Параноидальный молодой мастер вынашивает ребенка

Выйдя из дома, Ян Ци встретился с друзьями детства. Он никогда не умел скрывать свои чувства, и плохое настроение тут же отражалось на его лице. Друзья переглянулись, и Лин Шэн прямо спросил, в чём дело, не натворил ли опять проблем его «настоящий молодой господин». Ян Ци отвернулся. Похоже, его друзья знали его как облупленного. С друзьями Ян Ци не стал ничего скрывать и сразу выложил: – Сегодня утром у него что-то переклинило, схватил чемодан и ушёл. Даже маму с папой не послушал, когда они пытались его остановить. – Интересно, что он опять задумал? Ян Ци искренне недолюбливал Се Жуна. Само существование Се Жуна постоянно напоминало ему о том, что он – вор, причём вор со стажем в двадцать лет. До появления Се Жуна всё в его жизни складывалось как нельзя лучше. Он родился с золотой ложкой во рту, единственный сын в богатой семье. И кто бы мог подумать, что эта золотая ложка окажется фальшивой? Подделкой. Да, Ян Ци – подделка. Он украл у Се Жуна двадцать лет жизни, украл его родителей, украл всё, что ему принадлежало по праву. По идее, этот вор, будь у него хоть капля совести, должен был уйти сам, уйти подальше и вернуть родителей, не связанных с ним кровными узами, Се Жуну. Однако Ян Ци с детства был избалован и привык к вседозволенности. Родители его обожали. Как он мог просто так отказаться от людей, которых двадцать лет называл мамой и папой? Родители, после возвращения Се Жуна, хоть и начали заботиться о нём, но он постепенно перестал возвращаться домой, и родители стали названивать ему по несколько раз в день, даже наняли людей, чтобы его разыскать. И тогда Ян Ци понял, что для родителей он важнее Се Жуна. Он даже специально притворился больным, искупался в ледяной воде, продрог до дрожи во всём теле и, как и ожидалось, подхватил лёгкую простуду. Родители тут же переполошились, даже несмотря на то, что Се Жун усердно работал и добился кое-каких успехов, им было всё равно. Тогда Ян Ци ясно осознал, что его родители, даже если они и не связаны с ним кровными узами, всё равно больше заботятся о нём. Даже если Се Жун и настоящий молодой господин, это не значит, что он должен вытеснить его, фальшивого молодого господина. И пусть родители больше заботятся о нём, фальшивом молодом господине, Ян Ци всё равно неспокойно на душе. С друзьями ещё ничего, они хоть и подшучивают над ним, называя фальшивым молодым господином, но делают это беззлобно. А вот посторонние люди, они за глаза обсуждают его, называя фальшивкой и самозванцем. Однажды он случайно услышал, как люди собрались и обсуждали его. Они говорили, что у него и правда толстая кожа, раз он может как ни в чём не бывало продолжать жить в этом доме. – На его месте я бы уже давно сгорел от стыда. – Я бы давно поджал хвост и сбежал. Тогда Ян Ци, услышав это, сжал кулаки так, что чуть не сорвался и не полез в драку. Хоть у него и скверный характер, и он действительно легко пускает в ход кулаки, когда чем-то недоволен, в тот раз он всё же сдержался. Если он подерётся, об этом узнают родители. Он не должен позволить родителям узнать, что он подрался из-за того, что его назвали бесстыдником. Он должен поддерживать в глазах родителей образ хорошего сына. Но после того случая Ян Ци понял, сколько людей на самом деле над ним смеются. И именно из-за этого ненависть Ян Ци к Се Жуну стала ещё сильнее. Зачем было появляться человеку, которого не было двадцать лет? Не раньше, не позже, а именно сейчас. Словно нарочно, чтобы высмеять его. Смотрите, Ян Ци, ты вор. Ты отвратительный вор. Ян Ци схватил чашку и залпом выпил чай. У него перехватило в горле, и он хрипло закашлялся пару раз. – Не будем о нём, – Ян Ци поставил чашку, и в его глазах застыла хмурая тень. – Эй, я тут кое-что забавное нашёл, – вдруг сказал другой друг, Се Хэн, и потряс телефоном, показывая Ян Ци и другим друзьям, чтобы те посмотрели на экран. – Что там забавного? Линь Шэн проявил нескрываемый интерес, его лицо тут же отразило любопытство. – Как думаете, забавно, что кто-то умудрился очаровать младшую дочку финансового магната? …поймал такси и поехал домой. 　　– Что за магнат, что за дочка? Ты можешь назвать имена? Линь Шэн замахнулся ногой, чтобы ударить Се Хэна, но тот ловко увернулся. Полусидя, он поднёс экран телефона к глазам Линь Шэна. Линь Шэн взглянул и тут же хмыкнул. – И правда, молодец. Раньше он подлизывался к одному, потом к другому, но все они вместе взятые не имели столько веса, как этот один. – Но что-то здесь не так. Разве двоюродный брат этого парня не твой будущий жених, Ян Ци? – Ян Ци, что ты думаешь об этом? 　　Линь Шэн забрал телефон у Се Хэна и передал его Ян Ци. Взгляд Ян Ци медленно скользнул по экрану, и, увидев знакомое утончённое лицо, он приподнял уголки глаз. – Как говорится, если ты не приблизишься, кто-то другой займёт твоё место. – Это уже неинтересно. У него симпатичное, даже привлекательное лицо, но все знают, что этот ребёнок любит красивых, к тому же он очень непостоянен. И какой смысл к ней приближаться? Она никак не повлияет на мнение своего брата. – Неужели из-за её симпатии к кому-то, жених кое-кого может измениться? – Как думаешь, Ян Ци? 　　\ Ян Ци мрачно смотрел на фотографию, где мужчина и женщина шли почти рука об руку. Женщина – двоюродная сестра его будущего жениха, а мужчина – нелюбимый им настоящий наследник. Оставляя в стороне неприязнь к настоящему наследнику, Ян Ци должен был признать, что эта сцена была очень приятной для глаз. – Вдруг стало интересно. Может, мне стоит пойти посмотреть? – И заодно сообщать вам последние новости. Линь Шэну было немного интересно посмотреть на настоящего наследника, как на обезьянку в цирке. Разведывать информацию для Ян Ци – одно, а развлечься самому – другое. – Конечно, иди. Мы всё тебе доверим. Се Хэн был из тех, кто любил наблюдать за чужими проблемами. – Вы, ребята, умеете развлекаться. – Всё ради тебя. Надо помочь тебе убедиться, что всё в порядке. – Какую ещё проверку? Если он действительно хорош, не страшно, если даже уведёт его. 　　Ян Ци бросил телефон обратно Се Хэну, откинулся на спинку дивана и с равнодушным видом произнёс: – Как ни крути, у его семьи власть и положение не из простых. Если ты женишься на нём, будет только польза, никакого вреда. 　　Ян Ци по-прежнему был равнодушен и даже холодно фыркнул: – Всё так просто? Как думаете, если у нас с ним возникнут разногласия, он уступит мне? – Чем жениться на таком человеке, я бы лучше нашёл кого-нибудь с обычным статусом. В таком случае, как бы он ни развлекался на стороне, партнёр не сможет его контролировать. Но если это действительно Шэнь Тиншань, то, попав в семью Шэнь, ему придётся соблюдать множество раздражающих правил. – Тогда ты хочешь расторгнуть помолвку? – Не хочу. В крайнем случае, можно будет откровенно поговорить, или же он уедет отсюда в другой город и будет развлекаться там. Главное, чтобы об этом не узнали здесь. Ян Ци уже всё продумал. Что касается того, почему он, не любя Шэнь Тиншаня, всё же согласился на брак по расчёту, то он видел в этом больше выгод. И ещё он хотел, чтобы настоящий наследник, Се Жун, знал, что все хорошие вещи в семье достаются только ему, а не Се Жуну. Даже если это Шэнь Тиншань, хорошие вещи должны достаться ему, он не уступит их Се Жуну. – Продолжайте болтать, я пошёл. 　　 Линь Шэн встал и направился к выходу. Ян Ци, глядя ему вслед, медленно прищурился. Се Хэн рядом с ним набирал сообщение на телефоне. Получив точный адрес, Се Хэн переслал его на телефон Линь Шэна. Линь Шэн, сидя в машине, посмотрел адрес на телефоне. Это была гостиница, в которой было много развлечений. Многие люди из их круга любили туда ходить. Часто, приехав в эту гостиницу, за один день можно было встретить много знакомых. Двоюродная сестра Шэнь Тиншаня, и ещё Се Жун. Даже дураку понятно, кто из них первым подкатил к другому. – Се Жун? Настоящий наследник. Забавно. Не ожидал, что такое, как в телевизоре, может произойти с ним в реальной жизни. Линь Шэн развернул машину и поехал в сторону гостиницы. По дороге Линь Шэн вспомнил, о чём иногда думал: если бы в самом начале не перепутали настоящего и ложного наследников, то рядом с ними, друзьями детства, был бы не Ян Ци, а Се Жун. Судя по лицу Се Жуна и его склонности к эгоизму и жадности, они вполне могли бы стать хорошими друзьями. Подумав об этом, Линь Шэн усмехнулся, нажал на педаль газа, и машина ускорилась. В гостинице Фан Мин потащила Се Жуна на шведский стол. Время было раннее, в ресторане почти никого не было. Се Жун позавтракал, а Фан Мин – нет, поэтому она решила объединить завтрак и обед. Се Жун сидел на месте. Он не был особо голоден, поэтому в основном смотрел, как ест Фан Минь. В ресторане играла тихая фортепианная музыка. Слушая прекрасные звуки фортепиано, Се Жун, незаметно для Фан Мин, положил руку на живот. Живот был плоским. Сейчас ребёнку всего два с лишним месяца, это всего лишь крошечный эмбрион, у которого ещё не выросли ручки и ножки. Но Се Жун был совершенно уверен, что его ребёнок находится в его животе. Представляя, как ребёнок родится, будет рядом с ним и нежным голоском называть его папой, Се Жун подсознательно смягчил выражение лица. В этот момент его выражение было необычайно нежным. Фан Мин как раз подняла голову и посмотрела на него. Увидев это, она не смогла удержаться и сделала фотографию на телефон. Хотя звук был выключен, Се Жун всё равно это заметил. Се Жун слегка улыбнулся Фан Мин. – Очень вкусно? – Да, очень вкусно. Ты тоже поешь. 　　Говоря, Фан Мин положила очищенную креветку в тарелку Се Жуну. Се Жун посмотрел на розовое мясо креветки, взял её палочками и уже собирался поднести ко рту, но вдруг понял, что сейчас он беременен. Беременному мужчине, похоже, лучше не есть такую сырую и холодную пищу, особенно морепродукты. Морепродукты могут вызвать аллергию и вредны для здоровья ребёнка. Он чуть было не забыл об этом. – Я только сейчас вспомнил, у меня аллергия на морепродукты. – Извини. – Аллергия? Это нормально, у меня тоже есть аллергия на некоторые вещи, например, на молоко и мучное. Из-за этого каждый раз, когда я хочу съесть вкусный торт, мне приходится заранее принимать таблетку от аллергии, иначе я просто боюсь есть. – Так сильно любишь? 　　Ради вкусной еды готова принимать таблетки от аллергии. – Эх, у меня только эти пищевые пристрастия и остались. Или, может быть, ты меня поцелуешь, и я смогу перестать есть сладкое. 　　Фан Мин умела извлекать выгоду из любой ситуации. В прошлой жизни Се Жун не был близок с Фан Мин. Они даже не были друзьями. В отличие от сейчас, они сидят вместе за едой и обсуждают темы, как друзья. Друзья? У Се Жуна никогда не было друзей. Его глаза были затуманены желаниями, и даже если рядом были хорошие друзья, он отталкивал их. А потом он совершал одну ошибку за другой, строил козни, но ничего не получал. Напротив, он становился презренным в глазах других, и никто больше не хотел к нему приближаться. Переродившись, имея здорового ребёнка и такого друга, как Фан Мин, который делает всё, что ему нравится, Се Жун чувствовал тепло в сердце. Фан Мин, хотя и любила поесть, но у неё был небольшой аппетит. Съев немного, она насытилась. Вытерев рот и пальцы салфеткой, она встала. – Сегодня я ещё договорилась с двумя людьми поиграть в карты на небольшие деньги. Се Жун, ты должен быть со мной весь день. Я заплатила заранее. – Да-да-да, я получил деньги. Я же не из тех, кто берёт деньги и не составляет компанию. – Как же это хорошо! Теперь я понимаю, что иметь деньги – это действительно хорошо. – Да. Се Жун полностью согласился со словами Фан Мин. Раньше он не ценил деньги, даже не умел их ценить. Теперь он понимает, что наличие денег – это основа жизни. Никакая любовь не сравнится с деньгами. Имея деньги, можно выбирать свою семью, а не просить милостыню и ждать, пока тебе дадут любовь. Он может позаботиться о своей семье за деньги. О своём ребёнке. Благодаря перерождению Се Жун больше не будет, как в прошлой жизни, смотреть только на своих богатых родителей. Он снова увидел себя и своего ребёнка в животе. Теперь ему нужно всерьёз заняться только одним делом: хорошо выносить ребёнка, позаботиться о нём, чтобы он родился здоровым в этой жизни. Его кофейня приносит несколько десятков тысяч юаней выручки в день, этого достаточно для него одного, и у него нет других увлечений, требующих больших расходов. Кроме того, поскольку он переродился, он, естественно, знает некоторую предварительную информацию, например, какие акции скоро вырастут в цене, почти с нескольких юаней до нескольких десятков, то есть вырастут почти в десять раз. Се Жун уже заранее вложил в них все свои деньги. Сначала не все, но на следующий день, убедившись, что тенденция акций такая же, как он запомнил в прошлой жизни, он вложил все свои восемь миллионов юаней. Вскоре, менее чем через полгода, акции быстро взлетят в цене, и тогда его деньги увеличатся почти в десять раз, то есть составят десятки миллионов. Этого будет достаточно, чтобы содержать его и ребёнка. Се Жун счастливо предвкушал новую жизнь и новое будущее. Идя, он слегка улыбался, и весь его вид был таким нежным и спокойным, что Фан Минь подумала, что совсем не знает этого человека.