Психолог, няня, отец или просто Вэй Усянь

Лондон встретил их зимней морозилкой и толпой журналистов. В Китае климат более спокойный, а потому не привыкшие туристы как один поежились. Вэнь Нин, кажется, сразу ледяной коркой покрылся, да так, что на него пошел шарф Цзян Чена. Они с Ванцзи не очень восприимчивы к переменам температур, а поэтому отдали особо теплую одежду на съедение более чувствительным. Судя по тому, что видит Лань Чжань, метеочувствительность обошла гены Юй стороной. Кровные дети Цзянов и Цзинь Лин вышагивали так гордо, будто не они совершили только что десятичасовой перелет со сменой часовых поясов. Цзинь Цзысюань зябко натягивал на уши розовую шапку жены и капюшон, а Вэй Ин прямо в аэропорту раскрывал чемодан и доставал свой супер-пуховик для походов как минимум на северный полюс, поэтому сейчас он беззаботно крутился с Цзинь Лином, ловя снежинки ртом. Снежинки. Лань Ванцзи видел их всего лишь единожды в жизни. Ребенком был совсем, не помнит даже. Наконец Цзинъи, который ехал на чемодане Вэй Ина, попросил Ванцзи, везущего чемоданы, сделать остановку, а затем на грани своих возможностей побежал резвиться с папой. Лань Ванцзи, конечно, был против, потому что потом немудрено и заболеть, вон, Вэй Ин уже насквозь мокрый, но… — Можешь идти, если хочешь. — ровно обозначил он, слегка наклонив голову к Юаню. Мальчик, до этого горестно цепляющийся за полу пальто отца и кусающий губу, радостно и неверяще оглянулся на Ванцзи. Мужчина едва заметно улыбнулся. Не дожидаясь, пока старший передумает, Лань Юань побежал мочить штаны в сугробах. Им наверняка весело, думал Лань Ванцзи, наблюдая за резвящимися в снегу детьми и Вэй Ином. Шапка последнего уже ни капли не красная, а помпон превратился в снежок. Поначалу Юань страшился этого снега, но Цзинъи, взращенный на мультиках разных мастей, объяснил, что это такое и что оно очень вкусное. Ох, будет же лечить три больных горла Ванцзи… А потом Вэй Усянь насыпал за шиворот старшему брату целую пригоршню снега. Цзян Чен мигом разъярился и выражался всем чем можно в присутствии дошкольников и родителей. Вэй Ин смеялся над ним, наваливался и прыгал со спины, пока не свалил окончательно в придорожный сугроб. Юй Цзыюань ругалась, что их не пустят в такси, Цзян Фэнмянь успокаивал ее, что за ними заедет его друг на микроавтобусе, так что все будет хорошо. Цзинь Цзысюань ругался на сына, пытаясь выковырять из его ушей и носа снежные снаряды, но потом сам получил по хребту сосулькой и сдался под напором всепоглощающего веселья. Как удачно, что снега навалило столько, что убирать его уже бесполезно и новые сугробы просто сметают с дорожек. Лань Чжань искренне думал, что его эта вакханалия не коснется. Как же он ошибался. За мыслями о том, куда же он положил грелки и как быстро он сможет их раздать нуждающимся, Ванцзи пропустил момент внезапной атаки. Прямо в затылок со снайперской точностью был выпущен крепко слепленный снежок. Обернувшись, Ванцзи сразу вычислил виновника. Пока Цзян Чен и Цзинь Цзысюань перекатывались в снегу, поочередно душа друг друга, а Цзинъи старался бежать быстрее, чтоб догнать прохвоста Цзинь Лина, Вэй Ин нагло ухмылялся, подкидывая в руке еще один снежок. Юань рядом с ним пал на колени и ткнулся лицом в снег в неуклюжем поклоне. Насколько же я его запугал, думал Лань Ванцзи, метнув взгляд на сына. Считав не радостный настрой друга, Вэй Ин крикнул: — Хэй, Лань Чжань! Лань Чжань еле увернулся от летящего комка снега. Он уверен, что Вэй Ин намеренно кинул криво. Он очень меток, когда хочет. Но все равно этот вызов Лань Ванцзи не принять не может… — Идиоты. — сказала Юй Цзыюань, когда сидящий напротив нее в минивэне Лань Ванцзи сдержанно чихнул. — И не говорите. — согласилась Вэнь Цин, поглаживая все еще мерзнущего Вэнь Нина на ее коленях, когда Цзян Чен громоподобно раскашлялся. — А-Сянь, еще салфеточку? — заботливо интересовалась Янли, подавая Вэй Ину и его потекшему носу очередной платок. Вэй Ин благодарно кивнул и улегся на плечо Ванцзи, закидывая ногу ему на ногу и рукой обнимая локоть. Цзян Ваньинь, которому в чистые (когда-то) брюки прилетело грязным ботинком, наклонился и оттолкнул ногу приемного брата. Резкие движения заставили его снова дико закашляться. Вэй Ин сипло посмеялся с него и чуть не задохнулся соплями. Лань Ванцзи сосредоточенно хмурился, отгоняя из носа подбирающийся чих. Цзинь Цзысюань, жучара, чувствовал себя все еще прекрасно. Вэй Ин чисто для того, чтобы он болел с ними за компанию, прислал Цзян Чену ссылку на пошаговую инструкцию по насылу порчи. А то вот еще, морозился со всеми, а здоров как бык. Так не пойдет! Мелких ребята решили не проклинать, хоть они тоже, кажется, бодры и счастливы. Цзинь Лин откопал ведерко со льдом и бутылками шампанского, которое под курткой спрятал Цзян Фэнмянь, и втихую запихал себе в рот пару кусочков замороженной воды. Потом кинул один за шиворот Цзинъи и предложил попробовать Юаню. Первым всю эту детскую развлекуху засек Цзинь Цзысюань, но он предпочел бессмысленным наставлениям предоставление детям практического опыта. Знания приходят с ошибками, а поэтому пусть испытывают себя. Лань Ванцзи мог только злобно щурить глаза и обещать Юаню тройную дозу прописей, если тот еще хоть один кусочек льда сож… Издевательски глядя ему прямо в глаза, Цзинъи запихнул в рот старшего друга еще одну льдинку. Ванцзи бы высказал, ой как высказал, но это не в его стиле. Так что он просто буравит взглядом непослушных детей. Тем более, на его груди только прикорнул Вэй Ин, и он может проснуться от любой малейшей вибрации «подушки», которая точно возникнет в момент отчитывания. — Ой, Лань Чжань, даже не видя твоего лица я чувствую агрессию. Успокойся и поспи, тебе нужно… Потом еще в отель заселяться, морока морокой, а ты в самолете всего три часа поспал… — пробубнил Вэй Усянь с заткнутыми салфеточками ноздрями и слепо похлопал Ванцзи по щеке ладонью. Ванцзи глубоко вздохнул и постарался умерить пыл. Какой-то он в последнее время раздражительный. Навязчиво хочется еще раз побить стену или постоять под дождем. Боль отрезвляет и приводит в чувства, как ни странно. Блять, да что с ним такое… Вэй Ин мерно погладил его по груди и сжал руку в своей покрепче. Лань Чжаню стало намного легче. Даже сердце успокоилось. Выходи за меня, Вэй Ин? Юй Цзыюань едва заметно пошевелила губами и переглянулась с Цзян Фэнмянем. Ну, как переглянулась. Посмотрела, не дождавшись ответного взгляда, потому что дядя Цзян притомился и уже спит, орошая капающей с волос талой водой боковую дверь. Никакого понимания в этом доме!.. А, вот, Вэнь Цин есть. На удивление, у нее очень выразительные глаза. Гора скепсиса и сестринской усталости явственно отражаются на дне радужек. Еще мадам Юй слышала, что девушка будет представлять честь их страны с совершенно новым проектом искусственной модели сердца. Юй Цзыюань очень хочет стать ее инвестором, эта девушка со своей командой способна на многое. Они точно сработаются, особенно после того, как одними глазами и мимолетными изменениями мимики обсудили всех сидящих в машине. Идиоты, чуть вновь не проронила Цзыюань, когда Цзинь Лин выпнул Цзинъи из детского кресла в ведро с шампанским. *** В отель заселяться реально тяжело. Вроде места все куплены, а ты еще это докажи десятерым подрядчикам. Случилось так, что сайт перегрузился из-за наплыва посетителей и один номер просто испарился. Придется кому-то сожительствовать… Единогласно соединили Лань Чжаня и Вэй Ина. Потом все чемоданы куда-то увезли, как оказалось, не в те номера. Мадам Юй бранилась на весь этаж, да так, что ей подарили огромную корзину фруктов и абонемент в спа, лишь бы прекратить эту публичную порку. Цзыюань выглядела ужасно неудовлетворенной, но муж ее успокоил. Юродивым детям достались неугодные госпоже фрукты, так что Вэй Ин поднимался в свой номер на тридцатом этаже довольно пожевывая сушеное манго и периодически скармливая кусочки облизывающимся детям, маячащим где-то на уровне бедер. Лань Чжань, кушая свои доставшиеся из корзины яблоки, не мог перестать думать о том, что им с Вэй Ином светит совместная ночь. Даже, скорее всего, на одной кровати. А детей куда? На диван. Да. Все равно они поспали в самолете и точно не заснут ночью. Тем более, часовой пояс Лондона отличается от Шанхайского на восемь часов. Китайская ночь была как раз в самолете, так что последующие десять часов точно дети будут бодры. В Лондоне сейчас вечер, а в Шанхае уже раннее утро. Хорошо, что врачам никакие смены часовых поясов нипочем. Врачи спят в любую свободную минуту. Разумеется, психолог и владелец клиники не исключения. Тем более, что обоим необходимо восполнить потерянные часы сна: Вэй Ин последнее время разрабатывал проект, который представит на саммите, вернее, оформлял его, а Лань Чжань, конечно же, работал. Нет, это невозможно. Ни минуты покоя! Еще немного и Лань Чжань уволится, чесслово. Нет, так нельзя делать. Эту должность завещал ему сам дядя… Тот самый дядя, который… да господи, Лань Чжань, нельзя тебе увольняться! Единственное, о чем мечтал Вэй Ин — это поскорее зарыться носом в совсем новые простыни отеля и не вылезать примерно никогда. В отелях обычно самые мягкие, совсем как облачко, кровати. Но на руках два ребенка, волосы превратились в сосульки, а тело точно грязное. Психолог очень надеется, что мужской комплект банных принадлежностей будет рассчитан на его метровую косу. Вот же, и все свои кондиционеры с бальзамами как назло кончились! Интересно, а он найдет в Англии аналог его отечественных брендов? Или придется ждать экстренную доставку с Родины? Головешку-то ему надо мыть… Лань Чжаня бесит абсолютно все. Начиная от брошенного пробегающей мимо горничной взгляда, заканчивая цветом ковра под ногами. Где-то заорал Цзинь Лин — раздражает. Цзинь Цзысюаню стукнуло дверью в лоб и все засмеялись — бесит. Громко. Ужасно. Когда Ванцзи споткнулся о стык двух ковров, он чуть не разнес этот паршивый отельчик по кирпичикам. Дрожащие руки спрятал в карман пальто. От жгучего негодования даже немного замутило. Юань схватился за развязанный пояс белых одежд, хочется как можно скорее уйти от непрямого прикосновения, Цзинъи пошатнулся и оперся о Лань Чжаня, хочется отпихнуть его, Вэй Ин потыкал в порыве смеха локтем в бок, даже это было неприятно. Стоп! Что происходит?! Почему дышать так тяжело?! Кажется, даже зрение помутилось, все звуки приобрели странное эхо и совсем не совпадали с движением ртов говорящих… — Лань Чжань! Очнись, приди в себя, пожалуйста, дорогой! — Ванцзи резко обрел землю под ногами и мир вокруг. Вэй Ин обеспокоенно глядел на него снизу вверх, заламывая брови и теребя за плечи. Ванцзи обнаружил себя прижатым к стене телом Усяня в полутемном номере. Психолог, увидев, что взгляд Лань Чжаня стал осмысленным, облегченно выдохнул и уткнулся лбом в его грудь. — Как же ты меня напугал… — Я потерял сознание? — спросил Ванцзи. Вэй Ин шмыгнул носом и недовольно нахмурился: — Это ты мне и расскажешь! Каким бы я ни был профессионалом, я не умею читать мысли. Что произошло, Лань Чжань? — от былой раздражительности не осталось и следа. Этот заботливый, мягкий тон голоса Вэй Ина всколыхнул в Ванцзи сногсшибательную волну нежности, да такой силы, что хирург не выдержал чесотки в руках и порывисто обнял Усяня. — Оу… — Вэй Ин не сумел закончить предложение, ведь Ванцзи прижал его голову к своему плечу, нарочно затыкая рот. Хватит слов. Ванцзи и так показал себя не с самой спокойной стороны, достойной его титулу младшего сына семьи Лань. Даже утешения от Вэй Ина будут звучать как издевательство. Словно Ванцзи носом будут тыкать в его же дерьмо. Мол, да, ты слаб и грешен, посмотри на это. Не достоин своей фамилии. Хотя… кто достоин? Дядя поступил плохо, совсем не благородно. От своих мыслей Ванцзи порой хочется свернуться калачиком и спрятаться подальше. Лань Тунъянь, хоть и был чрезмерно строг, он был хорошим отцом, давшим детям не только дорогу в будущее, но и воспитав их по достоинству. Выходит, истинными Ланями могли зваться только Сичень и отец? Ах да, еще Лань Тэн. И пускай он больше никогда не назовется своим именем, он всегда будет примером для своего диди Лань Чжаня. Но Лань Чжань не только не взял с него пример, как планировал, но еще и убил. Будто миссией его жизни было уничтожить или хотя бы покалечить безгрешных господ, достойных никогда не встречаться с ним. — Не мог бы ты… отпустить… у меня все еще насморк и… дышать… — когда ключицы Ванцзи обдало горячим воздухом, вылетевшим вместе с просьбой… о. Лань Ванцзи снова причинил вред. Вред Вэй Ину. Чуть не задушил в своих объятиях, утешительных только для него. У Вэй Ина есть любимый человек. Ванцзи переступил черту. — Прости. — а поэтому он извинился и отстранился. Вэй Ин зябко поежился и Лань Чжань снова подумал о том, что теперь ему холодно из-за него. Все плохое из-за тебя, Ванцзи. — Я пойду прогуляюсь. — стоило развернуться, как Вэй Усянь ухватился за его запястье и сказал чуть смущенно: — Ну уж нет. Мои обнимашки не бесплатные пока мы с тобой не в браке или хоть не в отношениях. Поэтому сейчас мы с тобой идем в спальню и ты мне все подробно рассказываешь. Что у тебя за мысли, как часто они тебя посещают и на кого направлены. — у Лань Чжаня нет ни сил, ни желания для пошлых мыслей. Он послушно ложится на кровать и закрывает глаза. Возможно, ему действительно стоило выговориться. Озвучить все, что давит на плечи и не дает дышать. Пусть он и не называл имени Вэй Ина, он сделал так, что каждое предложение указывало на него. Вэй Ин должен был понять! Но, эх. Не видя и не слыша психолога было легко представить, что его и вовсе нет в комнате. А разговаривать с собой не так уж и плохо, знаете ли. Как ни странно, после длительного едва слышного монолога усталость накатила с небывалой силой. Тиски, сжимающие виски, разжались. Грудная клетка расслабилась, дав вздохнуть спокойно. Ванцзи устал хранить секреты за фасадом непробиваемой секретной базы. Замолчав, он чуть скривил лицо. Слабый, немощный и такой отвратительный. Не достойный того, чтобы просто находиться с Вэй Ином в одной комнате. — Отдыхай. — прошептал Вэй Ин, поднимаясь с прикроватного кресла. — Я подумаю, что с этим можно сделать. А затем поцеловал. В лоб, между бровей, разгладив тревожную складку. Но по ощущениям, вылил целый чайник кипятка. И жар разлился патокой, обвивая своими щупальцами. Последним, что он увидел перед тем, как отключиться, была невозможно мягкая улыбка Вэй Усяня. И Ванцзи грешным делом хотел, чтобы так было всегда. Вэй Ин, прикрыв за собой дверь, тяжело оперся о стену. Сердце заполошно билось и ему пришлось прижать к груди руку, чтоб хоть немного успокоиться. Лань Чжань окольными путями сказал, что имеет чувства к занятому человеку. И это не Вэй Ин. — А-Сянь? — позвала осторожно Цзян Янли, проходящая мимо по коридору. Вэй Усянь поднял мокрые глаза на сестру. *** — …и у него есть любимый человек. А еще нервный срыв. Я думаю, недосып и избыток чувства вины. Я без понятия, что делать. Успокоительные нельзя, только если курс снотворного. Но и оно вызовет привыкание и эмоциональную заторможенность. Нельзя терять такой хрупкий прогресс, понимаешь? Черт, еще и лунатизм! Один в пустом номере, набитом острыми и опасными вещами! Думаю, мне стоит вернуться. — Вэй Ин почесал затылок. Они с сестрой сидели в отдаленной оранжерее отеля на скамеечке между фикусами. — А ты знаешь, кто этот «любимый человек»? — спросила Янли, поглаживая тыльную сторону ладони младшего брата. — Точно не я. — горестно вздохнул Вэй Ин. — Ах да, А-Сянь, тот, кому ты признался в последнем интервью — Ванцзи? — Ну разумеется. Он же такой!.. Такой хороший. Милый, заботливый, старающийся все сделать по красоте. В него невозможно не влюбиться, даже если не брать в учет божественную внешность. — психолог откинулся на спинку скамейки и вдохнул воздух, наполненный цветочным ароматом. — И почему ты думаешь, что ваши чувства не взаимны? — интересовалась Янли, мечтательно глядя на гладенькие тропические листья вокруг. — Потому что. Ну, он сказал, что его любимый человек занят, что обнимая, он причиняет ему вред. Что вообще много где напортачил относительно него. Или нее. — А теперь скажи мне, А-Сянь, с кем обнимается Ванцзи? Вы знакомы полгода, вместе живете и работаете. Ты же должен знать. — Цзян Янли хитро улыбнулась, но быстро скрыла это рукой. — Ну, ни с кем кроме меня. И то, почти всегда я был инициатором. Хотя сегодня именно он обнял первым. Ха-ха, чуть не придушил меня, заткнул рот! А нос мне временно не доступен. А больше… я и не видел никого, кто к нему приблизился бы больше, чем на почтительное расстояние. Янли замолчала. Вэй Ин замолчал, ожидая от нее последующего развития диалога. Но его не было. Вэй Усянь напоролся на странный взгляд… Вот оно! От шока психолог расширил глаза. Лань Чжань не обнимается ни с кем, кроме него. Вэй Ин признался, что любит кого-то на интервью. Ванцзи вполне мог посчитать это тем самым «занят». Вэй Ин сегодня пожаловался Лань Чжаню, что не может дышать. Вполне себе причинение вреда, гиперболизированное в сознании Ванцзи. Да даже взять недавнее раскрытие пятилетней аварии, косвенным образом Лань Чжань виновен в том, что Вэй Ину разорвало руку. — О, я идиот. — молвил Усянь. Янли только мило улыбнулась, никак не опровергая. Вэй Ин извинился и полетел к лифтам. Это же! Это же судьба! Если все так, как подразумевала Янли, то нужно как можно скорее поцеловать Лань Чжаня и объясниться с ним. Когда Вэй Ин зашел в их апартаменты, Лань Чжань обнаружился стоящим посреди гостиной. Он слегка покачивался и дергал руками. Вэй Ин обошел Лань Чжаня, заглянул в пустые золотые глаза, хихикнул от того, что вот этого Лань Чжаня, тихого и такого милого, никто кроме него не видел. Кстати, знает ли Хуань про сомнамбулу брата? Не важно. Сейчас ничего не важно. Не особо сопротивляясь резкому желанию, Вэй Ин привстал на носочки и долго поцеловал хирурга в щеку. Глаза не стали смотреть осознанней, Ванцзи не проснулся, но на губах его растеклась робкая улыбка. Усянь пораженно замер. Он никогда не видел такую явную улыбку Лань Чжаня. Тут же захотелось сфотографировать, распечатать и обвешать снимками всю комнату, но Вэй Ин ревностно откинул это желание. Было что-то в том, что эта прекрасная улыбка запечатлена лишь в его памяти, особенное. Личное, интимное. Усянь коснулся кончиками пальцев этих губ. Мягкие. Он не успел распробовать в прошлый раз, ха. Хорошо, что Вэй Ин успел вернуться раньше, чем Лань Чжань убился обо что-то. Комнаты отеля не предназначены для лунатиков, как минимум этот телевизор не выглядит прикрученным к тумбе, а тумба — к полу. Усянь медленными шажками довел Ванцзи до спальни и уложил в кровать. Глаза, еще не закрытые, блуждали бессмысленно по потолку. Вэй Ин знает, что у некоторых во время сомнамбулы открываются глаза и не стоит этого бояться, а потому даже не удивился. Прикрыл веки ладонью и оставил ее на лице Ванцзи. Ресницы трепыхнулись еще пару раз, но вскоре успокоились. Когда в дверь позвонили, Вэй Ин совсем не романтично пытался опустошить нос от надоедливых сопель. Чертыхнувшись на напрочь забивающий пути к дыханию насморк, психолог пошел открывать. — Спит? — мило поинтересовалась Цзян Янли, стоя в дверях с небольшим подносом. На серебряном блюде был чайный набор: белый чайник с цветочным узором и две искусно выделанные чашки из явно дорогого фарфора. — Лондон славится своими чаями. Я заварила классический зеленый, вы должны попробовать. Обладает успокаивающим эффектом и помогает со сном. — Спасибо тебе, сестрица. Выручаешь. Не зайдешь? — Вэй Ин перенял поднос и отступил вглубь. — Нет, что ты. Я с детьми посижу, а ты иди вздремни. Устал, наверное, бедненький. — старшая провела ладонью по волосам Вэй Ина на макушке. Он доверчиво прильнул к гладящей руке и кивнул: — А кто не устает, цзэ? Ладно. Зайди, когда решите погулять. Все-таки Лондон сам себя не посмотрит! Зеленый чай очень полезен и намного круче черного, по мнению Вэй Ина. Он не только улучшает иммунитет и поднимает настроение, но и снижает массу тела. Еще очищает от холестериновых бляшек и укрепляет стенки кровеносных сосудов, повышает их эластичность, повышает устойчивость нервной системы к стрессам, увеличивает работоспособность и внимательность, укрепляет кости, волосы и ногти, снижает риск возникновения кариеса, замедляет процессы старения организма и защищает от вредного УФ-излучения, ускоряет регенерацию и заживление кожных тканей… но не суть. Сидя на стульчике около кровати и смотря на умиротворенное лицо Ванцзи, Усянь потягивал чай. Необычный запах, да и вкус не такой как в Китае. Ох уж эти англичане… Вэй Ин упал лбом прямо на живот Лань Ванцзи, выбив из того весь воздух и заставив снова чихнуть. Лань Чжань, резко сев, не успел понять ничего, кроме того, что Усянь либо помер, либо просто отрубился на нем, и то, что если он не попьет в ближайшие пять секунд, все здание услышит разрывной кашель и, после этого, с вероятностью в шестьдесят процентов взорвется. Попив так удобно находящегося под рукой чая, Лань Чжань решил перетащить все же Вэй Ина на кровать. Не умер, просто спит. Не донес. *** — Хорошо, что я решил не идти в мед. — бурчал Цзян Чен, напару с Цзинь Цзысюанем перекладывая Вэй Усяня на кровать из положения «полулежа на полу полусидя на стуле». Юй Цзыюань подошла к подносу с чаем. Одна чашка опрокинулась и чай разлился по поддону. Понюхав чайник, женщина закатила глаза: — Снотворное. — Их отравили?! — испугался Цзян Фэнмянь, — Мне нужно было тщательнее проверить отель и попросить сводку о посетителях… — запаниковавшего мужчину звонко похлопала по плечу дочь: — Не нужно волноваться, кто бы это ни был, он явно знал, как действует недосып на человека. — сказала Янли и направилась на выход. — А-Ли, это твои приколы?! — придушено возмутился Цзян Ваньинь, шею которого пережала внезапно ожившая рука младшего брата. Сестра неслышно усмехнулась и испарилась из номера. — В любом случае, до конференции еще три дня. Доклад Вэй Усяня полностью готов, я проверила. В идеале им обоим проспать все эти три дня, а то и больше. — заключила Вэнь Цин, взяла за руку Вэнь Нина и отправилась вслед за новой подругой. Идиоты, подумала Юй Цзыюань, поправляя на мальчиках одеяло. Дядя Цзян сердобольно подложил Вэй Ину под нос стопку салфеток на случай нежданного потопа. *** Современному человеку так много нужно успеть, что он часто нарушает режим сна. Это может повлечь за собой не только ощущение усталости и плохое самочувствие, но и более серьезные проблемы со здоровьем. Особенно важен для человека ночной сон. Если им пренебрегать долгое время, то организм теряет защитные силы, и риск развития многих хронических заболеваний увеличивается. Неполноценный сон может ухудшить не только физическое, но и психическое здоровье: появляются депрессия, нервозы, чувство раздражения и агрессии. От недостатка сна страдает внешний вид и красота: опухают глаза, появляются темные круги, кожа тускнеет и становится более склонной к сухости и болезням. Плохой сон в течение длительного времени приводит к изменениям в выработке нейромедиаторов в тканях головного мозга, что является одной из причин развитии депрессии. Иногда и сама депрессия мешает человеку спать. Бессонница — это один из первых признаков депрессивного состояния. Согласно недавним исследованиям, более 90% людей, у кого наблюдается депрессия, тревожность и нервозность, страдают от плохого сна. Серьезные аварии на дорогах и на производстве часто связаны с неудобным графиком сна и усталостью участников инцидентов. Сонливость и утомляемость водителя могут привести к автокатастрофе и несчастным случаям. Недостаток сна ухудшает координацию, ослабляет память и способность сохранять информацию, замедляет реакцию и принятие решений. Все эти факторы плохо влияют на способность управлять любым транспортом или контролировать механизированное производство, что увеличивает риски несчастных случаев. Для тех, кто работает по 24 часа в день, необходимо периодически устраивать перерывы для сна хотя бы на 15-20 минут. Это восстановит силы и убережет от невнимательности. Лань Чжаню снилась всякая билиберда, но он был рад. Давно же ему ничего не снилось! Хирургу снилось, что он обнимает Вэй Ина, что может коснуться его макушки чувственным поцелуем, заплести его волосы в косы, поцеловать каждый его пальчик, увидеть улыбку и услышать радостный смех. И это было бы так хорошо, выглядело так правильно. Брат говорил, что они подходят друг другу. Выходи за меня, Вэй Ин?