На грани шума

Иногда мне кажется, что я сломан в каком-то невидимом месте. Как доска, которая вроде целая, но если наступишь на неё — треснет с хрустом. Никто этого не видит, потому что я улыбаюсь. Потому что я Рэки, который всех развлекает, который всегда “окей”. А на самом деле — я давно не окей. Ланга приходит ко мне домой всё чаще. Иногда просто так. Иногда потому, что “мама просила передать коробку с печеньем”. Враньё, конечно. Но милое. Сегодня он снова был здесь. Принёс сладкий чай из кафе и смотрел, как я разбираю старую доску. — Хочешь попробовать сам? — я протянул ему отвертку. Он взял её, как будто я вручил ему хрупкую реликвию. — Ты правда доверяешь мне? — спрашивает. — Доверяю, — говорю я. И это было правдой. Он пытался что-то открутить, я смеялся над его неловкостью. Потом он уронил гайку, и мы одновременно потянулись за ней. Его рука накрыла мою. Мгновение — всего секунду. Но я замер. Ланга поднял глаза. Его пальцы всё ещё на моих. Он ничего не говорил. И я — тоже. Тогда он наклонился и поцеловал меня. Неуверенно. Почти испуганно. Как будто боялся, что я исчезну, если он сделает что-то не так. Но я не исчез. Я замер. А потом поцеловал его в ответ. После этого всё будто стало другим. Но и нет. Мы не говорили об этом. Не обсуждали. Просто продолжили. Но теперь — ближе. Он держал меня за руку, когда думал, что никто не видит. Оставлял голосовые перед сном. Смотрел на меня так, будто я — больше, чем я есть. И я хотел быть тем, кого он видит. Честно. Хотел стать “хорошим”. Я даже пробовал не резать себя два дня подряд. Удержаться от встречи с теми. С “ними”. Но потом. Вечером я сказал Ланге, что мне надо “помочь маме с магазинами”. Он кивнул, улыбнулся. Предложил пойти вместе. Я сказал — “не стоит, там скучно”. Он снова поверил. Я ушёл. Но не домой. Не в магазин. Меня уже ждали у того склада. Они курили, ржали над чем-то, слушали громкую музыку с треском в колонке. — Эй, Рэд! — крикнул худой, по прозвищу Фьюз. — Думал, ты нас кинул. — Да, прости, — я сунул руки в карманы. Пальцы дрожали, будто сами знали, что я делаю неправильно. Лидер, тот с пирсингом — Тэйк, протянул мне что-то на ладони. Маленькая таблетка. — Подарок. Сегодня ты один из нас. Я смотрел на неё долго. Внутри всё кричало “нет”. Но не громко. Не так громко, как хотелось. Я проглотил. Не думая. Потом всё стало размытым. Где-то вокруг был громкий смех, музыка, сигаретный дым. Кто-то трогал меня за плечо, кто-то звал. А я смеялся. Без причины. Без чувств. Просто потому что не мог остановиться. В какой-то момент я подумал о Ланге. Представил, как он смотрит на меня. С тревогой. С нежностью. И с непониманием. Я попытался встать. Сказать им, что хочу уйти. Но ноги не слушались. И тогда я заплакал. Беззвучно. Словно сломался где-то внутри.

***

Позже, лежа в комнате, под потолком, я включил телефон. Вкладка чата — Ланга. Он написал: Как ты? Я скучаю. Я не ответил сразу. Только смотрел. Потом набрал: Я тоже. Очень. Хотел добавить: «Мне плохо. Спаси меня. Не отпускай.» Но стер. И просто нажал «отправить». Следующим утром он пришёл, обнял меня, и я снова почувствовал себя живым. Но внутри уже сидел яд. Он был маленький. Почти незаметный. Но он уже пускал корни. И я знал — однажды он меня убьёт.