Искупление

Утро. Аластор глубоко вздохнул, натягивая на лицо самую широкую из своих улыбок — для уверенности. Что ж, пусть начнётся самый ужасный день в его жизни. Ну… После смерти матери и его собственной, конечно. Оказавшись в коридоре особняка он прислушался... В доме было тихо. Может, удастся приготовить завтрак, пока Люцифер спит, и тихо уйти? — Доброе утро, Ал. Видимо, нет. — Доброе утро, дорогуша.— Стараясь скрыть досаду, ответил Аластор, проходя на кухню.— Что хочешь на завтрак? С тех пор как этот демон поселился в его повседневности, Люцифер окончательно отучился спать в одних шортах. Теперь его «пижамой» была свободная белая футболка и чёрные шорты до колен. Не эстетично, зато удобно. Оверлорд привычно занял место у плиты. — Не знаю. Может, вообще есть не буду – аппетита нет. — Будешь. Аластор стал перебирать полки в поисках чего-нибудь, что можно приготовить. На самой дальней он обнаружил кулинарную книгу — ярко-красную, с крупной жёлтой надписью «Блюда и уют», выполненной простым, чуть неровным шрифтом. Дизайнер, без сомнения, был новичком — но сейчас это было как раз то, что нужно. — Итак… Шарлотка?— предложил он, едва взглянув на собеседника. Люцифер уже сидел за столом, уложив голову на сложенные руки. — Нормально. — Мгм.— Демон перелистнул страницу.— Запеканка? Любая, на твой выбор. В голове невольно мелькнула мысль: не слишком ли вежливо он себя ведёт? Не слишком ли заметно, что между ними теперь что-то изменилось? — Ну, хорошо. — Шакщука… — С трудом выговорил Аластор, щурясь.— Пардон, шакшука. Подойдёт? — Это больше обед, чем завтрак, но я же говорю, мне всё нормально. Главное – не утруждайся. После этих слов на лице Люцифера появилась лёгкая, ещё немного сонная улыбка. Аластор тут же отвёл взгляд, нахмурившись. Как быстро она появилась — так же быстро и исчезла, сменившись недоумением. С каких пор его раздражает, что Люцифер в хорошем настроении? — …И блюдо довольно сложное, займёт где-то полчаса. Может, я просто возьму йогурт из холодильника?— Продолжил король. — О, об этом не беспокойся.— С лёгкой усмешкой добавил Аластор, продолжая листать книгу.— Разве за всё это время, что я тебе кашеварю, ты ещё не понял, что я отличный повар? Тем более шакшука, насколько я понял, не сложнее макарон с сыром. — Нет, правда. Давай лучше я сегодня приготовлю?— Люцифер поднялся со стула, выхватывая книгу из его рук. — Нет, Люцифер. Я знаю, как трудно справляться с бытовыми мелочами, когда ты погряз в депрессии.— Мягко возразил демон, улыбаясь и забирая кулинарный справочник обратно.— Садись. — Нет, правда, я смогу. Я не так устал.— Продолжал настаивать он. — Милый мой... Сегодня ты сделал перестановку в комнате...— Аластор сделал шаг ближе.— Убрался в ванной и сделал себе чай... Ты определённо сделал достаточно. Оверлорд резко дёрнул книгу на себя — но Люцифер тоже не собирался отпускать пыльную книженцию, потому впечатался в чужую грудь. Да, двое взрослых, влиятельных мужчин чуть ли не дерутся, выясняя, кто из них любезнее. — Тогда, может, будем готовить вместе?— Сдался Самаэль, отступая на шаг назад. — Как скажешь.— Вздохнул Аластор, всё же забирая кулинарный справочник, но на этот раз чтобы положить его на стол, раскрытым.— Нарежь лук – одну штуку, болгарский перец и два помидора. Ещё… Чеснок, петрушку и три яйца. Люцифер открыл холодильник и опустился на колени — для удобства. Аластор достал белую разделочную доску и оливковое масло из нижнего шкафчика. — А болгарского перца нет, закончился. — Я вчера купил ещё.— Спокойно ответил Аластор, доставая с полки сковороду.— Посмотри в правом нижнем ящике. — О, да, спасибо. Выложив продукты на стол, Люцифер взял нож и стал нарезать овощи. Аластор обернулся, наблюдая за ним со стороны. Нож в руках блондина поднимался и опускался, разрезая петрушку, а потом поднимался ближе — к пальцам. Хлынула кровь. Но он не останавливался, продолжая орудовать ножом… Аластор подорвался с места, схватив Люцифера за запястье руки с остриём, и встретился взглядом с чужими бездушными глазами. Он моргнул — никакой крови. А глаза оказались не такими уж и бездушными — полными непонимания. Аластор облегчённо выдохнул. — Ты в порядке? — Да.— Твёрдо ответил оверлорд, отпуская чужое запястье.— Лучше овощи буду нарезать я. — Мне так не кажется.— Морнингстар легко отдал нож демону и скрестил руки на груди. Голос был спокойным, но взгляд серьёзным.— Ты скажешь мне, из-за чего ты так сделал? Кажется, ты чего-то испугался. — Просто… Не будет ли это чересчур — слишком доверять ему? Не обернётся ли это бедой? Ведь раньше он всегда действовал в одиночку, следил за языком, чтобы не вякнуть лишнего. Так было безопаснее. Стоит ли сделать для Люцифера очередное исключение? Как бы мозг ни протестовал, тело уже действовало. — Мне показалось кое-что. Не хочу, чтобы мне вновь пришлось тебя откачивать. Это неприятный опыт, знаешь? — Лягухи-надухи, у тебя из-за меня триггер, что ли, появился? Ответа не последовало. Аластор лишь отвернулся, продолжая нарезать овощи. Настаивать на продолжении этого разговора король не стал. — Я сказал помидоры, не помидоры черри. — Да, знаю, но они сделают блюдо немного слаще. — Это не по рецепту.— Чуть погодя ответил Аластор, наклонив голову в бок.— Ты уверен, что это хорошая идея? Обычно, я предпочитаю не менять рецепт, чтобы не наделать ошибок. — Да. Я хочу попробовать. Нельзя готовить и не допускать ошибки. — Но можно минимизировать риски.— Возразил демон, кинув на собеседника лукавый взгляд.— Рисковать можно другими, но не собой и своим завтраком. — Кто не рискует – тот не выигрывает. — Ты однажды уже так рискнул. Аластор прикусил язык. Это он зря... Очень-очень-очень-очень зря. С вероятностью в 90% он перешёл черту — вряд-ли Люциферу приятно говорить на эту тему. Отличный выход — резко перевести тем- — И не жалею об этом.— Люцифер забрал со стола чашу с, уже нарезанным, луком, и кинул в сковороду с разогретым маслом.— Делать всё, как положено – скука смертная. А я существо бессмертное. Оу... Кажется, за последнее время он стал слишком тревожным — вечно накручивает себя по пустякам. Пора бы уже успокоиться и перестать драматизировать на каждом шагу. — А я, в отличии от тебя, вполне обычный, дорогой. — Или просто трус.— Усмехнулся Морнингстар и заглянул в сковороду, чтобы убедится, что лук стал мягким, а после добавил туда чеснок и мелко нарезанный острый перец.— Может, просто оба приготовим по-своему? Всё-таки сковородки у меня две. — Ладно, уговорил. И как же ты собираешься изуродовать рецепт на этот раз? Мне нужно знать, чтобы понимать, что ещё нарезать. — Замечательно. Дай мне секунду… Мне понадобятся цукини и болгарский перец.

***

Король аккуратно выкладывал лепестки сушёных цветов на обе тарелки — свою и Аластора, стараясь, чтобы всё выглядело идеально. Даже если через пару минут это всё равно съедят. Они сели друг напротив друга, перед каждым стояла тарелка. Оба были уверены, что именно их шакшука получилась лучше. Аластор протянул ложку к своему блюду, зацепил первый кусочек. Его шакшука, как и ожидалось, вышла безупречной: пряной, кисловатой — всё по рецепту, ни одной ошибки. Теперь настало время попробовать экспериментальное творение Самаэля. На удивление, оно оказалось не просто съедобным — блюдо было свежим, чуть более кислым, со сладковатым оттенком. Необычно, но вкусно. И, как бы Аластору ни хотелось это признавать, у блондина получилось лучше. Сам король, разумеется, был того же мнения. — Ну как?— С довольной улыбкой спросил Самаэль, гордый своей работой.— Лучше же? — Неплохо.— Признал Аластор, глядя в тарелку.— И украшение из сушёных цветов тоже кстати. Я, как обычно, не позаботился о внешнем виде. — Согласен.— Усмехнулся блондин, с улыбкой до ушей.— У тебя и вид скучный, и вкус такой же. В следующий раз попробуй хоть немного отойти от рецепта. — Если я буду достаточно хорошо знаком с оригиналом – возможно.— Спокойно ответил Аластор. Когда они закончили ужин, Аластор собрал посуду со стола и с плиты. Сковородки он положил в раковину — их придётся отмывать вручную, а остальную посуду убрал в посудомойку. — Хорошего вечера, Люцифер. — Ты уже уходишь?— Удивился Самаэль.— Слишком быстро. Обычно мы… Ну… Хотя бы чай пьём, как бы. У тебя какие-то дела? Я прочитал ту книгу, которую ты мне советовал. Я бы хотел обсудить с тобой пару поступков сестры Рэтчед. — Нет, просто не хочу чая. У меня есть чем заняться в отеле. После этих слов Аластор сразу же ушёл, оставляя Люцифера в недоумении. Неужели он так обиделся на то, что тот не оценил его блюдо по достоинству? Действительно, ведь Аластор всё утро ведёт себя странно: за столом они просто всё время молчали, что было не слишком им свойственно. Конечно, бывали дни когда оба чувствовали себя плохо — потому и не разговаривали, но сейчас же всё было хорошо, верно? Неужели такие обычные слова так уж сильно задели его хрупкое эго? Для Люцифера это была мелочь, но раз уж для Аластора эта ситуация таковой не казалась — нужно будет извиниться. Это были единственные взаимоотношения, которыми Морнингстар дорожил сейчас. Каким бы раздражительным, упрямым оленем он ни был — он все ещё имел положительные стороны, которые явно перевешивали плохие. Из коридора послышалось мяукание. Буррито вышел из спальни Люцифера и сел у его ног, настырно продолжая кричать. Король улыбнулся, вздыхая. — Сейчас покормим тебя и будем возвращать твоего отца в семью.— Он быстро погладил кота по голове и встал из-за стола.

***

— Как там Ниффти?— Тихо спросила девушка, сидя на траве, обняв колени руками. — В порядке. Сейчас убирается холле твоего отеля. — Они не ушли из отеля?— С намёком на надежду в голосе спросила Чарли, глядя на мать.— Они продолжают моё дело или- — Просто живут там, наверное, из привычки. Ты навела там уют, вот никто и не хочет уходить. Но и становиться лучше тоже. — Да… Хорошо… Как там Вэгги? — Устраивается на работу, будет работать наёмной убийцей, как обычные бесы. — Вэгги?— Удивилась она.— Она же раньше была экзорцистом, я не думаю что ей бы понравилось снова быть на похожей работе… — Чарли.— Уже более строго сказала женщина, повернувшись к дочери.— Они не скучают. Тебе остаётся только смириться. Я вытащила тебя из Ада как раз в тот момент, когда тебя почти убили. И никто даже не попытался спасти тебя. Что бы с тобой было, если бы не я? — Прости…— Пробормотала она, отводя взгляд. Сердце каждый раз разрывалось, когда Лилит произносила это «им нет до тебя дела». Но она всё равно не могла перестать спрашивать. Вдруг что-то изменится? Вдруг они одумаются? Вдруг поймут, что её идеи и её отель — это то, что свело их вместе? — Посмотри, пожалуйста, как там папа. В последний раз. Прошу…— Голос дрогнул.— Прямо сейчас… Покажи мне. Лилит нахмурилась. Медленно поднялась со своего плетёного стула и опустилась на колени, глядя прямо на собеседницу. Чарли же, наоборот, упрямо смотрела в землю, избегая её взгляда. — Посмотри на меня.— Не дожидаясь ответа, Лилит мягко подняла голову девушки за подбородок.— Ты им не нужна. Они идут дальше. И это не плохо – они пережили утрату. А ты, даже зная, что они живы и здоровы, продолжаешь мучить себя. — Извини… Просто они были рядом со мной, когда рядом не было тебя. Когда не было папы. Я скучаю.— Чарли отстранилась, торопливо вытирая выступившие слёзы.— Но ты права. Хорошо, я забуду о них… — Молодец.— Лилит снова нежно улыбнулась, потрепав дочь по голове и поднимаясь на ноги.— Я знала, что ты сильная, Шарлотта. — Меня зовут Чарли.— Мягко возразила она. — Как скажешь, милая.

***

— Аластор! Едва переступив порог отеля, он услышал знакомый голос — и даже заранее знал, кто именно его окликнул. Только закончил все обязанности в своём с Люцифером доме, и вот уже снова кто-то что-то требует. Что ни день — то пиздень. — Да, дорогая? Я могу тебе чем-то помочь? Он искренне надеялся услышать: «Нет, просто хотела поздороваться» — или что-нибудь в этом духе. Но это оставалось лишь мечтой. Мечтой, которая, похоже, никогда не сбудется. — Да. Я собираюсь провести собрание сегодня, и ты должен прийти. Удивительно, как он вечно всем оказывается что-то должен. Рози — за то, что она превратила его из грязи в князи, Люциферу должен отчитываться о том, почему ему нравится Гумберт из «Лолиты», Воксу — за какие-то дорогущие часы, которые тот подарил ему больше пятнадцати лет назад (и которые тут же отправились в мусорку). И вот теперь он ещё и Вэгги что-то должен. — Хм, я подумаю. Не могла бы ты уточнить время? — Вечером, в шесть ноль-ноль. — Да, мне подходит.— Улыбнулся Аластор.— А теперь, если позволишь, я отойду. Обычно время в отеле он проводил, просто слоняясь без дела: бродил по коридорам, наблюдал за обитателями, кривлял им рожи за спиной. Жаль, эта весёлая атмосфера давно выветрилась. Некого стало доставать. А ведь это было единственное, что спасало его от безумия в этом дурацком месте. Аластор быстро напечатал Люциферу сообщение «Разогреешь еду себе сам, ладно?».

***

Оставшийся день прошёл как в тумане. Отчасти потому, что пить посреди дня — идея так себе, отчасти из-за вечно давящей атмосферы. К вечеру стало только хуже. Аластор пришёл минута в минуту — ровно тогда, когда требовалось. Ниффти устроилась на спинке дивана, Энджел сидел в кресле, шушукаясь о чём-то со стоящим рядом Хаском. Когда все наконец собрались, Вэгги глубоко вздохнула и начала разговор. — Мне нужна ваша помощь. У отеля возникли некоторые проблемы, и я подумала, что мы могли бы вместе найти решение. У нас совсем нет постояльцев, мы никуда не движемся. У кого-нибудь есть идеи, что можно с этим сделать? — Нарисовать листовки???— Предложила Ниффти, вытянув руку, словно прилежная школьница. — Ты права, сейчас нам пригодится любая реклама.— Кивнула Вэгги.— Но нужно что-то более глобальное. Проблема в том, что грешники даже не верят в возможность искупления. У нас нет ни единого доказательства того, что Сэр Пентиус искупился. Более того, мы даже не знаем, так ли это на самом деле. — А как насчёт рекламы от кого-нибудь популярного?— Пожал плечами Хаск, сам не слишком веря в свою идею.— Предлагаю Энджела. — Нет, нам нужно показать изменения. А Энджел…— Девушка бросила на Энтони беглый взгляд.— Пускай он и стал значительно лучше, его главный грех – похоть. А из-за контракта он не может с этим покончить. И мы, разумеется, его не осуждаем и знаем, что у него просто нет выбора. — Спасибо, красотка. Но если я не подхожу…— Энджел широко улыбнулся .— Тогда как насчёт Мистера Улыбашки? Все взгляды тут же переключились на радио-демона. Аластору и без того приходилось вытворять немало глупостей ради этого отеля. Можно сказать, он уже привык притворяться паинькой — хотя это всё равно болезненно било по его эго. Но, бляха муха, его снова пытались втянуть в какое-то постыдное дерьмо. — Вы предлагаете мне рекламировать отель?— Уточнил он.— Опять? — Отличная идея, Энджел!— Просияла Вэгги.— Аластор, я знаю, что тебе это не в радость, но для нас это действительно важно. Я не знаю, что именно заставляет тебя продолжать работать с отелем, но твоя помощь нам необходима. — Даже не знаю…— Он приподнял бровь.— И каким образом вы предлагаете мне это сделать? — Просто притворись, что изменился.— Пожал плечами Хаск.— Только это будет значить, что тебе нельзя никого убивать. Ну, разве что в целях самообороны. И натравливать никого друг на друга. И всё такое. Или делать это втихаря. — За кого вы меня держите? — Искренне возмутился Аластор, усмехаясь.— Я максимум могу помочь Ниффти расклеить объявления. На этом мои полномочия всё. — Ну, ты и так уже в добродетель подался.— Вэгги скрестила руки на груди, скептически глядя на оверлорда.— Когда ты в последний раз кого-нибудь убивал? Или делал хоть что-то "плохое"? Аластор нахмурился, сжимая руки в кулаки. Ему совершенно не нравилось, к чему клонит этот разговор. — Но я и не припомню, чтобы делал хоть что-то хорошее.— Попытался возразить он. — Эм… Ау?— Вэгги приподняла бровь.— Мне напомнить про тот случай с Люцифером? Она определённо была права — но это не значит, что это бесило Аластора меньше. Как раз наоборот. — И вообще, ты проводишь с ним большую часть своего времени.— Продолжила она.— Только не говори, что таким образом ты помогаешь ему не… Кхм, не наделать глупостей. Я не знаю, какие у тебя мотивы, но факт остаётся фактом – ты всё равно это делаешь. Аластор сузил глаза, смотря на Вэгги, как на врага народа. Рози вряд-ли позволила бы ему дальше бездействовать и позволять отелю гнить — даже не смотря на то, что его прежняя владелица давно погибла. Зачем тогда ему торчать тут? Это такой способ психологической пытки? В чём грёбанный смысл? Он вздохнул, сквозь стиснутые зубы, собираясь сказать что-то, на что сам бы не поверил, что согласится. — Ладно. Я сделаю рекламу сегодня же, раз вам так это нужно. Зато, теперь его перестанут упомянуть как "отельного демона" — хотели больше радио эфиров? Получите, распишитесь! Хотя, зная жителей ада, они начнут шептаться уже о том, что Аластор "раскис". Ну конечно! Ранее самый сильный оверлорд — а теперь просто посмешище. Сколько же раз он пожалел о том, что заключил эту сделку с Рози...