Пленённый тобою

      Мамору молчал. Он протянул руку, чтобы коснуться раненой кожи, и от этого касания Казухико вздрогнул. Руку убрали. Альфа постарался взбодриться, хотя вид чужой спины так просто не улетучивался.       — Кто это сделал с тобой? Что случилось?       — Неважно, ладно? Я не хочу этим делиться…       — Пусть так, — выдохнул мужчина, а потом поднёс мыло и губку. — Мойся, я выйду из комнаты. Полотенце висит на крючке. Как закончишь — дай знать.       Мамору ждал снаружи, листая новости в телефоне. А потом, прислушавшись, услышал тихие всхлипы.       «Его так задело, что я это увидел? Или воспоминания об этом?» — подумал Мамору и постучался.       — Ты закончил?       Вода выключилась, и через минуту альфа вошёл. Казухико стоял на полу, обмотавшись полотенцем, с опущенной головой. Мамору молча смотрел на него, обдумывая, что сказать, но омега заговорил первым:       — Можно посидеть пока в полотенце и постирать футболку? Я постираю руками, я умею.       — Не надо. Я принёс тебе это. — Альфа протянул довольно огромную футболку, очевидно свою, из чемодана. Она наверняка пахла им. Футболка была очень большая, и мальчик в ней буквально тонул, но зато она хорошо закрывала тело и опускалась ниже бедра. — Остальные твои вещи я выкину. Не надо их стирать.       Спорить с ним было бесполезно — это становилось понятно по его тону. Да и морально Казухико был слишком подавлен.       После ванны Мамору повёл его обратно в комнату и снова закрепил на шее цепь. Но когда собрался уходить, Казухико потянул его за брюки, чтобы остановить.       — Чего ещё?       — Почему… почему ты выбрал меня? Почему именно я, а не кто-то другой? Что во мне такого?       Альфа задумался, глядя ему в глаза.       — Думаешь, я увидел твой шрам — и на этом всё? От жалости начну тебе открываться и отвечать на вопросы?       — Нет, просто… — начал было омега.       — Просто что? Ответ — потому что. Потому что ты. Не думай об этом, и всё.       Отчего-то его голос звучал напряжённо и зло. Больше ничего не хотелось спрашивать. Но омега и не догадывался, что альфа зол вовсе не на него, а на того, кто был причиной этих шрамов.       — Я принесу тебе рис и водоросли. Поешь.       Через полчаса Мамору действительно принёс обед. Поставил его на то же место, а рядом — бутылку воды. Казухико сразу потянулся к еде, чтобы лишний раз не злить его.       

***

             «Слушай, я не понимаю, ха-ха, всё ведь было хорошо :)».       «Я чем-то тебя задел?»       «Это потому, что я пару раз чмокал тебя на улице, а ты просил этого не делать? Ну прости-и-и!»       «У тебя правда появился другой парень, да?»       «Слушай, я забегал сегодня в общагу. Тебя несколько дней не видели, но твоя комната оплачена до конца марта. Может, хотя бы поговорим?»       «Я знаю, что ты там, ха-ха, прости за навязчивость! Просто… ты мне очень нравишься, и я понимаю, что ты никому не доверяешь. Я готов ждать сколько угодно, просто давай поговорим!»       «Я не верю, что у тебя есть парень. Это ведь просто отмазка?»       «Ты успел уволиться?»       «Пожалуйста, напиши, как перестанешь дуться. Скучаю».       Мамору развалился на диване в гостиной, листая диалог с Алексом, после того как заставил сказать пароль от телефона. Читал новые сообщения, потом стал листать выше, смотреть, что было раньше.       «Какой назойливый пацан. И днём, и ночью, и вечно ему что-то нужно. Хико, мог бы сказать спасибо за то, что я избавил тебя от этого вечно счастливого американца».       Из переписки он понял, что они столкнулись в круглосуточном магазине у ресторана, где юный альфа взял тогда номер. Это было не так давно. Мамору познакомился с птичкой раньше.       А потом нашёл среди диалогов контакт с именем «Опекун». Сообщения от него приходили в среднем раз в пару недель, но последний месяц — ни одного. Ответы Казухико были всегда однообразные: «Да», «Нет», «Ок». А вот опекун коряво и безграмотно писал много, иногда даже присылал голосовые. Когда Мамору решил их послушать, приложив динамик к уху, то быстро об этом пожалел — из-за резкого крика.       — Ты, маленькая шлюха, где бабки? На карте пусто! Вышли денег! — кричало последнее сообщение.       — Оплата задержи-и-и-и… ывается, — рыгание, — так что скинь!       — Ты подох там или ещё нет? Учти: я за похороны платить не буду!       — А помнишь… помнишь… как его… Как тя звать-то, мужик? Неважно. Он мне рассказал, что ты давал ему трогать себя за сиськи! А я ж говорил: ты шлюха конченая, весь в мать! Увижу — убью!       Мамору включал их в обратном порядке. Вена у виска пульсировала от ярости. Бесконечно пьяный, грубый голос никогда не говорил ничего хорошего. Особенно в голосовых. Видимо, был пьян настолько, что мозгов хватало только нажать кнопку, а некоторые сообщения длились до лимита — десяти минут, потому что пьяное тело забывало остановиться и записывало, как он ссыт, рыгает или блюёт.       Это было мерзко. Каждое сообщение было пропитано злобой. Опекун ненавидел мальчика до невозможности. Хотелось бить его пьяную голову о стену, пока череп не развалится на куски.       «Он сделал это с твоей спиной?» — подумал Мамору, глядя на перила второго этажа, но продолжил изучать телефон.       Он пролистал ещё несколько диалогов. С работы ответили просто «Окей», интернет-друзья мальчишку особо не искали, а больше ничего интересного не было. Тогда альфа переключился на галерею.       Огромное количество фото с последнего места работы: красивые блюда, напитки, меню — видимо, чтобы заучивать. Винная карта. Ещё меню. Специальное меню. Столы. Расположение приборов. Скриншоты о том, как варить разный кофе.       «Учился всё делать правильно».       Селфи было крайне мало — чаще всего на них мальчик подпирал голову рукой и выглядел грустно. А ещё Мамору внезапно нашёл среди прочего фотографию своей машины сзади, с номерами.       «Это ещё что такое? Ты отправлял это кому-то? — тут же подумал он и поднял голову, снова глядя на лестницу. — Если так, то это не очень хорошо».       Он не спеша поднялся с дивана, затем — на второй этаж, потом открыл комнату ключом и вошёл к Хико. Мальчик уже съел весь рис, выпил воду и просто лежал, укрывшись одеялом спиной к двери. Мужчина сел рядом и потрепал его за плечо. Когда юноша повернулся, Мамору ткнул ему в лицо фотографией машины.       — Что это? Только без воды, отвечай по делу и без нытья.       — Кхм, я стал замечать машину всё чаще и, испугавшись, сфоткал на случай… на вот такой случай.       — Ты это кому-то отправлял? Говорил, что боишься преследования?       — Нет, никому.       — Отвечай честно! — Мамору сжал его плечо.       — Клянусь! Я никому не отправлял, никому! Потому что мы тогда увиделись, сразу после этого, и ты… признался, что провожал меня, что переживал.       — Ты мне поверил? Вот так просто взял и поверил? Ты же никому не доверяешь, да? Твой Алекс так и считает.       — Я не… я не знаю. Я поверил. По крайней мере мне стало легче от мысли, что я знаю, кто за рулём, и всё. Клянусь, я никому не показывал и не говорил о своих подозрениях. Я поверил, что понравился тебе…       Альфа громко выдохнул и отпустил его, стараясь успокоиться.       — Хорошо. Я тоже тебе поверю, Казухико.       — Подожди, я хотел попросить…       — Просьба?       Мамору стало даже любопытно, хотя первая мысль была о том, что он вряд ли её выполнит, какой бы она ни была.       — Просто… мне нужны лекарства.       — Это какие? — Мужчина удивился: мальчик выглядел здоровым.       — Они у меня дома остались, в общежитии… — Хико чуть опустил голову.       — Это что, прям срочно?       — Желательно в ближайшее время.       — А я купить их в аптеке не могу? Чтобы не тащиться обратно в Токио ради этого? — Мальчик покачал головой. — Ты не мог сказать об этом, пока мы были там?! — рявкнул Мамору, но ответа не услышал.       Перед уходом он убрал тарелку и оставил новую бутылку воды.       — Я уезжаю. Без глупостей, пока меня не будет.       Хико смотрел на него молча, повисла пауза. Альфа ушёл, громко захлопнув дверь и заперев её на ключ.       «Лекарства… Господи, о таких вещах сразу говорят или вообще носят с собой. О чём он думал? Нельзя было сразу сказать, что ли?!»       Мамору злился, пока ехал обратно в столицу, и совсем не брал в расчёт, что вывел омегу из комнаты под дулом пистолета, чуть не задушил на лестнице, угрожал и вырубил. Мальчику было совсем не до того, чтобы думать о таблетках. Он не был уверен, что доживёт до завтра.       Но через четыре с лишним часа альфа уже парковался у общежития. Он всё ещё был на взводе, хоть и меньше, и даже не заметил, что рядом стоял чужой скутер.       Быстро поднявшись, он сразу направился к комнате и увидел у окна паренька. На улице ещё было довольно светло, хотя вечер уже близился, но Мамору сразу узнал его.       «Только этого не хватало».       Он молча подошёл к двери Хико и сунул ключ в скважину замка.       — А, ой, простите, сэр! — парень тут же подскочил и улыбнулся. Мамору выдохнул и сделал доброжелательное лицо:       — Чем-то могу помочь?       — А, да, это… вы сняли эту комнату?       — Нет, не снимал.       — Просто тут живёт мой парень. То есть жил! Точнее, бывший парень. Я не уверен…       — И? — Мамору усмехнулся.       — Я просто… Вы его знаете? Казухико зовут.       — Хико, да, знаю. — Мамору широко улыбнулся. — А-а-а, ты, должно быть, Алекс? Он мне рассказывал про тебя. Слушай, парень, у меня мало времени, я только заехал забрать кое-что по просьбе Хико, и всё.       Алекс хоть и улыбался, но было видно, что его извилины активно обрабатывают информацию. Хоть Мамору и выглядит очень хорошо, всё-таки ему далеко не двадцать лет, у них большая разница в возрасте с Хико, и он совсем не его типаж. Не похож омежка на того, кто стал бы встречаться с таким смазливым качком.       — Так вы с ним и правда встречаетесь? Нет, вы не подумайте… Он говорил просто. Пропал так резко, я переживаю…       — Поэтому караулишь у двери до вечера? — Мужчина приподнял бровь в вопросе, мечтая поскорее избавиться от лишнего свидетеля.       — Он не отвечает на звонки. Он тут? Приехал с вами?       — Нет. Иначе ключ был бы у него. — Мамору начинал раздражаться сильнее, хотя продолжал улыбаться.       — Ха-ха, точно, логично. М-м, слушайте, я не хочу встревать и всё такое, но можете передать ему, что я переживаю? Пусть хотя бы раз позвонит. Пожалуйста! Мы ведь дружили, и я…       — Я его не контролирую, хах, но передам. Захочет — позвонит. — Мамору вновь улыбнулся, а Алекс изобразил руками, словно смахивает пот со лба.       — Тогда спасибо!       Когда парень ушёл, Мамору наконец зашёл в комнату. Недолго порывшись на полках, он нашёл небольшую аптечку и, не разбираясь, бросил её в рюкзак. Оглянувшись, прихватил какой-то блокнот и мягкую игрушку с кровати.       «Пойдёт».       Уже в машине он открыл аптечку. Помимо таблеток от головы и желудка, в ней были начатые упаковки незнакомых препаратов. По их виду ничего не понять, так что Мамору взял телефон и загуглил.       «Так, первое понятно, второе… и это тоже от этого? И всё?»       Внутри закипала злость. Ехать снова к общаге, светить машину, сталкиваться с этим Алексом — и всё ради чего? Ради такой мелочи?       

***

             — Течка?! Серьёзно?! — с криком ворвался он в комнату к Хико и тут же его напугал. — Ради таблеток от течки? Я же спросил, можно ли их купить в аптеке, а ты покачал головой. Ты идиот? Или держишь меня за идиота?       — Нет, они рецептурные! — сразу оправдался мальчик.       — С какой стати они у тебя такие?       — С такой, что обычные не помогают. Плюс живот болит, а ты видел, где я живу. Я покупал дорогие, по рецепту, чтобы совсем отбивало. Чтобы никто не подходил. Не учуял даже.       — И когда она у тебя? Когда начнётся? Скоро?       — Примерно через два дня… я немного сбился с датами…       — Не получишь, — твёрдо резюмировал Мамору и захлопнул дверь.