На грани шума

Иногда, когда я один в комнате, мне кажется, что стены дышат. Не в прямом смысле, конечно. Но они будто сжимаются, прижимают к полу. Как будто хотят, чтобы я лежал. Молча. Без слов. Без звуков.  Я давно уже не беру наушники. Музыка стала чужой. Даже скейт-видео, которые я раньше пересматривал до дыр, сейчас раздражают. Там все такие… настоящие. Смеются, катаются, верят в то, что делают. А я? Я просто нажимаю «повтор» и смотрю, как пиксели прыгают по экрану. Иногда я жму на паузу, чтобы не видеть, как Ланга улыбается в камеру. Потому что знаю — я не улыбаюсь в ответ.

***

Было утро, и я снова пришёл в парк раньше всех. Один. Я стал приходить раньше специально. Мне не нужно, чтобы кто-то видел, как я смотрю в пустоту, сидя на рампе. Не нужно, чтобы Ланга видел. Я кручу скейт пальцами, как волчок. В какой-то момент хватаю слишком резко — срываю кожу на костяшке. Капля крови, крошечная. Красная. Настоящая. Я смотрю на неё долго. Слишком долго. И потом повторяю. Сильнее. — Рэки! — голос Ланги врывается, как удар по затылку. Я резко поднимаю голову, прячу руку за спину. Он уже рядом, кидает доску на асфальт, тяжело дышит. — Ты давно здесь? — Минут двадцать. Просто, думал о всяком.  — Ты в порядке? Я улыбаюсь. Ложь — это мой новый трюк. Я делаю его каждый день. Иногда даже без усилий. — Ага. Просто проснулся рано. Он не верит, я вижу. Но не спрашивает. Это в нём и красиво, и страшно — он слишком уважает тишину. Даже если она убивает. После катания мы идём по улицам. Я отвожу его в новое место — старый склад за городом. Там есть забор, по которому можно скользить. Места для трюков. И стена, вся в граффити. Но я вожу его туда не поэтому. Там я впервые увидел их. Трое. — Рэки, кто это? — Ланга говорит тихо, когда мы видим троих на ступенях склада. Один — в рваном худи, с пирсингом в губе. Второй — с сигаретой и фиолетовыми глазами. Третий — худой, высокий, с равнодушным лицом и руками, покрытыми татуировками. — Просто знакомые, — говорю я, сжав кулаки в карманах. Они замечают нас, машут мне. Ланга не машет в ответ. Он смотрит на меня. — Ты давно с ними общаешься? — Не особо. Так, пару раз виделись. Катались вместе. Это неправда. Я уже встречался с ними трижды. Они звали меня «Рэд». Говорили, что я «ломаюсь красиво». Я не совсем понял, что они имели в виду. Но мне понравилось, как это звучало. — Пошли, — говорю я Ланге, тащу его за собой. Он не задаёт лишних вопросов. Хотя, может, должен был. Ночью я не могу уснуть. Смотрю на потолок, чувствую зуд под кожей. Как будто что-то внутри требует выйти наружу. Я снова беру канцелярский нож. Осторожно. Без шума. Как ритуал. Потом — в ванную. Тёплая вода. Рука под струёй. Красные полоски растворяются. И в какой-то момент я замечаю, что дышу легче. Что стало тише в голове. Что меня отпустило. Я не горжусь этим. Но и не жалею. Иногда боль — это единственный способ почувствовать, что ты всё ещё живой.

***

— Рэки, — Ланга пишет мне в полночь. — Не могу уснуть. Думаю о тебе. Всё нормально? Я смотрю на экран. Кровь ещё не остановилась. Пальцы дрожат. Но я отвечаю. Да. Всё отлично. Я нажимаю «отправить». И ложусь спать. С улыбкой.