Круиз

      — Ты… что?...       — Мы с Тейлзом связались с G.U.N. и предложили объединиться для поисков Призмы!       У Шэдоу чуть пинаколада из рук не выпала. Неуж-то накракал? Или это судьба такая решила конкретно потрепать его нервы?       — Зачем??       — Ну, ты же сам сказал, что они с ней работали. Должны же что-то знать, — Соник засиял, явно гордясь собой. — И, как оказалось, они знают даже больше тебя. Тем более G.U.N. теперь вроде как за хороших. Правда, они и раньше так говорили… Если честно, я им всё ещё не до конца верю, — он скептично помахал рукой, прежде чем того перебили.       — Ты подписывал какие-то бумаги?       — Эм… нет?       — Они подключали тебя к чему-то? — звучал Шэдоу до пугающего настойчиво.       — Неа. Руж была посредником. Всё прошло… ну, нормально.       — А. Тогда ладно, — видно было, что упоминание подруги его немного успокоило, и Соник невольно задумался, а чего он вообще так переполошился?       — Вот мы тогда в прошлый раз обсуждали, и всё вышло прямо так, как я и предполагал! — довольно начал ёж. — Сейчас они продолжают разрабатывать одну суперкрутую штуку для отслеживания и стабилизации Призмы, — полный энтузиазма заявил Соник, прежде чем немного замяться. — Вот только не хватает финального элемента, — Шэдоу подозрительно прищурился, видя, как синий уже буквально напирал всем телом. — Когооо-то, кто владеет хаос-контролем!       Да ёб твою мать. Так и знал.       — Я знаю, что ты не хочешь в этом участвовать, так что я пришёл совсем по другому поводу! — быстро затараторил Соник в попытке задобрить. — Я пришёл просить… ну, короче, научи меня использовать Изумруд Хаоса для перемещений.       Вот оно что. Хах.       Честно, Шэдоу не просто не хотел этим заниматься. Ему искренне захотелось убежать от этой затеи на край света, чтобы даже мощнейшие спутники не смогли того отследить.       И вообще — учить кого-то? Кого? Его?? Да это же сущий ад! Мазохизм в чистом виде, не иначе!       Шэдоу всегда проникался сочувствием к школьным учителям — поскольку не выносил детей всю свою сознательную жизнь. Мелкие, тупые и неконтролируемые сопляки. Тейлз, хоть и при всех своих познаниях, его раздражал, даже когда просто дышал, а вот Соник… Соник — это целый триггерный набор в одном флаконе. Геноцид личных границ на ножках. Марию не трогаем, Мария святая. Более ангельского ребёнка он в жизни не видел.       — Знаю, что ты им немного не доверяешь, поэтому я и не настаиваю на твоём участии.       Он не просто “немного не доверял”. Он их ненавидел. Всем своим существом. И не верил ни одному их слову.       — Они сказали, что мы единственные, кто способен на это, — продолжал Соник, не замечая, как у собеседника дёргается веко.       Он знал, им ничего не стоило бы навешать Сонику лапши про "спасение мира" и втереть ему необходимость освоить хаос-контроль — а потом завербовать с потрохами.       — Конец света на носу! Нужно действовать! Причём немедленно! — прозвучал он почти мотивационно. Шэдоу пришлось даже лишний раз сдержать себя от закатывания глаз путём их полного закрытия.       — …Ладно, — ёж выдохнул так, будто этим выдохом прощался с надеждой на спокойную жизнь. — Но с условием. Никакого нытья. Никакого дуракаваляния. Делаешь всё, что я говорю, и запоминаешь с первого раза. Я ненавижу повторяться, — тот строго перечислил, на что в ответ получил чуть недоумевающую улыбку.       — Эм… ладно?       О чём Соник подумал в первую очередь? Конечно же, о крутых телепортациях в закат, о классическом "сконцентрируйся и перенаправь энергию" и всяком таком эпичном, что мы все видели в фильмах десятки и даже сотни раз... но кто ж блин знал, что основа всему этому станет грёбаная зубрёжка-мать-его-ГЕОГРАФИИ.       — НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!       — Эй. Без нытья.       Пока Соник от новостей выл на палубе, хватаясь за иголки, Шэдоу отошёл буквально на пару минут и вернулся с сияющим зелёным Изумрудом в руке, так ещё и обутый.       — А? Где ты его хранил? — очухался синий.       — У Роджера есть сейф. Попросил присмотреть.       Не успел Соник и глазом моргнуть, как пространство вокруг них исказилось, а пол под ногами сменился на паркет. Небольшой школьный кабинет с большими окнами, сквозь которые открывался живописный вид на яркие домики с красной черепицей. На стенах висели постеры, а учебные доски были исписаны словами на незнакомом языке.       — Испанский?       — Exactamente, — кивнул Шэдоу.       И тут начались, возможно, самые мучительные часы в жизни синего ежа.       Ни одного полноценного урока он в своей жизни не провёл в стенах школы. Такие, как он, — гиперактивные, импульсивные, с реакцией быстрее, чем мыслительный процесс, — просто не вписывались в учебные рамки.       Но сам Соник предпочитал выражаться корректнее: он просто не любил учиться в принципе. Особенно если это было что-то нудное.       — Слушай внимательно. Наличие изумруда ещё не даёт тебе возможность перемещаться везде, где вздумается, не прилагая никаких усилий, — строго начал Шэдоу. — Тебе необходимо иметь базовое представление о месте. Из основного — ты можешь беспрепятственно переместиться в место, которое видишь перед собой вживую. Можешь на гору, если виден рельеф, а оттуда уже откроются целые просторы. Можешь хоть с самолёта прыгнуть и на ходу искать место приземления, даже в воздухе можно, но для этого уже нужно отточенное чувство пространства, потому что там нет никаких точек, за которые можно было бы зацепиться. Такое приходит только с опытом.       — Ничего, я талантливый, — самодовольно кинул Соник.       Шэдоу нахмурился, став ещё больше походить на сурового учителя за сорок с неудачным браком и нелюбимой работой. Но Соник слово дал — без нытья и без глупостей. Послушный ученик. По крайней мере, в теории.       — Чтобы иметь возможность свободно перемещаться в желаемое место, тебе необходимо научиться ориентироваться в картах. А для этого нужно зазубрить расположение континентов, стран и городов, а также гор, рек и равнин.       — Так это ж дофига информации! Я и за год не справлюсь! — возмутился Соник, хлопнув ладонями по парте.       — Именно поэтому я научу тебя банальному ориентированию и чувству пространства. Будешь уметь перемещаться, но только с картами. Что, между прочим, тоже неплохо, — он пожал плечами, направляясь к полкам с атласами.       — А ты сможешь нас переместить сейчас обратно на яхту? Мне тут как-то неуютно…       — Нет. Я не могу переместиться на движущийся транспорт, не зная его точного местонахождения. Кстати, по этой причине переместиться в самолёт почти невозможно. Даже зная, над каким городом он пролетает, поймать точку составляет шанс один к двадцати.       — Ну а что, неплохо.       — Это я про себя. У тебя шансов нет и в помине.       — А… если я захочу к Тейлзу?       — Изумруд отправит тебя туда, где ты его представляешь. То есть в место, где, по-твоему, он мог бы находиться. Так же будет и с Грин-Хиллом. Если пожелаешь переместиться туда — тебе даже карта не потребуется. Ты пробыл там достаточно времени, чтобы выработать чёткое место-ощущение острова. Изумруд может работать не только по координатам, но и по внутренней связи — ментальной там, эмоциональной.       Соник всё это впитывал, как губка. Хоть и бубнил иногда, но понимал — это не игрушки. Хаос-контроль — штука капризная. И сейчас, стоя среди испанских парт и плакатов о временах года, он впервые понял, что его ждёт не весёлое приключение, а полноценная — чёрт его подери — учёба…       Шэдоу продолжал объяснять по-преподавательски спокойно, будто реально поставил себе цель: раз уж ввязался в это — сделай как надо.       Соник переплёл пальцы за затылком и откинул голову, глядя в потолок класса.       — Значит, если я представлю место, где мне хорошо… — он чуть улыбнулся, — …то смогу попасть, допустим, на пляж Грин-Хилла?       — В теории — да.       — А на практике?       — Молись, чтобя не угодишь в какие-нибудь колючие кусты в степях Монголии.       — Мило.       — Давай уже к делу, пока я не передумал, — сдержанно сказал Шэдоу.       Соник же, как прилежный ученик, расположил руки на парте, навострив уши.       — Перемещение — это не только про силу, — начал Шэдоу. — Это ещё и про точность. Ошибёшься с расчётом — и можешь по случайности угодить в стену, лаву, в центр земного ядра или того хуже — в воду.       — У меня такого не будет! Я ведь уже пользовался изумрудом как-то, и всё прошло нормально, — уверенно заявил Соник.       Шэдоу скептично уставился на него, а потом медленно потёр лицо, будто хотел вытереть с него сам факт услышанного.       — То была критическая ситуация, в которой ты перемещался не дальше поля зрения. Лучше вместо пустого бахвальства назови все континенты.       — Легкотня. Америка, Европа, Азия, Африка, Австралия, Антарктида…       — Шесть. Почти. Хотя вышло лучше, чем я думал. А теперь — по порядку с запада на восток.       Соник застонал так, будто его попросили пересказать алфавит задом наперёд.       — Ты сам-то это учил? — решил он съехать.       — Да. Сам. И никто не ныл.       И вот оно началось. То самое ужасное и ненавистное. Попытки вдолбить в чужую упрямую голову то, что банально не помещалось, казались почти безнадёжными. Всё это напоминало вбивание гвоздя в кирпичную стену — не только бесполезное, но ещё и раздражающе болезненное занятие. Хотя… стоит признать: рвение было. И старания тоже.

***

      — Где река Нил??? — в голосе Шэдоу уже звенела усталость и наростающая ярость.       — Я не знаю!! — воскликнул Соник, почти в слезах, уронив взгляд на карту, где пятна мокрых следов уже начали размывать континенты, а Шэдоу уже всерьёз раздумывал над тем, чтобы выдернуть себе пару игл и использовать их как дротики, а Соника — как мишень.       — Напоминаю: синяя. ЛИНИЯ. Самая длинная. Вниз, по Египту.       — Это?.. — жалобно произнёс Соник, тыча пальцем в Средиземное море.       — Это не Нил… но… допустим. Тоже вода, — выдохнул Шэдоу.

***

      Истерики, вырванные иглы, перерывы на покушать и утешения ноющего синего студента, и снова всё по новой. Два дня зубрёжки за все восемнадцать лет, и вот оно — прогресс. Соник находит Таскалусу в Алабаме не за двадцать минут (из которых восемнадцать были нытьём), а за десять секунд.       Да, пускай Шэдоу и сказал “без нытья”, но прямо во время всего этого хаоса внутри него снова проснулось это дурацкое, будто чужое чувство: “Помоги. Помоги, чего бы это ни стоило.”       Что ж, ему не впервой, но почему, чёрт возьми, это происходит каждый раз, когда дело касается этого придурка в кроссовках?       Когда процесс пошёл быстрее, Соник, как и следовало ожидать, начал отпускать шуточки, что значило — худшее точно позади.       — Сан-Педро Сула?       — Гондурас.       — Сион?       — Швейцария. Вот.       — Бриджпорт?       — Коннектикут. Легкотня.       Внезапно, не сказав ни слова, Шэдоу подошёл, взял Соника под локоть, а в другой руке крепко сжал Изумруд.       Короткая вспышка света и вдруг — темнота. Причём настолько густая, что Соник на мгновение подумал, что ослеп. Но потом… вспыхнул свет. Шэдоу щёлкнул выключателем — и перед ними показался роскошный пентхаус в модерновом стиле. Всё сияло, сверкало и отражало. Гладкий, натёртый пол, мебель как воплощение строгости и гламура. Эстетика "дорого-богато", но со вкусом и блеском. Много блеска.       — Чей это дом? — спросил Соник, разинув рот. Он шагнул внутрь осторожно, словно боясь запачкать пол, хотя любопытство так и пёрло.       — Руж, — коротко ответил Шэдоу.       — Чего?! Откуда у этой мыши столько бабла?       — Ты даже не представляешь, сколько могут зарабатывать приближённые к армии лица. Руж — один из главных агентов. Незаменимый кадр, — Шэдоу подошёл к декоративной витрине в гостинной и снял с одной из стеклянных полок ярко-красный Изумруд Хаоса.       — Откуда он у неё?       — Украла, конечно, — абсолютно незаинтересованно и спокойно ответил Шэдоу.       — И никто не заподозрил?       — Она достаточно умна. Никогда не болтала о своих пристрастиях, ведь знала, что иначе её от изумруда огородят как мясо от льва.       Соник сжал кулаки, любопытно приблизившись, и Шэдой протянул тому только что добытый изумруд со словами "бери", от которых у чего на секунду округлились рот.       — Наконец-то практика!       — Это урок, а не аттракцион. Не забывайся, — строго напомнил Шэдоу.       — Понял-понял, — с улыбкой помахал ладонью Соник.       — Значит, пример: Азия, Япония, Токио, Сибуя, часовой пояс UTC+9, 8 км от Токийского залива.       В следующее мгновение их окружил шумный пульсирующий мегаполис: неоновые вывески, гул толпы, мерцание экранов. Токийская Сибуя казалась живой яркой голограммой будущего. Соник, словно ребёнок в игрушечном магазине, носился между витринами. Он наслаждался каждой мельчайшей деталью — разноцветными огнями, аниме-плакатами и яркими вывесками. Шэдоу же шёл чуть позади, сдержанно наблюдая, как прохожие с любопытством смотрят на необычную пару.       — А говорить вслух обязательно? — спросил Соник, резко подбежав ближе.       — Если место незнакомое, лучше проговаривать, — объяснил Шэдоу ровно. — Так легче построить в голове точную картину. Меньше ошибок. После десяти минут осмотра, Шэдоу положил руку на плечо Соника:       — Двигаемся дальше. Австралия-...       — А в Чайнатаун можно? Пожалуйста! — воскликнул Соник, переплетая пальцы в молящем жесте. — Я всегда мечтал там побывать!       — Чайнатаун — это не конкретное место, а районы в крупных городах по всему миру. Нью-Йорк, Сан-Франциско, Бангкок — выбирай, какой хочешь.       — Ну, где драконы на воротах и лапшу на улицах продают…       — Это все они.       — Значит, можно любой?       — Сам туда потом отправишься. Австралия-...       — Пожалуйста-пожалуйста! — Соник снова потянул Шэдоу за руку, совсем не заботясь о том, как он выглядит со стороны. Новые впечатления затмили гордость и стыд, пробудив наглость и настойчивость. Шэдоу закатил глаза и сдался:       — Япония, Канагава, Йокогама, Чайнатаун.       И вот они уже стояли в самом сердце Чайнатауна — узкие улочки с традиционными красными фонарями, изящные ворота с резными драконами и мерцающие неоновые вывески, украшенные иероглифами. Ароматы уличной кухни окутали их — лапша, пряные блинчики, хрустящие кальмары и сладкие десерты наполняли воздух. Вокруг доносились оживлённые крики продавцов, звон посуды и гул туристов.       Продавцы, будто обращаясь к маленькому щенку, мило угощали Соника разными закусками, от которых во рту то вспыхивала сладость, то обжигало острыми специями. Некоторые без стеснения кидали пару ласковых в их адрес.       — Что эта бабуся говорит? — спросил Соник, указывая на хозяйку одного из прилавков, что беспрерывно тыкала пальцем в их сторону, громко выражаясь на китайском.       — 你们这些魔鬼! (Nǐmen zhèxiē móguǐ!)       — Она назвала нас "демонами", — перевёл Шэдоу.       — Ты знаешь китайский? — с другой стороны послышались ещё какие-то слова.       — И "отродьями", — добавил ёж.       — Грубо, — обиженно нахмурился Соник, но улыбка не сходила с лица.       — Я знаю базовый мандаринский. Понимаю больше, чем говорю, — спокойно ответил он. — Так что не проси меня что-то сказать.       — И не собирался! — Соник обиженно отвернулся, скрестив руки.       Вообще-то собирался.       — О, смотри, какие классные статуэтки! — воскликнул ёж, чьи глаза горели от восторга.       — Ага, — ответил Шэдоу, отпивая глоток из своего бокала с Личи Мартини.       — Да ладно? Опять?? Где ты это достал? — удивился Соник, на что Шэдоу лишь молча пожал плечами. — Ну и чёрт с тобой, — буркнул Соник с лёгким раздражением. — Слушай, ты не думал обзавестись каким-нибудь хобби?       — А это что по-твоему? — указал он на стакан.       — Это — алкоголизм, так что не считается, — с усмешкой кинул синий и, решительно настроившись, подошёл ближе. — А теперь давай дальше! Я давно хотел побывать в Рио-де-Жанейро и посмотреть на статую Иисуса.       Шэдоу без лишних вопросов схватил его за руку, но в последний момент вспомнил о главной цели урока и вытащил из кармана гавайки свёрнутый атлас, который передал Сонику.       — Укажи, где это, и будет тебе Рио.       — Так-так-так… Хммм, о! Вот здесь! — воскликнул Соник спустя пару секунд.       — Похвально.       И вот они уже переместились в Кейптаун — Южная Африка, затем Сингапур — Юго-Восточная Азия, Киото — Япония, Сидней — Австралия, и, наконец, Чиангмай — Таиланд.       В каждом месте он, параллельно наблюдению за неугомонным учеником, развлекался поиском самых необычных коктейлей, наслаждаясь ими до последней капли. Бразилия особенно порадовала его освежающей Кайпириньей, с которой Шэдоу довольный наблюдал, как Соник, сияя от счастья, гуляет прямо по раскинутым рукам статуи Иисуса.       Он даже не заметил, как стал поддаваться простому и искреннему «а давай». Где бы они ни были, Соник притягивал внимание всех вокруг. Даже не зная языка, он умудрялся прекрасно общаться с местными — настолько уверенно, что Шэдоу начал беспокоиться, не утащат ли его сейчас куда-нибудь или не закроют, словно потерявшегося щенка.       И мало того, что Соник постоянно заводил новые знакомства — он не упускал случая затащить Шэдоу посмотреть на скульптуры, картины или уличного повара, изящно крутившего пиццу пальцем левой ноги. А вот единственным при деньгах в этом путешествии оказался именно он — бывший агент, который в своё время успел вовремя перевести все средства на счёт второй банковской карты Руж, о которой G.U.N. даже не подозревали.       Признаться, мало-помалу даже он сам начал в какой-то степени получать от всего этого удовольствие... Причём настолько, что в Киото он вспомнил о коктейле только тогда, когда Соник уже предложил переместиться дальше. В Чиангмае же он и вовсе рухнул на колени от обрушившегося на тело истощения.       Что-что, но такой невнимательности от себя он точно не ожидал. Позор, да и только. Хаос-контроль выжал из него всё, а он, идиот, этого даже не заметил.       — Шэдоу! — крикнул Соник, подбегая ближе. — Шэдс! Ты как, приятель?       — Нормально. Просто… надо немного передохнуть, — ответил Шэдоу, еле удерживая равновесие.       Соник тут же подставил руку, хотя его никто не просил, и помог дойти до аккуратно подстриженной ярко-зелёной лужайки, где они удобно уселись.       — Может, тебе еды принести?       — Не надо. Через… — он на секунду прикрыл глаза, словно мигрень ударила по мозгам. — Через пять минут перемещу нас в последнее место. Там уже ты сам попробуешь перемещения.       — Знаешь… ты как-то быстро сдулся. Раньше и копьями Хаоса кидался, и с роботами в космосе дрался.       — Ты про те времена, когда я был полубогом, собравшим все изумруды?       — А, точно. Но и без них ты вроде ничего такой.       — Комплименты — это не твоё, — Шэдоу устало хмыкнул и откинулся чуть назад.       — А вот и моё! Просто с тобой сложно понять, как лучше выразиться.       — Просто делай, как я: говори, что думаешь.       — Хм… Ну, тогда… мне казалось, ты сильнее.       — Возможно, — тихо вздохнул ёж, почти бесшумно. — Возможно, дело в том, что раньше мне не приходилось совершать скачки на тысячи километров по пять раз за… сколько? — он прищурился, пытаясь сквозь усталость сосчитать.       — Почти два часа.       — Ну вот, — Шэдоу закрыл глаза, облокотившись локтями на колени. — Короче... экономнее на аэробатинках.