Hey, blondie!

Запах хвойного дерева наполнял небольшую гостиную. И хотя ёлка уже несколько дней как стояла у нас дома, украшать её я начала только в канун нового года. Коробки с разноцветными шариками, гирляндами мишурой лежали на полу и я постепенно, подбирая каждый из них, вешала на колючие лапы ели, отходила в сторону, оценивая свою работу. И каждые пару минут невольно смотрю на часы на стене. Нет, ещё рано. А ведь Йост обещал ещё неделю назад, что ёлку мы будем украшать вместе. Несмотря на то, что я никогда не придавала значения глупым праздникам, на душе всё равно повисла тягучая обида. Она завязывалась в узел где-то в груди, становилась комом в горле, грозилась проступить на глазах. Это наш второй новый год вместе. Первый мы отмечали вместе с его друзьями, в шумной компании. И хотя я не любила находится в центре внимания, мне пришлось: в канун рождества мы объявили всем, что встречаемся, так что в тот новый год множество людей поздравляли нас с этим важным шагом. Йост любит внимание, а я люблю его. Но в хороших отношениях не обойтись без компромиссов, поэтому когда мой возлюбленный предложил провести этот новый год только вдвоем, я радостью согласилась. Единственная проблема заключалась в том, что меня никто не предупредил о внезапной и затянувшейся поездке к брату с сестрой на рождество. Каждый день Йост скидывал милые фотографии в семейном кругу. Широкие улыбки, смех, уютный дом его сестры и племянники вокруг. И вот, прямо сейчас, мне приходит новая фотография, заставляющая всхлипнуть первый раз за вечер. Уже несколько лет как я живу вдали от родного дома, вдали от друзей, близких, семьи и всего того, что когда-то составляло мою жизнь. И всё ради одного – любви. На протяжении всех наших отношений Йост никогда не заставлял меня усомниться в правильности моего решения. Был рядом в трудные для меня моменты, не забывал про важные даты и встречи, помнил каждую мелочь. Я старалась отвечать ему всегда тем же, быть рядом и поддерживать любую его идею. С ним моя жизнь становилась ярче и даже в самые трудные моменты, когда казалось, всё катится к чертям и становилось невыносимо нам обоим, мы брали друг друга за руки и молча принимали решение оставаться друг другу самыми близкими людьми. Потому что я не видела другого выхода. А он? Не приедет на новый год. Хотя сам предлагал провести его вдвоём. В канун праздника я осталась одна, с щемящей болью внутри. Я вовсе не злюсь на него, хотя, вроде должна, я скорее не понимаю почему. Вдруг приятный запах хвои становится дурманящим и удушающим, дерево в глазах двоится. Нет, мне не больно, я всё понимаю. Становится без разницы где будет висеть очередной шарик, сквозь слёзы я вешаю из на любые свободные ветки. Какая теперь разница где, если праздник испорчен, а на дерево буду смотреть только я? Машинально, с обидой внутри, всё равно продолжаю украшать ёлку. Зелёный шарик – я вспоминаю наше знакомство, первые робкие шаги навстречу друг другу, случайные прикосновения и долгие разговоры. Объятия, которые были громче любых слов. Мы не понимали тогда как много друг для друга значим, но тянулись быть ближе без остатка. Белая снежинка – мы гуляем ночью по городу, когда я только приехала в Амстердам впервые. Выпал первый снег, наше общение тогда только-только налаживалось после долгого перерыва. Я не хотела выходить на улицу, но он пришел к моему дому и терпеливо уговаривал меня выйти погулять. Снег медленно падал на землю, мы рассматривали в свете фонарей снежинки. Мои руки замёрзли и он осторожно обхватил их своими тёплыми ладонями мои, нежно коснулся губами замёрзших пальцев. Мы стояли молча в свете жёлтого фонаря, безмолвно смотрели в глаза один одному и про себя я умоляла, чтобы этот момент длился вечно. Я ещё не догадывалась, что в же вечер он потащит меня к себе домой, потому что я жутко замёрзла, до дома слишком далеко а транспорт больше не ходил. Мы будем сидеть перед большим телевизором, на экране рождественский фильм, в руках кружка горячего чая и он рядом. Мы будем громко смеяться и в момент, когда я посмотрю на него, он решится поцеловать меня. Хотя, сложно назвать это настоящим поцелуем – касание губ, нежное и при этом настойчивое, быстрое , но согревающее сильнее чем любой, даже самый теплый свитер. Дело доходит до фонариков, я вспоминаю как радостно было на душе, когда пришло первое осознание, что теперь мы – пара. Таким же ярким и теплым светом зажигались чувства внутри, глаза горели, желание быть рядом постоянно, говорить обо всем или просто молчать – всё одинаково интересно рядом с ним. И на протяжении двух лет вместе это желание внутри меня не угасало никогда. Я не замечала одну маленькую деталь за пеленой любви. До сегодняшнего дня. Весь декабрь Йост был занят: новый альбом, предстоящий тур... Он приходил домой ночью, когда я уже спала, уходил раньше меня и полноценно время мы не проводили вовсе. Когда всё таки такая возможность появлялась, он постоянно проверял свой телефон, с кем-то переписывался. Только сейчас, вспоминая наш последний месяц в голову приходил один единственный вопрос, который я всеми силами гнала от себя. Неужели нас настигает конец? За эти два года у нас не было никаких секретов друг от друга: любую новость, плохую или хорошую, мы проживали вместе, делились , обсуждали. Наши графики никогда не совпадали, но в каждую свободную минутку мы уделяли внимание друг другу. Он вытирал мне слёзы, когда у меня что-то не получалось, я обнимала его крепко-крепко, когда его планы рушились. Что такого он скрывал? Другая? Может, я просто надоела ему? В глазах потемнело, я осела на пол, окружённая коробками подарков, игрушками на ёлку и декором. А ведь он так и не познакомил меня со своей семьёй. Нет времени, возможности, кто-то болел или уезжал, либо занят он либо я, либо кто-то из семьи. Может просто не хотел? Уже не сдерживаясь, слезы покатились по щекам, образовывали мокрые дорожки, стекали по шее, падали на одежду. Я перебирала сотни вариантов, почему так случилось. Что если он сейчас вовсе не с семьёй? Наверное, не так больно просто расстаться, как тот факт, что он оставил меня одну на новый год. Те друзья, которыми я обзавелась живя в Нидерландах либо разъехались кто куда, либо имели свои планы, в которые я точно не входила. Мне, в случае чего, даже пойти будет некуда. И дело даже не в праздниках. Что же будет теперь? Свернувшись на полу и прижав к себе колени, даю волю своим чувствам, содрогаюсь в рыданиях и не могу остановиться. Как я могла пропустить момент конца? Телефон начинает издавать неприятный повторяющийся звук. Кто-то звонил. Пару секунд я лежу, не двигаясь, не в состоянии протянуть руку и отклонить звонок. Не хочу никого видеть или слышать. Кроме него. Но звонок настойчивый, не прекращается ни на секунду. Звонит слишком долго, давит на мозги так сильно, что хочется швырнуть телефон о стену. Со злобным стоном я подползаю к телефону. Номер незнакомый. Кто может звонить в восемь вечера в канун нового года, тем более тот, с кем мы незнакомы. Обознались? Тогда к чему такая требовательность? А что если что-то случилось?! Шмыгаю носом, без раздумий провожу пальцем по экрану, поднимаю трубку. – Алло? – слабым голосу произношу я. Сердце замирает, стараюсь изо всех сил звучат спокойной, а слезы беззвучно продолжают литься. – Алиса?! Алиса привет, ещё не передумала приехать? Нам тебя не хватает здесь. Ко мне приходит лёгкое облегчение, когда я слышу весёлый голос Маурин на другом конце провода. Как всегда взбалмошная, смеющаяся подруга отвлекается на шум на заднем плане, но продолжает тараторить. – Мы тут все очень хотим тебя увидеть, мы не против если ты приедешь с Йостом. Ну же! Зачем вам сидеть одним?! Всхлипываю. – Маурин, где твой телефон? Звучать не измученной не получается. Остаётся только надеяться на суматоху вокруг подруги. – Я его потеряла, представляешь, – удивлённо отвечала она, – но это неважно. Сейчас приезжай к нам... – Я не могу, – тихо сказала я, – не могу... – Ты плачешь?! – Нет-нет, – поспешно отвечаю, – просто... – Хочешь я приеду? – Нет... Молчим. Хотя хочется кричать. – Мне кажется Йост хочет расставаться. Мысль обрела плоть. Сказала и тут же истерика нахлынула с новой силой. Теперь это моя реальность. Подруга молчит, вслушивается в мои вопли, затем вкрадчиво произносит: – А ты уверена? Йост бы никогда так... – Уверена! – раздражённо кричу на подругу, – он не приехал отмечать новый год, хотя сам предложил. Больше ничего произнести я не смогла, плакала в трубку Маурин, чем явно портила праздник своей лучшей подруге. – Вам бы поговорить для начала, расстраиваться потом будешь, – успокаивала она, – через пару часов новый год, не хочу чтобы ты была одна в праздники. За окном медленно падал снег. Совсем как в самом начале наших отношений. – Давай ты приедешь? – снова предлагала Маурин, – наверняка Йост сейчас не плачет и не сидит один. Так почему ты должна? И правда. Если учесть его холодность в последнее время и внезапную планов, то станет понятно: вряд ли он испытывает сейчас то же, что и я. – Хорошо, – сдаюсь я, – буду через час. Не дожидаясь ответа подруги, сбрасываю звонок и убираю рукавом кофты слёзы. "Возможно это последние наши дни как пары." – проносилось у меня в голове пока я собиралась к друзьям. Всегда нужно быть готовой к концу, однако за всей теплотой я забыла об этой важной мысли, полностью поддалась потоку чувств. Рано или поздно, плохое или хорошее – всё подходит к концу. Только не на такой конец нашей истории я рассчитывала. Изо всех сил я держалась пока наносила вечерний макияж, держалась, пока надевала платье, купленное специально для этого вечера. Что же, по крайней мере я его надену, хотя рассчитывала провести эту совершенно не так. Йосту, которого я люблю, было совершенно неважно, в чем именно я была: с момента начала наших отношений, ежедневно слышала миллионы комплиментов в свою сторону. Даже в самые ужасные дни, когда ненависть прожигала меня, был маленький лучик света, заставляющий меня поверить в свою значимость. Перед самым выходом из квартиры, я окинула её взглядом: на полу остались разбросаны украшения, ёлка до конца украшена не была. "Пусть сам украшает." Изо всех сил я гнала от себя мысли о предстоящем разрыве, пока проворачивала ключ в замочной скважине. Последний раз вздохнула и... Но дверь открылась раньше, чем я толкнула её и напуганная, я налетела прямо на человека с другой стороны двери. – Ты куда собралась? Подняв голову, я увидела Йоста. Улыбающийся, с ярким румянцем на щеках и широкой улыбкой. Куртка была в снегу, он стоял без шапки, а рядом с ним дорожная сумка, с которой он уезжал неделю назад. – Поезд опоздал, в городе пробки, – немного виновато, но всё ещё весело рассказывал он, – прости меня, пожалуйста... Я смотрела на него, не в силах сказать что-то. Внутри, как яркие салюты, взрывалась радость от того, что я просто вижу его. Любимый, несмотря на то, что вполне возможно бросит меня прямо сейчас, под новый год! – Ты такая красивая, а я соскучился... Он подхватил меня на руки, резко, заставляя взвизгнуть от неожиданности, закружил в своих объятиях, а когда я снова оказалась на земле, крепко прижал к себе. – Солнце, ну чего же ты молчишь?.. Мой подбородок чуть дернулся. Знает же, что люблю его, и так издевается... – Почему ты до сих пор не познакомил меня со своей семьёй? На одном дыхании, чтобы не испортить макияж слезами выдала я. Тут же, на его лице отразилось недоумение, что злило меня ещё сильнее. – Признайся, у тебя кто-то появился, да? – ладонью я хлопнула по мягкой куртке, – поэтому ты не хочешь нас знакомить, да? Поэтому ты такой отстранённый в последнее время?! Скажи честно, Йост. – Алиса, ты о чем вообще? – изумлённо произнес Йост. – Ты хочешь бросить меня, вот о чем! Уже двумя ладонями толкаю его. Мы стоим на лестничной клетке, мои вопли эхом разносятся по этажам, а слёзы вновь проступают на глазах. Он смотрит на меня и усмехается. – Ты такая нетерпеливая. Может мы хотя бы зайдём в квартиру? – Зачем?! – Чтобы когда ты меня убьешь, свидетелей не было. Не выдерживаю. Всхлипы становятся громче, бьются о стены, издевательски дразнят меня. Он ещё смеет издеваться! Йост подходит вплотную, обхватывает меня за талию и молча затаскивает в квартиру. Затем то же самое он проделывает с сумкой, закрывает дверь. – Ну давай, – фыркнула я, – скажи мне что мы расстаёмся. – Нет, – спокойно возразил он, – не буду. – Почему?! – Потому что не хочу... Плачу, пока он молча смотрит на меня. Зачем с этим тянуть?.. – Я думал, что смогу хотя бы раздеться прежде чем что-то скажу, но.. Звук молнии на его куртке резанул по ушам. Я отвела голову в сторону, пытаясь скрыть свое заплаканное лицо. И пока я рассматривала стену коридора, не заметила самого главного. – Алис, – позвал он, – посмотри на меня, пожалуйста... Когда он говорит таким мягким голосом, устоять невозможно. Стоило только бегло глянуть на него, как все внутри замерло. Он стоял на одном колене в нашем коридоре, в его руках – маленькая синяя коробочка, в тусклом свете лампочки под потолком сиял темно синий камень, в окружении маленьких белых. На его лице глупая, но такая родная и добрая улыбка. Он способен был растопить ею самое холодное сердце. И прямо сейчас, вся моя надуманная обида исчезала сама по себе. – Прости что опоздал. Но я обещаю, что больше никогда такого не повторится. Мелкая дрожь шла по моему телу, а слез я больше не замечала. В его глазах сверкали теплом и светом, голос немного дрожал. Он также, как и я весь этот вечер волновался. – Будешь моей женой?