Пустые обещания

— Знакомься, это капитан Тиг, Как ты уже поняла, Хранитель Кодекса и… Моей мамы, – последние слова Джек добавил с небольшой неловкостью. А Мэрилин, рассмотрев чудаковатого отца Джека во всей красе, а также покойную матушку, точнее то, что от неё осталось, подумала, что примерно так должно было выглядеть знакомство с родителями Джека. И тут было без вариантов. — Рада встрече, капитан, – Мэрилин наконец смогла найти голос и слегка поклонилась по старой привычке пытаясь найти на себе ткань юбки для реверанса. — Вы, то есть капитан Воробей на вас очень… похож. — Только внешне, – оветил Тиг, с похожим интересом рассматривая её. Она не знала, лгал ли он, но взгляд у него был таким же наблюдательным, но нечитаемым. Бездной, в которую лучше лишний раз не смотреть. – Я наслышан о тебе, Соловушка. Говорят, что ты всему виной, что Совет собрали. Интересно, что еще ты умеешь, кроме пения да подстрекательства к бунту? — О, она ещё умеет стрелять, не целясь! Однажды попала мартышке прямо в банан! Правда, Джеки до сих пор в обиде... – вмешался Джек. Мэрилин устало вздохнула: — Если верить вашему сыну, я ещё и ключи от всех сокровищ мира ношу в кармане. Но, если честно, мой главный талант — терпеть его россказни. — Ну, раз ты его ещё не придушила, то терпение у тебя просто ангельское, – подметил Тиг с лёгкой улыбкой. На что Джек надулся, словно мальчишка: — Эй, я же тут стою! И, кстати, это я её научил всем пиратским премудростям. Без меня она бы до сих пор в шелках да кружевах по салонам похаживала. Мэрилин приподняла бровь, скрестила руки, выказывая свое раздражение: — В шелках? Ты забыл, как я тебя из той таверны в Картахене вытащила, когда тебя за карточный долг хотели на рею повесить? Шелка тут ни при чём. — Это было всего лишь раз… – попытался уклониться Джек. — А также не забудем Тортугу, где ты поставил свою шляпу, едва не дойдя пустить всю команду в залог… – Мэрилин начала считать по пальцам все его похождения. – Нассау, там ты моей бабуле проиграл и нам всем пришлось убираться во всем борделе неделю! И ладно бы карты, но в шахматы?! — Ладно, ладно, понял, впредь обещаю не играть в шахматы с твоей бабушкой. — Капитан, ты и твои обещания иногда понятия несовместимые! Тиг, наблюдая за перепалкой обоих только рассмеялся: — О, он всегда так. Обещает звёзды, а приводит в болото. — Предательство! Мой же отец настраивает мою команду против меня! Неслыханно! – возмущение настолько переполнило Джека, что тот ушел к Гиббсу, наябедничать. Тиг же продолжил, привлекая внимание Мэрилин: — Но если ты всё ещё с ним — значит, видишь то, чего другие не замечают. Держи его в узде, птичка. А то он и Калипсо готов разбудить ради пары бочонков рома. — Непременно, капитан Тиг. И, чтобы не допускать дурацкой паузы, Мэрилин спросила: — Как думаете, Элизабет справится? — Она выбрана морем. Как и ты. Как и он, – Тиг кивнул в сторону Джека, который, размахивая руками, жаловался Гиббсу.. – Но море редко ошибается. — Море ещё и ревниво, – добавила Мэрилин. – Попробуй его обмануть — получишь шторм в лицо.

***

Пока Джек, Элизабет и Барбосса отправились на переговоры с Беккетом, Мэрилин мотала круги по “Жемчужине” в нервном ожидании худшего. Она поначалу была рада оказаться вновь на корабле, таком родном, но могла найти себе покоя, когда переговоры могли закончиться незнамо чем. — Успокойся, дорогая, на тот свет я не собираюсь. По крайней мере в ближайшее время. Или нет. Или да? – Джек будто говорил не с ней, а сам с собой, будто он был не один, а сразу трое. — Капитан, – привлекла она его внимание. — Я… — Мэрилин, – вдруг заговорил он серьезно. Безумие в глазах будто и не было вовсе. – Не нужно извиняться. В том, что я сбежал тогда, как крыса, нет твоей вины. — Но Элизабет… — Ты видела? Мэрилин вспомнила тот странный момент. Растерянный взгляд Уилла при виде того, как его любимая женщина целовала другого. — Все уже в прошлом, дорогая, – Джек взял её за плечи, пытаясь отогнать ненужные воспоминания. – Неважно это все. — Но я могла тогда спасти тебя… — Спасти меня от чего? Она не нашлась, чем ответить. Джек и без неё все прекрасно понимал, но до последнего не хотел в этом признаваться. Лишь когда они остались вдвоем на нижней палубе “Жемчужины”, где и происходил этот разговор, он решил открыться и впервые, наверное, признать свою ошибку. Что было совершенно ему несвойственно. Но с Мэрилин всё было легче. Иначе. С ней ему не нужно было притворяться. — Вытри слезы, ни к чему они сейчас, – продолжал он, видя, как Мэрилин сдерживала плач. – Ну-ка, где твой боевой дух? Вот. Отлично. А теперь пора покончить со всей этой кутерьмой! Но сердце Мэрилин снова забыло, как биться, когда Барбосса и Элизабет вернулись с Уиллом вместо Джека. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы не вцепиться в его горло прямо здесь, на месте. Но также она должна была напомнить себе, что это была часть плана, так как Джеку нужно было попасть на “Голландец”. Уилл был тоже крайне удивлен тому, что Мэрилин была здесь. — Как ты смогла спастись? – спросил он, едва завидев её. — Поблагодари адмирала Норрингтона. У него, по крайней мере, есть совесть, – прошипела Мэрилин в ответ. Уилл заметил тень позади неё. Адмирал бдил, будто следил за тем, чтобы на “Жемчужине” царил закон и порядок. Он не стал продолжать спор, и без этого ему стало все ясно и понятно. Вскоре настало время выдвигаться. Сражение было не за горами, и нужно поскорее начинать ритуал по освобождению Калипсо. Элизабет было решено отправить Норрингтона и Мэрилин на “Императрицу” – опыт адмирала и её находчивость понадобятся при бое с армадой. Перспектива сотрудничать с Джеймсом ей не прельщала, но приказ есть приказ: перечить королеве пиратов не стоило. В момент, когда нужно было отправляться на “Императрицу” Мэрилин, взбираясь по трапу стала свидетельницей следующей сцены. Норрингтон, шедший за ней следом, вдруг резко обернулся. Проследив за его взглядом, она поняла, куда, точнее на кого он смотрел. В спину Элизабет, которая направлялась в сторону “Жемчужины”. — Думаю, стоит попрощаться с ней. Быть может, вы и не увидитесь вовсе, — вырвалось у Мэрилин. Она, сама того не ожидая, решила дать совет? Она точно рехнулась. — Ты права… – ответил Джеймс и на всех парах помчался вслед за Элизабет. Та, увидя его, побежала навстречу, прыгая в его объятия и теплые поцелуи. Они долго стояли в страхе прощаться. В страхе дать пустые обещания. По жестокой иронии Мэрилин увидела Уилла на борту “Жемчужины”. Такой же растерянный взгляд, как и тогда, только приправленный злобой, ревностью, смятением. И, возможно, принятием. В голове мелькнула мысль, что если бы не она, Норрингтон бы не дожил до этого момента. Это была её маленькая месть за его предательство. — Ничего личного, – прошептала она. Уилл посмотрел на неё, будто сказанное принес ему ветер.

***

Подняты паруса, флаги развевались на попутном ветре, произнесены пафосные речи. Пора начинать. Мэрилин с борта “Императрицы” в благоговейной тишине наблюдала за проведением ритуала. Как девять песо были сожжены, сказаны заветные слова. Как Калипсо, освобожденная от смертных оков, возвысилась на “Жемчужиной” и остальными кораблями пиратов. Как она, разгневанная от правды о Джонсе, рассыпалась на тысячи крабов. Мэрилин, казалось, после такого, могла смело сказать, что видела все на этом свете. Небо почернело. Ливень обрушился стеной. Будто из ниоткуда, из бурлящей пучины, возник “Голландец” и его, как и “Жемчужину” затянуло в водоворот. У Мэрилин и Норрингтона нарисовалась другая забота. “Решительный” Беккета и ещё несколько кораблей армады пошли в атаку. Как и было оговорено, Джеймс должен возглавить баронов и дать отпор Беккету, пока Барбосса и Элизабет заняты “Голландцем”. Сражение было долгим, изнурительным. Одежда промокла насквозь. Соловьи на рукавах камзола Мэрилин потускнели, но ей было не до того: нужно было помогать матросам “Императрицы” заряжать пушки и отстреливаться, что крайне сложно делать в такую непогоду. Норрингтон, зная особенности кораблей Беккета, давал указания стрелять по рулю, дабы затормозить суда и сделать их легкой мишенью. Следовало сказать спасибо Джеку – если бы он тогда не угнал “Перехватчика” не стало бы ясной главная слабость почти любого судна британского флота. Но и “Решительный” не был так прост. Мэрилин, стоя у левого борта, в последний момент заметила, как в сторону кормы летело ядро и даже крикнуть не успела. Полетели щепки, а с ними и люди. Сквозь пальбу, дождь и гром можно расслышать отборную китайскую брань. Мэрилин почти не задело, но она спешно начала оценивать ситуацию. Много раненых, но корабль не был поврежден и мог ещё продержаться на плаву. И лишь несколько минут спустя она вспомнила, что на корме был Норрингтон. Черт! Она побежала по сломанной лестнице к штурвалу. Рулевой получил контузию и лежал, как выпавшая из бочки селедка. Рядом, будто каракатица, ползал Норрингтон, тоже пострадавший от взрыва. Мэрилин бросилась на помощь. Бедняга лишился глаза, но был в порядке. — Адмирал, да вы в рубашке родились! – мрачно подметила Мэрилин. – А повязка вам только пойдет! Джеймс ничего не ответил, лишь опирался на Мэрилин, сохранить равновесие, едва не отправляя их обратно на палубу. “Императрицу” шатало во все стороны, штурвал крутился, как тому вздумается и Мэрилин, держа под руку адмирала, свободной рукой схватилась за рулевое колесо, пытаясь развернуть корабль в сторону безопасности. — Ты… Куда? Куда ты нас ведешь? – прочухался Норрингтон. — Корабль получил пробоину, черт знает, сколько мы ещё продержимся! – воскликнула Мэрилин. — Курс… Обратный курс, – скомандовал он. — Адмирал, да вы рехнулись! Что-то недовольно пробурчал себе под нос, он сам схватился за штурвал, нагло отпихнув её в сторону. — Продолжайте огонь и позаботесь о раненых. Немедленно! – и столкнулся с бестолковым взглядом остальных. – Я кому сказал? Давайте, увальни неразумные, по местам! Матросы оживились и принялись исполнять наказ адмирала. Мэрилин, опомнившись, вернулась на пост, к пушке, у левого борта. Продолжать огонь. До последнего. За Карибы. За себя. За свободу. *** Все кончилось. Небо вновь приобрело прежний голубой цвет. Обе стороны сражающихся прекратили огонь, понять, что случилось. “Голландца” нигде не было. На волнах покачивалась “Жемчужина”, ещё больше потрепанная, чем раньше. Обессилев, Норрингтон бросил штурвал, позволив матросам унести себя в каюту. Мэрилин осталась на посту, наблюдать за тем, что будет дальше. “Жемчужина” подобрала Джека и Элизабет. Но где же Уилл? Мэрилин чувствовала, как скрутило её кишки. Неужто худшее случилось? “Решительный” и его армада отступать не намеревались. Корабли баронов пострадали не меньше, чем “Императрица”. Что же делать? Как быть?.. Но когда на поверхности оказался “Голландец” с Уиллом в качестве капитана, вскоре все стало ясно. Корабль Беккета пал под огнем “Жемчужины” и “Голландца”. Армада намек поняла и отступила. Это была победа. Но не без потерь.