Создатель миров и блуждающая комета.

Орион с трудом разлепил глаза. Голова трещала, как старый радиоприёмник, тело не слушалось вовсе — казалось, он лежит под прессом и одновременно в вакууме. — Ну, наконец-то! Эрджей, он очнулся! — с облегчением крикнул Владимир куда-то в пустоту, словно звал на помощь. Орион прищурился. В глазах всё плавало, как в плохом 3D-фильме. Каждый шорох отзывался в голове как взрыв мини-бомбы. Его тут же замутило. — Не дёргайся. У тебя сотрясение. Не сильное, но всё же… — Вова заботливо поправил на нём одеяло. — Тихо лежи. Считай, что ты хрустальная ваза. В китайской лавке. В невесомости. — Что... что произошло? — пробормотал Орион, щурясь, будто пытаясь сфокусироваться сквозь кисель. — Откуда мне знать? — Вова пожал плечами. — Ты не вернулся вовремя, я, как порядочный заволновался. Когда нашёл тебя, ты валялся без сознания на песке с головой, раскроенной будто арбуз после пикника. Наверное, грохнулся о камень. Красиво, драматично. Я чуть не поседел! Притащил тебя к кораблю на руках — прямо как принцессу на бал. Сразу в био-капсулу, чтобы оживить. Он понизил голос и начал заговорщицки: — А там... такие диагнозы... что я сначала подумал — шутка. Сотрясение, обезвоживание, лёгкая атрофия мышц — классика. А потом... гермафродия. Серьёзно?! Я уже начал переживать за себя, заглянул в капсулу — и, по мнению дурной машины, я вообще не человек, а "плазменная сущность с крыльями", у которой в жилах течёт смесь ртути и лавы. Представляешь? Лава! Я чуть не помер от смеха. Думаю, пора менять эту капсулу к чёртовой матери. Или отдать её в музей научной фантастики. — Спасибо, Володя, я теперь совершенно спокоен... — хрипло усмехнулся Орион. — Но... мне нужно кое-что тебе рассказать. Я теперь смертный. Как и ты. Мои Творцы отняли у меня бессмертие, силу, звание... всё. Зато подарили возможность чувствовать — по-настоящему. Я выбрал любовь. Я выбрал тебя. Мы теперь вместе... до самого конца. — Ээээ... Брат, как бы это сказать... — Володя попятился на шаг. — Я всё надеялся, что обойдётся... А тут, похоже, и правда бахнуло. Не по-детски. Ну ничего, это лечится. — Почему ты смотришь на меня так, будто я внезапно стал единорогом с политическими взглядами? Я не сумасшедший, просто... просветлённый. И это ещё не всё. Мне сказали, что скоро появится ученик. Я должен передать ему свои знания. Научить, что такое любовь. — Так, Ориоша... — Володя замер и прищурился. — Не пугай меня. Эрджей! Где тебя черти носят?! Кажется, всё гораздо серьёзнее, чем казалось вначале. Тут не капельницей, тут психоаналитиком не отделаешься. В лазарет вбежал Эрджей, а следом , влетела Сью. — Что происходит? А... Хозяин! — робко улыбнулась Сью. — С возвращением. Голова ещё болит? Мы так переживали... Ну, что с ним, Вова? — Всё плохо. Он теперь смертный. И влюблённый. Говорит, у него "ученик любви" будет. Пора вызывать невропатолога… или экзорциста. — Так, не паникуем! — решительно сказал Эрджей — Если надо — значит, надо. Готовим спасательный дрон. Летим на ближайшую планету с лицензированными эскулапами, которые умеют разбираться в мозгах без лишнего разрушения личности. — Да не нужен мне никакой... — Пациент, не сопротивляйтесь, — перебила Сью металлическим голосом. — Всё скоро прояснится. Возможно, вы даже сможете вести обычную жизнь. Со сверхчувственной любовью и учеником в придачу. Вова только тяжело вздохнул: — Вот что бывает, когда божественные сущности решают побыть людьми… И почему это всегда заканчивается психотерапией?