Создатель миров и блуждающая комета.

Подготовка к худшему пробуждению... Орион не просто так выбрал именно эту планету. Его создатели — те, кто когда-то давно дали ему сознание и парадоксальное чувство долга — вновь поручили ему задание: сотворить нечто необычное. Не просто биосферу, а целую колыбель для нового витка жизни. Планету, с которой эволюция могла бы начать свой путь заново, с чистого листа, но с тайным рецептом прошлого. Пока на поверхности царствовала лишь зелень, фауна выжидала. Озеленение шло по ускоренной программе — семена, грибы, мхи, парниковые выбросы, всё это запускало круговорот веществ в природе. Процесс был немного в попыхах, особенно с учётом того, что в последнюю неделю калибровку климата пришлось проводить вручную: автоматика капризничала и неожиданно включала снег в тропиках. Прошло уже семьсон лет (если верить хронологии колонии). Для планеты — миг, для проекта — вечность. Но результат впечатлял: зелёные долины простирались до горизонта, деревья шумели мягкой листвой, а в воздухе пахло свежестью и лёгкой мятой. Маленькие насекомые, впервые рождённые теплом ветра, уже строили свои микроскопические улейчики под листьями. Планета дышала. А посреди этого зеленого рая стоял человек, точнее — Эрджей. Кибернетик, техник, и по совместительству единственный, кто умел обходиться с древними криокапсулами без инструкции. Он аккуратно выкатил капсулу на середину поляны, напевая себе под нос старую песню с Земли, в которой слова «разморозка» рифмовались с «перезагрузка». — Так, вот здесь матрасик… и сюда... — бормотал он, аккуратно выкладывая по кругу мягкие антиударные щиты. — Вдруг у него ноги ватные будут… Упадёт — опять в капсулу, что ли? На всякий случай он поставил рядом термос с кофе и контейнер с шоколадным батончиком. — Это на случай, если сразу проголодается. Или если станет агрессивным. Глюкоза всех успокаивает. Орион, высокий и сияющий серебристым костюмом, стоял возле корабля и щёлкал пультом от энергощита. — Поле стабильно. Температура стабильна. Уровень глюкозы в шутках — критический, Эрджей. — Не ворчи, блестяшка. Лучше скажи, ты точно запрограммировал его проснуться без сбоев? — В 97.4% случаев просыпание проходит без побочных эффектов. В остальных — человек поёт шансон, пока не поест. — Надеюсь, не Трофима... И вот капсула зашипела. Загорелся зелёный индикатор. Внутри что-то чмокнуло — возможно, это размораживалась жевательная резинка, застрявшая в зубах. Володя открыл глаза. Он молча посмотрел в потолок капсулы, затем закрыл глаза снова. — Нет, ещё пять минуточек... — Володя! — крикнул Эрджей. — Ты дома! Ну, почти! — Где мама? Почему пахнет мхом? - крышка автоматически открылась и откинулась в бок. Он сел. Потом снова лёг. Потом, осознав, что лежит не в кровати, а на чём-то подозрительно прохладном и металлическом, сел снова, на этот раз решительно. Глаза его были как у человека, который пытается вспомнить, зачем встал. — Я... эм... мы на даче? — пробормотал он. — Почти, — сказал Орион. — Только дача находится в системе Зета-Финикс, и ближайший магазин — в шести световых годах. Володя осмотрелся. Деревья. Поляна. Неизвестная флора. Кофе в термосе. Батончик. Молчаливый робот и слишком весёлый техник. Он вдохнул носом — воздух был бодрящий, прохладный, но чуть-чуть отдавал чем-то новым. Над головой проплывало облако, похожее на беляша. — Я точно не умер? — спросил он. — Точно. Хотя один раз ты храпнул так, что мы подумали, капсула лопнула. Володя встал. Попытался сделать шаг, но ноги повели себя как макароны после долгой варки. Он с грохотом плюхнулся на мягкие матрасы, и выдал с пола: — Ну хоть батончик дайте… Возрождённому человеку не стоит начинать день на голодный желудок. Орион передал ему шоколад. Эрджей достал кружку. — Добро пожаловать в новую эру, Владимир. Ты — первый представитель фауны на этой планете. — А можно я буду хищником? Или хотя бы всёядным? — Как скажешь, только сначала — умыться, а потом разберёмся с пищевой цепочкой.