Тайна Агры

*** Когда Серафин уходит, Шерлок стряхивает с себя наваждение, которое им овладело. Он не может позволить себе снова заснуть. Пришло время сосредоточиться, найти Джона, найти выход. Он похлопывает по внутреннему карману пиджака, где хранит письмо. Возможно, имело смысл оставить его на каминной полке, где он мог бы его увидеть, когда проснётся, если бы прошёл ещё один цикл. Но теперь всё кажется по-другому, и он не может предсказать, что он проснётся в этом же месте в следующий раз. Его мышление изменилось, и его пугает осознание того, что один короткий сон может вернуть его к амнезии. Сколько раз он должен повторять свои ошибки? Нет, это, должно быть, последний цикл. Он нутром чуёт, что его связь с реальным миром становится всё тоньше и тоньше, и вот-вот оборвётся. Возможно, он жив, но всё, кроме Майкрофта и Молли, верят, что он мёртв. Чем дольше его нет, тем тяжелее давит на него смерть, и он боится, что если будет ждать ещё дольше, то не найдёт дорогу назад. Его не было слишком долго. Думай. Куда бы пошёл Джон? Если Агра − это субъективная реальность, ему нужно рассмотреть этот вопрос с точки зрения Джона. Джон одновременно удивительный и предсказуемый. Загадка, тайна. Это то, что впервые привлекло к нему Шерлока. Джон Ватсон узнал ещё так много нового. Человек, который последовал бы за Джоном в Агру, храбр, предан и немного безумен. Безумие Джона кроется за его спокойным поведением, за его уютными кардиганами. Человек, который бежит навстречу опасности, должен быть немного не в себе. Те, кто недооценивает его, быстро понимают, какой он крутой. Джон ищет меня. Где Джон в первую очередь стал бы искать Шерлока? Если Агра − Город разума, Шерлок начал бы изучать её карту. Расстояния не существуют. Он останавливается и закрывает глаза. Он представляет себе это: фасад с террасами, чёрную дверь с перекошенным дверным молотком. Высокие окна наверху, кованая железная решётка, кирпичный фасад. По другую сторону этого окна Джон сидит в своём кресле и ждёт. Он встревожен, зол, потому что Шерлок сбежал (снова), забыв о собственной безопасности, одержимый какой-то зацепкой. У него найдутся слова, когда они встретятся. Он представляет себе комнату, каждую мельчайшую деталь: череп, летучую мышь, кинжал, подушку с британским флагом. Потёртый восточный ковёр, обшарпанные доски пола, грязные окна. Остывшую чашку чая, домашний беспорядок, стопки книг. Джон в своём кресле. Бейкер-стрит. Когда он открывает глаза, он стоит перед домом 221Б. В окне горит свет. Дверь открыта. Слыша голоса сверху, он поднимается по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз. На пороге он останавливается, глядя на двух человек в своей гостиной. Майкрофт сидит в кресле Шерлока и пьёт чай. Он разговаривает с кем-то, кто сидит в кресле Джона, с человеком, которого Шерлок не мог себе представить, потому что никогда раньше его не видел. − Объясните мне свою теорию, − говорит Майкрофт. − Как здесь работает время? − Я бы сказал, что оно не работает, мистер Холмс. Всё не так предсказуемо. Оно скачет. Нет, я думаю, это слово слишком тривиально. Лучше сказать, что оно извивается. На лице мужчины появляются весёлые морщинки. У него приятный североевропейский акцент. Датский? Шведский? Майкрофт лукаво смотрит на Шерлока. − Шерлок, пожалуйста, приготовь себе чашечку чая и присоединяйся к нам. Мы с мистером Оландером чувствуем себя как дома. Светлые волосы Оландера, в основном серебристые, длинные и собраны сзади в конский хвост. Стареющий хиппи, путешественник по Агре. Он улыбается Шерлоку, сверкая ярко-голубыми глазами. − Здравствуйте. Стул для него уже поставлен. Шерлок садится. − Мистер Холмс, − говорит Оландер. − Надеюсь, вы не возражаете, что я пришёл к вам вот так, без предупреждения. Я услышал, что вы здесь, и подумал, не могу ли я воспользоваться вашими услугами. − Кто вам сказал, что я здесь? Оландер улыбается. − Это, должно быть, доктор Мохиндра. − Он сошёл с ума, − говорит Шерлок. − Я не уверен, но, возможно, он тоже мёртв. − Не могу сказать, что удивлён. Мои встречи с ним были в основном неприятными. Но я хотел бы проконсультироваться с вами по другому вопросу. Пропавший человек. − Лиана Серафин? Она здесь. Я только что разговаривал с ней. Мы пили чай. − А, значит, она всё-таки вернулась. − Почему вы остались? − Потому что... ну, я как раз объяснял вашему брату, что восприятие времени в Агре ненадёжно. Видите ли, я нашёл библиотеку. − Вы знали о библиотеке? − Я слышал о ней. Большинство людей проводят треть своей жизни во сне. Возможно, именно столько времени я провёл в библиотеке. − Оландер качает головой. − Ну, как я уже объяснял вашему брату, время застыло. Это больше похоже на сон, где вы можете бесконечно задерживаться на одном моменте, читая тысячи книг или преодолевая тысячи миль на одной мысли. − Идея не нова, − замечает Майкрофт. − Понятие Психополиса предполагает существование Вселенной, не ограниченной временем. Или, возможно, пространством. Оландер кивает. − Я знал о Городе разума ещё до того, как здесь оказался, но не сразу понял, что такое Агра. − Печально улыбаясь, он поворачивается к Шерлоку. − Как я уже объяснял вашему брату, время − понятие непрактичное. Я и не подозревал, что в мире, который я оставил позади, прошло так много времени. Мне казалось, что я нахожусь в глубоком медитативном состоянии. Я, по-видимому, провёл здесь годы, то заходя в библиотеку, то выходя из неё, пил чай с орфеанами и с опозданием осознал, что я пропал без вести. И моя дорогая Лиана... − Он вздыхает. − Один из орфеан сказал мне, что она вернулась. − Она здесь, − говорит Шерлок. − Она сказала, что собирается вернуться в ту комнату, где вы оба оказались в Агре. Оландер ставит свою чашку и встаёт. − Тогда я пойду туда. Спасибо. − Он поворачивается и слегка кланяется Майкрофту. − И вам спасибо, мистер Холмс, за поучительную беседу. Вы останетесь здесь? Майкрофт фыркает. − Полагаю, у меня нет выбора, поскольку я всего лишь плод воображения Шерлока. Шерлок поднимает руку. − Подождите, я ищу Джона Ватсона. Вы его видели? Оландер замолкает. − Возможно. Это невысокий светловолосый мужчина с военной выправкой? Если так, то он в библиотеке. Я думаю, он нашёл что-то интересное для чтения. − Он улыбается и слегка отдаёт честь. − Тогда я пойду. Доброго вам дня, джентльмены. Как только Оландер уходит, Шерлок садится в кресло Джона и раздражённо смотрит на брата. − Почему ты здесь? − Ты мог бы спросить себя. − Майкрофт хмурится, но не сердито, а озадаченно. − Я во всём этом не виноват, − отвечает он. − Ты ненастоящий, так почему тебя это волнует? Он кивает. − Ах. Воображение. Ты столкнулся с трудностями и не можешь придумать, как из них выбраться. Что ж, спрашивай. − Я не представлял тебя таким. Это твоё собственное эго заставляет тебя думать, что ты незаменим. − Боюсь, это из-за твоего эго, Шерлок. У меня, как у беглеца из Чертогов твоего разума, нет эго. − Просто... уходи. − Как я уже сказал, не я инициировал эту встречу. Ты должен спросить себя, почему я всё ещё здесь. − Отлично. Я застрял. Я думал, что Джон может прийти сюда в поисках меня. Но он этого не сделал. Я должен найти его, и пару раз я был близок к этому, но я даже не уверен, что преследую именно Джона. Возможно, это моё воображение, как и ты. − Если это вопрос воображения, тогда скажи мне: что ты представляешь для Джона, когда вернёшься? − Он переедет обратно в 221Б, я начну вести дела, он будет писать о них в своём блоге, и всё вернётся на круги своя. − Это нормально? − Нормально, для нас. − Ты предполагаешь, что он захочет вернуться, став свидетелем твоей смерти и оплакивая тебя. У него могут быть какие-то, − он морщится, − чувства по этому поводу. − Ему было необходимо поверить, что я мёртв. Иначе он был бы мёртв. Майкрофт пожимает плечами. − Да, но... возможно, было бы безопасно рассказать ему, как только угроза была устранена. − Ты же сам сказал, что ему не следует об этом говорить! − Шерлок, это ты споришь сам с собой. О чём тебе нужно подумать прямо сейчас, так это о том, почему ты хочешь, чтобы он вернулся. − Он мой... друг. Коллега. Блоггер. Он готовит чай. − Значит, его легко заменить. Не будет проблем, если он уйдёт. − Он не уйдёт. И его... невозможно заменить. − Вполне возможно, что он не сочтёт твою смерть и воскрешение блестящими. − Почему нет? Майкрофт вздыхает. − Так или иначе, ты собираешься обвинить в этом меня, когда всё пойдёт наперекосяк. Когда ты был намного моложе, я говорил тебе, что сантименты − это химический дефект, который обнаруживается у проигравшей стороны. Но, похоже, ты не понимаешь, что сантименты и любовь − это не одно и то же. Посмотри на себя, Шерлок. Какой вопрос ты задаёшь себе снова и снова? Где Джон? − Я думал, он в опасности. − И всё же, именно тебя накачали наркотиками и бросили здесь. − Сначала я этого не знал. Я думал... Я волновался, потому что его не было дома. − Он уехал из дома 221Б несколько месяцев назад, Шерлок. − Откуда тебе знать? − Я говорил это тебе в нашем последнем разговоре. До того, как ты проигнорировал мой совет и пошёл брать интервью у того человека. − Да, я знаю. Вини меня, я сам во всём виноват. Раз уж ты даёшь столько замечательных советов, как мне найти Джона? − Однажды ты встретил его в гостиничном номере и поцеловал. Это ключ к разгадке, Шерлок. Поцелуй с ним почти привёл его к тебе. Возможно, ты не был уверен в себе. − Майкрофт выглядит задумчивым, его голос мягок, когда он говорит. − Любовь − это не недостаток, Шерлок. Это преимущество. Пользуйся им. − Конечно, я люблю его. Вот почему я должен спасти его. Майкрофт качает головой. − Нет, Шерлок. Вы должны спасти друг друга. − Он допивает чай и ставит чашку на блюдце. − Тогда я пойду. — Подожди, я всё ещё понятия не имею, что делать. − Мохиндра привёл тебя сюда, чтобы ты нашёл библиотеку. И мистер Оландер сказал, что Джон был в библиотеке. Шерлок нетерпеливо фыркает. − Я не знаю, где находится библиотека! Я искал, но... Майкрофт поднимает руку. − Скажи мне, брат, что такое библиотека? Он закатывает глаза. − Книги. Библиотека − это книги. Майкрофт указывает на стопки, окружающие его кресло. − У тебя здесь их довольно много. Может, почитаешь что-нибудь, пока ждёшь Джона. − Он берёт в руки свой зонтик. − Спокойной ночи, брат. Он несёт чайные чашки на кухню и споласкивает их. − Не знаю, зачем я беспокоюсь, − бормочет он. Стоя в дверях, он оглядывает гостиную. Чертоги разума, 221Б. − Коралловый риф, − говорит он. − И живой, и мёртвый. Он качает головой, думая о Сорене Оландере, который много лет блуждал по Агре, как турист. Он представляет себе встречу с Серафин. Он пытается представить свою встречу с Джоном, но морщится, предвкушая этот разговор. − Да, он разозлится. Я выдержу его гнев, извинюсь и постараюсь не быть такой задницей. Постараюсь не быть такой задницей, и точка. У него есть все основания злиться, и он не хочет ничего слышать из того, что я хочу сказать, пока я не признаю это. Шерлок задаётся вопросом, как долго он здесь находится. Затем он задаётся вопросом, сколько раз ему приходила в голову одна и та же мысль. − Возможно, я здесь уже много лет, − произносит он вслух. − Я не философ. Я этого не понимаю, и мне всё равно − я хочу домой. Я хочу сидеть в этой комнате с чашкой чая и смотреть, как Джон читает книгу. Стопки книг по-прежнему на месте. Вся его библиотека разложена стопками на полу. Что это значит? Он снова опускается в кресло Джона. И тут замечает, что на его кресле, где сидел Майкрофт, лежит книга. Чёрная обложка, тиснение серебром. «Тайна Агры». Он всегда был из тех читателей, которые сначала читают концовку. Джон ругает его за это, но ему не нравится выводить вымышленных персонажей. Они всегда слишком банальны. А сюжеты − утомительны. Он проводит рукой по обложке, ощущая рельефный рисунок − небо с двумя лунами. Два мира. Смиренно вздохнув, он открывает книгу и переходит к последней главе. Джон часто упрекал его за это. Его выводило из себя то, что Шерлок сначала читает концовку, и то, как он высказывает своё мнение по поводу всей истории, основываясь на этих нескольких абзацах. − Извини, я не извиняюсь. − Он разглаживает страницу. − Давай посмотрим, чем это закончится. «Эпилог: Пчёлы. Когда они стали старше, Шерлок предложил переехать в Сассекс. − Что ты будешь делать в деревне? − Джона, похоже, позабавила эта идея. − А ты не сойдёшь с ума от скуки? − По моему опыту, − сказал Шерлок, − самые низкие и отвратительные переулки Лондона не являются более ужасным свидетельством греха, чем улыбчивая и красивая сельская местность. Я верю, что найду достаточное применение своим талантам на холмах Сассекса, среди милых маленьких коттеджей и ферм. Вопрос был решён, они купили небольшой дом и стали проводить там несколько выходных и праздников, приводя его в порядок и изучая окрестности. Джон продолжал писать свои рассказы, а Шерлок начал устанавливать ульи. Маленькие рабочие группы пчёл очаровали его не меньше, чем когда-то лондонские преступные группировки. Наконец, они в последний раз закрыли дверь дома 221Б по Бейкер-стрит и окончательно переехали в свой коттедж. Ночью они сидели у камина, довольные своим молчанием. Наконец один из них вставал, протягивал руку другому, и они удалялись в спальню, всё ещё горя желанием...» Он захлопывает книгу. На мгновение он закрывает глаза, тяжело дыша. Коттедж, ульи. Он видит все это в мельчайших деталях перед своим мысленным взором. Но это будет через много лет, если только это не просто фантазия его одурманенного разума. Открыв глаза, он снова рассматривает обложку. «Тайна Агры». И вот теперь он видит это: под двумя лунами стоит домик. А там, почти незаметные, стоят ульи. Он открывает книгу в самом начале и начинает читать. «Глава первая - Один год. Самые яркие детские воспоминания Джона связаны с автомобилями, поездами и автобусами. Там были и дешёвые отели, и запах горького кофе...» «...Глава 18 - Вниз по колодцу» Шерлок не может решить эту проблему своими обычными методами, наблюдательностью и логикой. Итак, он идёт, и его разум постепенно успокаивается. Улица с рядами домов, маленьких и унылых. Шесть домов, затем перекресток, уличный фонарь и ещё шесть. Он сбивается со счёта; ему кажется, что он проходит мимо одних и тех же домов снова и снова. Он представляет, что дома движутся, а он стоит на беговой дорожке и никуда не движется. Затем он перестаёт считать и просто идёт. Его сознание погружается в сон. Кот сидит на крыльце одного из домов. Его разум спокоен и отстранён, тело движется к коту. И вот он стоит перед дверью без номера, кладёт руку на ручку и поворачивает её. Дверь открывается. Внутри он нащупывает выключатель, включает и выключает его. Света нет. Даже в темноте он знает, где находится. Аура дома 221Б − это нечто большее, чем запах древесного дыма, старой мебели и химических экспериментов. Это нечто большее, чем просто стопки книг, которые, как он знает, стоят здесь, выстроившись башнями вокруг двух кресел. Это Джон. Джон здесь. Он не зовёт, чтобы не разрушить чары, которые позволяют ему быть здесь, так близко. Он здесь. Джон здесь. Он взбегает по знакомой лестнице в комнату Джона. Дверь заперта. Странно, Джон никогда не запирает свою дверь. Сколько раз Шерлок поднимался ночью по лестнице, чтобы разбудить его и сказать, что у них есть дело? Дверь никогда не запиралась, как будто Джон ожидал, что тот ворвётся в любой момент. У подножия лестницы он останавливается в дверном проёме, водя фонариком по комнате. Это не квартира 221Б. Незнакомый диван, накинутый на него плед. Обои в цветочек. Квадратный телевизор с маленьким экраном. Это дом Джона. Джон лежит на диване, укрытый старым пледом, и пытается уснуть. Он слышит, как снаружи работает на холостом ходу машина, и радостно бежит к двери. Снаружи его ждёт отец, закутанный в шарф и в шапке. Идёт снег. Его не было здесь несколько недель, но теперь он пришёл, чтобы в последний раз взглянуть на свой дом. Увидев его, Джон бежит по дорожке и бросается в объятия отца. Ноги у него босые, но он не чувствует холода. Его отец не бросил его; он вернулся домой, чтобы забрать его. Снова держа сына на руках, Хэмиш Ватсон делает эгоистичный выбор, единственный, который он может сделать в тот момент. Он сажает Джона в машину, укутывает его шарфом, укрывает одеялом и уезжает. Шерлок видит отели и обшарпанные квартиры, автобусы и поезда. Он видит, как Джон по ночам спит под кроватью, пока его отец работает в баре или подметает полы. Он чувствует свои страхи и уверенность в том, что его отец вернётся. Наконец, он видит Джона, сидящего на скамейке на вокзале, а его отец уходит прочь. Шерлок ложится на диван, закрывает глаза и накрывается пледом. Он видит себя стоящим на крыше Бартса. Холодный ноябрьский день, ветреный, облака плывут по небу, как корабли. Позади него лежит тело Джеймса Мориарти. Оно издевается над ним. Теперь у него нет выбора, только одна уверенность, один шаг за грань. Перед больницей останавливается кэб. Джон вернулся. Шерлок смотрит вниз и видит его, так далеко внизу, крошечную фигурку, прижимающую телефон к уху и умоляющую его не делать этого. Он видит, как падает, а Джон бросается бежать. Он чувствует руку Джона на своём запястье, его голос прерывается от горя и боли. Джон стоит у своей могилы и умоляет его. «Не умирай. Я тебя люблю». Эти картины снова прокручиваются у него в голове: падение, рука Джона, могила. Снова и снова он видит их, словно фильм, проецируемый на стену его сознания. Пронзительные крики Джона, затёненная тишина кладбища. Это воспоминания о том, что произошло на самом деле. Он обращается к Джону. − Я не знал. Я думал, ты справишься с этим, будешь жить дальше. Я не знал, что твоё сердце уже было разбито и только начинало заживать, когда я разбил его снова. Прости меня. Я не знал... − Он открывает глаза. − Я люблю тебя, Джон. Ты был так одинок и верил, что я спасу тебя. Но именно ты всегда спасал меня. Пожалуйста, найди меня, Джон. Я заблудился. Мне нужно, чтобы ты вернул меня домой. Начинает звонить телефон, но не его. Никто не отвечает. Когда звонок наконец прекращается, он слышит, как где-то в задней части дома со щелчком закрывается дверь. Он встаёт и проходит на кухню, где видит дверь, ведущую в сад за домом. Там, в темноте, кто-то есть. Его ждут. Его телефон, сообщение: «Загняни в колодец». Он кладёт руку на дверную ручку и начинает поворачивать её. Садовая калитка заперта. Шерлок несколько раз дергает её, но ручка не поворачивается. Пожалуйста. Древние посетители подземного мира, возможно, приносили жертвы, молили Аида разрешить им войти. Ему нечего предложить, кроме самого себя. Пожалуйста. Взволнованный, он наваливается на калитку всем своим весом и чувствует, как она внезапно поддаётся. Он вваливается внутрь и приземляется на небольшой бетонный дворик, выбитый из колеи. Тяжело дыша, он поднимается на ноги и прячет телефон в карман. Его лёгкие вдыхают и выдыхают воздух, пульс пульсирует в венах. Что-то ещё. Он закрывает глаза и прислушивается. Доносится отдалённый гул; он слышал его и раньше, но обычно его заглушают местные звуки, уличное движение, голоса − звуки реального мира. Он всегда думал о них как о пульсе земли. Здесь, в Агре, он почти ощущает этот звук. Он прислушивается и дышит. Джон был здесь всего минуту назад. Он встряхивается. Реальный или воображаемый, он не может оторваться от поисков. Разберись, и ты найдёшь его. Это переулок, закрытый с обоих концов. Отрезок старой тропинки, отрезанный от дороги. Садовая калитка бесшумно распахивается, когда он тянется к задвижке. Ни один из домов, насколько он может судить, не заселён. Странный, обшарпанный район, замкнутое пространство внутри другого замкнутого пространства. Фейт назвала это меандром. Он продолжает идти между садами за домом, заглядывая во дворы, чтобы посмотреть, есть ли у кого колодец. Это кажется маловероятным в таком районе, как этот. В конце дорожки стоит большой дом, намного старше остальных, вероятно, первое здание. По другую сторону калитки − увядший сад за домом, заросший сорняками и гниющей растительностью. Калитка открыта. Он входит, приседает на корточки и прислушивается. Теперь никаких звуков. На небе луна, замечает он. В этом нет ничего необычного, за исключением того, что он не помнит, чтобы видел луну в этом небе, в небе Агры, с тех пор, как разговаривал с Пателем в переулке. Он помнит, как монета блеснула в бледном свете. Но луны видно не было. Пателя звали Мохиндра. Библиотека была его страстью; вот почему он отправил Шерлока сюда. Он вспоминает историю, которую однажды прочитал о библиотеке с бесконечным количеством книг, содержащих всевозможные сочетания букв. Были учёные, которые всю жизнь бродили по стеллажам в поисках книги, которая объяснила бы всё − библиотеку, книги, слова и предложения. Тайны Вселенной. Он замечает, что теперь на небе две луны. Обычная, осколок убывающей луны, и ещё одна, снизу, которая сейчас восходит. Меньшая, несколько деформированная, с зеленоватым свечением. Это должно что-то значить, но он не знает, что именно. Может быть, у Джона была бы какая-нибудь теория... Джон, маленький мальчик, смотрит на небо.. «Папа, а луна действительно сделана из зелёного сыра?» Две луны − доказательство того, что это не тот мир, который он знает. То, что он видит − не просто плод его воображения. Джон тоже был здесь, смотрел на эти две луны. Он осторожно продвигается по саду, прислушиваясь к звукам, возможно, к птице, к тиканью пружины, которая раскручивается. И вот он, колодец. Там открытая крышка, а с края свисает верёвка. «Загляни в колодец», − сказала Фейт. Он взбирается на бордюр и садится, свесив ноги с него. Ухватившись за верёвку обеими руками, он отталкивается, падая в пустоту. Падение кажется вечным. Он не помнит, как отпустил верёвку, но в какой-то момент понимает, что даже не может сказать, продолжает ли падать. Скорее, гравитация исчезла, будто он провалился в пустоту космоса. Чернота, тишина и холод. Он размахивает руками, нащупывая стенки колодца, и вот тогда-то и падает в воду. Он уходит под воду, но тут появляется свет, и он плывёт к нему. Когда он выныривает на поверхность, то смотрит вверх и видит над головой зелёную сырную луну. Луна Джона. Он ныряет и ощупывает все вокруг, касаясь камня. Мощная сила снова тянет его вниз. Он вспоминает лестницу, бесконечно ведущую вниз. Подняв глаза, он видит крошечное отверстие наверху и замечает, что оно закрывается. Он собирается утонуть. Однажды Джон чуть не умер и попросил Бога оставить его в живых. Шерлок не верит в Бога, который распоряжается жизнью и смертью. Вселенная, управляемая Богом, который мог бы это сделать, сильно отличалась бы от того мира, который знает Шерлок. Но это Агра, и он задаётся вопросом, не является ли то, что он видит, лишь проблеском реальной Вселенной, где он − крошечная частица, атом в бесконечной пустоте. Что он делает и чувствует, не имеет значения в такой огромной, безразличной вселенной. «Я любил. Был Джон, и я любил его. Если бы я не делал ничего другого в жизни, которую мне подарили, я бы любил Джона. Я бы сделал всё, чтобы спасти его, но теперь я собираюсь утонуть... если не... Если он здесь... Джон... спаси меня». Я потерян без твоей любви». И тут чья-то рука... Схватив за запястье, он не отпускает его. Колодца больше нет, вода уходит. Где-то движутся поезда, железные колеса со скрежетом въезжают на станцию. Он садится, кашляет и оглядывается. Это вестибюль вокзала Юстон, где он впервые оказался в Агре. Его одежда промокла насквозь, и он чувствует себя так, словно его засосало в чёрную дыру. Над ним гудят люминесцентные лампы, освещая туннель с почти болезненной яркостью. Неподалеку на кафельном полу лежит Джон. Он не говорит, не дышит. Шерлок подползает к нему, переворачивает на бок, и его тут же рвёт большим количеством воды. Всё ещё не дышит. − Джон! На имя он не реагирует. Шерлок начинает делать надавливания, затем делает выдох ему в рот. «Я... я... потерян... без... твой.. любви…» Джон, прихрамывая, входит в лабораторию и протягивает Шерлоку его телефон. Джон, стоящий по другую сторону полицейской ленты и ожидающий, когда Шерлок обратит на это внимание. Джон, стоящий на тротуаре внизу, осознаёт, что Шерлок собирается сделать. Рука Джона на его запястье, нащупывающая пульс. Рука Джона схватила его за руку, вытаскивая из Агры в реальный мир. Нажимай, считай, дыши. Нажимай, считай, дыши. Ему кажется, что он занимается этим целый час, когда Джон, наконец, кашляет, делает вдох и открывает глаза. − Шерлок, − шепчет он, его глаза расширяются от удивления. − О, Боже. Ты жив. Всё, что он может сделать, это обнять его и разрыдаться. − Я люблю тебя, − говорит он. − Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя. Джон издаёт сдавленный смешок. − Я тоже тебя люблю. Теперь мы можем идти домой?