Дыхание

Вади совершенно не интересовало, каков был на вкус ужин, который она ела, её интересовал только мужчина по имени Тул. Тот, кто заботился о ней, спрашивал, нравится ли ей еда, улыбался так тепло, что её сердце парило, будто она шла по облакам. Девушка поняла... она влюбилась в него. Влюбилась так сильно, как никогда раньше. — Спасибо большое за сегодня, кхун Тул. И извини, что я и мама так долго вас беспокоили, — сказала она смущённо, глядя на свою мать, которая всё ещё разговаривала с мачехой Тула. — Какое беспокойство? Я рад, что вы почтили наш дом своим присутствием... и меня. Она проиграла... проиграла его улыбке. Сейчас её сердце билось так сильно, что она удивлялась, как ещё может смотреть ему в глаза. — Это я должен извиниться за то, что не был хорошим хозяином. — Нет, нет, я понимаю. Сейчас экзамены, и я сама пришла в неподходящее время, — Вади энергично покачала головой, отчего её волосы рассыпались по плечам. Она вспомнила, как Тул ушёл на кухню. Сначала она боялась, что он рассердится из-за её вторжения в дом, но, когда он объяснил, что хотел помочь Хину с учёбой, она поняла. Она пришла в неподходящее время и, кроме того, она ничего не значила для него. Как она могла обижаться, что он уделяет больше внимания другу? Наоборот, Вади была впечатлена тем, что Тул держал своё слово и относился к Пхаттхафи, как к другу. Девушка никогда не одобряла, как её мать смотрела свысока на некоторых её друзей, считая их недостойными. «Дружба всегда должна быть основана на деньгах»  Тул был одним из тех, кто заставил её поверить, что её взгляды на жизнь не были ошибочными. Чем больше она думала, тем больше впечатлялась. Чем больше впечатлялась, тем нежнее становился её взгляд. — Давай я компенсирую тебе в следующий раз. — Э-э? В следующий раз? — Вади, погружённая в свои мысли, выглядела растерянной. Она моргнула, недоумевая, и увидела, как его лицо стало печальным. — Извини, я, наверное, слишком тороплюсь. — Э-э? Торопишься? — Вади широко раскрыла глаза, её руки дрожали, а мозг работал на полную мощность. Если она не ошибалась, Тул... флиртовал с ней. Она ему нравилась? Возможно ли это? Мужчина, который был так совершенен. Тул всегда был внимателен, когда они встречались, но он никогда не связывался с ней первым, что заставляло её думать, что она, возможно, просто мечтала. Поэтому, ясно услышав это, её сердце забилось так сильно, что она едва могла дышать. Она знала, что её щёки должны быть ярко-красными, потому что Тул медленно улыбнулся.  — Если я попрошу шанс загладить свою вину… ты дашь его мне? — Тул спросил так мягко, что она почти растаяла. — Загладить вину? За что? — тихо спросила Вади, опустив голову. — Как насчёт... ужина со мной? Девушка застыла, а затем её лицо покраснело ещё больше, когда Тул засмеялся. — Давай выберем место, где тебе будет комфортнее, и где ты будешь знать, что ешь, — он знал, что сегодня она не могла сосредоточиться на ужине, — Я понимаю. Моя мама так пристально на тебя смотрела, что было не до еды. — Нет, это не так, — поспешно возразила Вади, но, встретившись с его красивыми глазами, она снова опустила взгляд. Казалось, Тул всё понимал. Её заставляла нервничать не его мать, а то, что её сердце было слишком сосредоточено на нём. Тул снова улыбнулся, и она хотела попросить его дать ей передохнуть. — Ладно, если ты так говоришь. Снова. Словно он снова дразнил её. — Не так, это не так, — тихо прошептала Вади, вызывая приятный смех. — Так что, договорились? — Тул вернулся к своему предыдущему вопросу, заставив девушку опустить голову, скрывая покрасневшие щёки. — Могу я взять с собой подруг? Она знала, что это звучало позорно. Она уже не была ребёнком, но даже мысль о том, чтобы пойти на ужин с мужчиной один на один, пугала её. Её воспитали в строгих рамках, и у неё никогда не было парня. Поэтому ужин с мужчиной, который казался таким совершенным, пугал её, и она хотела взять с собой подруг. Она была уверена, что все подруги будут ругать её за такую трусость. Но как бы то ни было, она не могла перебороть свой страх. — Почему бы и нет? — Тул ответил мягко, заставив Вади поднять голову и посмотреть на него. Она ожидала недовольство, но вместо этого увидела только теплоту. — Ты действительно не против, если я возьму подруг? — Что я могу сказать? Мне это даже нравится. — Э-э? Одна часть её думала, что он хотел встретиться с несколькими девушками сразу, но все эти мысли исчезли, когда Тул продолжил с мягкой улыбкой. — Мне нравится, что девушка, которая мне интересна, осторожна. Мы только недавно познакомились, и твоё поведение совершенно правильное. Вади была в шоке с того момента, как он сказал, что она ему интересна, но её сердце билось ещё сильнее от его внимания. Кто-то мог посчитать это мелочью, но то, что он понимал её, понимал рамки, в которых она выросла, заставляло её чувствовать себя настолько хорошо, что она не могла выразить это словами. — Спасибо. — Но я не откажусь от надежды, что в будущем ты доверишься мне настолько, чтобы пойти на ужин со мной один на один. А пока не устань от меня, хорошо, нонг Вади? — он закончил широкой улыбкой, от которой его карие глаза сверкали. Девушка уже сказала, что проиграла его улыбке. А то, что он улыбался так тепло, заставляло её сердце, уже погружённое в любовь, погрузиться ещё глубже. «Я боюсь, что Пи Тул устанет от меня раньше» — она хотела сказать это, но не осмелилась. К счастью, её мать закончила разговор и подошла к ним. — Вади, что с тобой? Ты вся красная. — Нет, мама, всё в порядке. Мы уже уходим, да? — Вади тут же схватила мать за руку, слегка потянув, как будто умоляя уйти, прежде чем она умрёт от смущения прямо здесь. Это заставило мать рассмеяться, а затем она бросила понимающий взгляд на Тула. — Ладно, пойдём... Тогда мы пойдем, Тул. — Хорошо, до свидания, — Тул поднял руки в знак прощания, а затем повернулся к девушке, которая держалась за руку матери. — Нонг Вади. — Да?  — она подняла глаза, а затем снова опустила голову, кусая губу. — Спокойной ночи. — Сп... спокойной ночи. Вади не ошиблась, правда? Взгляд Тула говорил больше, чем слова. Девушка почти побежала, держась за руку матери, смущённая до предела. Её щёки и кожа, виднеющаяся из-под рукава, покраснели, вызывая улыбку у всех, кто видел это. Так же, как и Тул улыбался... но его выражение лица изменилось, когда машина скрылась из виду. Нет, не то чтобы улыбка исчезла. Она изменилась. С тёплой и приятной улыбки она превратилась в холодную, а взгляд стал ледяным. Вади не значила для него столько же, сколько Хин. Но Вади была подходящей, чтобы стоять рядом с ним, чтобы усилить его авторитет. Об этом думал Тул, который развернулся и направился к... дому работников. Сегодня Тул снова выбрал спать, обняв своего близкого человека. *** И вот наступила пора экзаменов. Хоть у студентов четвёртого курса было всего несколько экзаменов, но они были настолько сложными, что по всему факультету бродили толпы зомби. Даже Хин, который усердно учился весь семестр, всё ещё не спал, повторяя материал, чтобы запомнить его. Он не хотел, чтобы его считали обузой для господина. Если ничего неожиданного не произойдет, Тул закончит обучение с самым высоким средним баллом на своём курсе, даже не напрягаясь. — Ты уже всё прочитал? — Ещё нет. В спальне Тула Хин сидел, скрестив ноги, на полу, прислонившись к большой кровати, в то время как хозяин комнаты сидел за рабочим столом, просматривая документы компании для встречи на следующей неделе. Он даже не смотрел на учебники, потому что мог наизусть повторить всё без них. У Пхаттхафи оставалась ещё целая куча материала для изучения. Тул взглянул на часы, которые показывали три часа ночи, и тихо засмеялся. — Ты же знаешь, что по этому предмету нельзя получить ниже B+. — Знаю... Голос Хина заметно ослаб в конце предложения, потому что 60% оценки за этот предмет составляли отчёты, а остальное — экзамен. И отчёты были выполнены блестяще благодаря молодому господину, сидящему за рабочим столом. Если его оценка будет плохой, это будет исключительно из-за его собственных экзаменационных результатов. Хин посмотрел на буквы, которые уже не укладывались у него в голове, и вынужден был поднять руку, чтобы потереть виски. — Эй. Хин слегка вздрогнул, когда свёрток бумаги коснулся его головы. Он поднял глаза и увидел улыбающегося Тула. — Читай. — Что? — Я сказал, читай, — Тул протянул свёрток бумаги, которым только что коснулся Хина, и наблюдал, как тот с неуверенностью берёт его. Как только Хин увидел, что это, он удивился, потому что это было похоже на его конспекты, но когда он открыл их... — Читай только выделенное. Остальное не важно. Тул сказал только это и вернулся к работе, оставив Пхаттхафи моргать в замешательстве. Сонливость мгновенно исчезла, потому что он знал, что Тул не из тех, кто выделяет важные части. Он и так всё помнил. Но он сделал это... для него. Мысль заставила Хина улыбнуться, как он ни старался сдержаться. Он крепко сжал конспекты в руках. — Кхун Тул, ты сделал это для меня? — Я сказал, читай. Хин посмотрел на широкую спину Тула, опустил голову и тихо пробормотал: — Спасибо. — Если у тебя есть время благодарить, лучше запомни это перед экзаменом. Приказ, который Хин принял с твёрдостью. Его сердце билось так сильно, что он был полностью бодр. Сначала он думал, что никогда не получит B+, но теперь он думал, что даже если Тул прикажет ему получить A, он сможет! Так начал думать Хин, который читал с ясным умом, чем раньше. Виб-виб. Хин был так поглощён учёбой, что не заметил, как телефон Тула завибрировал в три часа ночи. Хозяин бросил на мобильный взгляд, уголки его губ поднялись в улыбке, и он быстро напечатал ответ. *** — Экзамены закончились!!! Сегодня я напьюсь, как собака. — Ты и так всегда, как собака. — Ты про себя говоришь, Тул?.. Собака, которая охраняет кость. Хин хотел схватиться за голову, когда его близкий друг Накроб, который обещал не провоцировать Тула, продержался всего чуть больше недели. Как только экзамены закончились, он снова начал. Хин посмотрел на него с мольбой, что заставило Накроба притвориться, что он удивлён, и поднять обе руки на уровень плеч. — Я не провоцирую Тула, чувак. Я просто шучу, как друг. Верно, Тул? — Хех, я не обижаюсь. Думаю об этом, как о собаке, которая лижет лицо. — Ха! Если бы я был собакой, я бы тебя не лизал. Возможно, помирить этих двоих было невозможно. Хин смотрел на них, которые сверлили взглядами друг друга, не желая уступать, и чувствовал, как между ними пробегают искры. Он знал, что не может остановить Тула, поэтому его тёмные глаза обратились к Накробу с мольбой, как будто он просил угощения. «Пожалуйста, Накроб» — Ладно, вернёмся к теме. Давай пойдем что-нибудь поедим. Экзамены закончились, — Накроб, увидев взгляд Хина, решил сменить тему. — Сегодня я занят, — отмахнулся Тул, и Накроб нахмурился, но через мгновение широко улыбнулся и обнял Хина за шею. — Ты занят, но Хин свободен, да? — Эй, я ещё не сказал, что свободен. — Ой, я знаю, что Тул добрый. Он не настолько жесток, чтобы тащить тебя на работу в день последнего экзамена. Если бы он так поступил, он был бы настоящим псом, — Накроб подмигнул, глядя на Тула с ухмылкой, — Верно? Я знаю, что ты не такой. Даже если у тебя есть дела, Хин пойдёт со мной. Я обещаю довести его до ворот поместья. А если твои люди позволят мне заехать на территорию, я довезу его до самой двери. Ну, если только ты его не ревнуешь, — Накроб был не глуп, и сейчас он перекрыл все пути, что заставило Тула разозлиться. Виб-виб. Но телефон, поставленный на беззвучный режим, завибрировал, и Тул взял его, чтобы прочитать сообщение. Его глаза сверкнули, он быстро ответил и убрал телефон в карман, затем его красивое лицо украсила холодная улыбка, от которой Хину стало холодно, особенно когда взгляд хозяина сосредоточился на руке Накроба на его плече. — Ладно, Хин давно не отдыхал. — Кхун Тул, я могу не идти, — поспешно возразил Хин. — Всё в порядке, я разрешаю, — но, прежде чем Хин успел ответить, Тул уже улыбался. — Видишь, Тул добрый. Он просто позволяет своему человеку немного отдохнуть. Он не против, — Накроб тут же продолжил, его рука всё ещё лежала на плече Пхаттхафи, показывая, что он не отпустит его так просто. Хотя Хин не был уверен, Тул, казалось, совсем не злился. — Как сказал Накроб, ты давно не отдыхал. Иди, расслабься. Сегодня у меня дела, вероятно, вернусь поздно. Тул говорил это так легко, что Хин, хотя и волновался, не мог не согласиться. Он давно не проводил время с Накробом, возможно с тех пор, как Тин бросил в него стакан. — Я действительно могу пойти? — спросил он тихо. — Конечно, — ответил Тул и добавил: — Но скажи, когда вернёшься. Если я закончу дела, может, заеду за тобой. — Не нужно, я могу вернуться сам. — Я сказал, что заеду, значит, заеду. И я не знаю, когда закончу дела, — сказал он, подойдя ближе, так что Хин поспешно убрал руку Накроба со своей шеи и посмотрел на Тула с опаской, боясь, что сделал что-то не так. И тогда... Рука босса опустилась на его голову, слегка потрепав её с нежностью. Тул наклонился и мягко сказал: — Тогда я пойду. Увидимся вечером. — Тул улыбнулся, убрал руку, взял сумку и, повернувшись к Накробу, сказал: — Я оставляю его тебе. С этими словами он ушёл в другую сторону, оставив Накроба с открытым ртом, который затем резко повернулся к Хину с недоверчивым взглядом. — Чёрт, ты не красней так. У меня мурашки по коже. — Я не краснею, — оправдывался Хин, прикладывая руку к горящим щекам. — Не краснеешь, блин? Красный, как помидор. Но у меня мурашки от того, что сделал Тул. Вы что, встречаетесь? — Накроб спросил с недоверием. Раньше он видел Пхаттхафи как слугу, а теперь Тул вёл себя так, будто он его жена, которую он и любит, и ревнует. Конечно, этот же вопрос звучал и в голове Хина. Но его сомнения были ничто по сравнению с... приятным чувством. Он погладил себя по голове, всё ещё чувствуя тепло, оставленное там. — Я не знаю. «Но я рад» Господин, который поцеловал его и сказал, что он важнее всех, всё яснее показывал свои чувства. И сердце... всё глубже погружалось в любовь, из которой невозможно выбраться. *** — Немного, Хин? — Я сказал, не хочу. — Почему Пи, ты не пьёшь? Сейчас Хин ругал себя за то, что не вспомнил характер своего друга раньше. Он должен был знать, но вместо этого попал в ловушку. Как только он вошёл в ресторан-бар недалеко от университета, он увидел младшую сестру Роуз, которая с радостью махала ему рукой. Рядом с ней была Джидрит, член студенческого совета, которая смотрела на него с подозрением. Но... Накроб не выглядел смущённым. Более того, он усадил Пхаттхафи рядом с Роуз. — Я могу пить, но редко. — Если Тул не разрешает, он не пьёт. Но сегодня Тул разрешил, так что выпей немного, — уговаривал Накроб, но Хин только качал головой, отодвигая стакан подальше. — Нет, я не хочу, чтобы от меня пахло алкоголем. Накроб пожал плечами и выпил за него. — А где Пи Тул? — спросила Джидрит, маленькая девушка, соответствующая своему имени. — Ох, у него много работы, нет времени на вечеринки, — отмахнулся Накроб, но затем прищурился,  — Не говори, что ты согласилась пойти с Роуз, потому что положил глаз на Тула. — Эй! Нет! Что ты говоришь?! — Джидрит закричала, качая головой, но когда все взгляды устремились на неё, она пробормотала, — Ну, немного... Ох, Пи Тул такой красивый, какая девушка не будет за ним бегать? Я знаю, что у меня нет шансов, но просто приятно смотреть. — Но мне не нравится Пи Тул, — возразила Роуз с решительным видом, а затем посмотрела на Хина, заставив его отвести взгляд. — Тебе всегда нравятся странные... Ой, извини, Пи Хин, я не тебя имела в виду, — Джидрит засмеялась, потому что понимала, что её подруга влюбилась в Пхаттхафи, хотя не понимала, почему. «Ладно, Хин тоже красивый, у него хорошее тело, и он умный. Но статус слуги, который висит на нём, делает всё сложным. Роуз красива, умна и уверена в себе, как она может влюбиться в человека с таким низким статусом?» Хин покачал головой и улыбнулся. — Я понимаю, я не против. — Нет, Пи Хин, ты не странный, — Роуз сказала с досадой, но успокоилась, увидев скромную улыбку старшего, в которого она влюбилась. — Я тоже думаю, что нонг Роуз странная, раз интересуется таким, как я. — Пи Хин, я... — Роуз закусила губу, а затем глубоко вздохнула и продолжила, — Ты думаешь, что у странной Роуз есть шанс? Хин замер, посмотрел на Накроба, но это было бесполезно, потому что тот наблюдал за ситуацией с удовольствием. Он бы поддержал, если бы Хин решил дать шанс младшей сестре. Но... — Э-э, Пи Хин, не отвечай сейчас. Не сейчас! Сегодня только закончились экзамены, Роуз не хочет грустить. — Эй, он может согласиться, — Накроб засмеялся. — Не подначивай, Пи Накроб. Я уже угадала на 70%... Пи Хин, дай ответ Роуз после каникул, хорошо? — поспешно добавила девушка, опустив голову, её лицо стало серьёзным, и атмосфера за столом стала мрачной. Но через мгновение Роз снова глубоко вздохнула, подняла голову и улыбнулась. — Давайте продолжим есть. Роуз наложит вам еды, Пи Накроб, Пи Хин.   Девушка быстро переключилась на веселый тон, хотя Хин чувствовал себя виноватым. Он хотел сказать все прямо, но сейчас он мог только проглотить всё и прикоснуться к телефону, забывшись. «Прости, Роуз, но я действительно не могу принять чью-то любовь» — Вы сможете вернуться сами? — Конечно, Пи Накроб. Дом Джидрит недалеко от моего. Я отвезу её и вернусь домой. Накроб задал вопрос после ужина, который больше походил на свидание, чем на празднование окончания экзаменов. Джидрит, которая хотела попробовать алкоголь, выпила несколько стаканов и теперь стояла с мутными глазами рядом с машиной своей подруги, и Роуз уверяла, что сможет позаботиться о ней. — Тогда мы пойдём. До свидания, Пи Накроб, и... — Роуз опустила голову и посмотрела на Хина с надеждой в глазах. — Если Роуз свяжется с тобой, это не будет проблемой, да? Хин почувствовал себя неловко, но прежде чем он успел ответить... — Ой, давай, нонг Роуз. Если хочешь что-то спросить, спрашивай. Возможности не всегда появляются, — Накроб схватил Хина за шею и ответил за него, подмигнув, чтобы тот согласился. Хин хотел вздохнуть, но, увидев взгляд Роуз, он мог только кивнуть. — Хорошо. — Спасибо! Тогда спокойной ночи! — Роуз сладко улыбнулась, затем повернулась, усадила подругу в машину и села за руль. Но перед тем как уехать, она открыла окно и помахала рукой, выезжая с парковки. Когда остались только они вдвоём... — Я могу отвезти тебя, не нужно звонить Тулу. Когда Хин взял телефон, чтобы позвонить господину, Накроб схватил его за руку, с раздражением ругаясь. Хин спокойно сказал: — Я должен следовать приказам господина. — Да, раб в доме. Ты, может, провалил историю, но в Таиланде больше нет рабства, Хин. Но Хин не обращал внимания, поднял трубку и слушал гудки, которые вскоре прекратились. — Он не берёт? — Ммм. — Тогда я отвезу тебя сам, — Накроб решил и повёл Хина к своей машине. Хин последовал за ним без возражений, потому что господин чётко сказал, что, возможно, занят. Ему не стоило звонить несколько раз и раздражать его. Когда он сел в машину Накроба, телефон в кармане завибрировал. ...Дела ещё не закончены, можешь подождать в моей комнате... Хин прочитал и улыбнулся. — Что, Тул снова даёт тебе задания? — Нет. Хин быстро улыбнулся, ничего не сказав другу, и поспешно убрал телефон в карман. — Я тебе еще раз говорю, достал, Хин. — Хм, — Пхаттхафи бросил взгляд на водителя, который делал недовольное лицо. — Хватит делать такое лицо, у меня мурашки по коже. Хин опустил зеркало на солнцезащитном козырьке, чтобы посмотреть на себя, и увидел, что он... улыбается. Улыбка, которая выглядела счастливее, чем когда-либо. *** — Пи Тул, у тебя есть еще дела? — Нет, просто немного работы. Видишь, можешь идти веселиться с друзьями. В то же время Тул Метасанан стоял рядом с Напхавади, изысканной девушкой, которая говорила с вежливой осторожностью. Помимо того, что Пи Тул не только угостил ее и двух подруг обедом, но и помог нести вещи, когда девушки зашли в магазин известного бренда сумок. — Вади ничего не хочет, просто пришла за компанию. Но Вади неловко, что отнимает у Пи Тула столько времени, — она посмотрела на часы, которые показывали девять вечера. — Не беспокойся, я свободен, — молодой человек улыбнулся, убрал телефон в карман брюк и мягко коснулся спины Вади, ведя ее к двум подругам, которые все еще выбирали сумки. На экране телефона осталось сообщение:  ...Да, я поднимусь в комнату... _____________________________________ Всё, хватит, можно уже перестать, этот парень просто ужасен! Честно, Мэй ненавидит людей, которые ведут себя так двулично. Мне не нравится писать о главных героях с двойственными чувствами, но сюжет уже задан. Когда доходит до таких моментов, ой, просто пишу и всё. Тул может быть плохим, но Пи не может быть подлым, T^T. Это просто больно для тех, кто ничего не знает. Хин счастлив, что босс хороший, Вади тоже рада, что он так заботится. Но ладно, карма его настигнет. В конце концов, Пи Тул ничего не чувствует к Вади, ни капли. Все его чувства принадлежат только Хину. Но такие поступки забывают о ценности главного героя. Мэй может помочь, но... (с) MAME