The Whale Store/Китовый магазинчик

Страх заставляет нас принимать решения, не подумав. А когда приходит осознание — бывает уже поздно. Всё из-за тебя, Питер! Я могла только молиться, чтобы к утру, когда я вернусь домой, Сомхарутхай и ловушка для тараканов справились с ним. Но до этого… мне ещё нужно было справиться с куда более рискованной ситуацией. Страх затуманил голову — и я легко поддалась на уговоры Силь. А когда поняла, что произошло — уже было поздно. — Пи Вэйл, ты собираешься спать? — спросила Силь, раскладывая постель. Её комната была небольшой, но очень уютной и аккуратной. Но вот кровать... Широкая, мягкая, слишком уютная — прямо манит лечь и ни о чём не думать. Спокойно. Просто сон. Просто кровать. Не теряй самообладание. Хотя… это впервые в жизни я собиралась спать в одной кровати с человеком, с которым встречаюсь. — Ладно… я тоже устала, — тихо ответила я, внутренне настраиваясь. Осторожно кивнула. Но как только укрылась одеялом, почувствовала на себе взгляд и улыбку человека рядом. — Не улыбайся... — пробормотала я смущённо, не зная, куда деваться. — Ну а что мне делать, если моя девушка ночует у меня? Конечно, я улыбаюсь, хе-хе, — засмеялась Силь и легла рядом с довольной улыбкой. Лежать рядом с тем, кого любишь действительно очень успокаивает. Запах кондиционера для белья, тепло одеяла — всё это казалось таким убаюкивающим. Идеально, чтобы спокойно заснуть. Но... простите. Я не могла уснуть вообще! Как ни старалась, сердце всё равно бешено колотилось. Возбуждение, волнение — всё от того, что она рядом. И, кажется, я была не одна: я слышала, как Силь тоже вертится и перебирается на своей половине. — Пи Вэйл... ты не спишь? — Угу… не очень. Я повернулась, встретив её взгляд. Ну, если мы обе не можем уснуть, можно хотя бы поговорить… Хотя я так и не сказала ни слова. Мы просто лежали, смотря друг на друга в тишине. — Можно... обнять тебя? Не знаю, то ли из-за её нежного голоса, то ли от самой атмосферы, но я не нашла причин отказать. — Иди сюда, — шепнула я и открыла руки, впуская в них свою девушку, которая уже начинала играться, словно просила разрешения быть ближе. — Пи Вэйл, а у тебя всё ещё сердце сильно стучит. — ... — Если ты и дальше будешь такой застенчивой… мы даже поцелуй не осилим, — сказала Силь чуть капризно, но без давления. Она никуда не спешила, не настаивала. Просто лежала рядом, и её лицо в полумраке казалось особенно родным. И вдруг... мне захотелось поцеловать её. Слишком сильно. Если я поддамся этому желанию — дороги назад уже не будет. Я действительно хорошо её знаю? Готова ли я отдать Силь всё, не жалея потом?.. В конце концов, сердце победило. Я притянула лицо Силь, которая всё ещё тихо бормотала, и поцеловала её. Эгоистично. По-настоящему. Сначала она застыла, но уже через мгновение ответила так, что я потерялась совсем. Когда я отстранилась, то даже не смогла взглянуть на неё — лицо горело от смущения. И ведь именно я боялась, что ночёвка у неё может зайти слишком далеко… А в итоге — я и начала. — Можно… я подарю тебе счастье, Пи Вэйл?. — Подарить мне счастье? — переспросила я в замешательстве, лежа под Силь. Мне нужно было уточнить, что она имела в виду. — Ты… про это? Силь вспыхнула вся, пытаясь как-то объяснить, но именно это вызвало у меня неконтролируемый смех. — Хахаха… Ох... — Ты смеёшься надо мной, Пи Вэйл? — она надулась чуть-чуть, когда я не смогла удержаться от смеха. — Силь, ты смешная. Это у тебя такой способ просить? Ох, доктор Силь, такая хорошая девочка, — поддразнила я, рассмеявшаяся от её неловкой прямоты. Её странности всегда вызывали у меня улыбку. Именно это её качество — немного нелепое, чуть-чуть наивное — одна из причин, почему я в неё влюбилась. — Ну всё, разрешаю, — сказала я с улыбкой. Как только слова сорвались с губ, начался второй поцелуй — долгий, затягивающий, едва дающий нам обеим дыхание. — Ты можешь оттолкнуть меня в любой момент, Пи Вэйл, если тебе некомфортно, — прошептала она, уткнувшись в мою шею. Её дыхание коснулось уха — и я вздрогнула от мурашек. — Угх… это нечестно, — простонала я, когда её ладонь медленно скользнула вдоль моего позвоночника. Она явно пыталась меня растопить. Я заёрзала, не зная, как реагировать на эти новые для меня ощущения. Но прежде чем всё могло зайти слишком далеко, я поняла, что должна сказать Силь кое-что важное. — Подожди... Мне нужно тебе кое-что сказать. Но пообещай, что не будешь меня дразнить. Я схватила её за руку, которая только что ласкала мой живот, и посмотрела серьёзно. — Обещаю, — сразу согласилась Силь, хоть и выглядела немного растерянной. — Я… я никогда… — прошептала я, так тихо, что слова почти растворились в воздухе. — Даже если звучит невероятно, но… Я не знала, как это объяснить Силь. Хотя у меня было много парней, я никогда не делала ничего подобного. Я не из тех, кто бережёт свою невинность как реликвию, но тогда была причина, по которой нам пришлось сначала расстаться. Ничего серьёзного, но я хотела, чтобы Силь знала: вдруг её бы расстроила моя неопытность. — Я верю тебе, Пи Вэйл. В голосе и в её взгляде не было ни сомнений, ни иронии — только полное доверие. — Это всё, что ты хотела сказать? — Да, мм... Я не успела закончить. Силь снова накрыла мои губы своими. Этот поцелуй был другим — безумно страстным, жадным, словно она пыталась вырвать у меня дыхание вместе с желанием. Её язык проник внутрь, жадно лаская, покусывая, играя с каждым движением. — Ха-а... Я захрипела, с трудом вдыхая, когда она наконец оторвалась. — Прости, Пи Вэйл. Я больше не могу сдерживаться. Отдайся мне... полностью. Её рука, что уже оказалась в моих шортах, коснулась моего самого чувствительного места — прямо, без подготовки, без прелюдий. Я не смогла сдержать дрожь. Это было так смущающе... и так чертовски приятно. Силь ничего не сказала — просто продолжала, молча, деликатно, будто понимала, как стыдно мне было от того, как легко я сдаюсь. Я обвила её крепче, прижимаясь, подчиняясь без остатка тем чувствам, которые захлестнули с головой. Всё внутри сжалось, дрожало, и когда я достигла предела, мне показалось, что я исчезла из реальности. — Улыбаешься... почему? Я пыталась выровнять дыхание, а она всё смотрела на меня с этой неприлично милой, довольной ухмылкой. — Пи Вэйл вся розовая... Такая возбуждённая. Я машинально посмотрела на себя — пуговицы на блузке расстёгнуты, нижняя часть полностью оголена. Силь успела раздеть меня, пока я утопала в ощущениях. — Я всё ещё выгляжу для тебя как ребёнок, Пи Вэйл? Тебе понравилось? Её голос был вызывающим, глаза — искрящимися от дерзости. Я нахмурилась. — Неплохо... Ответив колко, она хихикнула: — Значит, в глазах Пи Вэйл я всё ещё на что-то гожусь? Именно в этот момент я поняла: её рука до сих пор между моих ног. Чёрт... — Убери руку — прошептала я с приглушенным стоном. Но она не убирала. Её пальцы продолжали ласкать мои лепестки, осторожно, но настойчиво, разжигая огонь в моём теле, который, казалось, уже угас. Я закусила губу. — А! Не надо... вставлять... — сорвалось с губ, как стон. Я почувствовала, как что-то скользнуло внутрь. Другая её рука прижала мои бёдра, не давая повернуться. — Я не хотела — прошептала она, при этом смотря лукаво, — она просто... сама вошла. Глаза Силь блестели, но это был не блеск невинности. В её взгляде читалась охота — на меня, на мой трепет. — Я же пошутила. Но теперь давай продолжим. Ты вся дрожишь, Пи Вэйл... ты уже не можешь остановиться. — Это... неудобно — выдохнула я. — Я буду медленно. Я обещаю, тебе не будет больно. Поверь мне. Я неохотно кивнула. Когда она смотрела на меня с таким умоляющим лицом, сопротивляться было невозможно. Я сдалась. Всё это казалось естественным, но ситуация была слишком интимной, слишком обнажённой в эмоциональном и физическом смысле — я не могла даже смотреть Силь в глаза. Поэтому закрыла их и просто позволила ей... всё. Я старалась держать под контролем дыхание и свой постыдно дрожащий голос. Но это было почти невыносимо. Её тонкие, уверенные руки скользили по моему телу, будто знали каждую зону, каждую слабость, будто заранее запомнили карту моей чувствительности. Особенно долго она задерживалась на груди, нежно сжимая, лаская, дразня. — Аааа... Я вздрогнула, когда тёплые влажные губы обхватили сосок. Она втянула его в рот, посасывая с томной настойчивостью, а тем временем пальцы её другой руки уже ритмично двигались во мне — медленно, глубоко, и с каждым толчком всё ближе к моему пределу. — Хватит... хватит. Я сбивчиво заикалась, но знала: она не остановится. Её глаза были затуманены, губы ласкали, а пальцы медленно набирали темп. Она подняла на меня взгляд, не прерывая движения, и спросила: — Ты счастлива, Пи Вэйл? От этого голоса меня бросило в жар. Она дразнила. Сознательно. Изощрённо. И я позволяла ей это делать. — Всё в порядке, ах... — Лицо Пи Вэйл не врёт. Оно говорит: «ещё». Оно говорит: «мне мало». Её пальцы вдруг нащупали точку, от которой я вздрогнула и издала сдавленный, почти животный звук. Я попыталась прикусить губу, чтобы не выдать себя, но Силь уже знала всё. Она видела мою борьбу и лишь усмехнулась. Это только подзадоривало её. – Ааа... Силь... медленнее! Я хрипела. Тонкие пальцы всё ещё жадно ласкали мой вход, не давая передышки. — Конечно... Но она нарочно замедлилась — мучительно, нестерпимо. Я задыхалась. Моё тело выгибалось, и каждая секунда растянутого удовольствия становилась пыткой. — Быстрее, пожалуйста... Я сжала простыню, слёзы застыли в уголках глаз от наплыва чувств. — Какая ты нетерпеливая, Пи Вэйл... Только что умоляла замедлиться, а теперь хочешь, чтобы я ускорилась? Я не успеваю за твоими желаниями. Силь снова усмехнулась и продолжила — уже в своём ритме. Она полностью управляла мной, моим телом, моим разумом. Я оказалась в её власти, без остатка. — Не дразни... — выдохнула я сквозь пелену эмоций. Я пыталась бросить на неё строгий взгляд, но в нём не было силы. Только беззащитность. — Хорошо. Не буду. Но тогда... пожалуйста, назови моё имя. По-настоящему. Я хочу услышать его из твоих уст. Голос Силь был нежным, но её требование не оставляло простора для отказа. Я почти потеряла ощущение времени. Мои ноги дрожали, дыхание сбивалось, а пальцы внутри всё ещё не знали пощады. — Я жду... Её улыбка была жестокой — в ней не было ни капли жалости. Только возбуждённая, почти садистская радость. — Моя дорогая Силь... пожалуйста... дай мне... Но я не успела договорить. Силь резко изменила ритм — и всё сорвалось. Я вскрикнула, не в силах сдержаться. Моё тело сжалось, сжалось так сильно, что я не могла вдохнуть. Всё внутри вспыхнуло, выгорело, и я рухнула в этой вспышке, как падающая звезда. Пальцы вышли из меня — и даже тогда я не могла остановить стон. Меня просто несло. Дышать я смогла только спустя какое-то время. Всё вокруг плыло, реальность размывалась. И именно тогда, без предупреждения, она снова накрыла мои губы — тёплым, тягучим поцелуем, от которого подкосились мысли. — Знаешь, Пи Вэйл... в такие моменты ты пахнешь особенно вкусно. Я хочу съесть тебя всю. Глаза Силь горели страстью. Она наклонилась и заключила меня в объятия, крепко, будто хотела раствориться в моём теле. Это просто объятие... правда? — с трудом подумала я. — Я хочу поцеловать тебя, Пи Вэйл. И её шёпот, и дыхание у самого уха были настолько горячими, что по моей спине прокатилась дрожь. — Я хочу целовать тебя везде. И эта просьба... она даже не прозвучала вслух, а просто повисла в воздухе. Она была не вопросом, а намерением — влажным, жарким, неумолимым. Я не успела сообразить, не успела даже вдохнуть — и уже почувствовала, как горячее дыхание Силь коснулось внутренней стороны моего бедра. — Силь, мне... мне нужен перерыв! Мой крик протеста прозвучал слишком поздно. Она уже скользнула вниз, уже поцеловала то место, от одного прикосновения к которому я вздрагивала. Нежно, терпеливо, будто знала, насколько я уязвима сейчас — но всё равно продолжала. — Я больше не могу... Отпусти... Отпусти меня! Я всхлипывала, задыхаясь от избытка ощущений, от жадного языка, что теперь без стеснения ласкал меня. Это было слишком. Моё тело всё ещё вибрировало от только что достигнутого пика, и оно не успело остыть. И вот — новая волна. Её горячий язык сводил меня с ума, доводя до безумия. Силь, охваченная вкусом и запахом моего тела, казалось, не слышала моих умоляющих стонов. Я не помнила, сколько раз закричала от переполняющего наслаждения. Сколько раз содрогалась и царапала простыни. Силь была неутомима, словно только начинала. Одного слова «счастье» было бы недостаточно, чтобы описать всё, что я испытала в ту ночь. Моё тело словно стало огнём — и я сгорала, растворялась в ней, в себе, в этих безумных волнах удовольствия. — Пи Вэйл... Силь позвала меня едва слышно, с раскаянием в голосе. Я отвернулась, молча, уставшая. Она придвинулась ближе, и я услышала, как она чуть жалобно, почти детски, продолжила: — Пи Вэйл, ты сердишься? — Я думала, я умру... Я пробормотала это так тихо, что сама едва себя услышала, отворачиваясь в сторону, полная раздражённой нежности. Кто вообще сказал, что «поедание нонга» [1] делает тебя бессмертным? Силь буквально высосала из меня всё живое — все остатки сил, воли и самоуважения. И при этом выглядела такой довольной. — Я не дам Пи Вэйл умереть. Потому что я люблю тебя. Сильно. Силь обняла меня сзади, прижалась всем телом, её губы коснулись моего затылка. — Я люблю тебя, Пи Вэйл... Я тихо вздохнула. Её голос — тёплый, искренний — разоружал. Она была не только неутомима в постели, но и ранима — она всегда хотела понять, что я чувствую. Чтобы не оставить после себя ни грамма обиды. — Я тоже тебя люблю, Силь. — Подожди! Не целуй меня снова! Я оттолкнула её лицо, потому что в её взгляде уже зажглось это голодное пламя. Ещё немного — и она снова накроет меня своей страстью. А я... я просто не выдержу. Моё тело больше не сможет встать с кровати, чёрт побери. — Пи Вэйл... — Силь жалобно заскулила. — Ну просто обними! — Эгоистка. Ты такая эгоистка... Я пробурчала, но всё равно позволила ей заключить меня в объятия. Горячие, тесные, родные. — Почему ты такая жадная? — пробормотала я. А она, всё ещё прижимаясь ко мне, прошептала на ухо: — Пока от тебя ничего не останется... Я буду брать тебя, Пи Вэйл.