Einer is keiner

Потому что даже ад лучше, чем голос в рации, который перестал существовать. И если это ловушка, он разорвет того, кто ее оставил. А если… Нет. Никаких если. Только правда. Даже если она убьет. Дверь разлетелась под его ударом, и тьма внутри шевельнулась. Рация перестала подавать какие-либо признаки жизни и умолкла, напоследок пискнув что-то неразборчивое. Твари вывалились из темноты, как живая стена гниющей плоти – длинные, скрюченные конечности, кожа покрытая язвами и лопнувшими венами, рты, растянутые до ушей. Все это мелькнуло перед глазами Эндрю в один миг. Одна из тварей бросилась снизу, цепляясь когтями за его ноги. Эндрю выстрелил в упор, вовремя выхватив кольт, но второй уже впился в плечо. Спасал лишь толстый слой кожанки, который не пропускал клацающую челюсть к теплой плоти и тварь с гниющим ртом и остатками зубов лишь беспомощно жевала искусственную кожу. Эндрю воткнул мачете в живот твари, который как нельзя кстати, оказался под рукой. Перед глазами плыло от такого напора. Казалось, их было бесчисленное множество. Как их вообще умудрились запереть здесь? Тут ведь как-будто бы большая составляющая города уместилась. Цепкие лапы, обхватившие его со всех сторон, рванули вглубь склада, в самую темноту, где их было еще больше. Казалось, это длилось вечность, силы Эндрю уже были на исходе, а мелькающий свет на выходе все тускнел и тускнел, пока чьи-то крепкие руки не ухватили его за разорванный ворот кожаной куртки и не дернули назад. — Я тебя предупреждал? Взгляд голубых глаз метнулся к Миньярду. — Заткнись. Они перебежали переулок, как Нил метнулся в дыру в стене. Эндрю, не раздумывая, рванул за ним. Следом вниз, по лестнице, в какой-то подвал. Темное помещение и запах сырости и пыли оказались просто райским местом, по сравнению с тем, где побывал сейчас Эндрю. Он прислонился к стене, тяжело дыша. Взгляд зацепился за Джостена, сидевшего неподалеку. Тот сидел, подвязывая по новой грязные бинты на руках. — Я говорил, не лезь. Какого хуя? Тебе совсем жить расхотелось? Эндрю вытер окровавленный подбородок рукавом и усмехнулся: в носу свербело, он этого даже не заметил. — А ты думал, я поверю голосу в рации? Мертвые не говорят, Джостен. Сбросив рюкзак на пол, Нил поравнялся с ним. — Ну да, конечно. Лучше полезть в логово мутантов сломя голову. Гениально, Миньярд. Эндрю смерил его уничижительным взглядом. Внутри закипала непонятная злоба, готовая вот-вот вылиться в нечто ужасающее. Вот они – глаза, о которых он размышлял иной раз перед сном, перед ним, но он почему-то делает серьезное лицо, холодный взгляд, вместо того, чтобы сказать о том, как они все волновались за этого человека. — Сам недалеко ушел. Кинул всех, как ебучая шлюха, и сейчас ты еще имеешь право на слово? Не угадал, увы. Поступил, как последний… Эндрю не знал, почему так говорил, внутренний голос просил остановиться, но оскорбления в сторону Нила вылетали сами собой, словно копившаяся годами обида. Наверное, она это и была, и Эндрю несколько раз ударил себя по лбу, призывая остановиться, но процесс был запущен. — Кто? Идиот? Уебок? Давай назови так, как ты и умеешь, ведь ты нихуя не можешь, только осуждать всех, да в драку кидаться, да, Миньярд? А поговорить нормально с человеком это не в твоих силах. Продолжай в том же духе! Ты потратил свою попытку. Нил хотел было обогнуть Эндрю, но тот остановил его, резко схватив за плечо и толкнув обратно. — С каким нахуй человеком? Да я, блять, молчал все это ебучее время, лишь бы тебя, нахуй, не прикончили, лишь потому что ты не контролируешь себя! С тобой ведь опасно находиться… А я был… Эндрю отшатнулся, словно от огня, когда понял, что сказал лишнего, а в зрачках Нила промелькнула ярость. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, но уже не для того, чтобы ударить. — Вот значит, какого ты мнения обо мне. — Именно. Смакуй. «Нет, какой «смакуй»? Замолчи, идиота кусок, совершенно не то же хотел сказать!» Нил попытался сохранить самообладание, но Эндрю видел, как дрогнуло его тело. Он совершенно не ожидал такого. Боль. Резкая, глухая, выбивающая клином воздух из легких. Нил врезал ему кулаком под дых, точно, без раздумий. — Так легко поверить в смерть, — произнес он отстраненно. — Как только тебе сказали, что я сдох, ты тут же поверил. Ты ведь так хотел поверить, да? Удар пришелся точно – диафрагма сжалась, легкие отказались работать. Эндрю согнулся пополам, а пальцы впились в живот, как-будто пытаясь зажать невидимую дыру. — Смерть? — только и смог прохрипеть он, пытаясь отдышаться, но легкие словно тисками сдавило. Собравшись с силами, он рывком оказался около Нила, заряжая ему кулаком, аккурат в челюсть. Вышло смазанно, но отрезвляюще. Довольный собой, Эндрю сдал назад, чтобы ответка не прилетела, но ее не последовало. Видимо весь свой пыл Нил потратил на этот удар, который оказался довольно сильным и подкосил Эндрю. Но, он ведь бил не в полную силу, для человека, у которого внутри существует биологический субъект. Внезапный голос Ники прозвучал, как снег на голову: — Вы закончили? Или продолжите, пока нас не накрыло? Нил резко поднял голову. Ники стоял в проходе, в чем-то измазанный, помотанный, но живой. На плече его блеснул карабин, а выражение его лица было таким, словно он уже довольно долго наблюдал за разверзшимся спектаклем. — Как ты… — Нил попытался встать как можно ровнее, но изображение перед глазами внезапно поплыло. — Следы, — опередил его Ники, ткнув пальцем в сторону Эндрю. — А еще ты всегда шаркаешь левым ботинком на поворотах. Как слепой котенок. Мы же договаривались. «Договаривались» было преуменьшение. Они с Эндрю давно уже метили маршруты: сломанные ветки в строгом порядке, царапины на кирпичах, камни, положенные острием в нужную сторону. Но, Нил не оставил ни одного знака. Значит, это делал Эндрю. Не нужно было и объяснять, что Ники вовсе не имел ввиду ботинки Эндрю, но Нилу подумалось в мгновение, что от него что-то утаивают. В носу внезапно засвербело. Кровь. Знакомый вкус меди, как же он по нему соскучился. Десятый засмеялся внутри — не в ушах, а в костях. «О, наконец-то. Я уже заскучал.» Нил предпринял еще одну попытку сопротивления, но веки словно свинцом налились. Рука была перепачкана в собственной крови, хотя Эндрю вроде не лицо бил, а голоса стали дальше, словно отходили на второй план, а затем и вовсе стихли. Последнее, что он видел, это его собственные пальцы, державшиеся за бетон, а потом мир накренился. — Охренеть, — вырвалось у Ники, когда он медленно отступил, сжимая рукоять карабина. Миньярду было не понятно, что он имел ввиду: то, что их настигли врасплох военные или то, что вернулся Десятый. Его испуганный взгляд метнулся к Эндрю, который и не думал сохранять дистанцию. Десятый растянул губы в неестественной Нилу улыбке. — Ну что, успели по мне соскучиться? Его голос звучал ровно, и не было понятно шутил он сейчас или говорил серьезно. — Верни его, — послышался донельзя спокойный голос Эндрю. — Мы не договорили. Десятый обошел помещение под их напряженные взгляды: — Пока не могу. Довольствуйтесь тем, что есть. Ники уже двинулся вперед, но Десятый лишь поднял палец: — Осторожнее, дружок. Я не Нил. И мое терпение тоньше. Эндрю почувствовал, как холодный пот скатился по спине. Он вспомнил тот день. Тот вечер. Те пальцы, отрывающие каждому военному по одной конечности с такой небывалой легкостью, словно листок с дерева срывали. Тот безумный взгляд. — Слушай, я не знаю, что ты от нас хочешь, но ты явно не вовремя, — вклинился Ники. — Нил, кстати, все слышит, — взгляд Десятого вперился в блондина, словно не замечая маячившего сзади кузена. — Хотите выжить — бегите отсюда. Здесь в городе вам больше нечего делать: все запасы иссякают со дня на день, а в скором времени вас и вовсе могут прикончить. И еще… — субъект остановился, прислушавшись. — Вы так яро доверяете Ваймаку. Советую сбавить обороты и присмотреться. Снаружи послышались мужские голоса, затем все больше и громче. Еще несколько секунд и их найдут. Миньярд нахмурился. Плевать было на Ваймака. Этот человек дал крышу над головой, новых знакомых, опыт, но Эндрю не собирался никому доверять, тем более Ваймаку. — Мы не оставим тебя здесь, — проговорил еле слышно Миньярд. Он знал, что субъект обладал прекрасным слухом, так что, не было необходимости говорить громче. Просто иногда нужно уметь давать слабину. Эндрю никогда бы вслух не сказал, что не справится. Просто он сам сейчас не знал, почему так сказал. — Как трогательно… — Десятый рассмеялся низким, хриплым голосом, который эхом отдавался в темном помещении. Его взгляд, холодный и насмешливый скользнул по Эндрю, задержался на напряженном лице Ники. — Идешь с нами, — повторил Эндрю, словно не веря своим ушам. Лично подписал смертный приговор. — Милый Миньярд, ты веришь в свою способность меня заставить? Я не Нил Джостен, который бежал к тебе по первому зову, у меня свои планы на этот счет, и ты в них не значишься. Эндрю чувствовал, как кровь стынет в жилах. Угроза Десятого была не в его силе – Миньярд прекрасно понимал, что в открытом столкновении шансов у него нет. Угроза заключалась в его непредсказуемости, в той безжалостной эффективности, с которой он устранял врагов. Его воспоминания из раза в раз подкидывали картинки того вечера. Чувство ужаса и бессилия вернулось на новом уровне. И несмотря на свой страх решимость Эндрю не дрогнула. Он не мог оставить Десятого. Не после того, что тот делал для Нила. Он не позволял себе думать об этом. Звуки снаружи усилились. Кто-то принялся наверху выбивать двери. Ники перевел умоляющий взгляд на Эндрю. Нужно было что-то делать, либо сейчас их тут же положат в ряд с прострелом во лбу. Время истекло. Эндрю, не колеблясь ни секунды, подскочил к Десятому. В его голове проносились лишь расчеты на то, как они будут выбираться и сколько времени займет. Не было времени на страх и препинания. Жесткая, сильная рука сомкнулась на такой же себе подобной конечности. Ожидая удара, ощущая напряжение в каждом мускуле, Эндрю резко потянул Десятого за собой на выход, предварительно кивнув Ники следовать за ними. Неожиданное отсутствие сопротивления, почти полное отсутствие реакции стало для Эндрю не меньшим шоком, чем само решение. Субъект Десятый, как и ожидал Эндрю, обладал сверхъестественными способностями, которые превосходили все, что Эндрю видел раньше, но он не ожидал, что столь мощное существо настолько неожиданно отреагирует на его действия. Десятый словно застыл, его взгляд, обычно пронизывающий и холодный, теперь был пустым, недоуменным. Он смотрел на их сцепленные руки, как на нечто противоестественное, нереальное. Эндрю чувствовал странную теплоту от прикосновения, хотя Десятый, казалось, излучал ледяное спокойствие. Направляясь к выходу, Эндрю пытался сориентироваться в темноте, ища безопасный путь для отступления. Было немного неловко и глупо, что он вот так резко всех повел неизвестно куда, даже не думая о последствиях. Ники, как тень, следовал за ними. Наконец Миньярд нашел несчастную дверь, судя по всему, ведущую на задний двор, и пересилив себя, обернулся к Десятому. Свет от фонаря Ники падал под непрямым углом, отчего лица почти не было видно, но зато была видна его жутковато светящаяся радужка, которая сейчас не казалось такой уж жуткой. Десятый в недоумении стоял, вперившись взглядом в Миньярда. Эндрю почувствовал себя атомом, который пристально разглядывают под микроскопом, но подавил дикое желание отвернуться. Собственная рука вспотела от напряжения, а все вокруг стало казаться таким ничтожным. За их спинами раздавался грохот и выстрелы. Звуки приближались и становились громче. Эндрю кивнул, и все также, под взглядом необычно молчаливого субъекта, толкнул заржавевшие со временем двери, впуская внутрь свежий воздух. Когда они бегом выбрались из здания на приличное расстояние, то и дело оглядываясь, Ники обернулся: военные оккупировали улицу, отстреливая зараженных и яростно прочесывая квартал. Теперь это была не их проблема. Они итак достаточно сделали в свое время, теперь их тут ничего не держит. Звуки перестрелок со временем стихли, оставив после себя лишь гулкий отзвук в ушах. Эндрю, все еще державший Десятого за руку, наконец, позволил себе немного расслабиться. Вид с крыши восемнадцатиэтажного здания создавал умопомрачительную атмосферу, в которой они могли спокойно выдохнуть и не думать о том, что их кто-то достанет. Они смогли улизнуть из лап смерти. Ники, сидевший подле них быстро раскрыл сумку, принявшись в ней что-то судорожно искать. — О, наконец-то, — выпалил Хэммик, выудив из нее заветную бутылку воды. Отпив, он протянул оную Эндрю, но тот лишь покачал головой, встретившись взглядом с рыжеволосым. Тот сумел наконец оторвать взгляд от сцепленных рук и уже смотрел на Миньярда. Его взгляд был странным – пустым, словно он только что проснулся после долгого сна. — Я… не понимаю… — произнес он. Его голос звучал необычно тихо, с несвойственной хрипотцой. — Нам здесь нечего делать, — вклинился Ники, отбрасывая в сторону пустующую пластмассу. — Значит, многое придется выяснить. Эндрю, ты ведь хочешь, чтобы он пошел с нами? Воцарилась неестественная тишина. Казалось, даже зараженные встали, как вкопанные, не говоря ни слова. Хотелось бы верить, что все закончится хорошо, что они вернутся в целости и сохранности, а главное с Нилом. Эндрю понял, что он совсем отвык от его компании, и совсем не знал, как преподнесет это всем. Его взгляд все же нашел глаза Ники, которые изображали неподдельный интерес ко всему, и да, он действительно ждал ответа от Эндрю. — Мне опасно с вами, — Десятый наконец высвободил руку и встал. Это движение далось ему с трудом, и он продолжил смотреть на руку, на которой оставалось еще чужое тепло. — Вам разве Нил не рассказывал, что я могу в любой момент потерять контроль. Разве вы не видели сами? Вы живы только благодаря ему. Это были не просто слова. Это было хорошее тому доказательство, что в Десятом осталась толика человечности. Доктора постарались на славу. — Я могу посодействовать вам, но позже. Эндрю… Эндрю поднял немигающий взгляд на субъект. Ему не хотелось вот так расходиться. Нил уже итак слишком много уходил. Но сейчас самым лучшим вариантом было бы то, чтобы он действительно скрылся с глаз. Неизвестно, как отреагировали бы остальные на внезапное появление Нила в их лагере. Эндрю молча кивнул. Десятый ничего не ответил, лишь развернувшись и зашагав прочь. Сейчас его главной целью было найти Рико, и он знает, что тот его тоже ищет. — Блять… — выдохнул Эндрю, откидываясь спиной к стенке и принимаясь массировать переносицу. — Я никогда не был настолько близок к собственной смерти. — На самом деле все было не так уж плохо. Если бы нас нашли, Десятый бы мигом со всеми разделался… — начал тараторить Ники, явно стараясь разбавить обстановку, но получалось, мягко говоря, не очень. У Эндрю только сильнее разболелась голова. — Что, так всю жизнь и проживешь, надеявшись на Десятого? Ники, нам нужен Нил, а не его подобие. Хэммик с сочувствием посмотрел на него. Кузен был сам на себя не похож сегодня. Насчет Нила Ники не был уверен, но что-то в Эндрю явно перещелкнуло. Тот лишь рвано выдохнул, пытаясь взять себя в руки. Что это только что было? Не мираж? А может, галлюцинация? Тогда почему она так реальна? — Ущипни меня, — попросил он. — Ты жив. И в полном порядке, не считая разбитой губы, которая почти зажила, и пары синяков. Не буду я тебя щипать, или удар Нила тебя не отрезвил совсем? — Отрезвил. Эндрю мотнул головой, сбрасывая наваждение и прикоснулся рукой к окровавленной губе, которая успела треснуть. Тут же защипало. Не следовало бы трогать рану грязными руками, но ему ведь даже вирус не страшен, так почему он должен бояться какой-то простой заразы? Он провел несколько раз указательным пальцем по ране, затем облизнул ее. Эта боль подсказала ему, что он все еще реален, что все, что происходит, не выдумано им же самим. Что Нил существует, и что он совсем недавно разговаривал с ним. Не хотелось бы, чтобы рана заживала так быстро. — Давай только недолго здесь пробудем, — подал голос Ники. Эндрю кивнул, закурив. Легкие наполнились едким дымом, стало проще переварить ситуацию. Он где-то слыхал, что это не сигареты успокаивают нервы, а скорей нервы появляются от курения. Кто только бы в эту чушь поверил? Миньярд скользнул взглядом по железной балке, приколоченной к двери напротив и усмехнулся сам себе же: он всеми силами и мыслями избегал думать о Ниле. О Десятом. Думая обо всем, но только не о том, что произошло недавно. Если бы не эта встреча, то он бы так и остался мертв для него. Также он чувствовал безмерную благодарность Ники, за то, что тот молчал, хотя обычно он привык слушать его всякие бредни. — Что будем делать дальше? — Не знаю, — коротко ответил Эндрю, выдохнув сизый дым в воздух. Ему отчего-то казалось, что Нил действительно появится, хоть и не сразу, но должен успеть до их отбытия в Калифорнию. Он постарается. Ваймак приказал всем быть начеку. Ведь все, что они сейчас могли делать, это ждать. Оружия и боеприпасы были на исходе, искать их где-то не было смысла: его группа обошла почти весь город в поисках снарядов, но абсолютно все места были подчищены военными. Последний запас стрел арбалета потратил Аарон на инфицированных. Всеми ими было принято решение выдвигаться из города. Выбор пал на Калифорнию. Довольно большой, и там по-любому остались еще запасы. Хочешь жить — будешь вынужден выживать. А без оружия они как без рук. Нил стоял у окна, его взгляд был прикован к хаосу, который разворачивался на улицах города. Толпы зараженных скитались по улицам, словно черные волны, накатывались друг на друга. Их искаженные лица были видны даже с такой высоты: они отражали безумие и голод. Громкий гул шороха и хриплых стонов заполнял воздух, смешиваясь с отдаленными звуками выстрелов. Где-то внутри у Джостена сжималось сердце: лишь бы Эндрю с Ники вновь не наткнулись на военных. Он ведь почувствует, если что-то случится, ведь так? Десятый даст о себе знать. Он чувствовал, как сердце бьется в унисон с этим хаосом, но мыслями он был в совершенно другом месте. Внезапно в поле его бокового зрения из ниоткуда выплыл знакомый черный силуэт. Нил обернулся: Рико собственной персоной. — Вижу ты жив здоров, — вместо приветствия. Нил пожал плечами. Настроения на разговор не было от слова совсем. Его взгляд устремился дальше, куда-то за город, и он невольно задумался о том, что действительно было бы неплохо двинуться за его границы. — Тэцудзи сказал, что шею свернет мне, если я не сыщу тебя в городе, — Морияма закатал рукав, обнажая темные пульсирующие вены под слишком бледной кожей, чем и привлек внимание Джостена. Тот наконец соизволил повернуть голову в его сторону, воззрившись на запястья: — Они так уверены, что рядом со мной будет безопасно. Это прозвучало пессимистично. И даже чуток эгоистично. Джостен отвел взгляд от его руки, делая вид, что ему все равно. В это же время взгляд Рико переместился на фляжку на боку рыжего. Совсем недавно ее у него не было, а ведь точно такую же он видел у Миньярда, когда следил за тем на очередной вылазке. Внутри сжался комок, Рико шагнул к Джостену. — Ты видел их. — И что? — Нил пресек попытки Морияма выяснить хоть что-либо. Рико сглотнул. Разговаривать с Нилом было все труднее. Это как ходить по минному полю. — Ну, по-крайней мере я погибну не от их руки, если ты будешь рядом, — Морияма вновь сменил тему. Брови Джостена дрогнули. Обычно его знакомый или его уже можно было назвать другом, говорил четко, ясно и по делу. Сейчас как-будто бы что-то изменилось, хотя прошло всего несколько часов с того момента, как они разделились. А теперь Рико так сильно беспокоил вопрос того, как он сдохнет? После того, как сам повис на волоске от смерти. Человеческие жизни настолько обесценились, что такие разговоры про убийства стали нечто обыденным. Словно ты делаешь это каждый день. А ведь, так оно все и было. Иронично. — Тебе так важно, от чьей руки ты погибнешь? — Нил выгнул бровь скорей по привычке, нежели действительно ему было интересно. Рико согласно кивнул. Во время, когда все было действительно хорошо, он, наверное, бы даже и не подумал о том, от чьей руки хотел закончить, но, сейчас он лучше сам пойдет удавится, нежели позволит своей семье понести это бремя. Мир менялся. Менялись и люди. Морали. Устои. Принципы. Теперь живой человек захочет вгрызться тебе в глотку за одну банку тушенки, но ты ведь ничего не сделал. Ты просто взял в руки свою надежду на последующие дни. Ты хочешь выжить, но тебе ничего не остается делать, как отдать эту сгнившую банку тушенки своему врагу, лишь потому что не хочешь умереть от его рук. Это было бы очень недостойно. Да и дело было не только в этом: только потом ты начинаешь по настоящему ценить свое жалкое существование. — Ты вернешься в лагерь? Тут было бы уместно уточнить, в какой именно лагерь, но оба парня итак знали, кого Рико имел ввиду. Он ответил короткое: «не знаю», и пожал плечами, рассматривая собственные руки. Эти руки сдавливали с хрустом чужие конечности и вырывали кадыки. От одной мысли начинало мутить, но Джостен подавил желание отвернуться. Он пытался сосредоточиться на том, что все это время хотел сказать Рико, но мысли всякий раз возвращались к Эндрю. Какого черта? Да, Эндрю опроверг вмиг слухи о своей смерти, теперь можно было выдохнуть, потому что если жив Эндрю, значит живы и остальные. Нила нет рядом, значит потенциальной опасности его друзей не существует. Джостен поспособствовал. Но, черт, он просто хотел хотя бы поговорить. Не время, не место. Небесный взгляд встретился с чернеющими бусинами Морияма. — Рико, мне нужно уйти. — Нил, какого хуя? Если тебе похуй на меня, то о себе подумай. Ты не сможешь постоянно подавлять силы Десятого, он рано или поздно поглотит тебя. Да откуда это все было известно Рико? Нил, конечно, понимал, что он все это время явно не далеко находился, когда вся его ебанутая семейка промышляла подопытными людьми, словно они крысы, но настолько большей фанатичности поражался с каждым днем. — А где был ты? Если судить по твоим словам, то ты все это время ошивался рядом, и ничем не поспособствовал. Если бы ты тогда взял яйца в кулак и послал нахер своего отца с дядей, то ничего бы этого не было, — четко проговаривая каждое слово, выпалил Джостен. — Они используют тебя, а потом старую износившуюся тряпку, заменят на новую. Ты для них ничто. Его начинала изрядно подбешивать вся сложившаяся ситуация. Он не мог поверить, что родители запросто сломали ему всю жизнь, в погоне за деньгами и славой. Он не мог даже поверить в то, что когда-то Морияма и Веснински шли рука об руку. А Мэри… она просто сумасшедшая, со слов Натана, а в глазах Нила последний всегда был объектом для подражания. Вся его память была подточена его любимым отцом. И сейчас он был бы рад вообще его не видеть. Рико не отвечал, потупив взгляд в пол, осознавая, насколько чертовски прав Джостен. Нилу оставалось только гадать, что же такого он себе надумал. Хотелось бросить все и уйти. Под мозговыми корками закрались мысли о том, что не будь сам Рико под дулом пистолета, он бы не придвинулся к Джостену и на пушечный выстрел. Все молчат, но Нил слышит как они рвут глотки, давясь собственной слюной: «Животное! Дитя пробирки! Ты не человек! Ты опасен для всех нас!» – звучало в голове. Но он упорно пытался делать вид, что все хорошо, не замечая, как шарахаются от него. Все, небось позабыли, что он в первую очередь человек. — Раз на то пошло, думаю, тебе не обязательно озвучивать полный ответ. Я все прекрасно понимаю, Рико. Рыжеволосый поравнялся с ним, похлопав того по плечу. Нил заметил, как брови Рико нахмурились, а сам он напрягся, но не подал виду. Пора бы уже привыкнуть. — Нил, я все сказать хотел… я пока искал тебя, наткнулся на отряд троянцев. Нил… понимаешь? Троянцы… они в городе, — Рико будто в последний момент кто-то зарядил под дых, и он потерял концентрацию. Джостен видел несколько раз, как Рико сходит с ума от безысходности, но сейчас рядом не было Кенго и Ичиро, которые обычно приводили его в чувство за несколько секунд. — Что здесь будут делать троянцы, идиот? Лучи солнца скользнули по веснушкам Нила, делая выражение его лица более живым, естественным. Голос его прозвучал довольно резко, чтобы заставить Рико дрогнуть во второй раз. Нил хотел было еще что-то сказать: его пальцы сжались в кулак и также разжались, безвольно повиснув по обе стороны тела. Где-то в глубине сознания шевелился Десятый. — Система всегда готова уничтожить свои ошибки, — подал голос Рико, наконец подняв свой взгляд на собеседника. Тот в свою очередь с вопросом в голубых глазах уставился на него. — Ты думал, что отец отдал тебя просто потому что ему нужны были деньги? Своя жизнь? Ему было плевать на все это, — Морияма сделал шаг вперед, и в его глазах вспыхнуло что-то почти… жалостливое. — Троянцы – не просто элитные войска. Они чистильщики. Ты слышал, чтобы когда-нибудь их так называли? Нил сглотнул. Верны ли были слова Рико, и мог ли он ему доверять? Он не верил даже самому себе, чего уж греха таить. — А что троянцы? — спросил Нил, и его голос нещадно дрогнул. Рико бросился в его сторону так внезапно, что Нил даже не успел сообразить, а следом послышалась оглушающая череда выстрелов. «Твою мать!» — послышались крики. Обвалилась известка и без того расшатанного здания. — Я об этом говорил, — впрягся Рико, вжимаясь в пол настолько, будто хотел слиться с ним в одно целое. «Нужно мотать отсюда, потом разговор», – пронеслось молнией в голове Нила, взгляд зацепился за проржавевшую входную дверь. — Ты вообще подумал, как мы выберемся? — Нил вперился взглядом в напарника. Не хотелось бы вот так все быстро заканчивать. Если Рико не предатель, то он найдет способ выбраться, но всегда существует и альтернативный вариант. Джостен услышал щелканье затвора пистолета: оружие возникло в руке Морияма словно ее продолжение. — Есть подземный ход, но, помню, он был заблокирован с правой стороны, — ровный взгляд черных глаз поймал бесновавшиеся голубые, в которых прослеживалась красноватое сияние. Внутри что-то дернулось. От этого взгляд Рико вмиг стал затравленным, что показалось странным Нилу. Поднявшись с пола, Рико устремился к выходу, Нил последовал за ним, стараясь ступать как можно тише. Снаружи доносились приглушенные выстрелами голоса, но парни старались двигаться ровно, не создавая помех друг другу. — Стоять! — голос прозвучал резко, откуда-то справа. Нил не успел разглядеть кто это: Рико рванул вперед, оставляя его позади. Нил хотел было двинуться следом, но внезапный треск сверху заставил его остановиться - кирпичный потолок с грохотом обрушился, задевая плечо и Нил охнул, падая на пол. Воздух был пропитан запахом гари и металла, а выстрелы слышны были со всех сторон, отчего Джостен не мог разобрать теперь, куда делся Морияма. Где-то раздался глухой удар, хруст, следом приглушенный стон. Мысли мигом собрались в кучу, Нил усилием воли заставил себя подняться и схватиться за кровоточащее плечо. Боли он не чувствовал, но понимал, что это лишь шоковое состояние, дальше - хуже. Встряхнувшись и сбрасывая с себя обломки, Нил огляделся, насколько это возможно. — Черт! — выругался он, заметив знакомый силуэт перед собой. Клубы пыли, поднявшиеся из-за обрушенного потолка попали в рот, в глаза, в нос, заставляя загнуться в приступе кашля. Десятый. Почему он молчал? Плечо горело, но времени на раздумья не было. Из пыли внезапно выпрыгнул Рико, впившись пальцами в его руку: — Я убил троянца, Нил. Мы трупы, блять! Нужно как можно скорей мотать… — Как? — только и смог спросить Джостен, как Рико рванул вперед, уводя его за собой. Хотелось поскорей выбраться из этого ада. Пока они бежали, Джостен успел рвано оглядеть Рико на наличие ран, но кроме ранения неизвестного происхождения на ноге, ничего не было. Он держался молодцом, даже когда они бежали по коридору. Вот он, заветный поворот! — Стой! — Нил с силой дернул Морияму на себя, как из-за угла выскочил солдат в бежевой униформе с автоматом наперевес. На плече он успел разглядеть эмблему солнца и троянского шлема. Иронично. Солдат занес автомат для выстрела в упор. Нил не думал. Его тело само двинулось вперед. Резкий рывок, хватка за шлем, рывок вбок. Хруст. Троянец рухнул как подкошенный, шея вывернута под неестественныи углом, закатившиеся глаза говорили о том, что тот уже не жилец. Рико даже моргнуть не успел, сжав кулаки до побеления костяшек. — Идем! Но не успели они сделать и пары шагов, как раздался взрыв. Оглушительный грохот и взрывная волна позади отбросила их на добрые метров пять. Нил кувыркнулся на Как только им удалось добраться до заветной двери, Рико оглядел ее с разных сторон, найдя скрытую кнопку в стене. — Черт подери! — не удержался он, когда дверь с пятого нажатия все таки отворилась. Нил уже сделал шаг вперед, но вдруг сильная рука схватила его за куртку и резко развернула — прежде, чем он успел что-то понять, губы Рико впились в его. Горячо. Странно. Слишком не вовремя. Поцелуй был стремительным, почти грубым, будто Рико боялся, что передумает. Их зубы стукнулись, дыхание смешалось, и Нил на миг застыл, ошеломленный. Он не успел ни оттолкнуть его, ни ответить, только почувствовал, как по спине пробежали мурашки. А потом Рико резко отстранился. — Извини. Не удержался. Его голос звучал хрипло, но в глазах не было ни насмешки, ни сожаления, только какая-то странная решимость. И прежде, чем Нил успел что-то сделать, Рико схватил его за предплечье и с силой втолкнул в темный коридор. — Удачи. Дверь захлопнулась. Тьма. Пальцы Джостена непроизвольно дотронулись до губ, коих совсем несколько секунд назад касались грубые чужие. Все смешалось в один огненный шар в груди. Он даже ничего сообразить толком не успел, как оказался один, а на той стороне послышались крики, глухие удары и выстрелы. «Оо-о, что я вижу. Кажется, кто-то целовался в первый раз», — протянул насмешливый голос. — Это просто… — начал было Нил, всеми фибрами желая, чтобы Десятый заткнулся, но тот продолжал нагнетать атмосферу. «Просто что? — Нил со стопроцентной уверенностью заявил бы, что видел, как Десятый играючи приподнял одну бровь. — Просто «извини не удержался»? Просто «удачи» перед смертью? О, я знаю! Это был «я-скорее-умру-поэтому-хотя-бы-это»напоследок. Верно?» Нил стиснул зубы, рванув по темному коридору. На удивление, он разбирал дорогу, и уж явно не стал бы сейчас благодарить подлеца сидевшего внутри него за такую особую привилегию. Не сейчас. Его сердце бешено колотилось, и он отчаянно убеждал себя, что это только от адреналина. В коей-то степени так оно и было. Внезапный взрыв сзади заставил Джостена остановиться и обернуться. Он не слышал уже ни голоса Десятого, ни собственного сердцебиения. На секунду в его груди что-то болезненно сжалось, когда он невольно подумал об Эндрю. Нужно было к нему, и незамедлительно. Эта мысль билась в его голове, словно загнанная птица в клетке. Ступая по мелкому гравию, Ники и Эндрю оказались возле входа в здание лагеря. Ники уже мысленно был У Эндрю не дрогнул ни один мускул, когда он приставил пистолет к виску парня. Ники метнулся к нему, но тут же был остановлен взглядом кузена. — Я второй раз повторять не стану, — процедил Миньярд сквозь зубы, сжав ствол до побеления костяшек и уперев дуло сильнее в голову красноволосого. — Шевельнешься, вышибу мозги через нос. Тот медленно поднял руки в знак капитуляции. Голос его звучал ровно для того человека, который был в упор под прицелом. — Ох, черт. Кажется, меня поймали. — Если соврешь, начну с коленей, так и быть, — Эндрю склонил голову набок, прикидывая рост незнакомца, чтобы в случае чего среагировать. — Потом перейду к пальцам. Сечешь? — Я Венцеслав, — произнес красноволосый. — Я знаю Ваймака. Мне нужно ему передать одну новость, которая не требует отлагательств. «Надо же, как официально», — усмехнулся Эндрю, не опуская ствола от виска. От этого типа можно ждать чего угодно, не было гарантии, что он один из своих. Ники стоял неподалеку, готовый в случае чего ринуться на подмогу. — Чем докажешь? Эндрю не знал, как поступит, но в случае чего сам останется с Венцеславом, а Ники отправит в кабинет к Ваймаку. Это уже будет, наверное, крайний случай. Да, так он и поступит, главное не опрометчиво, и вполне обдуманно. Парень не выглядел сильным, скорей его спасали быстрые ноги. «Как он только выжил, с таким телосложением?» — Эндрю поймал себя на такой глупой мысли и отмахнулся. — Он любит говорить, что люди, как пули. Одни – для защиты. Другие – чтобы убивать. А ты… — красноволосый скосил глаза на Эндрю. — Ты у него «убивающая». Пауза. Эндрю нахмурился. — Зачем ты здесь? Ты походу долбаеб, раз решил сюда пройти при свете дня. Тебе повезло, убивать тебя я буду медленно, успеешь передать матери твои последние слова. Подозрительная тишина в коридоре давила на виски. — Мне нужно предупредить Дэвида. Троянцы уже в городе. Эндрю нахмурился еще сильнее. Повисла тишина. Ники резко перевел взгляд на Эндрю. Тот не шелохнулся, но его глаза сузились и в них промелькнуло что-то знакомое. — Черт. Захотелось разъебать башку о стену, но пальцы сильнее сжались на огнестреле. Он не сказал вслух, но Ники понял, что он имел ввиду. Осознание вышибло все остатки понимания. Из этого города точно нужно было мотать. — Ники, нужно найти Ваймака. Красноволосый проследил взглядом за движениями Миньярда, пока тот доставал из кармана смятую пачку сигарет. Организм уже довольно долго требовал заветного наркотика, но Эндрю упорно игнорировал это чувство. — А… — в лице Ники на секунду отразилось непонимание, но потом он кивнул, и пробежав мимо них, скрылся за поворотом одного из домов лагеря. — А что, у тебя кто-то есть на той стороне? — ухмыльнулся Венцеслав, заглядывая в темные зрачки парня. Тот казалось зол, нежели чем-то взволнован, но упорно старался этого не показывать. Ему не нравилось, что что-то идет не по планам. Не по его планам. — Тебя я возьму в залог, — вместо ответа Миньярд настолько внезапно убрал пистолет от виска юноши, что тот покачнулся. — Для чего я вам? — По тебе видно, что ты тоже субъект, — Эндрю рубил правду матку. Только придурок не догадается, что возле Ваймака все крутится не просто так. Он как-то замешан во всем этом, только теперь Эндрю не знал даже, безопасно ли рядом с этим человеком. — Как ты догадался? Взгляд янтарных глаз не отрывался от блондина, прожигая насквозь. — Ты пахнешь лекарствами. Эндрю провел языком по губам, словно смакуя. — Как больничные простыни? — Как ампулы с лекарствами, идиот. Венцеслав замер. —…интересно. Память об иглах, белых стенах и том, как пахнет воздух, когда ты на самом деле не дышишь, а тебя вентилируют – самое ужасное чувство, которое он ощущал. Вдруг показался Ники, спустя недолгие минуты. Дышал он тяжело. — Никого нет, Эндрю, — наконец выдохнул он. — Ты знал, — вме — Если ты субъект, то мог и увернуться, — бросил он. Ники удивленно воззрился на Эндрю, не веря своим ушам. «Еще один», — шевельнул он губами, но не смог сказать вслух. Ему просто не верилось. Им просто не повезло. — Ты знаком уже с субъектами? — отозвался Венцеслав, силясь не выкашлять легкие. Удар у парня был что надо, мигом весь дух выбивал. — Сколько их? Ники пресек попытку Эндрю вновь ударить того. Да, Эндрю не умел контролировать эмоции, но сейчас все люди важны. — Сколько субъектов всего? — повторил он вопрос, когда Венцеслав выровнял дыхание. — Десять. Хэммик нахмурился. Нил был Десятым. Самым успешным из всех опытов, и смог выстоять против кучи солдат, он был превосходен. Но этот красноволосый был вовсе не похож на сверхсильного человека, так что же такое его выдало? — А ты под каким номером? — Я шестой, — тот беззаботно пожал плечами, словно это не он сейчас валялся по полу, пытаясь отдышаться, поистине необычные люди. Ники не мог представить, что они пережили, ради такого результата. — Я боюсь спросить, как выглядит самый первый? — вновь спросит Хэммик, после секундного молчания. — Я не знаю, честно. Может быть он умер, когда вся эта ахинея началась, а может он сейчас ходит среди тварей. Но выглядит «малой» так себе, — Венцеслав с особым отвращением произнес последнюю фразу, косясь на Эндрю, стоявшего чуть поодаль и наблюдавшего за каждым его сказанным словом, не отрывая взгляда. — Малой? — Мы его так называем. — Ясно, — кивнул Ники. Чувство опустошения росло с каждой секундой. — В лагере точно никого не осталось? — подал голос Эндрю. Ники знал, что тот все еще нервничает, но упорно старается этого не показывать. У него это мало получалось - голос был хриплый, мелкая дрожь по рукам парня, которые он так старательно прятал под рукавами куртки, выдавали с потрохами. — Даже старушка Сью пропала. Эндрю протянул задумчивое «ммм», чем насторожил Ники. Взгляд того бешено метался из стороны в сторону, а сам Хэммик пытался придумать пути для отступления. До этого у них хотя бы было число, сейчас никого… Кевин, Калиста, Элисон, Рене, Жан, Мэтт, Аарон… Аарон! — Но ведь Аарон не мог уйти вот так? — спохватился Ники, мигом вызывая к себе интерес Эндрю. — Почему «не мог»? — встречный вопрос. Ники понял, что попал в тупик. Эндрю пожал плечами. Но, он ведь что-то придумает… Город стоял в мертвой тишине, словно выдохнувший последний запас кислорода. Воздух был густым, чувствовались нотки гари, пыли и был пропитан чем-то еще. Сладковатым, гнилостным, как запах старой крови. Окна пустых зданий смотрели на них черными провалами, словно глазницы пустых черепов. Где-то вдалеке скрипел ржавый рекламный щит, с которого натянуто улыбалась неизвестная модель, рекламировавшая новую линейку духов. — Смотрите, видите вон ту тачку? — Эндрю присел за перевернутым ограждением, указывая Венцеславу на побитый темный Мазерати. Он бы сотку поставил на то, что какой-нибудь именитый чиновник ездил на нем, выпивал какой-нибудь Гай-Кодзор и трахал на заднем сиденье шлюх из дешевого отеля втайне от жены. — Следите за обстановкой, а я разверну ее. Не дождавшись ответа, Эндрю вильнул через забор, скользнув к машине. Когда он поравнялся с потертыми дверьми Мазерати Кватропорте, он обнаружил, что двери были вовсе не заперты, а на пассажирском сиденье было пятно, по форме напоминающее человека. Хмыкнув каким-то своим мыслям, он нагнулся, сдернув панель под рулем и перекусил провода зубами. — Заводись, ублюдок. Искры, тихий треск. Двигатель взревел, нарушая мертвую тишину. Эндрю оглянулся и на мгновение замер, ожидая, что из-за угла хлынет толпа зараженных, солдат или, не дай Боже, троянцев, которые услышали несчастный рев этой старой малышки. Но город молчал. Решив не медлить, он вдавил педаль газа, и в две секунды оказался около затаившихся Ники и Венцеслава, распахнув двери: — Быстрей. Ники прыгнул на переднее пассажирское сиденье, а его взгляд бегал по сторонам: — Ты серьезно? На этом? — На этом бензина хватит, — пресек его Миньярд. Венцеслав скользнул на заднее сиденье, усмехаясь. — Ну что, герои? Поехали на встречу судьбе. Эндрю не ответил. Он лишь вдавил педаль в пол, и Мазерати рванул вперед, оставляя за собой клубы пыли. Мертвый город проносился мимо. «Нил по-любому знал. Но если он предал… то почему тогда предупредил? И если не предал, почему молчал?» В зеркале заднего вида сверкнули горящие кварталы: бушевали троянцы, сжигая все на своем пути. «Неважно. Выживем — разберемся. А если нет… хоть умру, зная, что всадил ему пулю первым.» Венцеслав сидел, развалившись на заднем сиденье, его взгляд изредка задерживался на выцветших, порой абсурдных вывесках, добавляя штрихи к общей картине их бегства. Эта пауза, тишина, словно сплетаясь с мертвым городом, нагнетала атмосферу, делая ее еще более невыносимо. — Так… — Эндрю ударил ладонями по рулю, повернув голову к новому знакомому. — Что ты можешь рассказать о Ваймаке? Венцеслав бросил на Эндрю хитрый взгляд исподлобья и улыбнулся. У Ники от этого взгляда мурашки пробежали по коже, но он подавил желание отвернуться. — Ваймак был одним из ключевых разработчиков Морияма, — тихо начал Венцеслав. Эндрю кивнул, наблюдая за дорогой: — Это проект, где создали тебя? — Именно. Он был заведующий отделением, а я, как Шестой субъект, был приставлен к нему, как разумный компаньон для помощи в проекте. Меня для этого и создавали, собственно, — тут кивнул уже Венцеслав. В его взгляде не было и толики обиды за то, что ему пришлось пережить на опытах. — Когда случилась катастрофа, никто не рассчитывал на такие последствия. Я просто сбежал. Это была их задумка. Эндрю слушал, пытаясь сопоставить факты с теми, которые он знал. «Так вот, что имел ввиду Десятый, когда говорил, что стоит присмотреться к Ваймаку. Как же вовремя появился Венцеслав.» Следом в рассказе, красноволосый упомянул, что у Ваймака были разногласия с неким Веснински. Он не знал точно, кто он такой, слыхал его фамилию несколько раз, но объяснил, что один из предполагаемых субъектов — его сын. Эндрю сглотнул: неужели Джостен? Он постарался не думать об этом, но все мысли и догадки приводили лишь к одному. *** Она знала, на что идет. Схватив сумку и забрав всю сумму из рук одной из медсестер, Мэри покинула здание лаборатории в безумной спешке, оставив позади все сомнения. В тот дождливый вечер Натан рвал и метал. Он итак последние полгода был не в духе, а сегодня как-будто с цепи сорвался. Натаниэль молча наблюдал за его состоянием из шкафа. Тот разбрасывал бумаги, переворачивал мебель и бил посуду. — Эта сука поплатится, — прорычат он, усаживаясь за стол. — Выходи! Нил вздрогнул, скрипнув дверцей, но вышел, не отнимая взгляда от отца. — Послушай меня, мой мальчик. Хочешь, я тебе обеспечу лучшую жизнь, — начал Натан, установив с сыном зрительный контакт. — Я уже подписал контракт. Тебя заберут хорошие дяди и тети. Нужно чтобы плохая мама тебя ни за что не нашла. Представь, она хочет тебя у меня забрать… Ты ведь не хочешь этого? Натан уставился на сына с мольбой в глазах, словно это не он сейчас крушил и ломал все вокруг. Натаниэль застыл. — Натаниэль… — с нажимом повторил мужчина. — Ты у меня такой славный мальчуган. Я сделаю тебя сильным и выносливым, если ты сделаешь то, что я попрошу. Я не хочу, чтобы ты меня боялся, — Натан постарался изобразить искреннюю улыбку. Конечно, он не стал говорить, что Мэри, оказывается, закрыла его счета, переведя все средства на свой счет. Натан не учел того, что она могла в любой момент это сделать — у нее были все данные, а он ничего не скрывал, но отчего-то ждала шанса. И он ей подвернулся, когда в их жизни, а именно в жизни Натана было все плохо: сокращения по работе, корпорации не шли на контакт, проблемы с жильем. Она хладнокровно аннулировала несколько договоров, тем временем сумма на ее счету умножилась в несколько раз. Натан, не теряя самообладания, смотрел прямо в черные зрачки Кенго. За спиной, не подозревая о своей судьбе, стоял Натаниэль. Воздух в стерильном помещении казался еще более тяжелым от невысказанных слов и скрытых намерений. — Касательно долгов… у меня есть предложение, — кивнул Натан. Его голос ни капли не дрогнул. Кенго тут же перевел взгляд за его спину, встретившись с любопытными голубыми, как чистая гладь воды, глазами, и его губы еще шире расплылись в улыбке. Его холодные черные зрачки сканировали мальчика, будто измеряя его потенциал. — Предложение, которое может решить все твои проблемы, не так-ли, Натан? — проговорил Морияма. Его голос был спокоен, но в нем таилась стальная уверенность. — Вы хотите отдать нам вашего сына… на опыты? Натан сглотнул, его взгляд метнулся к Натаниэлю, затем обратно. — Да… ради него… ради его будущего. Пообещайте ему новую жизнь. Морияма, все так же хитро улыбаясь, поглядывал на младшего Веснински, словно на добычу. Взгляд то и дело задерживался на мальчике, и в нем читалось предвкушение. Он кивнул, уверенный в своих действиях и в словах Натана, о его обещаниях о погашении своего долга. Этого момента он ждал. — Мы согласны, — произнес Морияма. — Вы гасите свой долг. А ваш сын… он начнет новую жизнь. Жизнь, которую мы ему дадим. Следом полетело множество бумаг и замысловатых слов, от которых у Натаниэля кругом шла голова. Он не понимал, зачем отцу такая волокита, и почему он так смотрел на него. Жалобно. Наверное, будет скучать по нему. Да, определенно. Натаниэль не знал, что Натан надеясь, что это хоть как-то погасит его пожизненный долг перед лабораторией, отдал самое дорогое и последнее, что у него было, на растерзание лаборатории. А Мэри тихо исчезла или будто растворилась в воздухе, унеся с собой все свои секреты и вину. *** — Ты точно не знаешь, что за мужчина был? — уточнил Ники. Венцеслав покачал головой. — Зуб даю, правда не знаю. Мне Ваймак такого не говорил ничего. — Знакомая фамилия, — пробормотал Эндрю, вдавливая педаль газа. — Все это пиздецки странно. Вся эта хуйня, и в ней замешаны почти все мои знакомые, блять. — Эй, а я? — воскликнул Ники и Миньярд закатил глаза. — Ну ты… и Аарон. Кевин, — пожал плечами Эндрю, ни секунды не сомневаясь в своем брате. — Это я к чему… почему мы должны тебе верить? — Опять ты за свое, — вздохнул Венцеслав, — следи за дорогой! Эндрю резко вывернул руль влево, улетая на обочину. Баранка перестала слушаться его, отчего он принял решение резко затормозить. Какая тварь выскочила на дорогу? Он уже было перевел взгляд на зеркало заднего вида, как его челюсть чуть не отвисла от увиденного, а тело бросило в дрожь. — С-сука, — только и смог выдохнуть он, открывая двери автомобиля и осторожно выглядывая назад. Ники последовал его примеру. — Очередная тварь под колеса бросилась, — подначил красноволосый, прежде чем Эндрю бросил короткое «нет» и захлопнул двери. Делать было нечего, поэтому он вышел вслед за остальными. *** Он не понял, как он вылетел из здания, а следом раздался очередной взрыв. Быстрые шаги троянцев настигли его тогда, когда он уже не понимал, в какую сторону направляется. Перед глазами плыло, а плечо нещадно саднило. Сил хватало только лишь на то, чтобы взглянуть, кто перед ним. Темный силуэт в светлых одеждах склонился над ним, проведя рукой по волосам. «…устал… продыху… нет… берите…», — Нил услышал только некоторые обрывки фраз, перед тем, как сознание померкло. Троянец, присевший около рыжеволосого, встрепенулся, увидев красную радужку заместо обычных голубых глаз. — Всем оставаться на местах!!! Оружие наготове!!! — он отпрыгнул от него так ловко, что Десятый не успел его поймать и улыбнулся. — Ты подписываешь смертный приговор себе и своим товарищам, — субъект вскинул брови, с удивлением наблюдая, как троянцы оперативно вскидывают оружие в его сторону. — Жан, отойди подальше!!! — вскрикнул второй солдат. «Жан Моро», — пронеслось в сознании Нила, ныне Десятого. Окруженный троянцами сейчас он был в безвыходном положении. Десятый в своей новой ипостаси взглянул на старого знакомого Нила с неподдельным удивлением: — Жан? А я думал ты на побегушках у Ваймака. — Не дождешься, — ответил Жан, вытирая пот со лба. Его глаза загорелись ненавистью, а дуло автомата было четко направлено в лоб субъекта. — Я прикончу тебя быстрее, чем ты успеешь что-то вякнуть, животное… Но ломаная фраза с французским акцентом оборвалась. Не дав Жану договорить, Десятый, движимый первобытным инстинктом, рванул вперед. Это было настолько быстро, что Жан не успел надавить на курок. Оружие молниеносно было отброшено на приличное расстояние, а чужие шершавые пальцы, словно клешни, вцепились в голову Моро. С треском, от которого кровь застыла в жилах, он оторвал ему голову. Кровь хлынула, забрызгав все вокруг. Остальные троянцы, охваченные ужасом, открыли огонь на поражение. Пули, которые попадали в него, лишь подпитывали его ярость, врезаясь в тело, причиняли невероятную боль. Но раны закрывались почти мгновенно, оставляя лишь легкое жжение. Он не чувствовал страха, лишь злость на таких никчемных созданий, которые даже автомат в руках удержать не могли, а еще назывались элитным отрядом. Вновь та же картина: отрывая конечности, словно сухие ветки, он доставал руками сердца из грудных клеток, сжимая их до тех пор, пока они не превращались в кровавую кашицу. Зубами рвал плоть, наслаждаясь криками троянцев, наслаждаясь их болью. В какой-то момент, осознав, что ему нужно отступить, так как солдат не убавлялось, а только становилось больше, он ринулся бежать. Троянцы преследовали его. Их выстрелы эхом отдавались в мертвых переулках. Десятый мчался по городу, словно дикий зверь, высматривая место, где можно переждать бурю и восстановить силы. Добравшись до очередного старого дома у главной проезжей части, он остановился. Дыхание сбилось. То была не усталось, а необузданная ярость. Перед ним выстроилась новая партия солдат, а их автоматы, как обычно были направлены на него одного. Действительно, ведь они считали его угрозой. Монстром. Но он назло им будет жить дальше. Он понял, что они давили не качеством, а количеством, ибо он уже валялся бы где-нибудь обезглавленный. Их тупые бошки так и просились, чтобы их размозжили. — Он монстр! — словно подтверждая догадки Десятого, крикнул один из солдат, отступая назад. Взгляд его метнулся на лужи крови и тела бывших товарищей. — Стреляйте!!! Не дайте ему подойти!!! — вторил другой, но было слышно, как его голос ломался от страха и ожидания собственной смерти. Каждый из них думал только о своей погибели. Их слова тонули в нарастающем гуле. — Вы думаете, что ваше жалкое железо способно остановить меня? — голос Десятого прозвучал с усмешкой, но до сих пор был полон презрения и злобы, которая, как казалось присутствующим, сочилась здесь и сейчас отовсюду. — Я – ваша смерть. Я – кошмар, сотворенный из ваших ошибок, теперь наслаждайтесь тем, что имеете, уебки. Десятый издал низкий утробный рык, который, казалось сотряс сам воздух. Десятый ринулся вперед, сшибая солдат с ног. Огонь был открыт, но пули лишь с визгом отскакивали от его кожи, оставляя лишь малейшие неприятные ощущения. Один из самых смелых подобрался ближе, саданув сзади по шее острым ножом. Рука Десятого метнулась к нему, как за ноги схватились остальные. Не обращая внимания на них, субъект рванул на особо прыткого и оторвал с треском его конечность. Кровь попадала в глаза, рот, нос, уши, закладывая их. А в глазах Десятого до сих пор кипела неугасающая ярость. Троянцам казалось, что он только-только начинал приходить в азарт. Безумно. Он был неудержим. Прыгал, кувыркался, словно играючи, увлрачиваясь от смертоносных пуль. Он не просто рвал, он выламывал конечности троянцев, которые обвисали, словно у кукол, и вбивал их обратно в тела врагов. Солдаты падали, их крики смешивались с диким ревом и предсмертной агонией умирающих от ран. Когда от всей оравы осталась парочка солдат, те с грохотом повыкидывали свои оружия, упав на колени. Их глаза заметались в ужасе перед кровавым монстром, который восстал перед ними. Десятый же, не чувствуя ничего кроме насыщения с особым упоением добил оставшихся троянцев, оглянувшись назад: со стороны проезжей части раздавался рев мотора. «Неужели очередная подмога», — пронеслось в голове, и субъект поморщился против своей воли, отчего у еле живого солдата с переломанными конечностями случился прилив адреналина. Он принялся истошно махать тем, что осталось от рук, а глаза его метались из стороны в сторону. Его предсмертная агония позабавила Десятого, с коим упоением он встал тому на голову и размозжил ее. Каждая его клетка пульсировала. Его тело, истерзанное пулями и ножевыми ранениями, медленно, казалось, с мучительным скрипом, начинало регенерировать и двигаться в сторону проезжей части, где совсем скоро подъедет автомобиль. Он поднял окровавленную руку, протягивая ее в пустоту: — Удачи, Джостен, — его хриплый и грубый голос растворился в воздухе также, как и он сам, оставляя позади себя кровавые последствия. Для любого прохожего это могло бы показаться безумием, но какие тут будут, черт возьми, прохожие? Вон те, которые валяются дохлым мусором повсюду и издают жалобные писки? Смешные и беспомощные создания. Субъект исчерпав себя на этой последней схватке парадоксальным образом стал сильнее. Обстоятельства, через которые пришлось пройти, закалили, сделали сильнее, выносливее, а его способности к регенерации — хоть и тяжелой, но неизменной, теперь в разы быстрее и распространялись вне зависимости от того, кто «у руля». Джостен вернулся в реальность с оглушительным ударом. Нечто массивное и твердое врезалось в него, выбивая весь воздух из легких, ломая ребра и швыряя его на твердую шершавую поверхность. Он попытался вдохнуть, но легкие словно пламенем опалило. Голова раскалывалась, а в ушах стоял пронзительный звон, смешанный с низким, непонятным гулом. Он все таки с неимоверным усилием заставил себя открыть глаза и посмотреть вокруг. Оказалось бесполезно — вокруг все расплывалось. Яркие пятна света — фары, расплывались в слепящие ореолы. Спустя несколько попыток разглядеть хоть что-нибудь, он понял, что находится прямо на проезжей части, и в сознании кольнуло: чем Десятый занимался, пока он был в отключке? Где Рико? Неподалеку раздался скрежет шин — машина остановилась. «Лишь бы он никого там не убил…», — пронеслось в мыслях Нила о Десятом. Но почему тогда Нил чувствует себя так паршиво? В руках и ногах была такая слабость и боль, что он не мог ими даже пошевелить. Желудок предательски подташнивало, а во рту ощущался такой знакомый металлический привкус. Дверца остановившейся машины осторожно открылась. Нил смог разглядеть лишь расплывчатые силуэты, их точно было несколько, если у него не двоилось в глазах. В руках у силуэтов что-то блеснуло. Оружие? Его мозг отказывался обрабатывать информацию даже о том, что это могло быть за оружие. Он почувствовал, как его, словно мешок с картошкой, подхватывают сильные руки и без малейшей нежности запихивают на заднее сиденье автомобиля. «Вот, я опять в плену», — с досадой подумал Джостен прежде, чем отключиться следом за Десятым. Они оба оказались на пределе. *** Мазерати летел по разбитой дороге, оставляя позади шлейф из пыли и город. На заднем сидении Нил лежал без сознания, его дыхание было хриплым и неровным, но все же оно было. Ники молча смывал с его лица и тела запекшуюся кровь тряпкой, смоченной в воде из фляжки. Под слоем грязи и крови проступали синяки и свежие раны, которые еще не успели затянуться. — Он весь исколот, — тихо проговорил Ники, касаясь странных следов на руке Нила. — Как будто его не пулями пытались остановить, а шприцами. Эндрю на это только хмыкнул и крепче сжал руль. — Регенерация во всю матушку. — Тут по пути церковь. Можем заскочить туда, — Венцеслав ткнул в карту и повернулся к остальным. Положительного ответа ждать не пришлось, им было негласное молчание. Церковь утонула в густой, почти осязаемой тишине, нарушаемой лишь прерывистым дыханием спящих. Лунный свет, пробиваясь сквозь щели в досках, легкими полосами ложился на пыльный пол. Нил проснулся от того, что горло горело огнем. Сухость была такой сильной, что казалось, будто песок скрипит на зубах. А еще этот мерзкий металлический привкус во рту. Он с трудом приподнялся, опираясь на локоть. Голова гудела, тело ныло, но жажда была сильнее. Он осторожно, стараясь не шуметь поднялся и наощупь нашел небольшую кадку, в которой, на его удивление, действительно оказалась вода. О, Боги, как он хотел пить! Руки дрожали, когда он зачерпнул горсть воды и с жадностью прильнул к ней губами. Горсть прохладной воды обожгла пересохшее горло, но не принесла облегчения. В ушах все еще стоял гул, а в висках отдавалась тупая боль. Внезапный скрип половицы заставил Нила резко вздрогнуть и обернуться. В дверном проеме показался Эндрю. Сердце Нила екнуло — сейчас начнется. Опять эти фантомы. Опять эти допросы. Опять эти флешбеки. Опять ночной кошмар. С обвинениями. С тем же холодным презрением, что и всегда. Он инстинктивно отшатнулся, приготовившись бежать. Но Эндрю не сдвинулся с места. Он просто молча стоял и смотрел в упор на Нила. Его лицо в лунном свете скорей было уставшим, но не злым. Тяжелое молчание затянулось, прерываемое лишь храпом Ники и ровным дыханием Венцеслава в углу, о которых Нил ни слухом, ни духом. — Ты… — голос Нила сорвался, звуча хрипло и неуверенно. — Что это? Сон? Или… — Не сон, — тихо, но четко произнес Эндрю. Он сделал шаг вперед, отчего теперь полностью можно было увидеть его измученное выражение лица. — Хотя, черт возьми, я и сам в этом не уверен. Нил медленно выпрямился, разминая шею, все еще ожидая подвоха. — Как ты здесь оказался? И… где «здесь»? — он окинул взглядом темный зал церкви, смутные очертания скамей и спящих тел неподалеку. — Мы тебя подобрали. Ты был… не в лучшей форме. Будешь должен, — Эндрю скрестил руки на груди. — На тебе была чужая кровь. Мы переодели тебя. «Который раз… », — Нил приложил руку к лицу, все еще проверяя, не кажется ли ему происходящее сном. — Не совсем помню. Так, обрывками… Меня преследовал очень хорошо вооруженный отряд, униформа которой была далеко не нашей. Такая светлая… Эндрю напрягся, а его глаза сузились: — Опиши их. — Ну такая светлая униформа. Бежевая, то ли чуть ближе к желтому. Такие жетоны золотые. Они сначала осматривали все четким строем, но… без опознавательных каких-либо знаков. Мы с Рико пытались уйти, но они заметили нас. В голове у Эндрю щелкнуло. — Это же троянцы, о которых говорил Венцеслав. Как мы на них не напоролись… — Кто-кто? — Долбаеб. — Сам. — Неужели сложно было просто убежать, а не рваться в драку, — Нил заметил, как взгляд Эндрю из уставшего сделался осуждающим. — Это те люди, которые охотятся за тобой. И подобными тебе. Нил усиленно попытался вспомнить, что же произошло дальше. — Я помню там одного солдата. Нет, это Десятый помнил. Он что-то узнал. Не я был, — по ходу своих повествований Джостен то и дело высматривал неизменную реакцию Эндрю. — Там парень был. Смутно помню его лицо… он, кажется, мертв уже. Десятый свернул ему башку… Не помню… Жан, кажется? Осознание нахлынуло на него с такой силой, он обхватил колени обеими руками и уткнулся в пол. Повисло молчание, прежде, чем он продолжил, уже не глядя в лицо Миньярда. — Жан Моро? Так ведь его звали… — Так я знал, что этот тип не так-то прост. Он на тебя так косился постоянно, — блондин обыденно пожал плечами, будто они сейчас обсуждали какой-нибудь инцидент с бабками на лавочках, а не смерть человека. — Он отдал свое. — Я не могу представить, — Нил взглянул на затянувшиеся раны на ладони. — Он хотел меня убить. — Но вышло наоборот, весело, правда? Усмешка. — Они ведь не остановятся только на мне? Эндрю мотнул головой. — Ваймака они тоже ищут, сто процентов. — А Ваймака за что? Эндрю мысленно усмехнулся: и этот вопрос слетает с уст того, кто говорил присмотреться к нему. Но нет же… — Ваймак тоже замешан во всей этой хуйне, так понятнее? — Миньярд выгнул бровь. Нил лишь молча кивнул, переваривая услышанное. Да, это объяснение было получше всяких заученных терминов. — Вот, что мы делаем, — Эндрю шагнул ближе. — Ты остаешься с нами. Не уходишь. Не сбегаешь, как это сделал в прошлый раз. Не устраиваешь кровавых бань, без крайней необходимости. А мы… мы помогаем тебе скрываться. Я тебе это говорю, вроде бы, не в первый раз, Джостен. Я тебе говорил, что мы разберемся с твоей проблемой, — Эндрю склонил голову набок, отчего стал выглядеть несколько зловеще в глазах Нила. Последний вспомнил, что и слова Аарона тоже были такими. Рене… где они сейчас? Так хотелось задать множество вопросов сейчас, но он понимал, что скорей голова взорвется от переизбытка информации прежде, чем он ее услышит. — Почему мы здесь? — Потому что Ваймак съебался в неизвестном направлении. Потому что нет всех, кто был с нами. Остались только я и Ники. Мы не знаем, где все остальные. Судя по твоим словам, Жан уже мертв, — подытожил Миньярд, чувствуя рукой в своем кармане смятую пачку сигарет. Да, было бы неплохо перекурить. Впереди вся ночь, а спать не совсем то и хотелось, предстояло многое обсудить. — А что ты получишь взамен? — спросил Нил с долей своего прежнего скепсиса. — Мы получаем шанс выжить, — резко ответил Эндрю. — Ты хотя бы знаешь, как выглядят эти троянцы, как действуют. Ты – лучшее оружие против них в нашем случае, сейчас. И… — он запнулся. — …я не хочу верить, что тот парень, с которым я делил консервы и пули, полностью исчез. В его голосе прозвучала неожиданная нота – что-то вроде старой, почти забытой, товарищеской связи. Нил долго смотрел на него, а потом медленно кивнул: — Договорились. Но если Десятый выйдет из-под контроля… — он не договорил, но Эндрю все понял. — Тогда мне придется сдержать свое обещание, данное в начале пути, — взгляд Миньярда стал тяжелым. — Но, давай постараемся до этого не доводить. Лунный свет продолжал серебрить пол церкви, изредка скрываясь за облаками. Наряжение между ними немного ослабло, сменившись усталым принятием. — Меня предупреждали о троянцах. Говорили, увидишь, беги. Куда угодно. Не пытайся драться. Теперь понимаю, почему. Ваймак, тоже, кажется мне, не хотел, чтобы мы знали, что они ищут таких, как ты. Как мы, — Эндрю откинулся на холодную стену церкви, выдыхая горький дым из своих легких. — Мы? — Нил насторожился. — Венцеслав, он… Шестой, — Эндрю невзначай бросил взгляд на спящую фигуру в углу. Нил проследил за его взглядом. — А ты – Десятый. Думаю, нас всех в одном месте собрали не просто так. Либо я чего-то не знаю и о своей семье? Может, Ваймак что-то замышлял, но он знал, что троянцы будут в городе, поэтому заранее собрал свои монатки и слинял. Нил медленно выдохнул, проводя рукой по лицу. — Я не знаю, но лаборатория Морияма же для чего-то нас создала, для чего им убирать нас так внезапно? Они же не просто так вживляли в нас эту дрянь, — Нил звучал так, словно уже смирился с этой участью. — Скорей всего что-то вышло из-под контроля, я думаю… — Мы нужны им живыми, — прошептал Эндрю. — Для чего? Ваймак оставил нас не для… — Венцеслав что-то знает, — не дал ему договорить Эндрю и повернулся к нему лицом. — Не думаешь разбудить его, и устроить ему допрос с пристрастиями? — Ой, нет, — сразу же отмахнулся Нил, переключив внимание на нового знакомого. — Среди нас должен быть хоть один выспавшийся человек. — Ники. — Он не субъект. — А Венцеслав, судя по его словам, не сильно отличается от обычного человека. — Да ну, — пожал плечами Джостен, наблюдая, как Эндрю делает последнюю затяжку, тушит и выкидывает сигарету куда-то в темноту. — Подожди. Если я Десятый. Венцеслав – Шестой. А… — он запнулся, задумавшись, а узнал ли Эндрю за это время, что Аарон – Седьмой, но решил не испытывать судьбу. — А… значит, где-то еще есть и остальные субъекты, ведь так? — Первый обитает где-то в городе, я думаю, Венцеслав заикался о нем, — Эндрю замер. Эта мысль явно не посещала его голову. — Троянцы по-любому его ищут. — Нам нужно найти их первыми. — Оптимистично. — Рискнуть стоит, — Нил выдавил из себя улыбку, хотя радостью тут и не пахло. Эндрю понял, из-за чего он так сильно раздражался, когда видел его глупую рожу. — Слушай, мы палкой по воде водим. Неизвестно, кто завтра из нас сдохнет, но постарайся, чтобы это был не ты, — Эндрю встал и напоследок обернулся. — Рад, что ты вернулся. Иди спать. И в конце концов, займись самоконтролем. Ты уже всех заебал. Улыбка не сходила с лица Нила, он кивнул. И прежде, чем успел что-то ответить, Эндрю растворился в темноте, оставив наедине с гудящей тишиной и новой, но все же такой хрупкой, надеждой. Венцеслав, чье дыхание оставалось ровным и спокойным, тихо улыбнулся