Путь

За окном било солнце. Я проснулась в кровати. ОН мне удобство для сна создал. Потянулась. Беглый взгляд во все стороны. Виктор спал в кресле, не рядом. Он меня охранял. Тихо вышла из комнаты, боясь разбудить. Потеряли родные. Только я могла так, бесстыжая, им не звонить. Набрала номер мамы. Успокоила всех. Дочка трубку взяла. Попросила пока не терять, бабушке с дедушкой наказала во всём помогать. Прошла в ванную, умылась. Бледна и помята. Что ж не так представляла себя я романтику. Прошмыгнула на кухню. Нашла турку и кофе. Явно в этой квартире никто и не жил. Холодильник пустой. Колдовала над газом, спички на полке. Я отвыкла давно от таких вот вещей. Через минуту дыхание ощутила на шее. Повернулась. Он рядом. Свет моих тусклых очей. Совсем не изменился, мне показалось. Несмотря на морщинки и седину. Он всё так же притягателен, шикарный мужчина. Наверное, слишком много женщин было у него. — Проснулся? Всё затекло? — не узнала свой голос глухой. — Всё хорошо, — без подробностей. — Ну, конечно же, всё хорошо, — бубнила про себя. Кофе пили мы молча. В тишине мыла чашки. Успокаивал звук воды. Тяжело начинать разговор. А нужен ли он? Так и будем продолжать терять время? Жизнь не учит? Она только бьёт? Что вчера это было? Просто стресс от потери? А какая потеря страшнее? Уход деда или мой беспощадный побег на двадцать тяжёлых лет? — Мне, наверное, нужно идти, — аккуратно пыталась всё слить. — Я не думаю, Лена, — взял меня за руку. — Нам надо сегодня вместе побыть. И акцент невозможный на слове «надо». И снова я маленькая, а он взрослый. Но мне нужно решать за себя. Пора перестать позволять делать всё за меня. За годы, прошедшие, выбрала лишь один раз. Дочь свою выбрала. А так «за меня» каждый раз. — Посидим? Голодна? Я закажу нам еды. Тебя уж, позволь, не отпущу, пока по-настоящему не поговорим мы. Понимаю, это непросто. Столько воды утекло. — Утекло ли? — Конечно. У нас новые жизни, другие. Мы не будем же делать вид, что все годы друг друга любили. Прости, без обид. Как пощёчина. А на что я надеялась? — Говорят, ты меня ждал. — Кто говорит? — Я встретила Игоря пять лет назад. Поморщился, и взгляд — это боль. — Я, конечно, ни евнух, ни монах. Просто я не женат. Но да, действительно ждал, — одним словом порвал. Молчала. Не могла подобрать больше рифм. Я не знала, что делать, как жить. Холод в пальцах. Немел рот. Искусала все губы. Столько хотела сказать, готовила речь про запас. Мы не подходили по возрасту, по статусу, но что-то же единило нас? — Ты такая красивая, Лена. Усмехнулась. Нашёл же слова. — Повзрослела? Заматерела? — Нет, что ты, такая же девочка как была, — будто бы шутит. — Я не девочка. Мама уже взрослой дочери я. — Ты права. Но мне хочется верить, что жизнь не поломала тебя. Жаль, что дочь не моя, — еле слышно, почти про себя. — Я могу извиниться. Ты этого хочешь? Виновата я, да! Предала! — Какая же бываешь ты глупая, девочка… моя. Прервал разговор одним лишь движением. Сжал до боли в костях. Столько безмерных чувств в этих крепких руках. — Потерялись мы. Так бывает. А теперь вот нашлись. Что ты чувствуешь, Лена? — А ты? — От ответа уходишь? — пальцы нежные в моих волосах. — Я за эти пять дней лишь одно осознал. Не понимаю, как же я всё-таки жил без тебя. Лена, пожалуйста, посмотри на меня. Взгляд мой «больной». Целовать лишь хочу. Плакать уже не могла. — Уверена, только тебя все эти годы любила я.