вижу раз в сто лет. — Чимин потянулся и стряхнул невидимую пылинку с пиджака Юнги. — Ну что, я пошёл? Может передумаешь, он же тебя тоже пригласил. — Ты же понимаешь, что я туда не впишусь, вы все ровесники, а я, кроме Тэяна и тебя, никого не знаю. Ладно бы большая тусовка, где все возрасты понамешаны, а тут ваш междусобойчик. И как ты меня представишь? Как своего парня? Иначе как объяснить почему я там, если моложе всех? — Не дави на больное… Чимин встал с кровати и подошёл вплотную к Юнги. — Буду скучать и посылать тебе телепатические сигналы. — Знаю я твои телепатические сигналы, опять своими соблазнительными фотками завалишь наш чат. — А ты бы хотел соблазняющими? — касается губами шеи Юнги, кожа которой тут же покрывается мурашками. — Ну… особой разницы не вижу. — Как это, не видишь? Я могу прислать такие, где я выгляжу привлекательно — посмотрел, полюбовался и убрал телефон в карман. А могу такие, где намерено буду тебя провоцировать и тебе захочется не телефон убрать, а самому уйти оттуда и примчаться ко мне. Юнги отстранился, зябко поведя плечами. — Ты уже этим занимаешься прямо сейчас. Ты хочешь, чтобы я остался? — Нет. Вернее, хочу, но иди. Нам обоим нужна такая смена обстановки. — Согласен. А по поводу фото, если ты так настаиваешь, то пришли такие, где ты… как ты сказал? Соблазнительный соблазняешь. — Вот видишь, тебе это нужно, — Чимин улыбнулся с едва заметной иронией, но явно довольный тем, что Юнги всегда не только ждет его фотографии, но даже задаёт тему будущим снимкам. — Я никогда этого не скрывал, очень нужно, много. Так мне легче переносить разлуку. И хоть в голосе Юнги звучал сарказм, они оба понимали, что за его словами кроется чистая правда — он мог рассматривать фото Чимина часами, если бы у него было на это время. — Два в одном, сможешь? — Что за вопрос? Сомневаешься? Открой чат, когда домой поедешь. Тебе добираться целый час, будет чем заняться. Ну иди. Я буду скучать. Я уже скучаю. В такие минуты Чимин как будто ниже ростом становился, а Юнги чувствовал себя большим и злым великаном, бросающим свою кроху. — Ты остаёшься с GG. Он присмотрит за тобой. Включите хороший фильм и я вернусь уже к его окончанию. — А если он начнёт лезть ко мне? — Такую конкуренцию я выдержу. Я даже буду ему благодарен, если он побудет с тобой. Юнги усмехнулся и быстро скрылся за дверью. Он редко ходил к друзьям один. На это совсем не было времени, да и Чимина оставлять одного не хотелось. Но ехать сейчас в такси по пустым вечерним улицам к окраине Сеула было для него удовольствием. Это полностью освобождало мозг от мыслительных перегрузок и можно было подумать о чем-то другом, кроме музыки. Чимин, оставшись один, решил, что фотографиями займётся чуть позже, а сейчас ему захотелось потренироваться. В зале никого, кроме него не будет, можно потанцевать для своего удовольствия. Через час, закончив тренировку, отправился в душ. Юнги к этому времени скорей всего, уже добрался до Тэяна, у которого сегодня был день рождения. Выйдя из душа, высушил и уложил волосы, нанёс немного косметики, тщательно выделив глаза. Надел черную майку, решив, что рядом с белым плюшевым медведем, на которого Юнги его сегодня оставил, яркие цвета не нужны. Сегодня всё на фото будет только черно-белым, что подчеркнёт тёплый цвет его кожи. Посадил медведя в кресло и размышляя над тем, как он будет выполнять задуманное — «соблазнительный, который соблазняет» — пошёл на кухню поужинать. Вместе с Джином поели кимбап. Поиграли в компьютерные игры. Джин в последнее время подсел на «Минное поле» и Чимин, посмотрев на то, как он постоянно взрывается, стал подсказывать. Джин удивлялся, как на этом минном поле можно что-то просчитывать? Сиди и нажимай на серые квадратики. Но Чимин не зря был лучшим математиком класса, он это поле видел другими глазами. Они вместе прошли всю миссию без единого взрыва и Джин, вместо «спасибо», заявил: — Ты украл у меня любимую игрушку. Я больше не сяду за неё. — Найдёшь ещё сотню более интересных. Кто вообще в наше время играет в это старьё? Вернулся в комнату и, ещё раз посмотрев на себя в зеркало, повернулся к медведю. Фанаты подарили Юнги эту огромную игрушку во время их фанмитинга. Он так ей обрадовался, что когда стафф хотел взять и отложить в сторону, не выпустил её из рук. Она была такой огромной и мягкой, что он не смог с ней расстаться. Когда все разошлись и медведя втиснули в машину, Чимин сразу удобно на нём устроился, как в большом мягком кресле, наслаждаясь пушистым мехом, и Юнги понял, что хозяин игрушке найден. Поселился этот медведь сначала в студии и ему дали очень длинное имя. Dori Dori Gomdori Yoon Gi-hyung Gomdori. Судя по тому, что в имени присутствует слово «хён», нетрудно догадаться, что его придумал Чимин. Юнги для быстроты сократил всё до GG, а через некоторое время они перенесли медведя в комнату, используя как мягкую лежанку. Чимин взял телефон и начал делать селфи. Но результат был не таким, как он ожидал. Ему приходилось смотреть в камеру и при этом не сбивать фокус, не уводить руку в сторону, которая, кстати, тоже попадала в кадр и всё портила. Чимин попросил помощи у Тэхёна, сказав, что хочет сделать несколько фото для Твиттера. Когда Тэхён заметил какие фото он выбирает, засомневался: — Не слишком ли горячо? — Если бы это сказал мне не ты, я бы ещё задумался. — Ладно, проехали. — Смеётся. — Что ещё будем снимать? Через 10 минут фотосессия закончилась, Тэхён ушёл со словами «Не подожги Твиттер», а Чимин открыл их общий с Юнги чат. Сначала он выбрал фото, где лежал в объятиях игрушки, прижимаясь к ней спиной. Поза уже получилась довольно соблазнительной: придерживая рукой медвежий нос с одной стороны, с другой прижался к нему губами в томном поцелуе. Тэхён сделал серию снимков и один получился очень хорошим. Там были видны вытянутая шея и только половина лица в профиль с чётко очерченной скулой, закрытым глазом и прямым маленьким носиком. Дополняла картинку щека, которая к этому времени уже распрощалась со своей припухлостью. Выглядело очень сексуально. Чимин остался доволен и выложил фото, подписав: «На месте медведя представляю тебя». Нажал на «отправить». Ответа сразу не ждал, Юнги занят, телефон явно не перед глазами. Занялся вторым снимком. На этот раз он решил «убить взглядом». Для этого фото он так же улегся на спину, касаясь губами игрушки, лицо полностью повернуто к камере, но один глаз прячется, а второй смотрит в объектив и как бы спрашивает: «Как тебе первое фото?» Веко слегка прикрыто, зрачок виден не полностью. Он знает, что Юнги заводится от такого вида и частенько говорит: «Опять своего демона выпускаешь?» Пухлые губы в чуть заметной усмешке сжаты в тонкую полоску, отчего на скулу упала тень, подчеркивая худобу лица. Выглядит опасно… Тут тебе не ребенок с игрушкой лежит, а целый змей-искуситель. Отправил это фото, проверив, открывал ли Юнги чат. Нет, первое фото остается всё ещё без просмотра. Ну что ж, третье тогда? Всё пространство картинки занимает огромная белая морда медведя с черной кнопкой носа, а из-под неё, в самом верху, видна половина лица Чимина, который придавлен этим медведем. Тэхён снял его снизу, поэтому лицо выглядит как маска: глаза прикрыты, зрачков не видно, остались лишь два черных контура, как разрезы. Ниже светлая полоска выпуклой части щёк и маленький блестящий носик. «Смотри Юнги, сейчас этот лохматый зверь меня задавит.» Проверяет чат. Уже три фото остаются без просмотра. На следующем фото Чимин и медведь ускользают из кадра, в углу видны два пальчика, как будто машут: «Пока-пока, мы пошли.» Глаза прикрыты, ноздри расширены. Это уже не просто соблазнение, он показывает, что возбужден. Именно на этом фото Тэхён засомневался, стоит ли выкладывать его в сеть. Но фото выложено и пока только в их личный чат. Делает пятый, контрольный снимок. Теперь на фото Чимин в объятьях медведя, лицо полностью открыто, глаза распахнуты, волосы со лба отброшены, пухлые губы дарят поцелуй, но непонятно, воздушный или касаясь игрушки. Медведю всё равно. А вот тому, кому это фото сейчас будет отправлено, станет жарко. Ну что, дело сделано. Чимин лежит и ждёт, ему нужна реакция Юнги. Ему всегда важно, что тот думает, по любому поводу. Сейчас этот повод — фото. Но ждать, пока Юнги откроет их чат, становится всё трудней. И он решает сначала получить реакцию фанатов, от которых скрыт настоящий смысл фото. Пусть громко, пусть все начнут гадать для кого это. Всё равно в многочисленных теориях уже никто не отличит где правда, а где выдумки. Так как в чат никто так и не заглянул, первые четыре фото летят в твиттер и подписываются провоцирующей фразой: «Медведь продолжает меня преследовать, потому что я ему очень нравлюсь, что мне делать?» Фанаты в восторге — сразу так много фото! Модель со снимков тоже, но главного зрителя всё нет. Чимин снова идет к Тэхёну и подговаривает его написать Шуге сообщение, что, типа, смотри, как твой белый медведь нравится фанатам, мы его только что выложили в твиттер. На этот раз Юнги слышит звуковой сигнал смс-ки и заходит в аккаунт. Сначала прочел фразу о преследовании. Усмехнулся. Как тонко придумал написать сообщение, понятное только Юнги. «Преследует, говоришь? Оставь плюшевого в покое.» Внимательно рассмотрел каждое фото, уже представляя, что вернётся домой и покажет Чимину как сильно соскучился. Открыл чат, чтобы написать там что-нибудь милое, увидел пятое фото. Представил, как бы это лицо смотрелось в их постели. Лучше бы не представлял. А вечеринка в полном разгаре и вряд ли он доживет до её конца. Ему хочется написать уже не что-то милое в ответ на фото, а показать кто кого передразнит, кто кого сильнее спровоцирует. Хотя дразнить после таких горячих фото не очень получается, хочется другого. Нет, он не будет писать, он ответит голосом. Выходит на улицу и звонит Чимину, тот отвечает мгновенно. — SUGA. — Шуга произносит свое имя. Он всегда представляется, когда звонит, хотя прекрасно знает, что на экране при звонках видно его фото. Но упорно делает это каждый раз. Улыбается, зная что Чимин сейчас поправляет волосы перед тем, как включить камеру. Чимин в предвкушении: «Что скажет Шуга?» И хриплый голос говорит ему прямо в сердце: — Закрой глаза. — … — Спроси меня, что я сделаю, когда вернусь? — Что ты сделаешь, когда вернёшься? — Сначала всё с тебя сниму. — На мне уже ничего нет. — Сдвигает камеру от лица, показывая обнажённые ключицы. — Так даже лучше. Ты хочешь начать прямо сейчас? — Сейчас. И всю ночь. Ты не покидаешь мои мысли. — Смотрит жадно, нетерпеливо, глаза в глаза. — Тебе придется подождать, прежде чем… — … ты возьмёшь меня. — Мне нравится твоё нетерпение. Спасибо за фото, я вижу их и моё тело начинает вибрировать. — Я хочу чтобы оно вибрировало рядом со мной. На мне. Подо мной. — Потерпи. Дай мне сказать тебе несколько слов. — Слушаю. — Я люблю твои восхитительные губы, и представляю, как сейчас обхватил бы их своими. Я люблю их, когда они блуждают по моему телу. У тебя божественный рот, когда ты принимаешь и заполняешь его моей плотью. — Какая сладкая месть… — Нет, малыш, это не месть, это реакция на твои фото. Твои губы слишком притягательны. В голове сразу возникают мысли о том, что можно с ними делать. — А что тебя ещё притягивает? — То, что ты решил не показывать. Твоё тело. Голос Юнги стал тише и слова стали складываться в рифмованные строчки: — Мне нравится видеть тебя голым и сравнивать твои изгибы с моей гитарой, а потом играть на ней и представлять что это ты. Наши пальцы, как медиаторы, касаются нас и мы начинаем звучать, от любви. Мой член твердеет только от одного твоего стона. То тихого, то заходящегося в крике. Твой голос звучит как музыка, когда ты зовёшь меня и называешь твоим. — Мой Юнги. — Слышится тихий голос в трубке. — Я схожу с ума, видя как твои ноги сгибаются в коленях и ты обнажаешь передо мной твою прекрасную, самую дерзкую часть — упругие ягодицы. И… твои ладони на них, когда ты хочешь открыться мне и показать твой пульсирующий анус, готовый принять меня. — Юнги, остановись… — Чимин слегка опешил, так как Юнги зашёл словами в то неизведанное, где они ещё никогда не были, чем вызвал приятные ощущения в области паха. Но тот продолжил свой речитатив: — Он создан для моих пальцев, они проникают в него и ты начинаешь танцевать, выгибаясь волной, прося о большем. Я люблю смотреть как ты, отдаваясь, замираешь, и прислушиваешься к тому, как я заполняю тебя. Сначала ты тихий, но постепенно становишься бурным, потом исступлённым и в конце безумным. Люблю видеть как ты сгораешь от нетерпения, если я замедляюсь и как просишь меня ускориться. Я хочу видеть, как твои глаза закрываются, а тело дрожит от нарастающего жара в твоём паху и от сильных сердцебиений, которые я чувствую, гладя твою грудь. — Я пьяный от тебя. Тебя ещё нет рядом, а я уже теряю сознание. — Я таю, видя как ты дрожишь от удовольствия во время оргазма и становишься нежным, расслабленным после него. Я замираю каждый раз, когда вижу тебя мокрым, покрытым твоей или моей спермой и как твой пальчик скользит по моему животу, рисуя в ней узоры. Всё красиво в тебе: твоё лицо, твои оргазмы, твоя ненасытность, сила и слабость. Твой запах и запах твоей спермы, которые я так люблю и которые смешиваются с моими. — Юнги… Я не ожидал такого фристайла в ответ на мои фото… Да ещё и в рифму. — Я держу всё это в своей голове когда ты далеко, как сейчас. Малыш, если сможешь меня отпустить, то совсем скоро будешь наслаждаться мной, а не только моим голосом. И я смогу насладиться тобой. — Не хочу отпускать тебя. — Ты знаешь, как подчиняешь меня своему жару, поджигаешь моё тело, отнимаешь силы. — Я знаю. — Освободи меня. Дай мне оторваться от тебя сейчас, чтобы я смог быстрей вернуться. — Юнги… — М? — Я так тебя люблю… — Покажешь сегодня ночью как?.. — Иди сюда… И сделай, наконец, то, что я сейчас услышал… — Чимин проводит ладонью по простыне около себя и камера захватывает небольшой кусочек его обнаженного бедра. — Малыш, ты же понимаешь, что мы не сможем этого сделать сегодня. — Понимаю, но… — Сейчас вообще не тот момент, чтобы говорить об этом. Не по телефону, я хотел бы быть рядом и видеть твое лицо. Нам есть что обсудить и это не дело двух минут. — Я не хочу больше откладывать этот разговор, тем более после того, что услышал. — Обещаю, что мы вернёмся к нему на днях. — Ладно. Ты скоро домой? — Немножко подожди… — Жаль, что у тебя нет способностей супер-героя. — Ты хочешь видеть меня в синем трико и отвратительных красных трусах поверх него? — Хаххахахаха, фу, неееет. — И если я супер-герой, я должен спасать мир, а не лететь к тебе. — Мир подождёт. Тогда телепорт? — Было бы неплохо… Одна секунда и я падаю на тебя. — Дразнилкин! — Ой, вот кто бы говорил. — Мы ждём тебя, давай быстрее. — Мы? — Ну этот, белый пушистый и я… — Отпускаешь? — Отключись сам, хорошо? Юнги несколько секунд смотрит на Чимина, отключает телефон и оглядывается. Вокруг пустая улица, утопающая в ярком свете фонарей. Он сбрасывает смс Тэяну, написав, что должен срочно уехать, вызывает такси и, ожидая, снова смотрит на фото. «Какой же ты у меня красивый…» Чимин ждёт, глядя в окно и наблюдая за серыми линиями на стене, которые оставляет каждая проезжающая машина. Скоро проедет ещё одна, остановится и он услышит звук открывающейся и закрывающейся дверцы. Это значит, что Юнги рядом и появится сейчас в их комнате, в которую никто, кроме них, не имеет права заходить. Попросит подождать ещё немного, потому что захочет принять душ. Чимин не будет ждать ни секунды, он присоединится к нему. Закрывает глаза и снова слышит голос Юнги, который так откровенно поделился с ним своими фантазиями, перемешанными с реальностью. Они ещё ни разу не поднимали разговор о том, что Юнги только что озвучил. Эта тема всегда ускользала от них, хотя оба давно понимали, что несмотря на не очень подходящие условия и их плотный график, морально к этому они давно готовы. И Чимин решает, что больше не будет об этом молчать, они обязательно обсудят это в ближайшее время. Он хочет, наконец, сам убедиться, настолько ли хорош простатический оргазм, как о нём говорят.

***