Детка в отрыве

— Дин, уже семь двадцать. Тебе нужно встать, если мы не хотим опоздать, — мягкий, но настойчивый голос пробился сквозь сон, как зубная боль сквозь обезболивающее. — Кто, блядь… что?.. — Дин зашевелился, уткнувшись лицом в подушку. Голова гудела так, будто в ней ночевала рок-группа. — Какое… вообще… время?.. — Семь двадцать. Сегодня понедельник. Первый учебный день. Университет начинается в восемь сорок. Но мне ещё нужно получить студенческий билет и расписание. И найти аудитории, — Кас говорил всё тем же ровным, спокойным тоном, будто диктовал прогноз погоды, а не разрушал чью-то жизнь. — Ты чё, блядь, будильник с душой? — простонал Дин, свешивая одну ногу с кровати и разглядывая её, как будто впервые увидел. — Как ты вообще проснулся? Тебя вчера в этот час ещё не существовало! — У меня установлена внутренняя система регуляции сна. — У тебя что, Windows внутри? — Дин зарычал, натягивая на голову подушку. — Иди найди себе автобус. Или телепортируйся, не знаю, ты же, типа, почти святой, вот и помолись — вдруг кто подкинет. — У меня нет прав. И ты обещал Мэри — то есть твоей маме, — что будешь помогать. — Маминой любви к тебе вообще можно в Ватикане свечку ставить, — пробурчал Дин. — Вчера ты только вошёл в дом, а она уже варила тебе овсянку и спрашивала, тёплые ли у тебя носки. Меня она так не любит с детства. Кас подошёл ближе. Стоял над ним, как школьная совесть. — Дин. — Что, блядь? — У тебя на тумбе телефон. Он вибрировал три раза. Кто-то пишет: "Где ты, лентяй, пора ехать". Это, судя по имени, твой друг — Бенни. Дин вынырнул из подушки с лицом «существовать больно». Посмотрел на экран. И правда. Три сообщения, одно матерное. Бенни всегда был прямолинейным. Он сел на кровати, зажав лицо в ладонях. Тишина. И тут Кас спокойно добавил: — Кстати, половая эрекция в состоянии утренней гипнопомпической фазы — абсолютно физиологична. Особенно у мужчин твоего возраста. — …ЧЕГО?! — Дин уставился на него в ужасе. Кас даже не моргнул: — Я всего лишь хотел уточнить, что это нормальный биологический отклик. Нет необходимости смущаться. Дин с грохотом свернулся в одеяло, как в кокон. — Я тебя ненавижу. — За знание физиологии? — За то, что произнёс "эрекция" своим голосом! В этом доме нельзя ТАКИЕ вещи говорить с такой интонацией! И вообще, вали в машину, профессор стояковедения! Кас, кажется, воспринял это как похвалу. — Я собрал свои вещи. Я готов, — сказал он, застёгивая верхнюю пуговицу на рубашке, будто собирался не на пары, а в суд или на похороны. — Господи, разожмись немного, а? Ты выглядишь так, будто собираешься защищать диссертацию о смысле жизни. Мы едем в местный универ, а не на встречу с Далай-ламой. — В любом деле важно поддерживать должный уровень уважения и подготовки. — Иди уже в машину, блядь, пока я не уснул на стояке. Кас кивнул, как будто ничего необычного не прозвучало. А Дин потащился за ним — невыспавшийся, взъерошенный, в одном носке. И мысленно прикидывал, сколько чашек кофе понадобится, чтобы пережить это утро с этим ходячим гуглом. Винчестер припарковался, как обычно — наискосок, через две линии, с лицом "да мне похуй, я местный". Кас сидел на пассажирском сиденье с прямой спиной, будто у него вшит режим «автопилот — пунктуальность». — Вот мы и приехали в исчадие ада, — буркнул Дин, хлопая дверью машины. — Добро пожаловать в университет, где больше тупости, чем в любом тиктоке, который ты когда-либо видел. — Я не пользуюсь TikTok, — честно сообщил Кас, закидывая рюкзак за плечо. — О, как неожиданно, — скривился Дин. — Ещё скажи, что читаешь энциклопедии по вечерам. — Иногда. Вчера я начал с раздела по теоретической астрофизике. — Ты как Шелдон, только живой и с глазами, в которых можно утонуть… — пробормотал Дин, а потом резко опомнился. — Э, забей. Пошли. У входа уже толпились знакомые. Бенни — в своей неизменной кожанке, с кофейным стаканчиком и видом «я видел жизнь». Лесли — в обтягивающих джинсах и с глазами, как у охотника на скидки. — Ну наконец-то, — сказал Бенни, когда увидел их. — А я думал, ты сдох во сне, Дин. — Кто это с тобой? — с интересом спросила Лесли. Кас остановился рядом, вежливо кивнул. — Меня зовут Кастиэль. Я студент по обмену из Европы. — О-о-о, из Европы, — протянула Лесли с улыбкой, которой можно было греть чай. — А откуда именно? — Дания. Маленький городок недалеко от Фленсбурга. — Боже, у тебя такой акцент... — Лесли слегка склонила голову. — Ты звучишь, как искусственный интеллект, запрограммированный на воспитанность. — Он так и есть, — вставил Дин, скрестив руки на груди. — У него прошивка 2.0. Модель «Европейский джентльмен-ботаник». Подключается к Wi-Fi и может наизусть процитировать учебник биохимии. Бенни хохотнул, отхлёбывая кофе: — Ты его что, на Алике заказал, Дин? Бесплатная доставка и три месяца гарантии? — Слушай, не ржи. Он будет жить с нами вместо Сэмми, — продолжил он, обращаясь к Лесли. Кас, между тем, с лёгкой улыбкой оглядывал кампус, будто сканировал его для базы данных. — У вас тут много студентов. Атмосфера довольно динамичная. — Ну да, местами пахнет травой и тупостью, но зато никто не скучает, — отозвался Бенни. — А ты, брат, чем увлекаешься? Девушки, вечеринки, может, выпивка? — Я предпочитаю самопознание и чтение. Хотя ваш культурный опыт мне интересен. Лесли аж вспыхнула: — Самопознание… Боже, ты такой… необычный. Винчестер кинул испуганный взгляд на девушку и быстро выдал: — Ладно, ботаник, иди оформляйся. Увидимся потом. И если кто спросит — я привёл тебя по дружбе, а не потому, что мама поставила ультиматум. Ок? — Принято, — сказал Кас и исчез в здании уверенной походкой, будто шёл читать лекцию, а не слушать её. Когда он скрылся из виду, Лесли повернулась к Дину: — Дин, а он… эм… свободен? Дин выплюнул воздух через нос, как будто услышал, что кто-то влюбился в пылесос. — Не-не-не, забудь. Кас — это не варик. Он не просто ботан — он, скорее всего, не человек. Я почти уверен, что он питается солнечным светом и моралью. — Он странный. Но такой… интересный. Дин застонал. — Началось. Только не влюбляйтесь в него все сразу. У него, скорее всего, в паспорте вместо даты рождения стоит формула Эйлера. — А ты чего так бурчишь, а? — усмехнулся Бенни, щёлкая его по плечу. — Уже прирос к нему? — Отвали, — буркнул Дин. — Это не привязанность. Это… синдром заложника. Но даже он сам не поверил в то, как это прозвучало. Винчестер раздражённо барабанил пальцами по рулю, пока Кастиэль аккуратно складывал свой рюкзак на заднем сиденье так, будто там лежали образцы антиматерии, а не учебники. — Ну что, поехали, Эйнштейн? — Дин запустил двигатель с таким рёвом, что Кас дёрнулся, будто услышал прогноз скорого апокалипсиса. — Ты… всегда так агрессивно заводишь машину? — Только когда мне надо быстрее сбежать от ответственности, — усмехнулся Дин, выезжая с парковки. Он одной рукой ловко открыл банку пива (давно освоил этот навык) и сделал здоровенный глоток. Кас уставился на него, как на террориста. — Ты пьёшь за рулём. — Нет, я наслаждаюсь жизнью за рулём. Разницу чувствуешь? — Это незаконно и повышает риск ДТП на 40%, — отчеканил Кас, будто зачитывал доклад. — О, блядь, у нас тут живая Википедия, — Дин фальшиво ахнул. — Ладно, Кастиэль, признавайся: ты вообще никогда не пил? — Нет. — Ни капли? — Ни капли. — Ни сигареты? — Нет. — Ни разу не трах… — Нет! Дин поперхнулся пивом, кашлянул и чуть не вывернул руль в сторону встречки. Грузовик оглушительно просигналил, а Кас вцепился в подлокотник, впервые за день показав эмоции — чистый ужас. — Видишь?! — Дин ткнул пальцем в Каса, едва вернув машину в свою полосу. — Из-за таких, как ты, и случаются аварии! — Что?! — Ну да! Если бы ты хотя бы раз в жизни был пьян, ты бы сейчас не орал, а смеялся! Кас открыл рот, закрыл, потом снова открыл: — Это… самая идиотская причинно-следственная связь, которую я когда-либо слышал. — Зато работает, — Дин самодовольно хмыкнул и сделал ещё глоток. — Ладно, святоша, слушай сюда. Ты живёшь один раз. И если за всю свою жизнь ты не попробовал ничего весёлого, то какой, блядь, в ней смысл? Кастиэль нахмурился, его синие глаза сверлили Дину лоб, будто пытались найти там хоть крупицу логики. — Смысл — в знаниях. В открытиях. В… — В том, чтобы сидеть в библиотеке и нюхать страницы? Охуенный план. — Лучше, чем нюхать кокаин. Дин фыркнул, чуть не разбрызгав пиво. — Кто-то явно читал слишком много страшилок. — Это статистика. — А это — жизнь, — Дин откинулся на сиденье, одной рукой балансируя руль. — И знаешь что? Я её тебе покажу. Кас медленно повернулся к окну, будто искал пути к бегству. — Я внезапно вспомнил, что забыл… свою родину. Можно развернуться? — Не-а, — Дин широко ухмыльнулся. — Добро пожаловать в настоящее образование, ботаник. И под аккомпанемент возмущённого бормотания Каса он добавил газку.