Создатель миров и блуждающая комета.

Королева Вербелла приблизилась к Флоре — медленно, как рассвет над туманной рощей. В её глазах, сверкающих мутно-сиреневыми отблесками, дрожало нечто, чего никто раньше не видел: эмоция. Не просто царственное удивление или холодное внимание. Настоящая боль, будто кто-то срывал лепестки с её сердца по одному. — Флора… — прошептала она. — Моя девочка. — Подождите, что? — выдавил Вова. — Какая девочка? Чья девочка?! — Она моя дочь, — медленно проговорила Вербелла. Голос её зазвучал увереннее, будто за ним стояли миллионы спор и тысячелетия королевских династий. — Наследница Престола. Леди Семи Мицелиев. Лунный Цветок Слияния. — Ну… у нас она просто Флора. — Орион пожал плечами. Король Фитариус подошёл ближе, каждое его движение напоминало сюжет из фильма ужасов , где пеньки перебирая корнями передвигались с одного места на другое медленно, но неудержимо. Его мох мягко колыхался, источая аромат древесины и осеннего дождя. — Когда ты исчезла… — проговорил он, — мир потерял равновесие. Леса замолчали. Почки на ветвях перестали расти. Тишина, словно смерть заняла место на троне. — Мы думали, что ты погибла, — добавила Вербелла. — Ты исчезла в пучинах космоса, как будто сама пустота поглотила тебя. Но я не смирилась. Наши технологии позволили прочесать галактики, заглянуть в каждый уголок... И я нашла тебя. — Доченька. Ты в порядке? Эти… органики не причиняли тебе вреда? Флора вздохнула, закатила глаза и с нотой подросткового раздражения ответила: — Мам, не надо так — это мои друзья. Никто меня не похищал. Хотя Вовчик пытался однажды, но он тогда спутал меня с ящерицей. Длинная история. Вова, услышав своё имя, встрепенулся: — Эй! Она в темноте светилась! Простое недоразумение! Кто угодно мог бы... Королева обернулась к нему. Наступила пауза. Тревожная. Влажная. Пахнущая спорами. — Это он? — спросила она, глядя на Владимира, как на замоченный в уксусе предмет. — Он трогал тебя? — Мам! — Просто скажи слово — и он станет частью моей коллекции редких лишайников. Очень декоративно. У нас даже конкурс есть: "Лучшее применение недостойных". Победитель прошлого года — лавочка из бывшего пирата. Вова слегка побледнел и рефлекторно прижался к Ориону. — Э… Ваше Величество, я… вообще за мир. Я пацифист. Король Фитариус подошёл ближе, внимательно изучая Вову. Его голос был глубок, как эхо в пещере: — Ты смешной. Мне это нравится. У тебя взгляд грибника, потерявшего компас, но нашедшего просветление в мухоморе. Как тебя звать, плесневелый ты мой? — Владимир. К вашим услугам, — не растерялся тот и изобразил реверанс. — А вы, я вижу, большой фанат садоводства? — Я часть леса. Его начало и нескончаемое продолжение. — Король Фитариус гордо вытянул руку - ветку, на которой росла клюква . — А ты — грибной компост. И уродливый. Не бойся, я съем тебя в последнюю очередь. Орион шагнул вперёд, пока Вову не запугали окончательно. Он уважительно поклонился, сложив руки на груди. — Ваше Величество. Моё имя — Орион Герклай Фу. Королева, уже собиравшаяся сказать что-то высокомерно-покровительственное, вдруг застыла. — Что ты сказал? — Орион. Герклай. Фу. — повторил он спокойно. Тишина опустилась, как внезапная тень от луны. Даже дроны, казалось, перестали гудеть. Грибной король застыл в позе, будто кто-то поставил фильм на паузу. Вербелла в изумлении медленно приблизилась и внимательно вгляделась в лицо Ориона. Затем вытянула из своих грибов маленький сферический прибор, поднесла к нему и… он запищал мелодию, похожую на "Симфонию сотворения". — Это… невозможно… — прошептала она. — Ты — Создатель Миров? Великий Архитектор? Повелитель Слоёв Реальности? Бесконечный Кодировщик? Вова вскинул брови: — Что, серьёзно? А я-то думал, он просто красавчик, который по ночам разговаривает со звёздами и забывает, где поставил кружку… Орион опустил глаза: — Было время... Королева осторожно дотронулась до его плеча. Грибы в её волосах дрогнули, испуская свет. — Мы думали, ты погиб. Легенды говорили, что ты растворился в Первородной Энергии. — Почти так и было. Но потом я встретил его. Он кивнул в сторону Вовы. И понял, что хочу быть полезным. Фитариус внезапно расхохотался: — Создатель Миров и человечешка! Это великолепно! Вербелла, это значит, что мы можем наконец перестать поклоняться древнему тотему. Великий и неповторимый Орион жив и продолжает творить , в пустоте космоса, свои божественные планы.