В чужих объятиях

Вай запрокинула голову, позволяя холодным струям смывать с лица копоть прошедшего месяца. Пустая фляга болезненно впивалась в ладонь - последний сувенир из той жизни, что осталась позади. После катакомб всё пошло под откос. Первые недели она провела в подземных тоннелях под Зауном, где сырость въедалась в кости, а крики шептунов сливались с гулом в ушах. Там, в кромешной тьме, она снова и снова переживала тот момент - как Кейтлин ударила её прикладом ружья и оставила одну, только из-за того, что не дала синеволосой выстрелить в свою сестру. Вай сжала веки, пытаясь заглушить внутренний диалог, который уже неделями крутился в голове, как заезженная пластинка. "Ты знала, на что идешь", — шептал холодный, логичный голос в её сознании. "Ты просто защищала ребенка, который мог пострадать". Но другой голос, хриплый от виски и злости, рычал в ответ: "Она ударила тебя. Бросила. Как мусор. После всего, через что вы прошли!" Дождь усиливался, превращаясь в сплошную серую пелену. Вай, сжимая виски пальцами, будто пытаясь выдавить мысли наружу: "Я просто не могла стоять и смотреть, как невинного..." Логичный голос (перебивая, мягко): "Но ты же знала Кейтлин. Знала, что она бы не промахнулась и выстрелила бы в джинкс. Но ты все равно остановила её!" Красноволосая, внезапно вскидывает голову, глаза вспыхивают яростью: "Потому что это был РЕБЕНОК! Даже если он защищал джинкс, даже если... если..." Её голос срывается, пальцы судорожно сжимают ржавые перила. Где-то в глубине души всплывает образ: маленькая фигурка с широкими испуганными глазами, прикрывающая своим беззащитным телом сестру Вай. Она внезапно резко встает, сбивая ржавые перила локтем. "Хватит! Хватит этих чертовых голосов!" Тишина. Даже дождь замирает на мгновение. Где-то в переулке воет голодный пес. Гневный голос (с саркастическим смешком) "О, теперь мы просто будем кричать на ветер? Отличный план!" Логичный голос (сухо) "Ты могла бы начать с того, чтобы перестать разговаривать сама с собой. Это первый признак..." Вай перебивает, хватаясь за голову. "ЗАТКНИТЕСЬ! Оба!" Размашистым движением швыряет флягу в стену. Металл звонко рикошетит по кирпичам. Вай, тяжело дыша, через силу: "Я... я не ошиблась. Тогда. Не могла ошибиться." Но рука сама тянется к животу, куда пришел удар прикладом от Кейтлин. Заунитка, опуская руки, делает глубокий вдох. "Чёрт с вами всеми." Она резко разворачивается и идёт прочь от лестницы, шаги гулко отдаются по мокрому переулку. Где-то за спиной фляга с глухим звоном катится по камням. Гневный голос (ехидно) "Ну да, беги. Как всегда." Но Вай уже не слушает. Ноги сами несут её по знакомым закоулкам — мимо вонючего рыбного рынка, где они с Кейтлин когда-то только начинали знакомство во время поиска Силко. Поворот. Ещё поворот. Подъём по обшарпанной лестнице в дом, где окна третьего этажа заклеены газетами вместо стёкол. Она останавливается перед дверью с выдранным номером, ключ застревает в замке "Тьфу ты, чёрт..." Пинок — и дверь со скрипом поддаётся. Внутри — та же хаотичная грязь, что и месяц назад: груды грязной одежды, пустые гильзы вместо пепельниц, прожжённый кислотой диван. Вай бросает мокрый плащ в угол. Сапоги оставляют грязные следы. Она падает на кровать лицом в подушку. Где-то за стеной орет пьяница, с улицы доносится запах жареной крысятины. Обычный вечер в Зауне. Через минуту её храп сливается с воем сирен где-то неподалёку. За окном гаснет последний фонарь. Впервые за месяц Вай спит без кошмаров.