Дыхание

Тул был в отличном настроении. Если быть точным, то в прекрасном. Та, кого он ненавидел всем сердцем, уже мертва. Младший брат, который всегда был ему, как кость в горле, отправлен за границу. Дела в компании шли гладко, и теперь никто не сможет игнорировать Тула Метасанана. Он не только старший сын Трая Метасанана, но и человек, полный талантов и способностей. И ещё... Его взгляд скользнул человеку, который шёл за ним, и уголки его губ приподнялись. Он давно знал, что Хин смотрит на него с обожанием и почтением, но за последние годы это изменилось. Не то, чтобы уважение уменьшилось, но к нему добавились другие чувства. Больше, чем просто отношения господина и слуги. Больше, чем дружба детства. В тот момент, когда он сказал, что не позволит Хину быть с кем-то ещё, в его глазах отразилось что-то глубокое, что засело в памяти Тула. Этот взгляд, полный откровения, заставлял Тула чувствовать себя прекрасно. Хин принадлежал ему. И будет принадлежать всегда. Это то, что мальчик Тул сказал взрослому Тулу, и это, казалось, не изменится. Тул посмотрел на Пхаттхафи, который шёл за ним, и заметил, как тот отвёл взгляд, щёки его покраснели, вызывая ещё более широкую улыбку на лице Тула. В последнее время всё шло так гладко, что Тул был в лучшем настроении, чем когда-либо. — …Я думаю, это так. Ты не согласен? — Серьёзно? Пи Тул и Пи Хин? — Ну да. Близкие друзья, которые не так уж и просты. Тул уже собирался открыть дверь в кабинет студенческого совета, но остановился, услышав разговор. Более того, он слышал своё имя и имя того, кто шёл за ним, поэтому обернулся и встретился взглядом с Пхаттхафи. Хин широко раскрыл глаза, явно испуганный, в отличие от своего господина. — Тсс, — Тул поднёс палец к губам, призывая к тишине. Он наблюдал, как Хин нервничает, готовый ворваться и всё объяснить, хотя на самом деле всё было правдой. — Ну, если подумать, ведь правда. У Пи Тула вообще когда-нибудь была девушка? — разговор в кабинете продолжался. — Конечно, нет! Сколько девушек пытались к нему подкатить, но он всех отвергал. — Эй, а может, это потому, что никто не подходит Пи Тулу? Подумайте, если бы какая-нибудь девчонка увела его, половина университета была бы в депрессии. Особенно, если она не такая красивая, как он. Я бы точно не смогла смириться. В комнате раздались одобрительные возгласы. Все, казалось, были увлечены личной жизнью председателя. — И что вы вообще лезете в личную жизнь Пи Тула? — Просто интересно. У Пи Тула и Пи Хина что-то есть? Я давно подозреваю. — Просто попробуй спросить. — Как я могу? Не хочу, чтобы Пи Тул подумал: «Что этот ребёнок себе позволяет?» — Ох, хочешь знать, но боишься, что он плохо подумает. Тогда не лезь. — Но мне же интересно! Или вам не любопытно? — возмутился кто-то. — Ну, любопытно, но, если Пи Тул и Пи Хин действительно вместе, это же настоящая любовь через социальные барьеры. — Это же круто! — Так вы хотите, чтобы Пи Тул был с Пи Хином или нет? — Ну, подумайте. Если Пи Тул будет с какой-то девушкой, разве это лучше, чем он был бы с Пи Хином? Да, Пи Хин не так красив, как Пи Тул, но у него есть своя харизма. И характер у него отличный. Они выросли вместе, знают друг друга, как свои пять пальцев. Доверить Пи Тула Пи Хину — сплошное удовольствие. — Ты что, считаешь себя матерью Пи Тула? — Если бы я была его матерью, я бы была так красива, что вы бы все рот открыли! Среди споров членов студенческого совета Тул тихо усмехнулся, наблюдая за бледным лицом Пхаттхафи, который был назначен его «временным парнем». Хин явно нервничал. Почему тот, кто знал его так долго, не мог понять, что он чувствует? Он боялся, что это испортит репутацию Тула, что по университету поползут странные слухи. Хотя сам Тул не особо переживал. — Кхун Тул! Тул обнял Пхаттхафи за плечи, что только усилило его панику, и широко открыл дверь, весело поздоровавшись: — О чём это вы тут болтаете, девочки? Естественно, все в комнате резко повернулись к нему, а затем быстро побледнели. — Что-то вы все такие бледные. Небось, сплетничаете про нас? — Тул улыбнулся всем в комнате, но все взгляды были прикованы к его руке на плече Хина. Одна из девушек, казалось, набралась смелости, глубоко вдохнула и подняла руку. — У меня вопрос, Пи Тул! — Да? — Тул крепче сжал плечо Хина. — Пи Тул и Пи Хин вы встречаетесь? Комната замерла в ожидании ответа, пока Хин, казалось, отпустил душу, встал, как вкопанный, не зная, что делать. Тул же продолжал улыбаться, по его карим глазам, казалось, что он наслаждался ситуацией. Затем Тул поднял бровь и с улыбкой спросил: — А что вы подразумеваете под "встречаться"? — Ну, быть парой! — настаивала девушка. — А что такое "пара"? — Ну, Пи Тул, отвечай нормально! Мы хотим знать! — Ну, я тоже хочу знать, что вы подразумеваете под "парой", чтобы ответить, встречаемся ли мы с Хином, — Тул продолжал шутить, пока все в комнате переглядывались, пытаясь понять, как заставить его ответить. — Ну, например, ходить вместе на ужин, в кино. — Ага, заботиться друг о друге, провожать... — И спать вместе! Когда одна закончила, другая подхватила, пытаясь, как можно ярче описать, что значит быть парой. Все смотрели на Тула с любопытством, пока он задумчиво почесал подбородок. — Ну что, Пи Хин, ты тоже не молчи, — все взгляды обратились к Пхаттхафи. — Э-э... Ну, я думаю... — Хин, казалось, только что нашёл свой голос, но говорил неуверенно, пытаясь отрицать. — Тогда, наверное, мы с Хином встречаемся. — Что?! Прежде чем Хин закончил, Тул выпалил это, заставив всех замолчать. Все смотрели на него с широко раскрытыми глазами, включая Пхаттхафи, который аж подпрыгнул. Тул продолжал, улыбаясь и загибая пальцы, как будто считал: — Мы вместе ужинаем, ходим в кино, я забочусь о нём, он заботится обо мне... Хин стоял, не в силах пошевелиться, пока Тул перечислял всё, что они делали вместе. Его сердце бешено колотилось, а щёки горели. Он не мог поверить, что Тул так открыто говорит об их отношениях перед всеми. — И... мы спим вместе, — закончил Тул, улыбаясь. Комната взорвалась от возгласов и смеха. Хин почувствовал, как земля уходит из-под ног, он не знал, что сказать или делать. Но Тул, казалось, наслаждался каждым моментом. — Так что, да, мы встречаемся, — Тул заключил, обнимая Пхаттхафи за плечи, — И я не планирую это менять. Хин почувствовал, как его сердце тает. Он не мог поверить, что Тул так открыто признал их отношения перед всеми. Но в то же время он чувствовал облегчение. Теперь все знали правду. И, возможно, это было не так уж и плохо. — Я тоже завтракаю с Хином каждый день. В обед мы тоже едим вместе. Вечером мы снова видимся дома. Что касается кино, мы смотрели его вместе у меня дома. А насчёт того, чтобы забирать и провожать... Ну, мы с  Хином постоянно меняемся за рулём. Забота? Хм, Хин каждый день меняет мне постельное бельё, это считается? А насчёт сна вместе... Ну, мы спим вместе... — Нет, это не так!!! На этот раз Хин вмешался громким голосом, его лицо покраснело до предела. Он оглядел комнату и увидел, что все младшекурсники замерли, как статуи. Тогда он поспешно заговорил, голос его дрожал: — Кхун Тул просто любит есть с работниками на кухне, поэтому мы часто едим вместе. В обед мы тоже едим вместе, и даже Роб иногда присоединяется. Что касается кино, я просто убирал комнату, пока кхун Тул смотрел фильм. А насчёт того, чтобы забирать и провожать... Ну, я же слуга, это моя обязанность. А насчёт сна вместе... Это было в детстве! Совсем в детстве! Меня растили, как друга для кхуна Тула! Хин доказал свою правоту в этот раз. Он говорил с таким жаром, опровергая каждое утверждение, что слушатели поверили ему лишь наполовину. Если бы не... — Ха-ха-ха-ха-ха! Тул, ставший темой разговора, рассмеялся во весь голос, убрав руку с плеча Пхаттхафи, и сказал с улыбкой: — Ну как, приятно сплетничать про меня? Тут же раздались возгласы разочарования. — Ох, Пи Тул, мы почти поверили! — Серьёзно, мы уже на полпути к сердечному приступу! — Ты так играл, что мы подумали, будто вы действительно вместе. Но когда Пи Хин заговорил, мы вспомнили, что вы просто господин и слуга. Неудивительно, что вы всегда вместе. — Ой, Пи Тул, ты нас подловил. Тул смеялся, его глаза сверкали от удовольствия, что он смог подшутить над всеми. Хотя он говорил правду, просто никто не поверил. Он повернулся к Пхаттхафи и поднял бровь. — Сегодня ночью снова поспим вместе, Хин? — Ох, Пи Тул, хватит уже шутить. Нас не проведешь, — хоть так сказали остальные, но только один человек понял истинный смысл. И это заставило Хина чуть склонить голову, его щёки всё больше краснели. — Ну вот, когда я говорю правду, мне не верят. Среди смеха и шуток Тул встретился взглядом с Пхаттхафи и подмигнул. Этого было достаточно, чтобы Хин опустил глаза, смущённый. Даже если он не осмеливался мечтать о том, чтобы быть возлюбленным своего господина, такие проявления внимания были, как нектар для его сердца. Вид Хина, пытающегося скрыть улыбку, только улучшал настроение Тула. *** — Давай заедем в торговый центр. — Хорошо, кхун Тул. Сегодня Хин был водителем для своего господина, который с самого выезда из университета погрузился в чтение документов о бюджете. Но когда они приблизились к дому, Тул низким голосом приказал включить поворотник и направиться к большому торговому центру. — Позвони тёте Глин и скажи, что сегодня я не буду ужинать дома. — Хорошо, кхун Тул. Тул не отрывался от работы, лишь отдавал приказы. Хин позвонил матери, чтобы сообщить, что господин не будет ужинать дома. Затем он начал искать место для парковки, и, к счастью, одна машина как раз уезжала, и японский автомобиль занял её место. Хотя машина уже стояла на месте, Хин не заглушил двигатель. Он повернулся к своему спутнику и увидел, что господин перелистывает последнюю страницу, делает несколько заметок ручкой, а затем кладёт документы в папку. — Готово. Только тогда Хин заглушил двигатель и вышел из машины, ожидая Тула снаружи. Тул подошёл и встал рядом. — Кхун Тул, мне ждать здесь? — Сегодня я ни с кем не встречаюсь. Хин удивлённо поднял бровь. Он предполагал, что они заехали в торговый центр вместо того, чтобы ехать домой, потому что у Тула были дела. Тем более, раз он сказал, что не будет ужинать дома, значит, вероятно, у него была встреча с кем-то. Это недоумение заставило Тула улыбнуться. — ...Не то, чтобы я ни с кем не договаривался о встрече. — Что? Чем больше Хин слушал, тем больше он путался. Но Тул не стал объяснять больше, просто прошёл мимо и направился к зданию, заставив Пхаттхафи поспешно следовать за ним, хотя вопросы всё ещё переполняли его. На мгновение в голове Хина возник образ нежной и милой девушки. «Может быть, это кхун Вади?» Хин почувствовал боль в сердце, но долг есть долг. Он зашагал следом, его глаза прикованы к широкой спине впереди. — Япония, Китай, Корея, Таиланд, Вьетнам. Выбирай. — Что? Хин действительно не понимал, что сегодня творится в голове у его господина. Сначала шутки с младшекурсницами днём, а теперь такие загадочные вопросы. Он огляделся вокруг, где было множество ресторанов разных кухонь, и начал понимать, что Тул предложил ему выбрать. — Ну? — Почему? Вышел не ответ, а вопрос, который Хин задал в ответ. Если он не ошибался, господин предлагал ему выбрать, в какой ресторан пойти, но Хин не понимал, почему это должен выбирать он. — Хех, забыл, что сказала тётя Глин? — Тул скрестил руки на груди и улыбнулся. — Что именно? — Хин нахмурился, совершенно сбитый с толку. Это недоумение заставило Тула рассмеяться. Его красивое лицо, обычно серьезное, теперь стало игривым, привлекая взгляды многих девушек вокруг. Но красавца интересовал только один человек, который выглядел совершенно растерянным. Затем Тул ответил с улыбкой: — Тётя Глин сказала, что я всегда ем то же, что и ты. Так что и сегодня ты выбираешь, что мы будем есть. Хин замер, его сердце забилось чаще. Он не ожидал такого поворота. Тул действительно доверял ему настолько, что позволял выбирать даже еду. Это было больше, чем просто обязанность слуги. Это было... что-то большее. — Ну? — Тул поднял бровь, ожидая ответа. Хин глубоко вздохнул и, наконец, произнёс: — Корейская кухня. — Корейская, значит? Отлично. Пойдём, — сказал Тул, удивленный ответом. И в следующую секунду повернул в корейский ресторан, который был почти в каждом крупном торговом центре. Если бы вы спросили Кон Хина, почему он выбрал корейскую еду, он бы, вероятно, ответил, что это была еда, которую он никогда не ел со своим боссом. Хин часто покупал обед для своего господина, не спрашивая, что тот хочет. Он просто думал, что Тул непривередлив в еде. Ему было всё равно, что есть, главное — насытиться. Но сейчас он вдруг осознал, что это не так. Тул ел только то, что покупал именно он. «Думать так... это неправильно. Очень неправильно.» Не то, чтобы он сам любил корейскую еду, но ему было интересно, понравится ли она Тулу. Когда они вошли в ресторан, Тул предоставил Хину право заказать еду. Тот листал меню, выбирая блюда наугад, время от времени поглядывая на Тула, который, казалось, был совершенно равнодушен к тому, что он заказывал и больше занимался своим телефоном. — Всё, — сказал Хин, возвращая меню официанту, — Спасибо, — поблагодарил он, как раз в тот момент, когда Тул поднял голову от телефона: — Что будешь делать на каникулах? Хин повернулся и увидел, что Тул убрал телефон в карман. — Наверное, как обычно, — ответил он, — Садоводство, мойка машин и замена лампочек. Тул нахмурился, став серьёзнее, что заставило Хина выпрямиться. — Отец уже звал тебя поговорить? — взгляд Тула стал настолько суровым, что это пугало. — О чём? — спросил Хин, сбитый с толку, что заставило Тула на мгновение замолчать. — Значит, ещё нет. Ну и хорошо. На эти каникулах ты идёшь работать со мной в компанию. — Что? На этот раз Хин сказал это громче, что вызвало раздражение у Тула: — Чего ты так удивляешься? В любом случае, после выпуска ты будешь работать со мной. А это последние каникулы перед вторым семестром. Если не сейчас, то когда ещё получится? Хин не знал, что ответить. Он никогда не обсуждал с господином свои планы на будущее, но, похоже, Тул уже всё решил за него. На третьем курсе Хин проходил стажировку по рекомендации преподавателя, и Тул не возражал. Но на этот раз выбора не было. И Хин не имел ничего против, пока мог быть рядом с Тулом. Он готов был пойти за ним хоть в огонь, хоть в воду. Но... — А кхун Трай... Тул явно был недоволен, когда Хин упомянул его отца. — Зачем тебе? Просто делай то, что я говорю. Ты что, не веришь? Ты же знаешь, что отец ничего не скажет. Он вообще редко что-то говорит. То, что старший сын мог делать всё, что хотел, иногда было похоже на... равнодушие со стороны Трая. — Хорошо. — И отец не может возразить против моего выбора, — Тул усмехнулся, и Хину стало больно. Господин Трай никогда не запрещал Тулу ничего, но это было похоже на то, что он просто молча наблюдал, как Тул страдал. Иногда бездействие оставляло более глубокие раны, чем слова. Тул махнул рукой, словно знал, о чём думает Хин, и строго сказал: — Я предупредил тебя заранее. Готовься. Хин почувствовал давление. Он был одним из лучших на своём факультете, но не мог сравниться с господином. Как бы он ни старался, его всегда сравнивали с Тулом. И он не хотел, чтобы кто-то думал, что он получил место рядом с господином благодаря связям. Ему нужно было стараться ещё больше, чтобы заслужить право быть рядом с этим человеком. Тул всегда говорил, что Хин будет его поддержкой, и он должен оправдать это доверие. — Хорошо. Твёрдый взгляд, готовый отдать всё ради него, заставил Тула улыбнуться. Но это была улыбка удовлетворения, от которой Хин опустил глаза. Если его усилия смогут вернуть Тулу улыбку, он будет стараться ещё больше. Мысли Пхаттхафи прервались, когда Тул протянул ногу, коснувшись его лодыжки. — Очень хорошо. Лёгкое прикосновение чуть не заставило Хина упасть, хотя он сидел. Чем больше он смотрел в эти золотисто-карие глаза, тем труднее становилось дышать. Сердце бешено колотилось. — Кхун Тул... — сдавленно позвал Хин, когда лодыжка Тула начала тереться о его. Он не осмеливался отодвинуть ногу. — Что? — Тул поднял бровь, а затем носком ботинка приподнял штанину Хина, касаясь кожи. Хин почувствовал, как всё его тело начало гореть. Он пытался умоляюще смотреть на Тула, но чем больше он просил немыми намеками, тем сильнее Тул терся о его кожу. — Можно прервать вас? — А? Да! К счастью, официант, принёсший еду, прервал этот момент. Хин вздрогнул и поспешно отвёл взгляд, когда официант посмотрел на него с удивлением. Тул рассмеялся, убрав ногу и спокойно поставил её на место, наблюдая, как Хин изо всех сил пытается скрыть покрасневшие щёки. — Что случилось? Выглядишь так, будто тебя дразнят. Хин поклялся бы, что никогда не вел себя непочтительно с господином, но на этот раз он слегка приоткрыл рот и невольно бросил на Тула сердитый взгляд. Но вместо того, чтобы рассердиться, Тул рассмеялся, довольный, и взял палочки, чтобы положить еду в тарелку Хина. — Ешь быстрее. Нам ещё нужно кое-куда зайти. Хин думал, что уже достаточно шокирован, но «кое-куда» оказалось ещё более неожиданным. После ужина Тул повёл его на эскалаторе на верхний этаж, прямо к кассе кинотеатра. Он показал экран своего телефона сотруднику и получил два билета. — Пойдём, фильм скоро начнётся. — Что? Хин понял, что сегодня он слишком часто переспрашивал. Но как иначе? Он был в полном недоумении. «Кхун Тул пригласил меня в кино?» — Кхун Тул, я не понимаю, — в глазах Хина читалась растерянность, и он схватил сильную руку Тула, смотря в золотисто-карие глаза, надеясь на ответ. Тул улыбнулся, развернулся и встретился с ним взглядом. — Сегодня я вдруг понял, что мы ни разу не смотрели фильм вместе. — Я всё ещё не понимаю. Тул посмотрел на растерянный взгляд Хина и с лёгким смешком сказал: — Разве не хватает только совместного похода в кино, чтобы всё было завершено? — Что завершено? — Хин спросил с ещё большим волнением, заставив Тула усмехнуться: — Определение пары. Конечно, Хин застыл на месте. В отличие от Тула, который рассмеялся, явно наслаждаясь моментом. После он развернулся и пошёл в сторону кинотеатра, а Хин поспешил за ним, сердце его бешено колотилось. «Кхун Тул просто шутит? Или он действительно считает, что мы пара?»  В этот момент Хин не осмеливался искать ответ. «Кхун Тул, о чём ты думаешь? Что у тебя на уме?» Хотя они были вместе почти двадцать лет, сейчас Хин не понимал мысли человека, сидящего рядом с ним в кинотеатре. Тул сидел, скрестив руки, с видом скучающего человека, его голова наклонилась к плечу Пхаттхафи, их локти соприкасались, а в один момент Тула повернулся в сторону Хина, а длинные ноги вытянул в сторону пустого кресла. Прикосновение было настолько тёплым, что пугало. Но тепло не могло сравниться с замешательством. Фраза, которую он услышал перед входом в кинотеатр, звенела в его голове. «Определение пары» Хин думал, что Тул, вероятно, считал это шуткой. К тому же, он был так напряжён из-за семейных проблем, что поход в кино и ужин были просто способом расслабиться. Добавьте к этому шутки младшекурсников, и получится, что Тул просто решил подшутить над ним. — О чём думаешь? — спросил Тул, заметив задумчивое выражение на лице Пхаттхафи. — Ни о чём, — поспешно ответил Хин, застыв, когда Тул тяжело вздохнул, явно скучая от напряжённой сцены на экране. Поскольку Тул вытянулся, его голова оказалась ниже, чем у сидящего прямо Хина. Тул повернулся, чтобы встретиться с ним взглядом. В полумраке кинотеатра, освещённого только светом экрана, Хин всё ещё чувствовал, что глаза перед ним были самыми красивыми и притягательными. Тул протянул руку, коснулся щеки Хина и спросил спокойным голосом: — Удивлён, что я так себя веду? — Да, — ответил Хин, он действительно не понимал сегодняшних действий Тула. — Ты был со мной долгое время. — Да. С тех пор, как Тул был ещё маленьким, наивным мальчиком. — И я тянул тебя в ад вместе с собой, — Хин не мог ничего сказать, но Тул продолжил, игнорируя его молчание, — Моя жизнь всегда была похожа на ад. Но в последние несколько дней… Возможно, это первый раз, когда я чувствую, что снова стою на земле. Я знаю, что мои действия должны были утащить меня в могилу, как и ту старуху, которая ушла раньше. Но сейчас я чувствую себя свободнее всего. Хин внимательно смотрел в глаза Тула. — Мне ещё многое предстоит сделать. Я ещё не получил всего, что должен был получить... Но это перерыв. На мгновение на лице Тула появилось выражение усталости, хотя оно быстро исчезло. — И ты тоже отдохни. Отдохни, пока я не заставлю тебя работать так, что у тебя больше не будет возможности отдохнуть. «Да, как бы кхун Тул ни был силён, он не машина. Это просто перерыв после долгого периода страданий.» Хин попытался расслабиться. В конце концов, нынешний Тул был лучше, чем тот, чьи глаза отражали только боль и ненависть. — Но, возможно, я выбрал неправильный способ отдохнуть, — Тул пожал плечами, бросив взгляд на кассовый фильм, который заработал миллионы, но заставил его зевать, не заботясь о приличиях. Если бы он был с кем-то другим, он бы притворился, что ему интересно. Но поскольку он был с близким человеком, Тул просто покачал головой, — Когда закончится, разбуди меня. С этими словами его голова окончательно опустилась на плечо Хина и глаза Тула закрылись, совершенно не заботясь о стоимости билета. Хин застыл, а затем услышал: — Не напрягайся. Мне неудобно спать. Плечи Пхаттхафи тут же расслабились, хотя он всё ещё смотрел на Тула с удивлением. Не то чтобы Тул никогда не прижимался к нему. Он любил быть ближе, когда они спали вместе. Но не на публике. Даже в темноте, если кто-то обернётся, они увидят двух крупных мужчин на заднем ряду. — Люди увидят, — прошептал Хин. — Я сказал, что отдыхаю. — Я понимаю, но может, лучше отдохнуть дома? — Подожди, пока фильм закончится, — Тул открыл один глаз, бросив взгляд на обеспокоенное лицо Хина, прежде чем тихо рассмеяться. —Я сказал, что отдыхаю. Ты тоже отдыхай. Веди себя, как на свидании. — Свидание?! Со мной? — Хин сказал это громче, чем предполагал, что заставило Тула усмехнуться. — А кто ещё здесь, кроме тебя и меня? Хин замолчал, что только заставило Тула рассмеяться ещё больше. Его обычно жёсткие глаза смягчились. — Иногда выходить с тобой вот так — неплохо. — Но я так не думаю. Хотя Хин возражал, Тул не обращал на это внимания. Он снова закрыл глаза, расслабив плечи, которые обычно были напряжены, как всегда, когда он засыпал, прижимаясь к тёплому телу Хина. «Да, он в хорошем настроении. Он отдыхает. Он расслабляется. Но всё это потому, что рядом с ним есть тот, кому он доверяет.» Пхаттхафи неуверенно коснулся его головы и погладил волосы, как делал это каждый раз, когда они спали вместе. — Если кхун Тул попадёт в ад, я пойду с ним. Тихий шёпот в ухо, полный решимости, заставил жестокого Тула медленно расплыться в улыбке, она была самой тёплой и искренней. Тул, возможно, не доверял никому, но не Пхаттхафи. Не тому, кого он тянул за собой с пятнадцати лет. Тому, кто знал, что ему можно доверять. Тому, чьё сильное плечо сейчас поддерживало его голову, в то время как весь университет даже не мог представить, что кто-то вроде Хина мог быть под ним бесчисленное количество раз. Сейчас он отдыхал. И Хин тоже заслужил награду. Тул не обманывал себя, что награда за свидание с ним заставляла его же.. волноваться. Пока это волнение было связано с ним, Тул был готов позволить этому продолжаться... с удовольствием. ____________________ Да, он тоже заботится о своём, и он осознает, насколько сильно предан ему Хин. Но выше этой преданности существует что-то, связывающее их двоих. Они словно воздух, который нужен друг другу для дыхания. Не важно, насколько сильно Тул может ранить Хина, в конце концов, самым безопасным местом для него всё равно остаются объятия Хина. Так что на этот раз они немного сходили на свидание. Хотя… один из них спал, совершенно не обращая внимания на фильм, а другой сидел весь напряжённый, даже не понимая, что именно смотрит. XD (с) MAME