Ты чей будешь, пацан?

— Идем, идем! — Джисон тянул Минхо за собой сквозь ветки густо растущих деревьев. Минхо защищал лицо от веток одной рукой, другая была переплетена с рукой Джисона. Утром он пришел к нему, счастливо улыбаясь, и сказал, что что-то нашел. Минхо попросил показать, но тот сказал, что это не вещь, а место. Поэтому, собравшись и даже не позавтракав, Минхо пошел за ним. Джисон был очень доволен, говорил, что забыл об этом месте, поэтому не показал раньше, но сегодня, когда мама сказала, что им куда-то надо деть старый диван, он тут же вспомнил, куда его можно пристроить. Они шли в сторону озера, но в последний момент свернули налево, и Джисон нагнулся, чтобы пролезть через туннель из веток и соломы. Будто проход кто-то специально завалил, или это случилось со временем. Они шли, согнувшись почти вдвое, потому что деревья росли так близко и так тесно переплелись корнями и ветвями, что пройти по-другому было почти невозможно. Некоторые ветки им пришлось ломать, чтобы наконец пробраться. — Мы пришли. — Услышав это, Минхо поднял голову и увидел свободное пространство перед собой. Они вышли из туннеля и оказались на небольшой поляне, окруженной деревьями со всех сторон. Мелкая травка усеивала все пространство, а высокие деревья образовывали купол, через который было видно небо. — Ого. — Минхо поднял голову, осматривая территорию. — Круто. — Скажи. — Джисон прыгал на месте от восторга. — Я был здесь последний раз лет 8 назад. Уже совсем забыл об этом месте. — Здесь здорово. — Кивнул Минхо. — А что мы будем тут делать? — Ну, я подумал, что торчать постоянно у реки не прикольно, никакого уединения. У меня дома тоже. — Джисон коснулся руки Минхо, который все еще с открытым ртом рассматривал небо. — А здесь тихо и нет чужих глаз. — Джисон… — Минхо медленно высвободил руку из пальцев Джисона, опустив вниз глаза. — Мы же вроде просто попробовали. С того поцелуя в спальне Джисона прошла неделя. Больше они подобное не делали, не представлялось случая. Дома у Джисона Минхо на ночь больше не оставался. То ли боялся, что Джисон его снова поцелует, то ли боялся, куда это может его завести. В ту ночь они много целовались, так и не смогли уснуть до утра. Много разговаривали и хихикали, и Минхо как бы решил оставить это все в ночи. Джисон, однако, согласен с этим не был, да и как можно согласиться с тем, о чем тебе не сказали. Джисону понравилось целоваться, и он не собирался это забывать или останавливаться. Минхо его как назло к себе не подпускал. Но Джисона это не обижало, скорее он не понимал, почему хён так отстранен. Но в душу не лез и не расспрашивал. Просто продолжал обнимать и чмокать в щеки и плечи, когда лежал рядом. Минхо от этого вздрагивал, но ничего не говорил, а Джисон парень простой, если не сказали прекратить, значит, можно делать дальше. — Да, мы попробовали. — Вторил ему Джисон. — И мне понравилось. А тебе нет? — Джисон склонил голову набок, всматриваясь в глаза Минхо, которые тот усердно прятал. — Я не… Я не думаю, что это хорошая идея. — Он обнял себя двумя руками, потирая плечи, так, будто замерз. В кольце из деревьев действительно было прохладно, они создавали большую тень, в которой можно было спрятаться от палящего солнца. — Тебе понравилось или нет? — Джисон надул щеки, начиная злиться, почему Минхо не может просто повеселиться? Делать то, что нравится? — Да. — Минхо сделал паузу, отворачиваясь от Джисона, и продолжил чуть тише. — Понравилось. — Так давай не будем делать из этого трагедию. — Я уеду через три недели, ты же знаешь? — Джисон кивнул. — Так и к чему это приведет? — Не знаю, но главное, что это весело. Весело. Минхо хмыкнул. Этому мальчишке лишь бы веселиться и развлекаться. А у Минхо в ту ночь сердце стучало, как барабан джунглей перед бурей. А в желудке будто десять кошек точили свои когти о его органы. И он сразу понял, что это не весело. Это страшно, тревожно и приятно… Да, приятно, но уж точно не весело. Мама учила Минхо с опаской относиться ко всему новому. Друзья хотят угостить конфетами? Сначала спроси, где они их взяли, а лучше и вовсе не ешь. Но эту конфету Минхо попробовал и теперь очень хочет съесть еще. Но в Сеуле таких вкусных конфет нет, и нужно ли тогда сейчас привыкать к этой? Мама говорит, что любовь — это выдумки. Навязанное мозгом чувство, чтобы люди размножались. Оно приятное в начале и гадостное в конце. Но Джисон гадостным не кажется. Он такой простой, комфортный, легкий и забавный, что его хочется просто обнимать, часами слушать его болтовню и молчать. — Весело, да. — Вторит ему Минхо, улыбаясь. Джисон садится на холодную и слегка мокрую траву, утягивая Минхо за собой. Они садятся рядом, оперевшись руками на землю сзади. Джисон скрещивает ноги, чуть покачивая ими, и смотрит в небо. — А ты обращал внимание на звезды? — вдруг спрашивает он. — Звезды? — удивляется Минхо, поворачивая голову на Джисона. — Ну да. — Я имею в виду здесь. По ночам мы с тобой не гуляли. Звезды здесь яркие. — Ну как везде, наверное. Какие-то видно лучше, какие-то хуже. — Неа. — Джисон потягивается и, меняя положение, укладывает голову на колени к Минхо. — Здесь все звезды яркие. Ночью — Джисон вытягивает руку вверх, проводя по небесному своду. — Всеее небо усеяно звездами. Нет ни одного пустого местечка. — Минхо мотает головой в отрицании. — Я тебе правду говорю. Хочешь, сегодня посмотрим. — Зовешь меня на ночную прогулку? — Минхо изгибает бровь, опуская взгляд на Джисона. — Ага. Только сначала притащим сюда наш старый диван.

***

Хоть в поселке все и находится близко друг от друга, но тащить старый раскладной диван несколько километров до «тайного места» — задача не из легких. А протаскивать его через туннель из веток деревьев еще труднее. Когда диван был благополучно доставлен в новую обитель, они плюхнулись на него, пытаясь отдышаться и сожалея, что не взяли с собой воды. Чуть отдышавшись, Джисон снова лег к Минхо на колени, будто ему там медом намазано. Он подогнул ноги, чтобы помещаться на диване, и, вытянув руки, пытается словить его лицо, но Минхо активно уворачивается. Потерпев неудачу, Джисон опускает руки и садится рывком, чуть не задев своей макушкой подбородок Минхо. — Надо сходить до дома еще раз, пока не стемнело, — заявляет Джисон, поднимаясь с дивана. — Возьмем воды и снеков, а потом вернемся смотреть на звезды. — Он кивнул, как будто спрашивал, мол, «согласен?», и Минхо кивнул в ответ, подтверждая. В середине августа темнело уже рано, по крайней мере если сравнивать с началом лета. Световой день начинал убывать, и темнело раньше, хоть и не критично, но уже было заметно. Минхо успел только взять воды и предупредить тетю, что придет позже обычного, потому что они с Джисоном собираются смотреть на звезды. Тетя только улыбнулась и попросила быть осторожнее, а дядя, услышав, куда собирается Минхо, выразил непонимание, что на эти звезды смотреть и вообще чего в них такого интересного. Тетя Джун сказала, что он неотесанный деревенщина и ничего в таких вещах не понимает. Оставив их спорящими между собой, Минхо вышел во двор, где его уже ждал Джисон. Тот держал в руке пакет, из которого выглядывали упаковки с разными снеками и лимонадами. — Мы что, на неделю идем? — поинтересовался Минхо, многозначительно бросив взгляд на пакет. Джисон закатил глаза и, проигнорировав выпад, двинулся в сторону их убежища. Единственной проблемой этого места была невозможность увидеть закат. Деревья окружали поляну со всех сторон, застилая горизонт, и все, что им оставалось, это наблюдать за сменяющимся цветом неба. Сначала ярко-голубое, потом чуть оранжевое, а потом и вовсе темно-синее. Но, вопреки ожиданиям, звезды появились не сразу, точнее, их, конечно, было видно, но их было так мало, и они были такими тусклыми, что Минхо даже разозлился на Джисона. Зачем он наврал о количестве звезд, которые здесь бывают, непонятно. Предрекая обвинения Минхо, Джисон начал первым. — Звезды чуть позже будут видны, обещаю. — Он повернул голову в сторону Минхо и смотрел на него снизу вверх. Он сидел на земле возле дивана, в то время как Минхо сидел на самом диване, подогнув ноги под себя. Земля была уже холодной, и никакого желания морозиться у Минхо не было. Джисон же, напротив, пытался охладиться, будто ему все время было жарко. — И земля вовсе не холодная, она не успела остыть после дневной жары. — оправдывался Джисон. О какой дневной жаре идет речь, было не особо понятно, ведь здесь, в окружении деревьев, всегда было холодно. Минхо даже брал сюда кофту, чтобы согреться днем, а что уже говорить о ночи. Просидев так еще полчаса, Минхо начало клонить в сон. Он ненадолго закрывал глаза, пытаясь подремать, но каждый раз возвращался, пропуская фразы Джисона мимо ушей. — М? Извини, что ты сказал? — вернувшись из непродолжительного сна, спросил Минхо. — Я спросил тебя, какой твой любимый динозавр. — Ясное дело какой, Тиранозавр, конечно. — Минхо говорил так, будто это должно быть понятно и идиоту, ведь круче Тиранозавра динозавров нет. — Почему? — Он сильный хищник, его все боятся. — У него же передние лапки короткие. — Джисон прижал свои руки к груди, пародируя тиранозавра. — И что? Ему они не нужны, у него сильные челюсти и за счет облегченной передней части он может быстро бегать. — Это ты где вычитал? — В «ТикТоке» увидел, — слегка смущенно ответил Минхо, натягивая свои толстовку на пальцы. — А твой? — Диплодок, — Джисон кивнул со знанием дела. — Это который с длинной шеей? — Угу. — Почему? — Не знаю, чтобы удобнее было листву с деревьев щипать, — Джисон сделал щипковые движения руками, будто ладони — это два его рта. Минхо расхохотался, сокрушая тишину их места. Звонкий голос Минхо смешивался с шелестом деревьев. — В смысле, почему тебе нравятся диплодоки, а не почему у них были длинные шеи. — В детстве я смотрел мультфильм «Земля до начала времен», там малыш диплодок был самым милым и добрым. Я плакал, когда он потерял свою маму, — Джисон шмыгнул носом и утер его рукавом. Минхо поднял голову наверх, наблюдая, как загораются звезды, становятся ярче и покрывают все черно-синее небо. — Вау. — вырывается у Минхо на выдохе. Он подтянул ноги к груди и выпрямил спину, будто пытаясь приблизиться к небу. Минхо смотрел на небо с открытым ртом. Звезды переливались, будто двигались, становясь всё ярче и больше. Джисон перебрался на диван и, сев рядом с Минхо, накрыл их ноги пледом, от чего Минхо сразу стало теплее. Под тканью пледа Джисон положил руку на бедро Минхо, поглаживая, устремляя свой взгляд на звезды. — Сказал же, круто будет. — Хмыкнул Джисон. — Ага. — Минхо кивнул, не опуская головы. — Реально круто. Джисон положил голову на плечо Минхо, чуть прижимаясь, чтобы согреться. Хоть он особо не мерз, но, прижимаясь к Минхо, он ощущал какое-то внутреннее тепло, которое не то что согревало его, а скорее кидало в жар, да так сильно, что уши загорались красным. Увидев его в таком виде, мама, несомненно, бы решила, что у того температура и какая-нибудь жуткая болезнь. Может, была бы права. Даже самому Джисону казалось, что он болеет. Чувствовал себя странно, кости ломит, а ладошки вечно горячие и потные. Может, то и правда болезнь, но название ее Джисон не знает. Опустив наконец голову, Минхо обнаружил полусонного Джисона, который свернулся комочком и, устроившись на его плече, тихо сопел. Точно не спал, но, очевидно, был к этому близок. — Джисон, мы посмотрели на звезды, пойдем домой. — Минхо говорил полушепотом, поглаживая Джисона по голове. — Не хочу. — Джисон обвил руку Минхо своими руками и приблизился ближе. — Давай переночуем здесь. — Здесь? — удивился Минхо. — На диване, да еще и без простыней? — Я… — Джисон казался совсем смущенным, он прятал глаза, усердно сминая плед. — Я взял простыни. С минуту Минхо молчал, обрабатывая полученную информацию, а потом засмеялся диким смехом. Неужели этот мальчишка серьезно? Переночевать здесь? Посреди ничего и быть покусанными комарами? Нет уж, спасибо, да и зачем им это? Минхо смеялся, теряя воздух, пока в голову не ударило осознание, для чего Джисон мог притащить плед и простыни, да еще и в тайне от него. Смеяться Минхо перестал быстро. — Джисон? — позвал он, пока младший сгорал от стыда. — Зачем ты взял простыни? — Чтобы переночевать здесь с тобой. — Переночевать и всё? Джисон лишь пожал плечами, а через мгновение оставил легкий поцелуй на щеке Минхо, которая сейчас сияла алым. — Может, и не просто переночевать. — Ты такой глупый ребенок. — Минхо помотал головой. — Чего это я глупый ребенок? — возмутился Джисон, надувая губы. — Ты всего на год меня младше. — А мозгов явно побольше. — Минхо щелкнул указательным пальцем по лбу Джисона. — Пойдем домой. Минхо попытался встать, но Джисон схватил его за руку и дернул обратно. Минхо потерял равновесие и, завалившись на Джисона, уперся руками в спинку дивана. Воспользовавшись замешательством Минхо, Джисон впился в его губы, отчаянно зажмуривая глаза и сжимая его запястье. Минхо попытался отстраниться, но Джисон быстро обхватил его шею сзади свободной рукой, не позволяя вырваться. Язык Джисона быстро пробрался в рот Минхо, вырывая из него сдавленный стон. Минхо мгновенно охватил стыд, он хотел отстраниться снова, но настойчивость Джисона не позволяла этого сделать. Он отпустил руку Минхо и положил ее на поясницу, придвигая к себе ближе, заставляя сесть ему на колени. Минхо повиновался. Медленно опустившись на колени Джисона, Минхо провел ладонями по груди и плечам Джисона, поднимая руки выше — к лицу. Минхо нежно поглаживал щеки Джисона, пока тот сжимал руки на его талии и бедрах. Поцелуй набирал обороты и из неловкого и медленного превратился в хаотичный и беспорядочный. Минхо ерзал на коленях Джисона, изгибаясь в пояснице, и выцеловывал его губы, будто это самая вкусная сладость. То, чего он избегал, сейчас завладело им полностью. Интерес, влюбленность, желание… Чем это было для Минхо, он не понимал. Просто хотелось этого и еще, и еще, и еще. И в этом они с Джисоном совпадали. Он хотел больше всего Минхо, если можно. И то ли это буйство гормонов, то ли что-то, о чем снимают романтические фильмы. Да и плевать, главное, что он может трогать Минхо, целовать его, гладить его бедра и пролазить холодными пальцами под край свитера, прикасаясь к мягкому животу. От поцелуя и ощущения близости тел быстро стало жарко, даже вечерняя прохлада не спасала. Джисон развернулся, меняя положение на лежачее, укладываясь вдоль дивана. Минхо лёг сверху, придавливая его своим телом. Он целовал жадно, хаотично двигаясь и меняя направление поцелуя, попеременно выцеловывая губы Джисона. Джисон обнял Минхо, проходясь ладонями по лопаткам, задирая свитер наверх, проводя пальцами по позвоночнику, чем вызывал у Минхо табун мурашек. Увлекшись, Минхо не подумал о том, что бывает, когда поддаёшься такому интересу. Из его собственных штанов выпирал полностью вставший член. Белье и джинсы неприятно давили на него. Но не успел он подумать об этом, как пришла мысль о вставшем члене Джисона. Не то чтобы он хотел об этом думать, мысль пришла сама, но раз уж его член выдал такую реакцию, то и член Джисона наверняка выдавал то же самое. Эта мысль Минхо напугала, и он как ошпаренный отпрянул от Джисона, вставая на ноги. — Ты чего? — Джисон сел на диване, но даже так выступ на брюках был отчетливо виден. — Я что-то сделал не так? — Нет, — Минхо помотал головой. — Извини, но мне правда нужно домой. Тетушка будет переживать. Минхо опустил глаза вниз, пытаясь прикрыть возбуждение низом свитера. Джисон беззвучно кивнул и принялся собирать вещи.

***

Следующие две недели Минхо старался меньше времени проводить с Джисоном. Ссылался на летнее задание, которое дали в школе, и помощь тётушке по дому. Джисон приходил каждый день, предлагал помощь, иногда просто оставался, чтобы поболтать, пока Минхо дергает сорняки. В то место они больше не ходили. К Джисону в гости тоже. Джисон напрашивался в гости к Минхо на киноночь, но тот всегда отказывался, ссылаясь на тетю и дядю, которые рано ложились спать, и вообще неловко как-то у тети спрашивать о таком, он же в гостях. Приближались последние деньки Минхо в гостях у тети. В начале лета он думал, что будет рад, когда это лето закончится и ему придется снова ехать в большой Сеул, где тебя никто не знает и никому до тебя нет дела, но сейчас ему больше всего в мире не хотелось уезжать. Тетушка была добра и мила, и он бы с удовольствием навестил ее еще раз, может быть, следующим летом. На следующее лето Джисон наверняка еще будет тут, интересно, будут ли они общаться этот год до следующего лета? Минхо надеется, что нет. Джисон не понимает, что он делает и что он чувствует. Его обуяло одиночество и невозможность взаимодействовать с противоположным полом, вот он и пристает к Минхо. Сам Минхо давно понял, что его не привлекают девушки в этом плане. Вокруг него всегда их было много. В танцевальные кружки все же преимущественно ходят девочки. Чувства Джисона и Минхо разные. У Джисона интерес, у Минхо совсем другое. У Джисона это пройдет, а вот у Минхо навряд ли. — Не верится, что ты уезжаешь. — Джисон сидел рядом с Минхо, наблюдая, как тот собирает вещи в чемодан. — Мне тоже. — Минхо складывал футболку, укладывая ее на дно чемодана, он почти не смотрит на Джисона. — Следующим летом приедешь? — Джисон взял в руки одну из футболок Минхо, складывая ее. — Не знаю, наверное… Я постараюсь. — Я буду очень скучать. — Джисон положил неаккуратно сложенную футболку в чемодан. — Оставишь мне свой номер? — Конечно. — Минхо улыбнулся и, посмотрев Джисону в глаза, провел рукой по его щеке, стараясь запомнить каждую деталь лица. На следующее лето Минхо не приехал. И через год тоже. А номер, что оставил Джисону для связи, сменил сразу же, как вернулся в Сеул.