Открытый финал

      Апофео́з — феерическое окончание, завершение какого-либо процесса.                                       *   *   *       — Ты знал, что у нас завтра день открытых дверей?       — Конечно. Они ведь каждые полгода. И ни за что не угадаешь, кто будет представлять агентство... — Кавех устало откинулся на спинку дивана.       Хайтам с сожалением посмотрел на него и плюхнулся рядом. В гримёрке было тихо, не считая гула кондиционера и тиканья часов. В последнее время ребята всё больше времени проводили здесь, в перерывах между съёмками, чтобы поболтать.       Поездка в Питер... Однозначно, она сильно повлияла на обоих. Как минимум, Кавеху пришлось принять, что ему нужна дополнительная опора — как бы он ни старался до этого показать обратное. Наказывать и гнобить себя за это нет смысла: будет только хуже, и ничего не изменится. Главное — знать меру и разрешать помощь себе только от очень узкого круга. В конце концов, с заботой Навии он давно смирился. Хайтам не хуже — но если полезет слишком близко, придётся напомнить, что есть и непоколебимые границы. В конце концов, позволить ему себе немного помогать, наверное, не значит окончательно дать перейти весь барьер?.. В любом случае, оттолкнув, парень сделает ему только больнее. А тут надо быть гораздо осторожнее. В общем, небольшая помощь — так и быть. Но слишком уж близкие взаимоотношения точно под запретом. Этого Кавех нарушать не собирается.       — ...У Аякса всё стабильно, — Аль-Хайтам закинул ногу на ногу и вздохнул. — Ну да, сам-то, небось, выступит с короткой речью, а экскурсоводом станешь ты.       — Не только я — ещё Навия. Она как раз в Москву после командировки вернулась.       — Ребята, примите мои соболезнования...       — Да, наверное, это понадобится.                                       *   *   *       Не соврал. Уже через день, ранним утром, Кавех с Навией стояли в кабинете директора и ждали его. Навия, в отличие от Кавеха, казалось, вообще не переживала. Для неё это была родная стихия: она только недавно вернулась с показа во Франции и сразу загорелась новым делом. Очень похоже на неё — девушка превосходный экскурсовод. Модель со стажем чуть ли не всю свою жизнь, красивая, уверенная в себе и открытая к миру. Она всегда прямолинейна, но её правда никогда не ранит — наоборот, завоёвывает доверие к ней ещё больше.       А Кавех… её полная противоположность. Закрытый в себе социопат, заложник собственного образа, он не может без сладкой лжи. При контакте с незнакомыми людьми его буквально сжигает изнутри паранойя: лишь бы они ничего не узнали… Разве такой человек подходит для представления агентства? Быть «лицом» — это одно, но его «позвоночник» — однозначно Навия. Именно она — связующее звено. Кавех хорош только на обложке.       Изначально такие мероприятия всегда проводила одна Навия (не считая вступительной речи самого Аякса), но в этот раз директор, по-видимому, решил таким образом наказать блондина за ситуацию в Санкт-Петербурге — и предложил ему помочь девушке, зная, что тот просто не сможет сказать «нет». Навия отлично справилась бы и сама, но, узнав, что можно будет лишний раз поболтать с другом, обрадовалась ещё больше.       Из своих мыслей Кавеха вырвал звук открывающейся двери.       — Вы уже в сборе, отлично, — Аякс усмехнулся, прошёл мимо моделей и сел за стол. — Как настроение?       — Отличное, господин директор! — бодро отрапортовала Навия. — Обожаю дни открытых дверей! Это как интервью, но гораздо интереснее.       — Верно, это как интервью. Ничего нового, и не стоит волноваться. Верно, Кавех?       Светловолосый лишь кивнул.       — Ближе к делу, — Аякс начал перебирать папки с документами. — В начале дня у вас будет фотосессия. Это не коллаб с брендом, а выступление для пришедших зрителей. Вы должны показать весь свой профессионализм — как ведущие модели агентства. Выложитесь на максимум.       Кавеха словно по голове ударили. Фотосессия… На глазах не только его коллег, но ещё и незнакомцев… А что, если… если он вновь потеряет контроль? Если ему резко станет плохо? Если он грохнется в обморок?.. Это будет оглушительным провалом. Все узнают его тайну. Образ, вся эта работа — пойдёт коту под хвост. Лучше уж умереть, чем развеять эту прекрасную иллюзию. Невольно вижуал приобнял себя, чтобы хоть как-то прийти в себя.       — Директор… — начал он. — Не слишком ли мы рискуем?.. Вы же, как никто другой, знаете, чем могут быть чреваты для меня фотосессии. Я стараюсь, очень стараюсь себя контролировать, но иногда всё просто… слетает. Если такое произойдёт на глазах у стольких людей…       — Довольно, — оборвал его Аякс. — Не более пяти минут, я помню. В этот раз будет строгий регламент. Навию поснимают подольше, но в твоём случае рисковать я сам не собираюсь. Не хватало, чтобы ты ещё опозорил всё агентство. И, кстати, — он кинул парню бежевую тканевую маску. — Наденешь её сверху после фотосессии. Скажешь, что болеешь — это даже ложью не будет, — мужчина усмехнулся. — Все всё поняли?       — Да, — хором ответили Кавех и Навия.       — Тогда идите на главную площадку, готовьтесь.                                       *   *   *       Людей приходило все больше. За площадкой была маленькая гримёрка. Обычно моделей красили прямо на площадке, но в этот раз ради Кавеха это не делалось публично. Точнее, не ради него, а ради сохранения его безупречного образа. Меньше знаешь — крепче спишь. Но в отличие от парня, который спокойно сидел и ждал, пока визажист доделает макияж, Навии не сиделось на месте, и она взяла на себя обязанность — прямо как перед кастингом стажёров — бегать и подглядывать за людьми. К ней самой пришли родители и друзья, и девушка считала грехом не поболтать с ними лишнюю секунду. В такие редкие моменты Кавех даже испытывал облегчение, что родителей у него нет, а друзья — только с работы. Интересно, кого Хайтам возьмёт с собой? Наверное, родителей, у него вроде хорошая семья…       — Полная готовность! — Навия подскочила к Кавеху и схватила его за руку. — Погнали подглядим, интересно посмотреть на вступление от директора!       — Подожди… — Кавех потянулся за тканевой маской, но девушка его остановила.       — Никто ничего не заметит, мы из-за двери, одним глазком!       А директор выглядел даже увереннее Навии. Это была его стихия — представлять своё безупречное агентство, своё детище, результат огромной работы и строгого контроля. Перед площадкой были расставлены диваны для пришедших. Все это были семьи и друзья сотрудников «RM ENTERTAINMENT». Но среди «простых смертных» могли затесаться и модные эксперты, так что надо было быть крайне осторожными и показать высший уровень. Не зря модели «RM» славились своей безукоризненной репутацией. Агентство в мире моды считалось одним из самых стабильных. За все время работы — ни одного громкого конфликта, а это точно повод для гордости, но также и большая ответственность. Чем чище репутация, тем сложнее её сохранить.       — Дорогие гости, добрый день, — пафосно начал Аякс. — Рад вас приветствовать в нашем агентстве. День открытых дверей позволит вам узнать устройство нашей работы изнутри. Наши ведущие модели с радостью продемонстрируют вам своё мастерство, а потом проведут экскурсию по агентству и расскажут о нашей работе.       — Вау, мы увидим Кавеха вживую! — восхищённо произнесла какая-то девушка с первого ряда своей подруге. Видимо, переборщила с эмоциями, и это услышали все. Навия посмотрела на блондина взглядом, говорящим: «Ох уж эти фанатки!».       — Да, вы увидите Кавеха вживую, — добавил Аякс под восторженные возгласы девушек. — И даже сможете с ним поговорить. Это мероприятие призвано показать вам, что наши модели могут выглядеть «неземными» и «недоступными», но на самом деле они такие же люди, как и вы. Многих из вас сюда пригласили наши коллеги, уверен, они тоже с радостью расскажут вам некоторые секреты модельного бизнеса. — Он хлопнул в ладоши, и основной свет выключился, а профессиональные лампы устремились на фотозону. — Сейчас Кавех и Навия покажут вам сам процесс фотосессии, потом вы сможете задать им несколько вопросов.       Раздался гром аплодисментов.       — Удачи вам, — сказала стилистка.       — Ты справишься! — Навия хлопнула Кавеха по плечу. — Как только почувствуешь, что силы на исходе, возвращайся, я выйду вслед за тобой.       — Хорошо, спасибо, — Кавех в последний раз глубоко вздохнул и, собравшись с силами, «уверенно» вышел на площадку.       По залу раздался восхищённый шёпот — и вправду, многие видели звезду «RM» так близко впервые. Под лучами ламп вижуал сиял ещё больше. Спокойно, это просто фотосессия, за слепящим светом всё равно не видно публики. Надо сосредоточиться только на позировках и уверенной улыбке. Послышались знакомые щелчки камер, и волнение медленно покидало Кавеха. Всё под контролем, в этот раз он точно справится.       И ведь справился. По прошествии отведённого времени зрители словно очнулись ото сна и оглушили повторным шумом аплодисментов. Светловолосый быстро поклонился и скрылся за спасительной дверью.       — Судя по реакции, ты был великолепен! — Навия налетела на Кавеха с объятиями. Тот легонько отодвинул её и сел на стул, чтобы перевести дух. Руки всё равно невольно тряслись, даже несмотря на то, что в этот раз он волновался меньше. — Всё, я тоже так хочу, побежала! — И девушка быстро покинула гримёрку.       Наступили минуты отдыха. Кавех открыл бутылку с водой и задумчиво уставился в зеркало. Макияж с традиционно толстым слоем консилера, чтобы скрыть болезненный вид… Волосы, уложенные красивыми локонами… Одежда, идеально сидящая по фигуре — сегодня это был костюм, стилизованный под ангельский образ, из ткани, похожей на лёгкие перья, с рукавами-буфами… Всё это было знакомо, не цепляло. Кавех абсолютно искренне не понимал, почему вызывает у людей такое восхищение. Его красота, сочетающаяся с надменным видом, вызывала просто какой-то фурор. Но разве публика не видела эту фальшь?..       Спустя ещё минут десять он снова вышел на площадку. Там уже стоял диванчик для них с Навией и стол с микрофонами. Девушка приветственно улыбнулась ему и выглядела очень счастливой. Вновь зааплодировали.       — Вы увидели пример профессиональной фотосъёмки и работы наших моделей. Остались ли у вас какие-нибудь вопросы? Прошу поднять руку, и стафф выдаст вам микрофон, — сказал Аякс.       Вопросы посыпались сразу же.       — Как вам удаётся всегда так хорошо выглядеть?       — Сколько вы зарабатываете за одну фотосессию?       — Какой у вас график работы?       — Давайте по очереди! — Навия кивнула. — Моделям запрещено выглядеть плохо, думаю, вы все это понимаете. Если вдруг, не дай бог, с нашей внешностью что-то произойдёт — например, мы заболеем, — нам даётся отдых на восстановление. Если ситуация не столь критична, визажисты всегда могут скрыть лёгкие недостатки, чтобы подчеркнуть нашу красоту.       — Кстати, об этом, — добавил Кавех. — Простите за мой внешний вид, я как раз немного приболел. Но, как видите, на мою работу это никак не повлияло — профессионализм превыше всего.       Наглая ложь. Пускай Навия тоже чего-то недоговаривает, но с ней действительно происходит так, как она описывает: когда ей становится нехорошо (а это бывает очень редко), она получает законный отдых. Но в ситуации с Кавехом это работает не так. При хронических заболеваниях отдых нужен на протяжении всей жизни, а на это он не согласен. Впрочем, никто и не предлагал. Главное — приносить людям пользу, не быть бессмысленной обузой.       Взгляд скользнул по публике, и глаза наткнулись на Аль-Хайтама, который что-то говорил на ухо незнакомой красноволосой девушке. Вдруг он резко посмотрел на Кавеха в ответ и улыбнулся. Блондин незаметно махнул рукой в ответ.       Что же касается подростка, на День открытых дверей он пригласил Нилу. Хайтама давно съедало чувство вины, что он проводит с ней слишком мало времени… В любой свободный момент он шёл к Кавеху — к другу, а не к своей девушке. Даже в школе он яро боролся с желанием написать ему и уже почти не реагировал на обсуждение бурной девичьей жизни дамы своего сердца. Стыдно… Они же всё-таки в отношениях. А тут такая возможность — пригласить её в свой мир, на свою работу. Отец всё равно скорее всего валяется где-то в подворотне, а мать работает допоздна даже в выходные, проверяя тетради.       Аль-Хайтам позвал и Сайно, но тот сказал, что не хочет вертеться в высшем обществе, и свалил на хату к Тигнари. В общем, Нилу была лучшим вариантом из всех. Она восхищённо разглядывала агентство и коллег Хайтама, одновременно слушая болтовню Фурины, которая хвасталась подруге своей работой. Аль-Хайтам же, дождавшись появления Кавеха, не мог оторвать от него взгляда и восторженно нахваливал его Нилу. Жаль, Скара сегодня не было — он бы ткнул её ему в лицо, чтобы у того окончательно отпали сомнения, что Аль-Хайтам — не педик!       После сессии «вопрос-ответ» сероволосый потащил девушку к блондину, который уже стоял в окружении фанаток.       — Кавех, привет! Знакомься, это Нилу, — он улыбнулся.       — Приветик, Хаи много рассказывал о тебе. Ты потрясающе выглядишь, — девушка протянула руку.       — Здравствуй, приятно это слышать, спасибо, — Кавех сжал её в ответ. — Ты ведь его девушка?       — Ага, — кивнула Нилу и с каким-то укором глянула на Хайтама, который, в свою очередь, отвел взгляд.       Неловкую паузу прервала Фурина, распихав недовольных девушек, которые обиженно отошли в сторону, чтобы пошушукаться.       — Наконец-то состоялось знакомство жены и любовника! — довольно усмехнулась она и сразу получила по башке от Аль-Хайтама.       — Ты дура?! Что несешь вообще?!       — Хаи, тише, я же понимаю, что она шутит, — Нилу вздохнула. — Кавех, покажешь мне ваше агентство? А то эти двое меня с ума сведут.       — Да, конечно… — начал Кавех, но его перебил Аль-Хайтам.       — Нилу, ты офигела личную экскурсию у него просить? Мы же не одни тут! Не напрягай человека лишний раз, — серьёзно сказал парень.       — О чём болтаете? — к ним подошла Навия. — Кавех, если твои друзья просят отдельно показать им агентство — let's go! Тебе так будет проще, а мне, наоборот, приятно повзаимодействовать с большими группами. Разделим наши роли с точки зрения комфорта, идёт? Мне не впервой.       Конечно, Навия как никто знала, какого Кавеху брать на себя позицию лидера, полностью перестраиваясь изнутри.       — Если тебе не будет сложно… Спасибо, — сдержанно поблагодарил светловолосый, но от сердца значительно отлегло. Какая же всё-таки Навия хорошая подруга… Вот бы и он мог ей чем-то за это отплатить… — Тогда пойдёмте?       …Экскурсия прошла вполне мирно. Нилу оказалась благодарным слушателем и внимательно воспринимала любую, даже самую нудную информацию о работе. Она задавала интересные вопросы, но не сыпала ими чрезмерно. Даже сам Хайтам удивлялся: рядом с Кавехом она из болтушки превратилась в достаточно серьёзную девушку. Может, тоже хотела произвести на него впечатление? В сердце кольнула ревность. Странно… Не по отношению к Нилу, наоборот… Но Аль-Хайтам быстро подавил это чувство. Видимо, действительно отвык от общения со своей девушкой, и, в очередной раз, всякая херня в голову лезет. Подросток мимоходом приобнял её за плечи, чтобы отвлечься от странных мыслей, но Нилу аккуратно сбросила его руку. Это показалось очень странным, но выяснять с ней отношения рядом с Фуриной и Кавехом не хотелось от слова «совсем».       — Вот, это последняя фотозона. У нас есть ещё запасная, но она чуть в удалении и сейчас заброшена. Если хочешь, могу и её показать, — Кавех выключил свет, вышел в коридор и повернулся к Нилу.       — Я слышала… — начала девушка. — Там пирожные как закуски раздают. Хаи, Фурина, можете сбегать нам принести? А то разберут все, а я пока посмотрю последнюю фотозону. Вы всё равно, наверняка, её видели? — Она мило улыбнулась.       — Без б, подруга! Хаи, пойдём, оставим даму твоего сердца и «просто друга» наедине! — Фурина пихнула Аль-Хайтама в бок и убежала, чтобы не получить пиздюлей.       — ТЫ ЗАТКНЁШЬСЯ ИЛИ НЕТ?! — окончательно не выдержав, крикнул сероволосый. — Простите за неё, — он быстро взглянул на растерянного Кавеха и задумчивую Нилу. — Мы быстро. — И умчался вслед за подругой.       Теперь Кавех и Нилу остались в гнетущей тишине. Делая вид, что ничего не случилось, блондин шёл по коридору к запасной фотозоне. Но в душе его переполняло чувство вины по отношению к девушке… Они с Хайтамом ведь действительно в некоторых моментах были до неприличия близки… По отношению к Нилу это ужасно некрасиво. А Кавех — последний эгоист, который съедает внимание Аль-Хайтама, которое должно быть направлено не на него. Нет, надо будет сообщить другу, что это не дело. Повторить ему: вижуал принял только его помощь, а близкие отношения надо выстраивать с тем, кто имеет законное право на это.       — Мы пришли. Тут свет не работает, так что лучше включи фонарик, — Кавех открыл дверь и зашёл в тёмную комнату, по стенам которой были развешаны чёрные полотна и стояли старые камеры.       — Кавех, послушай… — голос Нилу дрогнул. И светловолосый услышал звук закрывающейся двери. Он обернулся и с лёгкой тревогой взглянул на неё. В руках девушки был телефон с фонариком, свет его направлялся на пол, заставляя Нилу стать похожей на печального призрака. — Мне очень надо с тобой поговорить.       — Ты уверена, что именно со мной? — с сомнением переспросил Кавех.       — Да, с тобой… — девушка глубоко вздохнула. — Ты близкий друг Аль-Хайтама. Знаешь, в последнее время он не просто часто говорит о тебе — буквально все наши разговоры сводятся к этому…       Чувство вины пронзило Кавеха ещё больше… Вот чем чревато даже небольшое сближение с людьми. Он может причинить боль не только тому, с кем сближается, но и близким этого человека…       — Прости… — вижуал склонил голову. — Я скажу ему…       — Нет, стой! — Нилу резко подошла к нему на шаг, и в её глазах мелькнула искра сожаления. — Я говорю о том, что ты, наверное, в курсе… Хайтам тебе доверяет… — она замялась. — В общем, Фурина мимоходом упоминала, что у него кто-то появился… Я знаю, что это не ты, здесь она очевидно шутит, но… — на этом моменте разговора Нилу явно всхлипнула. — Он стал гораздо меньше проводить со мной время, всё вечно спешит на работу! Я подумала… Я подумала, что ты точно должен знать, о ком речь!       Кавех смотрел на зарождающуюся истерику девушки, даже не зная, что ответить… Нету у Аль-Хайтама тут никого. В глубине души Кавех бы очень хотел, чтобы была другая девушка, а не он… Ведь Нилу говорит именно про него, хоть и не осознаёт этого. Аль-Хайтам проводит с ним так много времени, жертвуя временем с партнёршей. Как тут не винить себя? Его словно парализовало, и все слова вылетели из головы… Проклятье снова начало действовать. Снова начали страдать люди от сближения с ним… Как он вообще мог поверить, что в этот раз будет не так? Как он мог позволить Аль-Хайтаму помогать ему? Это ведь изначально значило, что их отношения будут расти с каждым днём… Но Кавех — последний эгоист. Он закрыл на это глаза под предлогом, что Хайтаму будет больнее, если оттолкнуть, — как и всегда. На самом деле внутренне ему самому было важно зацепиться. Прямо как в детстве…       — Кавех, скажи мне, кто она! — из глаз Нилу уже целым потоком текли слёзы. — Почему ты молчишь?! Почему вы оба вечно молчите, делаете вид, что не в сговоре, что не знаете, о чём я! Но я же вижу — в его взгляде на меня никогда не было любви, а сейчас даже лёгкая симпатия пропала! — Девушка схватила блондина за края одежды и тряхнула. — ПОЧЕМУ ТЫ ПОКРЫВАЕШЬ ЕГО, ПОЧЕМУ?!       — Прости… Это моя вина, — только и смог произнести Кавех, опустив глаза в пол. Он чувствовал себя не лучше, чем Нилу. Последним отбросом.       — ОТВЕТЬ НАКОНЕЦ! — Красноволосая тряхнула парня ещё сильнее.       Вдруг дверь открылась.       — Что тут происходит?.. Полагаю, ещё повезло, что я оставил Фурину разбираться с закусками там, а сам побыстрее пришёл к вам.. Как чувствовал. — голосом, не предвещающим ничего хорошего, произнёс Аль-Хайтам.       Наконец различив фигуры в вспышках фонарика, он бросился к ним. Легко отцепив рыдающую Нилу от Кавеха, он обнял его за плечи.       — Ты как? Всё хорошо? Она не причинила тебе боль?       Кавех не ответил, он даже не шелохнулся, хотя весь дрожал.       — Почему даже сейчас ты защищаешь всех, кроме меня?! — фонарик выпал из её руки, и Нилу сделала шаг, чтобы снова наброситься на парней. Хайтам автоматически сильнее прижал Кавеха к себе, защищая его от своей же разъярённой девушки. — Почему… Ты еблан с бзиком на справедливость, но за последнее время ни разу не встал на мою сторону! Я говорю, как мне занижают оценки — ты про свою работу. Я говорю, что у меня проблемы с матерью — ты киваешь и собираешься в агентство! ДАЖЕ ЕСЛИ БЫ Я СКАЗАЛА, ЧТО У МЕНЯ ПОЯВИЛСЯ ДРУГОЙ, ТЫ БЫ ПРОИГНОРИРОВАЛ И СНОВА ЗАГОВОРИЛ ПРО РАБОТУ! СКАЖИ МНЕ, В КОГО ЭТО ТУТ ТЫ ТАК ВТЮРИЛСЯ?!       — Нилу, я… — Аль-Хайтам тоже не находил слов, чтобы ответить. Самое страшное, что её слова были логичными и резонными… — Я ни в кого не влюблялся… Просто…       — Тогда объясни… Объясни, почему даже сейчас ты стоишь, защищаешь Кавеха, которому я даже сделать ничего толком не могу, вместо того чтобы подойти и обнять меня… — Нилу опустила взгляд. — А пока тебя не было, он упорно тебя прикрывал и брал вину на себя! Что-то хуёвая у вас команда! Вы беспокоитесь не о тех, о ком надо!       — Я знаю, о ком мне надо волноваться, а о ком — нет! — взвился Хайтам, начиная терять терпение. — Это только наше с тобой дело, нахуя ты втянула Кавеха? Ты думаешь, ему своих проблем не хватает? Ещё и руки распускаешь, знаешь ведь, что он тебе ничем не ответит, потому что у него ещё осталась честь, в отличие от некоторых! А мне уже плевать — если ты захочешь причинить ему вред, я буду действовать на твоё опережение.       — Ну-ну, маменькин защитник… — презрительно хмыкнула девушка. — Стоите друг за друга горой и думаете, что ваша дружба превыше всего. Но есть вещи и поважнее — например, романтические отношения, о которых ты уже и не помнишь. Аль-Хайтам, ради того, чтобы спасти якобы слабых, ты теряешь ещё более близких тебе людей. Ты не герой, но ради своего героизма решаешь, что другие не могут обойтись без твоей помощи. А они могут, просто боятся оттолкнуть. Не Кавех тут объект жалости, а ты. Тебя все жалеют, поэтому принимают твою помощь, ведь знают, что без неё ты кажешься себе никчёмным…       — Заткнись!       — Если я не права, просто скажи, что любишь меня. Произнеси это вслух. Докажи, что ты был со мной не потому, что хотел почувствовать себя кому-то нужным, а потому, что любил меня.       Тишина. Полная тишина.       Аль-Хайтам бы очень хотел произнести это, но не мог. Он не любил Нилу, и только сейчас осознал, что даже детская навязанная симпатия к ней давно прошла. Он врал. Он врал ей, врал себе, и когда окружающие пытались сказать об этом, категорически не хотел ничего признавать. Все слова, сказанные Нилу, были правдой. Очень жестокой, но правдой. Неужели он даже о Кавехе заботился из собственной выгоды?.. Эта мысль приносила ужасные терзания. Нет, парень всё ещё не хотел в это верить! Его собственная идеализация себя рушилась на глазах. Он так виноват… Перед ними всеми.       — Прости, Нилу…       Девушка ещё немного задержала на нём взгляд, полный боли, подняла телефон и выбежала из фотозоны.       Кавех вырвался из полуобъятий, чуть пошатнувшись, сделал шаг вперёд. Аль-Хайтам схватил его за руку, пытаясь удержать.       — Кавех, о тебе я забочусь не чтобы чувствовать себя нужным, клянусь! Я реально хочу тебя поддержать, я хочу помочь, дать тебе свободу! Если будешь продолжать опираться на Аякса, это ничем хорошим не окончится… Лучше уж на меня!       — Так дай. Я справлюсь и без твоей поддержки, — не обернувшись, произнёс блондин. — Дай мне свободу. Я тебя ни в чём не виню. Взамен — отпусти меня. Эта ситуация на моей совести, я предупреждал, что рядом со мной ты рано или поздно пострадаешь. — Его интонация была подчёркнуто холодной, хотя внутри всё разрывалось от боли. — Я не настолько слаб. Жил же раньше как-то без тебя… Спасибо за всё, но теперь я вновь буду сам по себе. Прости. — Он выдернул руку и направился к выходу.       — Нет, Минджэ! — Аль-Хайтам бросился за ним. — Ты опять будешь во всём винить себя, опять от меня закроешься! Опять всё случится как по-старому… Ты не виноват в этой ситуации, я врал Нилу ещё с самого начала наших отношений, я врал всем своим бывшим девушкам, послушай! — Парень резко схватил Кавеха из-за спины и прижал к себе за талию, уткнувшись в его плечо. — Я никогда никого по-настоящему не любил, поэтому и не боялся потерять. Но мне страшно… Мне впервые в жизни до ужаса страшно, что ты от меня уйдёшь снова, в этот раз навсегда! Я столько раз помогал тебе, но сейчас сам прошу твоей помощи. Для меня это очень сложно, сложно сказать «не бросай»… Но… Минджэ, пожалуйста, не бросай меня.       Кавех замер и спустя несколько мгновений медленно развернулся лицом к Хайтаму. В его взгляде отразилась целая смесь различных чувств.       — Я не хочу тебя бросать. Но… есть ли у нас другой выход?.. — прошептал парень.       — Выход есть всегда, даже если мы его не видим, — Аль-Хайтам заключил Кавеха в крепкие объятия. — Знаешь… Нилу я так и не смог ничего объяснить, а тебе могу. Я правда частенько борюсь за справедливость. Возможно, Нилу была права — так я себя чувствую полезным. Однако раз за разом я спешу помочь далеко не всем, я привык беречь свои силы. Но с тобой… Дело в том, что в прошлом… в прошлом я слишком много раз проявлял беспомощность и не смог спасти очень важного для меня человека. Это аукается мне по сей день… Этот человек, прямо как и ты, выбрал опираться не на того и очень страдал… страдает из-за этого. А у меня тогда не было возможности повлиять. Или была, но мне до сих пор страшно признать, что я её упустил. Но сейчас у меня есть ресурс! Есть ресурс, чтобы дать тебе правильную опору. Чтобы исправить свою ошибку. Минджэ, скажи мне правду. Теперь это действительно необходимо, или я навязываюсь?       — Хайтам… — Кавех на секунду замолк, собираясь с мыслями, чтобы осознать всю информацию. Все силы ушли на сдерживание эмоций, и сейчас их был катастрофический дефицит. — Я очень хорошо тебя понимаю… У меня тоже был очень дорогой человек, который пострадал по моей вине. И я тоже вижу в тебе его подобие… Этот человек так же заботился обо мне, как и ты, абсолютно искренне… Но он не выдержал. — Блондин судорожно вздохнул, на фоне эмоционального срыва тело стало терять контроль, и он вцепился в руки друга, чтобы не упасть. — Я ничем не мог ему помочь и до сих пор ненавижу себя за это. Но я не мог не искать этой опоры в нём, как бы ни старался… Я пытаюсь себе этого не признавать, но не могу не искать и по сей день. Аякс, которого ты так презираешь, дал мне всё, когда я почти умирал. Поэтому я не могу так просто сепарироваться, стать самостоятельным… У меня нет другого шанса. Я знаю точно: Аякс не закончит как этот человек. Он успешен и влиятелен, я могу на него положиться без страха, что он сломается. Но ты… ты ещё младше меня… Я не могу быть в тебе уверен, как бы ни хотел поддержки.       — Но ты уже другой, верно? — Хайтам медленно убрал волосы с лица Кавеха. — Ты привык бороться, ты стал сильнее. Тебя уже не нужно нести, лишь поддерживать. Ситуация с человеком из твоего прошлого не повторится. Мы с тобой ловим триггеры, но не осознаём, как изменились… Просто обещай мне для своего же спокойствия, что не будешь «висеть» на мне, а будешь «идти» сам, просто с осознанием, что если «упадёшь», я тебя поймаю. Тогда никто из нас не пострадает. И помни, моя помощь тебе ни на что не влияет. Я бы хотел, но если ты все еще не готов сильно сближаться, я буду рядом и без этого. Прекрати уже винить себя во всех грехах, дай и мне пострадать…       — Хорошо, я обещаю, но… — вижуал запнулся. — Понимаешь, мне очень страшно, что у меня не получится. Мне страшно, что я обещаю то, чего не смогу исполнить, как бы ни хотел. Ты говоришь «идти» с поддержкой, но всю свою жизнь я видел только две идеологии: либо полностью сам, либо на «плечах» другого. И для меня гораздо предпочтительнее первый вариант. Однако… Психика еще справится, но не тело, а этого я не могу контролировать. Мне просто… Страшно, что если я пойму, что «повис» на тебе, мне придётся снова разорвать с тобой всё. Ты предлагаешь мне самое здравое, я знаю. Но я совсем не «здоров».       — Посмотри на нас сейчас, ладно? — подросток подхватил его под руки. — Ты не падаешь, потому что я держу, но стоит тебе набраться сил — я легко отпущу. И так до следующей минуты слабости. Некоторые… Некоторым просто невыгодно признавать, что тебя не нужно постоянно тащить на себе. — Аль-Хайтам презрительно хмыкнул. — Они своими действиями делают тебя еще слабее, чтобы удержать в контроле. Но не я. Я постараюсь, наоборот, усилить тебя максимально, насколько это будет возможно. Проблема ведь в голове, а не в теле. Физически поддержать легко, но морально тебе нужно научиться бороться самому.