Свобода

Прошло три дня после побега. Три дня ледяного молчания. Драко и Гарри существовали в доме как два отрицательных заряда — отталкиваясь друг от друга в каждом движении. Завтраки и ужины проходили в гробовой тишине, нарушаемой лишь стуком приборов. Драко заперся в своей башне из гордости и страха, а Гарри, казалось, нашел какое-то новое, вызывающее спокойствие. Он больше не пытался заговорить, не задавал вопросов. Он просто был — призраком, напоминающим о провале. И вот, в один из таких серых, напряжённых вечеров, когда Драко пытался сосредоточиться на чтении отчёта Министерства, он услышал это. Не магический сигнал барьера, а настойчивый, громкий стук в дверь. Обычный, магловский стук. Ледяная игла страха вонзилась Драко в спину. Министерство? Нет, они бы просто вошли. Друзья? Они используют камин. Это был кто-то чужой. Гарри, сидевший в гостиной с книгой, поднял голову. На его лице мелькнуло оживление, быстрая, как вспышка, улыбка. Он знал. Он ждал. — Сиди здесь, — приказал Драко, вставая. Его голос прозвучал резко, почти истерично. — Не двигайся с места. Он подошёл к двери, сердце колотясь где-то в горле. Через дверной глазок он увидел искажённое лицо — молодое, улыбающееся, с беззаботным выражением, которого не было в их мире поломанных судеб. Драко медленно открыл дверь, заблокировав проём своим телом. Перед ним стоял тот самый магл. Высокий, спортивного сложения, в модной, слегка помятой куртке. Его волосы были искусственно растрёпаны, а в глазах светилось дружелюбие и лёгкое любопытство. — Привет, — магл широко улыбнулся. — Я Ник. Мы с Гарри встречались в клубе на днях. Он говорил, что живёт где-то тут с... соседом. Я проходил мимо, подумал — зайду, поздороваюсь. «Сосед». Слово обожгло Драко. Он стоял, вцепившись в косяк двери, не в силах вымолвить ни слова. Весь его организм, воспитанный в убеждении превосходства над магглами, кричал, чтобы он захлопнул дверь перед этим наглым существом. Но страх — страх перед скандалом, перед тем, что этот магл может что-то заподозрить, — парализовал его. — Гарри дома? — Ник попытался заглянуть за его плечо. В этот момент из гостиной раздался голос Гарри: — Ник? Это ты? И прежде чем Драко успел среагировать, Гарри уже был в прихожей. Он выглядел... другим. Расслабленным. Радостным. — Заходи, — сказал он Нику, игнорируя Драко, стоящего как грозный страж. Ник, сияя, переступил порог. Он оглядел прихожую с нескрываемым интересом. — Крутое место, — протянул он. — Старинное. Чувствуется... атмосфера. Драко чувствовал, как по его спине бегут мурашки. Каждая клетка его тела протестовала против этого вторжения. Этот человек, этот магл, дышал его воздухом, стоял на его полу, смотрел на его вещи. — Гарри, — прошипел Драко, не двигаясь с места. — Нам нужно поговорить. Наедине. — О чём? — Гарри повернулся к нему, и в его глазах снова заиграли те самые «чёртики». Он наслаждался этим. — Ник мой гость. Мы не нарушаем никаких твоих правил. Ты же не запрещал мне иметь друзей? Или запретил? Может, мне нужен письменный список и на этот счёт? Ник смотрел на них обоих с любопытством, явно чувствуя напряжение, но не понимая его причин. — Всё в порядке, ребята? — спросил он, пытаясь разрядить обстановку. — Всё прекрасно, — парировал Гарри, не отводя взгляда от Драко. — Мой... сосед просто очень ценит своё личное пространство. Он подчеркнул слово «сосед», и оно прозвучало как оскорбление. — Гарри, — снова сказал Драко, и в его голосе уже слышалась отчаянная мольба. Мольба не делать этого. Не унижать его перед этим... этим чужим. Но Гарри уже повернулся к Нику. — Пойдём, я покажу тебе сад. Вернее, то, что от него осталось. Вид довольно... своеобразный. И они прошли мимо Драко, вышли через заднюю дверь, оставив его стоять в прихожей. Он слышал их смех, доносящийся снаружи, голос Ника: «...и потом она сказала...», и сдержанный смех Гарри в ответ. Драко медленно закрыл входную дверь. Он чувствовал себя не хозяином дома, не надзирателем, а призраком. Невидимым и ни на что не влияющим. Ник пробыл больше часа. Каждая минута была для Драко пыткой. Он сидел в кабинете, не в силах читать, не в силах думать, прислушиваясь к доносящимся из сада обрывкам фраз, к звуку их шагов, возвращающихся в гостиную. Когда Ник наконец ушёл, пообещав «заскочить на днях», в доме воцарилась тишина, ещё более зловещая, чем до его прихода. Гарри вошёл в кабинет. Он выглядел помолодевшим, румяным, полным жизни. — Хороший парень, — сказал он, глядя на Драко с вызовом. Драко поднял на него глаза. Вся ярость, весь страх, вся унизительная ревность, которую он сдерживал все эти дни, вырвались наружу одним-единственным, тихим и оттого ещё более страшным вопросом: — Что ты себе позволяешь? Гарри улыбнулся. Улыбкой, полной жалости и превосходства. — Я живу, Драко. А ты? Ты просто существуешь. И, кажется, ненавидишь любого, кто пытается это существование нарушить. Он развернулся и ушёл, оставив Драко наедине с холодом нарастающей катастрофы. Стены его тюрьмы не просто рухнули. В них появилась дверь. И в эту дверь теперь мог войти кто угодно.