Дыхание

Один из французских ресторанов был превращен в место для празднования дня рождения, где гости постепенно собирались на мероприятии, и, куда ни посмотри, повсюду были знакомые по светским новостям лица. Тул, пришедший в качестве спутника своей приемной матери, невольно усмехнулся, а затем его лицо вновь украсила вежливая и мягкая улыбка. Потому что их ждала дочь хозяйки мероприятия. - Здравствуйте, тетя. - Здравствуйте, Вади. А где хозяйка праздника? Как только Напхавади увидела Тула в костюме известного бренда, она улыбнулась, и ее уже и без того красивое лицо стало еще более очаровательным. Однако она не забыла сначала поздороваться с Расой, изящно склонив голову в приветствии, что заставило женщину рядом с Тулом задать обыденный вопрос нежным тоном. - Мама приветствует гостей вон там, тетя, -  тонким голоском ответила Вади, прежде чем она вновь взглянула на Тула, который выглядел еще более привлекательным. Сегодня он был в костюме на заказ, а не в привычной студенческой форме, и ее щеки слегка покраснели, когда она вспомнила о последней встрече. Ее тонкие ладони невольно сжались в кулаки. - Здравствуй, Пи Тул. - Здравствуй, Вади, - Тул ответил с привлекательной улыбкой, что заставило Напхавади смущенно опустить глаза. Однако именно взгляд Расы, который не отрывался от них, заставил девушку быстро сказать. - Лучше пойдем, тетя. Вади проведет вас к маме. - Не нужно, поговорите с Тулом. Я сама дойду, — ответила Раса, медленно качая головой, хотя Тул должен был ее сопровождать, но поведение двух молодых людей не укрылось от ее внимания, и она была довольна происходящим. Если семьи Метасанан и Напхавади будут связаны родством, это будет только на пользу. Проблема лишь в том, что в этом присутствовал этот парень… Конечно, мать всегда хочет, чтобы ее родной сын был лучше. Но, учитывая возраст, все же приемный сын более подходящим для этой партии. Но ничего страшного, пока Тул под контролем и любит, и уважает ее, она не будет отличатся от настоящей нормальной матери. Она не будет осуждать, наоборот любить больше, чем эта иностранка, которая оставила своего ребенка. Если Тул найдет себе хорошую пару, это тоже неплохо. Поэтому Раса улыбнулась сладко и добродушно сказала: - Тул, оставайся пообщаться с Вади, а я пойду. - О, Пи Хин. Вдруг Вади заметила, что на мероприятии не только они двое, но и еще один скромно одетый мужчина. Хотя он и не так элегантен, как Тул, но он был тем, кто когда-то подвозил ее домой. Она не смогла сдержать удивленный возглас, когда увидела его здесь. Хин заставил себя улыбнуться. - Здравствуй, кхун Вади. - Здравствуй, Пи Хин. Извини, что не поздоровалась с тобой раньше. Девушка не колебалась, подняла руки в приветствии к тому, кого считали просто слугой, что заставило Пхаттхафи почувствовать себя неловко. Вади мельком взглянула на Расу, которая на мгновение нахмурилась, но затем расслабилась и сказала мягким голосом: - Вади, не нужно приветствовать Хина. - Как скажешь. Вади чуть не возразила, что Пхаттхафи когда-то помог ей, но она замолчала, ведь она понимала атмосферу и сообразила, что мать Пи Тула, такая мягкая только с виду, но занимает положение, не отличающееся от ее матери. Самый простой способ — сначала принять слова, а потом уже решать, что делать за спиной. Таким образом, красавица взглянула на Хина с чувством вины, но это лишь усилило самоосуждение Пхаттхафи. - Идем. Хин немного опустил голову, следуя за Расой в другой угол мероприятия, в руках он держал подарок, который госпожа подготовила для хозяйки. Его взгляд был прикован к полу, потому что он знал, что не должен находиться на этом мероприятии. Это место принадлежит Тулу, а не ему, не Хину. - Даже если Вади хорошо к тебе относится, не стоит задирать нос. - Я и не смею об этом думать, госпожа. Раса, возможно, улыбалась, когда шла к хозяйке мероприятия, но шепот, адресованный следующему за ней Хину, звучал недовольно, и Пхаттхафи ответил с твердостью, чтобы показать, что не имеет намерений. - Хорошо... эти двое подходят друг другу, - говоря это, она взглянула на приемного сына и девушку в красивом платье, которая, хотя и не демонстрировала свои прелести, как многие другие представительницы женского пола на мероприятии, выглядела благородно и нежно, как маленькая принцесса, которую все хотят защитить. И сейчас эта принцесса смотрела только на одного мужчину. Она с одного взгляда поняла, что Вади заинтересована в ее приемном сыне. Сначала это было лишь предположение, но Раса удивилась, когда Тул пришел сообщить, что был приглашен на день рождения, на который она и ее муж были приглашены заранее. Кто бы мог подумать, что они отправят свою дочь пригласить Тула лично? Этого уже достаточно, чтобы понять, что эта семья действительно заинтересована в Туле. Неужели они не понимают, что Тул всего лишь ступенька для Тина? Все богатство принадлежит Тину. Если они хотят прикоснуться к деньгам семьи Метасанан, пусть мечтают дальше. Это мысли глупой женщины, которая не понимает, что именно эта ступенька планирует подавить её собственного сына. - Да, они подходят друг другу, -  также вежливо ответил Хин, и Раса удовлетворенно улыбнулась, но её улыбка стала притворной, когда хозяйка мероприятия обернулась. Хин взглянул на своего настоящего хозяина - Тула, который несколько дней назад сказал, что... хочет только его. «Это невозможно» - вот что думал Кон Хин, глядя на пару, ставшую центром внимания всего мероприятия. Господин Тул привлекал взгляды, как старший сын крупной бизнес-семьи, тогда как госпожа Вади выделялась, как единственная дочь знатного рода. Один красив, другая великолепна. Как можно сравниться с этими двумя? Хотя они стояли на одном и том же месте, дышали одним и тем же воздухом, Хин все равно чувствовал, что словно находились на разных планетах. Просто стоя рядом и обмениваясь улыбками, Пхаттхафи всё больше погружался в тень... вот где он на самом деле находился. «Не думай, Хин, не думай, что это приглашение сюда нечто большее, чем просто тренировка, которая поможет тебе в будущем с работой у господина Тула.» Босс всегда говорил, что ему нужна помощь в защите тыла, поэтому он должен был привыкнуть следовать за Тулом на таких мероприятиях и учиться прятаться в тени, чтобы все взгляды были сконцентрированы только на Туле. Если господин Тул и госпожа Вади – это принц и принцесса, то он и господин Тул могут быть только... светом и тенью. *** - Вади просит прощение, за то, что пригласила тебя по телефону, это было невежливо, – сказала она, когда работник дома Метасанан ушел за пределы слышимости. Нельзя сказать, что он был не рад, поэтому и ответил с легкой улыбкой: - Не стоит извиняться, я благодарен Вади и твоей маме за то, что вы пригласили меня на мероприятие. - Моя мама хотела, чтобы ты пришел с тех пор, как ты помог мне с машиной, она всё время спрашивала о тебе, – сказала девушка, слегка покраснев, осознавая, что её мать явно восхищалась мужчиной рядом и настойчиво подталкивала её пригласить его. Сначала Вади предложила маме пригласить его самой, потому что ей было неловко, но после нескольких настойчивых просьб от матери, она всё же решилась позвонить, хотя и была очень взволнована. В тот момент, когда она услышала его голос на другом конце провода, никто не знал, как сильно дрожали её руки. Когда Тул принял приглашение, её ладони покрылись потом, а щеки раскраснелись, так что даже её помощница заметила, что она смущена. Она понимала, что не только её мать восхищалась этим мужчиной, и она сама тоже начала... влюбляться. Таким образом, стоя рядом с высоким и привлекательным молодым человеком, её сердце колотилось так сильно, что она не знала, как начать разговор. Каждый раз, когда она украдкой смотрела на Тула, ей приходилось собирать всю свою смелость, и её ладошки снова потели, а губы непроизвольно складывались в улыбку. Люди вокруг улыбались с теплотой. - Я с радостью помогу, если Вади что-то нужно, просто дай знать, – сказал он с обворожительной улыбкой, а его глубокий и мягкий голос дошел до её сердца. - Большое спасибо, – прошептала она, отворачиваясь в смущении, пока её взгляд не остановился на Хине, который казался невидимым. - Вади так же передает спасибо и кхуну Хину, я не уверена, что смогу поблагодарить его лично, – закончила она, и её голос стал заметно тише, что привлекло внимание Тула, который с интересом посмотрел на неё. Его глаза встретились с её, и он почувствовал, что эта женщина чем-то отличается от других, не только от его семьи, но и от многих девушек вокруг него. Может быть, это было потому, что женщины вокруг него видели только фамилию Метасанан, в то время как эта женщина была из старинного рода, и деньги для неё не были проблемой. Другие смотрели на деньги, а она видела человека, и это давало Тулу уверенность, чтобы продолжать вести себя, как джентльмен. Кроме того, её простота была очень привлекательной. - Не нужно благодарить, как сказала моя мама, Хин – просто работник в доме, – ответил он. Вади замялась, прежде чем поднять взгляд и неуверенно спросить: - Но Хин ведь важный друг для кхуна Тула, не так ли? Он, казалось, задумался, слушая её сладкий голос, который продолжал говорить тихо: - Это не значит, что я считаю людей, которые не являются друзьями кхуна Тула, ниже себя. Я просто уважаю каждого человека. Разве это странно? Я хочу уважать тех, кого считаю достойными. Он немного замялся, прежде чем тихо засмеяться: - Нет, Вади, ты не ошибаешься. Я просто не думал, что встречу кого-то вроде тебя. Смущённая, она посмотрела ему в глаза и спросила: - Это плохо? Её вопрос заставил его наклониться, и его яркие глаза встретились с её, а его губы расплылись в привлекательной улыбке, что заставило её сердце забиться быстрее. - Нет, просто я не ожидал встретить кого-то, кто был бы похож на меня, – сказал он, поднимая руки и слегка играючи понижая голос, - Я тоже уважаю всех, от повара до водителя... но не говори никому, я не хочу, чтобы это стало известным, – добавил он, подмигнув, что заставило её быстро отвести взгляд, а руки крепче сжать от волнения. Это только подтверждало, что Тул – добрый человек, который не зациклен на статусе. - Я не скажу, – ответила она, когда вдруг его лицо приблизилось к её уху, и она почувствовала его теплое дыхание. Её глаза расширились, а сердце забилось еще быстрее, когда она услышала его мягкий шёпот: - Тогда это будет нашей "тайной". Принцесса вечера покраснела и не могла пошевелиться, не смея даже ответить. Она просто стояла на месте, медленно опуская голову от смущения, отчег Тул с улыбкой посмотрел на неё, прежде чем сменить тему. - Кстати, Вади, тебе нужно приветствовать других гостей, не так ли? – сказал он, обернувшись к входящим гостям, а потом снова посмотрел на неё с сожалением, - Сегодня я не смогу удержать принцессу вечера рядом с собой всё время, да? - Вади не принцесса, в этом зале много красивых девушек, которым это звание больше подходит, – ответила она, покачивая головой, не решаясь принять комплимент, особенно среди таких красавиц, как дочери друзей её матери. Это заставило Тула неуверенно спросить: - Ты считаешь, что звание принцессы подходит самой красивой девушке в зале? -Так и должно быть, разве нет? – спросила она, поднимая взгляд и замечая, как Тул смущённо чешет щёку, не зная, куда смотреть. - Тогда, думаю, я могу называть тебя принцессой, – сказал он. - Ой, – произнесла Вади, хотя и понимала, что это не более чем комплимент, но его взгляд, полный смущения, заставил её сердце замереть. Она чувствовала искренность его слов. - Я считаю, что Вади – самая красивая в этом зале. Она почувствовала, как её лицо заполнилось теплом, и быстро отвела взгляд, её руки дрожали, а сердце колотилось так сильно, что она боялась, как бы Тул не услышал её сердцебиение. Хотя она слышала много комплиментов от разных мужчин, сейчас это было иначе – он говорил от всего сердца. Её невинное сердце словно упало в глубокую яму, и она не могла сдержать своих чувств. Её лицо покраснело, и ни один из мужчин не осмеливался подойти, когда увидели, что она явно теряется от внимания этого красивого молодого человека, который смотрел только на неё. Но кто знал, что в глазах Тула на самом деле был интерес? Хотя Тул не собирался приближаться к девушкам, он не мог отвергать тех, кто подходил ему, особенно таких, как Напхавади. *** Вади только что была отозвана в другую сторону после того, как ее (охотно) задерживали для разговора с важным и привлекательным гостем. Именно тогда у Тула появилось время осмотреться, и он был вполне доволен, когда заметил, что многие взгляды обращены в его сторону. Это означало, что он... в центре внимания. Тул, который сделал всё, чтобы оказаться впереди, конечно, был доволен, когда получал оценивающие взгляды, которые говорили, что он — молодой человек, заслуживающий внимания. Сейчас Тул, возможно, все еще должен оставаться в тени своего отца, но ненадолго. Он шагнет вперед, и никто не сможет его остановить. Эта мысль заставила Тула отмахнуться от внимания многих девушек без особого раздражения. Он скользил по залу взглядом и спрашивал себя, стоит ли ему подойти познакомиться с кем-то и произвести особое впечатление. Но вдруг он остановился на одном человеке. Пока все наслаждались изысканной едой или беседовали с людьми своего круга, молодой человек заметил своего верного слугу, который стоял в углу зала, скрываясь в тени. Хотя Хин был высоким мужчиной, которого нельзя было не признать привлекательным в своем тайском стиле, он умудрялся стать невидимым на фоне стены. Никто из проходящих мимо не останавливался, чтобы посмотреть на Хина. Но не Тул. Странно, но он мог почувствовать желание находится рядом, хотя просто бросил один взгляд. Тул сделал несколько шагов, пересекая зал, чтобы подойти к нему. Вежливая улыбка помогла избежать ненужных разговоров, пока он не остановился рядом со слившимся со стеной Хином с непринужденным видом. Его лицо, украшенное улыбкой, казалось, наслаждалось атмосферой, а губы шевельнулись: - Что делаешь? - Жду приказа от госпожи, — тихо ответил Хин, глядя на хозяйку, которая смеялась с кем-то. Это заставило Тула усмехнуться. - Не стоит так скромничать. Она вряд ли что-то прикажет, - Тул усмехнулся, хотя в его голосе была тень жалости, – И ведь она только что отправила своего сына за границу. - Кхун Тул... ты действительно не будешь связываться с кхуном Тином? — Хин замолчал на мгновение, прежде чем неуверенно спросить, боясь разозлить босса. Но тот лишь слегка улыбнулся. - Я сам не буду с ним связываться, но это не значит, что я потеряю его из виду. Верный слуга невольно улыбнулся, чувствуя облегчение. Хотя господин всегда говорил, что ненавидит своего младшего брата, Хин знал, что в глубине души он все еще привязан к Тину. В конце концов, это была одна кровь, одна семья. Но из-за того, что он стоял в чуть ближе к стене, Хин не увидел хитрой улыбки Тула, который медленно скрестил руки на груди. Конечно, он следил за Тином. И он сделает все, чтобы уничтожить его, как бабушка уничтожила его. Тул не собирался говорить об этом, потому что он устал слушать просьбы своего верного слуги. Сейчас все шло так, как он хотел, и он не хотел, чтобы что-то беспокоило его сердце. Поэтому он резко сменил тему. - Тебе не нужно сливаться со стеной. - Я всего лишь слуга... - Но ты мой слуга, — парировал Тул, бросив на него быстрый взгляд, прежде чем снова оглядеть зал. Затем он сказал более твердым голосом, - Однажды я буду в положении, где никто не сможет заменить меня, и ты... будешь рядом со мной. Хин молчал. Чувство тяжести в его груди, казалось, ослабло. Его глаза выражали смятение, хотя он знал, что господин имел в виду человека, который прикрывает его спину. Но разве это не странно — трепетать перед тем, кому он отдал свое сердце, даже если это означает, что его будут использовать? - Тебе не нужно прятаться в углу. Ты будешь стоять рядом со мной с гордостью. «И в тот день мачеха или кто-либо другой больше не смогут приказать Хину» - так думал Тул и, непонятно из-за облегчения или чего-то еще, его руки опустились. Затем он медленно потянулся назад, и подушечки пальцев коснулись ладони Хина, стоящего в тени стены. Он почувствовал, как тот вздрогнул, но через мгновение верный слуга неуверенно протянул руку. - Я могу избавиться от всех, но не от тебя. Хин опустил голову, чувствуя тепло от пальцев, которые соприкоснулись. Он знал, что не должен поддаваться, как говорила госпожа, что он должен знать свое место. Но его сердце согрелось. Решимость вспыхнула в нем, и он хотел сделать всё, чтобы исполнить желание хозяина, даже если знал, что его могут просто использовать. Но он был готов. Рука сжалась чуть сильнее, и Тул улыбнулся. Он знал, что Хин полностью доверяет ему, и было легко использовать верного слугу, который отдал ему все свое тело и сердце. Но в тот момент, когда Тул говорил о будущем, это не было притворством, чтобы произвести впечатление на Напхавади, не было попыткой угодить, как он делал с мачехой, или создать образ, чтобы заслужить уважение других. Слова, которые он говорил Хину, отражали его истинные чувства. Тул видел будущее, где он владеет всем, а Хин стоит за его спиной, никуда не исчезая. Тул не знал, что это было чувство к единственному важному человеку в его сердце... Мужчина еще не осознавал, чего он действительно хочет больше всего. - А, вот ты где, Пи Тул. Отец спрашивает о тебе. Ты не против поговорить с ним? — внезапно принцесса вечера подошла ближе, улыбаясь, что заставило пальцы разомкнуться. Маска доброго человека была надета снова. - Не говори, что я оказался в центре внимания. - Что? - Ну, я так долго разговаривал с его прекрасной дочерью, — шутливо сказал Тул, заставляя собеседницу покраснеть. - Ох, Тул, отец не такой жестокий. - Ну, если Напхавади пообещает помочь мне, если он будет недоволен, то я с радостью соглашусь, — сказал Тул с улыбкой, уже делая шаг вперед, чтобы согласиться. Затем он жестом предложил девушке идти первой, но перед тем как уйти, он бросил взгляд на Хина, стоящего в тени. Затем он повернулся и улыбнулся Вади, которая даже не заметила Хина. Он будет использовать всё и вся, чтобы получить то, что хочет. Пока один мужчина шагал в свет, привлекая всеобщее внимание, другой оставался в тени, тихий и невидимый. Но эта тень была важнее всего, потому что без нее свет Тула не мог бы сиять. Два мужчины, которые, казалось, жили в разных мирах, но их тонкая связь, была крепче всего. Потому что они... не могли существовать друг без друга. ________________________________________ Если нет света, нет тени. И если нет тени, свет одинок. О, я пропала, чтобы закончить свою диссертацию. Шесть глав готовы, сегодня отнесла их своему научному руководителю. Что касается содержания, когда я писала эту главу, я подумала о... Куроко! Подождите, какая связь? Ха, ну, знаете, чем ярче свет (Аомине), тем заметнее тень. Эта пара, знаете ли. Аомине и Кагами тоже подходят, но я больше люблю фанфики про Аомине и Куроко. Вернемся к теме. Чем больше я говорю, тем больше понимаю, что аниме повсюду, и это вообще не связано с тем, о чем я говорила. Сейчас жарко, правда? Говорят, жара сводит людей с ума. Так что, если я сойду с ума, не судите строго. (В итоге я не смогла найти связь между содержанием и тем, о чем говорила, но...) © MAME