Часть 22
8 октября 2025 г., 23:28
Примечания:
Соав.: Приятного прочтения главы
11 месяцев после взрыва
Пик стоял перед зеркалом в своем кабинете, застегивая рубашку. Его движения были почти прежними — точными, выверенными. Лишь легкая скованность в правом плече и едва заметная хромота напоминали о том, что тело пережило. Рука, которую Изабелла собирала по кусочкам, функционировала. Пальцы сжимались в кулак, держали оружие. Но тонкая моторика была утрачена навсегда — он больше не мог разбирать и собирать «Глок» с завязанными глазами за 17 секунд. Он взглянул на свои глаза в отражении. В них не осталось ни тени того юноши, что когда-то слепо верил в приказы и кодексы. Теперь это были глаза солдата, который слишком многое увидел и слишком многое потерял. Он научился жить с болью — не только физической. Чувство вины стало его тенью, постоянным, неумолимым спутником. Его дни были заполнены физиотерапией, отчетами и тихими, полными отчаяния визитами в палату Вару.1 год и 2 недели после взрыва
Пик сидел у кровати Вару, как и сотни раз до этого. Он читал вслед сводку новостей — бессмысленный ритуал, который, как он надеялся, мог хоть как-то прорваться через барьер комы. Внезапно пальцы Вару дрогнули. Пик замер, не веря своим глазам. Он видел это и раньше — непроизвольные мышечные спазмы. Но это было иначе. Веки Вару затрепетали и медленно приподнялись. Пик не дышал. Он видел, как зрачки, мутные и несфокусированные, медленно блуждали по потолку, а затем остановились на нем. Сердце Пика бешено заколотилось. Год. Целый год ожидания, молитв и отчаяния. — Вару? — его голос прозвучал хрипло, почти неслышно. — Ты... ты меня слышишь? Губы Вару шевельнулись, пытаясь издать звук. Вышел лишь хриплый, сдавленный выдох. Пик схватил его руку, не в силах сдержать дрожь. — Все в порядке. — он попытался говорить мягко, но голос срывался. — Ты в безопасности. Ты жив. Глаза Вару медленно очищались от тумана. В них появилось осознание, а затем... замешательство. Он медленно, мучительно медленно, отвел взгляд от Пика и осмотрел палату, свое тело, опутанное трубками. — Где... — его голос был чужим, хриплым от долгого бездействия. — Что... что случилось? Пик почувствовал, как по его лицу расплывается улыбка — первая за долгий год. Настоящая, не сдержанная. — Мы выполнили задание. — сказал он, все еще сжимая руку Вару. — Было непросто. Даже слишком непросто. Вару медленно перевел взгляд обратно на Пика. Его брови сдвинулись, в глазах плескалось недоумение, борющееся с проблесками воспоминаний. Он выдернул свою руку из руки Пика. Движение было слабым, но решительным. Отстраненным. — Ты... — он прокашлялся, и гримаса боли исказила его черты. — Что ты здесь делаешь, Пик? Тон был не просто холодным. Он был... враждебным. Таким, каким он был в самом начале, до всего этого. До доверия, рожденного в огне. До той связи, что возникла между ними в аду. Пик почувствовал как ледяная глыба сковывает его изнутри. — Я... я навещаю тебя. — медленно произнес он, отступая на шаг. — Ты был в коме. Год. Лицо Вару оставалось каменным. В его глазах не было ни признания, ни благодарности. Только старая, знакомая настороженность и... ненависть? Нет, не ненависть. Что-то худшее — полное отсутствие какой-либо связи. Пустота. — Год? — Вару с трудом приподнялся на локте, игнорируя боль. Его глаза сузились, изучая Пика с головы до ног. — Что случилось с тем заданием? С Лоусом? — Мы... мы его остановили. — голос Пика стал тише. Он видел это. Видел, как стена опускается за глазами Вару. Стена, которую они с таким трудом разрушили. — Мы были в его особняке. Произошел взрыв. Вару уставился на него, и в его взгляде не было ни искры узнавания. Ни тени того братства, что родилось в кровавом хаосе. — Мы? — это слово прозвучало как плевок. — Ты говоришь, что мы были там? Вместе? Пик не ответил. Ему не нужно было отвечать. Правда была написана на его лице — в боли, в надежде, которая только что была разбита вдребезги. Вару медленно откинулся на подушки, его лицо выражало лишь холодное презрение и недоверие. — Интересно. — прошептал он, и его голос снова обрел часть былой язвительности, но теперь она была обращена против Пика. — Значит, ты утверждаешь, что мы были там вместе. И что случилось? Ты подвел меня, как и всех остальных? Оставил умирать? Это было ожидаемо. Пик почувствовал, как эти слова вонзаются в него острее любого клинка. Худшее было не в обвинении, а в том, что оно было произнесено с абсолютной, неподдельной верой. Вару не притворялся. Он действительно не помнил. Не помнил ничего из того, что изменило их. Он вернулся к тому, с чего начал — к одинокому волку, который видел в Пике лишь холодного, бездушного солдата, достойного лишь презрения. Пик молча кивнул, больше не в силах говорить. Он развернулся и вышел из палаты, оставив за собой не того человека, которого знал, а призрак из прошлого. Призрак, который ненавидел его. Дверь закрылась. Вару лежал, глядя в потолок, его разум был хаосом из обрывков воспоминаний и чужих слов. Он помнил ненависть. Помнил презрение. Но когда он пытался вспомнить, почему он должен ненавидеть этого человека... там была только пустота. И от этого становилось еще страшнее.
Примечания:
Автор — Как вам глава?
