В благородство играть не буду

Веном мгновенно затянул трещины в костях и порезы на костюме, а Питер использовал момент, чтобы выстрелить паутиной в потолок. Обрушившиеся трубы ударили ящера, ненадолго дезориентируя его. Поток паутины оплёл Ящера, но он разорвал путы одним движением. «Неудобный враг нам попался. Его когти без проблем режут паутину, а регенерация не даёт вырубить его.» — мысленно жаловался Паркер. «Он адаптируется.» — предупредил Веном изнутри. — «С каждой минутой он становится сильнее.» Гвен, между тем прыгала вокруг Ящера, опутывая его паутиной, и уворачивалась от ответных ударов. — Питер, ты там скоро? — крикнула девушка. Паркер бросился вперед, уворачиваясь от когтей в последний момент, и схватил Ящера в "медвежьи объятия", сдавливая его десятками щупалец Венома. Мутант взревел, пытаясь сбросить его, но Питер держал изо всех сил. Одно из щупалец, заострённое на конце, резко вонзилось в тело противника, пробивая прочную чешую, и ввело антидот. На секунду все замерли... ...а затем Ящер протяжно зарычал и начал вырываться со всей яростью. Мутант, обезумев от инъекции, ударил Гвен хвостом, отправив в противоположный конец тоннеля. Герой отпустил Ящера и отпрыгнул в сторону своей напарницы, помогая ей подняться. — Ты как, не сильно приложилась? — обеспокоенно спросил Питер. — Терпимо, но почему оно не работает? — спросила напарница, поднимаясь на ноги. — Сработало, но эффект у него не мгновенный. — парень встал рядом с ней. — Антидоту нужно около пяти минут. Сейчас наша пародия на крокодила Гену испытывает ужасную боль, и поэтому он больше не станет экономить силы. Как известно, загнанная в угол мышь и кота сожрёт. — Первый раз слышу подобную чушь. — фыркнула Гвен в ответ на его слова. Тоннель дрожал от рёва обезумевшего Ящера. Его тело корчилось в мучительных спазмах - антидот перестраивал его ДНК, заставляя клетки отказываться от мутации, но процесс был далёк от завершения. Каждое движение мутанта становилось всё более хаотичным, словно его изнутри разрывали две противоборствующие силы - ящера и человека. Герой почувствовал, как Веном слабеет. Симбиот потратил немало сил на поддержание их общей защиты и удержание ящера. Щупальца, обвивавшие его руки, стали тоньше. «Он не продержится долго, надо просто не подставляться под его удары. Нам даже не обязательно бить в ответ, хотя очень хочется.» — подумал Паркер, сжимая кулаки. — Температура падает, но сердцебиение доктора зашкаливает! Процесс обратной мутации уже пошёл, нам просто нужно продержаться ещё немного. — сказала Гвен, придерживая бок, по которому её ударил хвост. — Я могу продержаться и больше пары минут, но ты не пускаешь меня к себе на ночь. — пробормотал Питер. Мутант внезапно замер, его ноздри дрогнули. Он учуял их, даже несмотря на невыносимую боль. Медленно, с грацией матёрого хищника, он повернул голову в их сторону, и в его глазах уже не было ничего человеческого - только ярость и страх, как у загнанного зверя. — Питер… — Гвен сделала шаг назад. — Ладно, будем замедлять его любыми способами. — ответил парень. Монстр бросился вперёд, но Паркер был готов. Он выстрелил паутиной в потолок, создав импровизированный канат, и резко дёрнул, обрушив на Ящера груду ржавых труб. Металл с грохотом обрушился на спину мутанта, пригвоздив его к земле. — Бежим! — крикнул Питер, разворачиваясь в противоположную от противника сторону и хватая Гвен за руку. Пара бежала по тоннелю, слыша за спиной скрежет отбрасываемых обломков. Ящер быстро освободился из-под завала и бросился в погоню за своей добычей, в приступе неконтролируемой ярости. Замкнутое пространство давало ему серьёзное преимущество, ведь герои не могли летать здесь на паутине. Мутант почти догнал их, когда Питер развернулся и резко ударил огромным щупальцем Венома в грудь рептилии, отталкивая её к стене. — Гвен, заливай его от всей души! — крикнул герой, начиная выпускать максимально возможное количество паутины, одновременно с двух рук. Гвен присоединилась к нему, и, благодаря их совместным усилиям, Ящер не успевал разрезать всю паутину, когда его уже опутывала новая. Через несколько минут такого противостояния тело Ящера затряслось в конвульсиях. Его кожа начала трескаться, обнажая розовую человеческую плоть под чешуёй. Когти втягивались обратно, хвост сжимался, как сдувающийся шланг. — Отлично, наконец-то оно сработала, я думала у меня паутина кончится! — радостно воскликнула Гвен. Но тут раздался грохот. Стена тоннеля рухнула, и в проёме показались фигуры в футуристичной чёрно-белой броне с оружием в руках. — Никому не двигаться! Руки за голову! — выкрикнул один из них. «Знакомые лица. Им что, заняться нечем? Там вообще-то Фиск дерёт Озборна и в хвост и в гриву, а они по канализациям шастают. Наверное, заметили доктора в порту и решили захватить. Как хорошо, что я здесь, ведь это моя работа - оставлять этих лохов с пустыми руками.» — Я не буду разговаривать с вами без своего адвоката. — сказал парень. — Держись, у меня есть секретный приём на такой случай. — прошептал он Гвен. Солдаты Серебряного Соболя уже бежали к ним, держа оружие наготове. Питер вздохнул и мысленно обратился к Веному, который слабо пульсировал у него по всему телу. «Ну что, напарник, ты готов? Только выдай прям мощно, чтобы завеса не рассеялась через пару секунд, и мы не выглядели позорниками.» «Потрачу большую часть оставшихся сил. Нужен будет отдых и восстановление.» Чёрная масса, из которой состоял костюм Питера, начала резко раздуваться, после чего всего взорвалась, погружая окружающие пространство в некое подобие дымовой завесы. Через несколько десятков секунд, когда всё рассеялось, и наёмники начали осматривать место происшествия, туннель был абсолютно пуст. Тем временем, на крышу ближайшего здания приземлилось трое человек. Паркер осторожно опустил на землю уже полностью человеческое тело доктора Коннорса. «Фух, никогда бы не подумал, что в такой ответственный момент нам поможет идея, которую мы придумали на уроке, от скуки. Ты как, напарник?» «Выпустил огромное количество частичек в воздух. Потратил много массы. Ничего критичного.» — Он в порядке? — спросила Гвен, поправляя растрёпанные волосы. — Дышит. И кажется вполне беззаботным, как будто хорошенько выспался. Возможно, он не помнит, что делал в обличие Ящера. — ответил Питер, недобро посматривая на причину их ползания по канализации. Доктор застонал и медленно открыл глаза, принимая сидячее положение. — Где… мои очки? — было первое, что он спросил. «Скажи спасибо, что очко на месте, учёный ты доморощенный. Нет, серьёзно, может я что-то не знаю про науку в этом мире? Почему все научные гении здесь тестируют свои проекты на себе? Надо бы почитать, может в этом мире не было никакого яблоко, а Ньютон простого спрыгнул с крыши.» — Кто вы такие? И что вообще здесь происходит? — начал распыляться доктор Коннорс. — Не волнуйтесь, мы просто хотим вам помочь. Давайте мы отведём вас в больницу. — ответила Гвен, успокаивая мужчину. «Ладно, на самом деле, всё очень даже удачно сложилось для меня. Симба, ты же взял образцов крови Ящера?» «Конечно.» «Ну вот и отлично, ещё в лаборатории я спёр немного недоделанной сыворотки. Сейчас проводим доктора до больницы, потом Гвен до дома и можно будет идти в наше логово, чтобы доделать сыворотку.»

***

Логово встретило Питера привычной затхлостью. Запах ржавого металла и реактивов ударил в нос, когда Паркер вошёл в заброшенный ангар. Гулкие шаги эхом разносились по пустому пространству, где когда-то была лаборатория его отца, а теперь это место стало его убежищем. «Ты уверен, что хочешь продолжать?» — голос Венома звучал слабее обычного. — Ты же сам говорил, что это может дать нам преимущество. — пробормотал Питер, подходя к столу со своей импровизированной лабораторией: стол с оборудованием, позаимствованным у Октавиуса, несколько мониторов и холодильник для образцов. Парень начал выкладывать свои находки: пробирку с тёмно-зелёной жидкостью - сыворотка Коннорса. Рядом - образцы крови Ящера, которые Веном добыл во время боя. — Чем быстрее начнём, тем быстрее пойдём дрыхнуть. — прошептал Паркер. Мониторы замигали, показывая сложные молекулярные структуры. — Смотри-ка. — Питер прищурился, — Доктор добавил ретровирус на основе генов ящерицы-варана. Но вот этот компонент... — он увеличил изображение. — Это же чистая адаптация к внешним угрозам! «Он не просто становился сильнее. Он адаптировался под наши атаки.» Питер добавил стабилизатор, чтобы подавить побочные эффекты. — Если убрать вот этот белок... — его пальцы замерли над клавиатурой, — ...то регенерация останется, но без потери контроля. Жидкость в колбе зашипела и поменяла цвет с зелёного на тёмно-синий. — Ну-ка, Веном, давай попробуем... Одно из щупалец симбиота коснулось капли сыворотки. На секунду оно застыло, затем начало пульсировать, становясь плотнее. «Интересно... Я чувствую... рост.» — Точно! — герой хлопнул себя по колену. — Это не просто мутация. Это ускоренная эволюция! «У меня слов цензурных нет, чтобы описать всю эту ситуацию. Доктор Коннорс создал по истине уникальную, прорывную вещь и так бездарно слил весь её потенциал, превратившись в монстра. Ну, зато у меня есть шанс доработать этот шедевр. И на том спасибо.» Лаборатория в ангаре погрузилась в тревожную тишину, прерываемую стуком по клавиатуре и перезвоном колб. Питер стоял перед центральным столом, где в специальном контейнере пульсировала модифицированная сыворотка - теперь она переливалась глубоким багровым оттенком с золотистыми вкраплениями. — Ты уверен, что это сработает? Выглядит она как то, что я бы никогда не хотел вливать внутрь себя. — спросил Паркер, перекатывая пробирку в ладони. На его лице отражались блики от жидкости, создавая причудливую игру света и тени. — Формула стабильна. Но есть один нюанс... - ответил Веном, проявляя голову из плеча парня. — Она требует катализатора. Живой клетки носителя. — Ты предлагаешь... — недоумённо взглянул Питер на своего партнёра. — Да. Мне придется стать мостом между формулой и твоим телом. — продолжал симбиот упрямо смотреть в глаза своему носителю. — Отлично, всегда мечтал стать подопытным кроликом. — усмехнулся Питер. Но в его глазах читалась решимость. — Ладно. Чем мы хуже доктора Коннорса? Не будем нарушать традиции этого мира и испытаем на себе свой продукт. Процесс начался с подготовки. Веном полностью обволок своего партнёра, образуя защитный кокон. Паркер предварительно вывел на мониторы свои жизненные показатели. — Навивает воспоминания, совсем недавно я также стоял, решаясь слиться с тобой. Это место как будто создано для жутких и опасных экспериментов. — сказал герой, осматриваясь по сторонам. «Всё, хватит уже сиськи мять. Нам ещё надо успеть к ужину, если не хотим получить от тёти Мэй.» Инъекция прошла болезненно. Сыворотка впрыснулась в вену, и сразу же тело Питера затряслось в конвульсиях. Веном пульсировал, пытаясь стабилизировать процесс. «Держись! Она переписывает ДНК!» Парень кричал. Его кожа то покрывалась чешуйками, то возвращалась в нормальное состояние. Глаза меняли цвет от зелёного до кроваво-красного. Он не знал сколько прошло времени, но в один момент всё резко прекратилось. Питер открыл глаза. Они были привычного цвета - карими. Но когда он поднял руку, по ней пробежали золотистые прожилки, мгновенно исчезая. — Это... невероятно. — прошептал он. — Я чувствую... каждую клетку своего организма. «Вроде жив, здоров и не спешу обрастать зелёной чешуей. И, кажется, теперь у меня есть кое-что новенькое в арсенале. Учитесь, доктор Коннорс, пока я жив, что такими темпами явно ненадолго.» «Симбиоз удался. Формула интегрирована.» - сообщил Веном, звуча... гордо? Тишину ангара нарушил резкий щелчок костяшками пальцев. Питер сжал кулак - и в тот же миг его рука покрылась золотистыми пластинами, переливающимися, как змеиная чешуя. — Даже не хочу знать насколько далеко я ушёл от человека в генетическом плане. Я теперь внебрачный сын Годзиллы, у которого был на стороне роман с пауком.  — он повертел рукой перед лицом, наблюдая, как узоры на коже пульсируют в такт его дыханию. «Попробуй ударить.» — подсказал Веном. Питер размахнулся и ударил по ржавой металлической балке. Удар разнёсся гулким эхом - сталь прогнулась, как картон, а его рука даже не дрогнула, чешуйки погасили большую часть инерции. — Защита это как раз то, чего нам не хватало. — герой засмеялся. — Теперь я понимаю, почему Коннорс так любил разбивать вещи. Это очень медитативное занятие, если ты не чувствуешь отдачи. Он резко прыгнул вперёд - и тело само отреагировало, приземлившись на стену с неестественной лёгкостью. Пальцы автоматически прилипли к поверхности, словно у геккона. — Эй, а это вообще законно? — Питер пробежал по вертикальной стене, делая сальто в воздухе. — Я теперь могу прилипать к стенам с помощью тебя, паучьих сил и сил Ящера. «Только не зазнавайся.» — проворчал Веном, но в его голосе слышалось любопытство. — «Ты напоминаешь щенка, который впервые увидел зеркало.» — Зато какого щенка! — Паркер спрыгнул, приземлившись на пол. — Такого породистого смело можно пихать на любые выставки. Он резко выбросил руку вперёд - и из запястья выстрелила не привычная белая паутина, а странная золотистая нить. Она обвила дальний стол, и когда Питер дёрнул, металлическая конструкция взлетела в воздух, как пушинка. — Новый рецепт паутины! — восторженно сказал Питер. — С добавлением "эволюционного пунша". «Можно переключаться между разными видами паутины. Новый отличается большей эластичностью и ограниченно управляем, подобно кнуту.» Но праздник длился недолго. Внезапно его тело дёрнулось в судороге. Золотистые узоры вспыхнули ярче, а затем резко погасли. Паркер схватился за грудь, чувствуя, как что-то внутри него... сопротивляется. — А-а-аргх! «Ты попытался использовать все способности сразу. Твоё тело ещё не адаптировалось.» «Понял, повременим немного с этими новинками. Знаешь, вот вроде мы и стали сильнее, но я почему-то совершено не чувствую себя готовым к столкнуться с высшей лигой, по типу Таноса или Алой Ведьмы. Даже немного грустно, что в этом мире кто-то просто от рождения имеет силы уничтожать целые планеты без особого напряга. Ладно, не будем вешать нос, пошли домой, напарник, мы должны успеть к ужину.» Тёплый вечерний воздух окутывал город, когда Питер и Веном покидали ангар. Золотистые отблески заката играли на стёклах небоскрёбов, создавая иллюзию, будто весь Нью-Йорк охвачен пламенем. «Ты слишком переживаешь.» — проворчал Веном, когда Питер в сотый раз за последние пять минут проверял, не проявляются ли случайно чешуйки на открытых участках кожи. — Просто не хочу, чтобы тётя Мэй решила, что я умудрился где-то подхватить псориаз. — Питер поправил рубашку, вид которой принял симбиот, скрывая дрожь в пальцах. Формула всё ещё бушевала в его крови, и каждый шаг давался с небольшим усилием. Они выбрали самый длинный путь домой - через парк, где было меньше людей. В тени деревьев Питер позволил себе расслабиться: — Эй, смотри! — Он протянул руку к стволу старого дуба. Кожа на ладони на мгновение покрылась микроскопическими пластинками, позволяя ему без усилий взобраться по бугристой коре. — Как тебе такая способность? «Бесполезно. Ты и так мог это делать.» «Ага, никогда такого не было и вот опять.» — мысленно ответил Питер своему напарнику. Он резко развернулся, споткнулся о собственные ноги и едва не рухнул лицом в грязь. «Контроль, носитель. Ты как пьяный котёнок.» — ехидно протянул Веном в его голове. — Будешь много возникать, посажу тебя в банку и сдам в приют для экзотический животных. — проворчал Паркер, отряхиваясь. Последние несколько кварталов он бежал, стараясь не использовать новые способности. В голове уже рисовались картины: тётя Мэй с её знаменитым "разочарованным" взглядом, дядя Бен, дотошно расспрашивающий о школьных делах... И этот проклятый яблочный пирог, который он снова забудет похвалить. «Так, вроде выгляжу нормально, хвост не спешит отрастать.» — оглядел себя парень. Он глубоко вдохнул и нажал на звонок.