Всё за тебя отдам

Перед глазами пронеслись вспышки белого света, в ушах поднялся нестерпимый звон. Фэй Ду зажмурился. Сквозь навязчивый шум он слышал, как кто-то кричал:

— Фэй Ду, беги! Беги немедленно!

А после собственный голос эхом повторял в голове: «Капитан Ло, мне давно не снятся кошмары». Картинка неохотно обретала очертания. Отчаянный и полный тревоги крик стал громче, звон в ушах затихал. И вскоре Фэй Ду увидел себя на пороге подвала. Рубашка на нём была помята, рукава закатаны, ноги почему-то слабо дрожали, отказываясь слушаться. Молодой человек поднял взгляд и в ужасе отшатнулся, едва не упав. На одном конце установки, закованный в металлический ошейник, сидел Ло Вэньчжоу. Близ него стоял Фэй Чэнъюй. Мужчина обернулся к незваному гостю, как в замедленной съёмке. Довольная усмешка озарила его лицо. — Ты как раз вовремя, Фэй Ду. — Уходи сейчас же, — рявкнул Ло Вэньчжоу. Фэй Ду видел, как Фэй Чэнъюй тянет к нему руки, но не мог пошевелиться, словно прирос к месту. Холод окутал его тело, плечи задрожали. В момент, когда его почти схватили под локоть, голова закружилась. С уст Фэй Ду сорвался судорожный вздох, он резко сел на кровати, тяжело дыша. Капли холодного пота застыли на висках, футболка прилипла к спине, кончики пальцев дрожали. Спящий рядом Ло Вэньчжоу, которого невозможно было поднять никакими будильниками, ощутил под боком копошение. И, не до конца спросонья разобравшись в происходящем, услышал лишь прерывистое дыхание и, вероятно, подумал, что Фэй Ду в прошлом допрыгался до того, что, помимо гемофобии, заработал себе приступы удушья. Он и сам порывисто поднялся, потянулся к прикроватной тумбе, включая ночник, ощущая, как сердце от тревоги едва ли не забилось прям в горле. Лампа моргнула, освещая тускло пространство, и Ло Вэньчжоу увидел растрепанного Фэй Ду, грудь которого тяжело вздымалась. Заметив, что возлюбленный проснулся, тот попытался было положить руки так, чтобы не было видно дрожь в пальцах, но не успел — Ло Вэньчжоу, сон которого как рукой сняло, уже перехватил одну из его ладоней, сжимая. — Фэй Ду, что случилось? Кошмары вернулись? Вести о том, что Фэй Чэнъюй пришёл в себя, были озвучены год назад. Ло Вэньчжоу тогда первые пару недель пил кофе практически литрами, чтобы отвратительно спать по ночам. Он беспокоился, что если Фэй Ду станет плохо или кошмары вернутся, он благополучно все проспит и не будет рядом, когда возлюбленный будет в этом нуждаться. А Фэй Ду ведь и не скажет потом ничего. Но то ли организм его предал и спал он всё так же крепко, то ли действительно год назад ничего не произошло — Фэй Ду был более чем стабилен, не закрывался эмоционально, лишь каждый раз становился немного напряжённым и скованным в движениях, когда приходила пора заезжать в больницу и оплачивать счета за лечение. Ло Вэньчжоу он ни разу не разрешил поехать, даже когда была возможность сделать это без ущерба работе. Фэй Ду мог разрешить ему подождать на парковке у больницы, но хотя бы переступить порог медучреждения, что уж говорить о палате Фэй Чэнъюя — отказывался. После пары-тройки отказов Ло Вэньчжоу стал избегать этой темы, решив не давить на молодого человека. Он не знал, что было в голове у Фэй Ду и почему он оставался так категоричен, но решил уважать его желание. Не то чтобы сам Ло Вэньчжоу жаждал увидеться с Фэй Чэнъюем. Во-первых, его одобрение на их отношения ему было абсолютно не нужно. Во-вторых, сам Фэй Ду едва ли считал этого человека своей семьёй. В-третьих, много ли мог понять человек после четырёх лет комы? Единственная причина, по которой Ло Вэньчжоу сначала настаивал на том, чтобы приходить вместе, заключалась в том, что он беспокоился за состояние Фэй Ду. Он считал, что после всего пережитого даже пара минут в помещении с этим человеком может сказаться негативно или просто вызвать ненужную тревогу. Пускай Фэй Ду никогда не выказывал её, когда говорил о Фэй Чэнъюе. Он мог выглядеть напряжённым, но в его голосе или взгляде не было ни намёка на тревогу, обиду или злость. Конечно, Ло Вэньчжоу понимал, что если возлюбленный и не притворяется, то, скорее, сам же и убегает от своих чувств, но влиять на него не собирался. Будь его детство настолько же незавидным, он бы собственноручно стёр себе память, чем возвращался к тем событиям или эмоциям. — Все в порядке, — севшим после сна голосом произнёс Фэй Ду, медленно восстанавливая дыхание. Ло Вэньчжоу нахмурился, придвинулся ближе и потянул парня на себя, падая на кровать и утягивая его вслед за собой, заключая в крепкие объятия и утыкаясь носом в макушку. — Паршивец, не проживёшь без маленькой лжи и месяц, а? — буркнул он, поглаживая Фэй Ду по спине. — Ты такой холодный, я принесу ещё одеяло. — Не нужно, — тихо произнёс Фэй Ду, сжимая пальцы на талии Ло Вэньчжоу и прижимаясь ближе, он уткнулся носом в его плечо. — Так тоже тепло. Ло Вэньчжоу какое-то время молчал, прежде чем негромко спросил: — Сможешь уснуть? Фэй Ду отозвался коротким «мгм». Он прекрасно понимал, что, если ответит иначе, капитан Ло глаз не сомкнет. Позади был тяжёлый день, и впереди предстоял не легче.

***

Рано утром в сети завирусился пост, который гласил: «А я не понимаю, чего все так носятся с этим Су Миньшанем! Когда его жена без вести пропала, так никто и слова не вякнул, хотя сводки о ней неделю в новостях висели. А тут откинулся очередной богатенький старик, и вы бросились стенать и теории заговора строить, будто целая компания развалилась!» К посту было приложено несколько фотографий: объявления о пропавшей, развешенные по городу, газетные вырезки, которым было уж лет семнадцать. Заявление было опубликовано на личной страничке одного из пользователей вейбо, и, по идее, не должно было привлечь много внимания, но умник использовал теги — вся сеть сейчас гремела о том, что случилось с Миньшанем. Не нужно было быть подписанным на конкретных людей или быть согласной с точкой зрения пользователя: достаточно было нажать по тегу в поисковой строке, чтобы увидеть последние посты. Так что пост непроизвольно разошёлся по интернету. Узнавшие новые нюансы дела граждане принялись активно искать новости о пропавшей жене Су Миньшаня. Теперь тег с её именем активно продвигался, занимая уже пятую по популярности строку. И снова люди разделились на два лагеря: кто-то, узнав, что дело не было раскрыто и не найдены ни человек, ни тело, принялся ворчать на полицию; кто-то набросился на молодого господина Су, готового вступить в наследство, требуя предоставить заявление о том, знает ли он, что случилось с его матерью. Лишь немногие додумались посчитать и понять, что когда мать Су Линя пропала, ему было едва ли пять лет — мало что запомнилось бы в таком возрасте, много воды утекло. Когда Фэй Ду и Ло Вэньчжоу прибыли в участок, Лан Цяо, устало потирая покрасневшие глаза, оповестила, что пробила все машины, засветившиеся на камерах наблюдения в тот временной промежуток, в который убили жертву. Она и правда вышла на контору по аренде автомобилей, и та, как они и предполагали, оказалась нелегальной. Конечно, они не хранили никакой информации о клиентах, только брали приличный залог, чтобы быть уверенными, что машину им вернут. Камер напротив этой конторы не оказалось, а ближайшие к ней поймали в кадр слишком много людей — невозможно было понять, кто именно из случайных прохожих мог арендовать машину. Конечно, полиция при допросе показала фотографии тех, кто был близко знаком с Су Миньшанем: Су Линя, его супруги, секретаря, даже фотографию Лихуа с учётом последних сведений, — никто из них не показался управляющему конторы знакомым. Он даже не мог вспомнить, в какое время арендовали машину, но был уверен, что после восьми часов вечера никто не приходил с запросами — все, кто арендовал автомобили, вернули их до десяти утра, как и было условлено. Да и будь иначе, далеко бы они ушли? Данных о заказчиках нет. Тао Жань уведомил о посте в интернете, но, так как Фэй Ду наблюдал за ситуацией с акциями компании Су, Ло Вэньчжоу уже с утра знал о новой проблеме. Мысли в голове начинали превращаться в кашу, в отделе уголовного розыска тоже царил полный беспорядок. — Так, — Ло Вэньчжоу потёр переносицу, пытаясь сфокусироваться. — Лан Цяо, Фэй Ду, вот вам адрес и имя, — он вынул из кармана куртки стикер, который ему вчера отдал Лян Чжунмин. — Допросите Чжу Лихуа. Она раньше работала с Су Миньшанем, была уволена из-за того, что слила данные о проекте компании. Он не обращался в суд и не устроил публичное выяснение отношений, чтобы «сохранить лицо», но поставил девчонке ультиматум выплатить долг. Сильно сомневаюсь, что она бы при случае переместила тело, но чёрт его знает, что происходит в этом деле, мы не можем быть уверены, что убийца не имел сообщников, — он развернулся и хлопнул Сяо Хайяна по плечу. — Ты, сяо Сяо, шуруй в архив, откопай дело госпожи Лань — пропавшей супруги Су Миньшаня, посмотри, что там было по зацепкам и подозреваемым семнадцать лет назад. Сяо Сунь, — он высмотрел новенького, поступившего в его подчинение недавно, и выразительно кивнул. — Сходи до айти-специалистов, я кину тебе ссылку, пусть проверят, возможно ли отследить IP адрес, с которого было опубликовано последнее обновление на аккаунте Чтеца. Тао Жань, ты со мной. Поедем проверять записи с камер видеонаблюдения в компании погибшего. Поднажмите, вечером с меня ужин. При последней фразе офицеры заметно воодушевились, все засуетились ещё сильнее, разбежавшись по своим делам. Фэй Ду замешкался, подходя к Ло Вэньчжоу, но прежде, чем успел сказать хоть что-нибудь, как капитан его перебил: — Сможешь сфокусироваться на работе сегодня? — Обижаете, капитан Ло, разве я когда-то был не способен решать необходимые задачи? Ло Вэньчжоу вздохнул, стоило отдать должное выдержке Фэй Ду. Что бы с ним ни происходило и сколь бы серьёзно это ни было, он всегда сохранял самообладание. Это одновременно было полезно: он не терял рассудок и не подставлялся глупо под гнёт жизненных обстоятельств. С другой стороны, он делал это постоянно, не позволяя себе дать слабину. Ло Вэньчжоу не знал, что ему приснилось, и, пускай как никто понимал, что Фэй Ду в состоянии справиться с таким пустяком, как ночные кошмары, его просто беспокоил сам факт, что они резко вернулись спустя год. Значило ли это, что его что-то тревожило? Что-то, о чём он не мог рассказать? — Ты покажешь себя лучше при разговоре с Чжу Лихуа. Всё же работа криминального психолога не в том, чтобы проверять камеры. И ты в курсе всех нюансов её ситуации, Лан Цяо не было вчера с нами, — он мимолётно кончиками пальцев коснулся плеча Фэй Ду и направился к терпеливо ожидающему его у порога Тао Жаню. — Капитан Ло, — окликнул Фэй Ду, он не торопился покидать бюро, краем глаза наблюдая за тем, как Лан Цяо ищет ключи от служебной машины, — я жду креветки на ужин. И, бессовестно улыбнувшись, помахал рукой. Ло Вэньчжоу едва не закатил глаза, отвернулся и направился прочь. Эти его откровенные насмешки ни в какие ворота! — Думаешь, нам стоит копаться в деле госпожи Лань? — поинтересовался Тао Жань, заводя мотор и вбивая в навигатор адрес компании Су. — Может, преступник заставляет нас лезть в это дело, чтобы ещё успешнее пропасть с радаров? Это не Фань Сыюань, нет гарантий, что некто, опубликовавший анализ произведения, подразумевает то же, что и он. Да будь это его последователи — никто не знает, что у них в головах, они тоже могут подразумевать другое. — Ты прав, но тогда всё это не имеет значения, — Ло Вэньчжоу покачал головой. — Если люди просто хотят убить — они убивают, только психопаты используют столько приготовлений, дотошно узнавая расположение камер, создавая анализ произведений, копируя кого-то из преступников, провоцируя общественность. Если он хотел исчезнуть, зачем опубликовал пост? — Но ведь это мог быть не преступник. — И об этом я тоже думал. Вероятно, есть кто-то, как Фань Сюыань — человек, манипулирующий чувствами других. Но разве он сам всё провернул? У него было множество последователей, взявших на себя часть работы и спровоцировавших преступников. Тот, кто опубликовал анализ произведения аккурат в день убийства, может, и не убивал жертву, но мог дергать за ниточки тех, кто сделал это. Я не знаю, чего они опять добиваются — может, хотят опозорить бюро, однако… Я ознакомился с «Униженными и оскорбленными», и я думаю, что госпожа Лань может помочь нам выйти на связи, которые мы сейчас не можем обнаружить. Тао Жань вздохнул и обречённо заявил: — Кажется, нам придётся наведаться в тюрьму, чтобы допросить тех, кого удалось поймать в прошлый раз. Нам нужна информация от последователей Фань Сыюаня. Не могу представить, чтобы кто-то, кроме помешанных на нём, так заморочился. Они ведь ему как богу поклонялись. — Съездим, но пока разберёмся с основным, — кивнул Ло Вэньчжоу и, помолчав, неуверенно добавил. — Тао Жань, я боюсь, что это дело может быть обращением не к нам, а к Фэй Ду. Как так совпало, что погиб именно его бизнес-партнёр? — Капитан Ло, не вы ли вчера утром отчитали Лан Цяо за беспочвенные догадки? С тех пор, как мы закончили ту череду дел, вы стали тревожнее, — Тао Жань смягчился и обратился не официально. — Год прошёл — ты всё ещё вздрагиваешь, когда он исчезает из поля зрения и не отвечает на звонки? — Нет, уже нет, — глухо произнёс Ло Вэньчжоу, доставая телефон и печатая: «Будут тебе креветки». — Ты прав, Тао-гэ, не знаю, чего я вдруг запараноил. Сейчас по уши утонем в сверхурочной работе и не до глупых мыслей будет. На убранный в карман телефон, переведённый в беззвучный режим, пришло уведомление:

«Не иди на принцип, я оплачу ужин для коллег».