По кайфу

      — Доброе утро.              Произносит Вася тихо в губы, навалившись на меня сверху. И пока я очухаться не успел, проталкивает свой язык мне в рот, чтоб засосать. Мычу в ответ и пытаюсь его с себя снять.              — Мне нужно в туалет, мне нужно в душ, и мне нужно почистить зубы в конце концов, — объясняю, выбравшись из-под этого медведя.              — Слишком много у тебя правил для того, чтоб просто пососаться, — ага, предъявляет мне человек с влажными волосами и пахнущий зубной пастой. — А ты чё меня вчера не разбудил? — задаёт вопрос, вставая вместе со мной с кровати.              — Ты так мило с подушкой обнимался.              — А с тобой ещё лучше пообнимался бы, — зажимает меня уже в ванной и в шею целует. Вася, блин, потерпи ты десять минут. Ладно, сдаюсь, хотя бы две.              — Ща я приду, — выставляю его за дверь и за каким-то хером щёлкаю замком.              Умываюсь, надеваю линзы, собираюсь уже выходить, но в последний момент задумываюсь, а что, если сейчас вот прям дойдёт, а я не подготовился? Это чё, мне прям в самый ответственный момент в ванну бежать?              — Вааась, — тяну имя, проходя в комнату.              — Господи, у меня так соседка кота раньше звала, — смеётся, откладывая телефон.              — У нас сейчас планируется секс с проникновением? — а что? Лучше до узнать, чем в процессе. Хотя Васю мой вопрос, походу, немного выбивает из колеи.              — Объясни мне, как человек, который стесняется в душевой голым позажиматься, может вот так просто озвучивать подобное?              — Так это ж самые обычные слова, чего тут стеснительного может быть? А ты уже прям про действия.              — Мне как-то наоборот привычнее, знаешь ли.              — Ну так что?              — Нет, вот о том самом, что ты сказал, я так-то и не задумывался даже.              — Чё? — «что сказал», «то самое». — Ты про проникновение?              — Угу, — фига, как Васю легко в краску вогнать. Хочу, чтоб он ещё посмущался.              — Вась, а можно я тебе минет тогда сделаю?              С кровати подрывается, к стене меня прижимает и выдыхает вопрос в ухо: — Сав, ты сейчас специально решил начать все свои желания озвучивать?              А я вот даже отнекиваться не в состоянии. Меня капец как его одновременные застенчивость и возбуждение заводят.              — Угу, — Вася меня приподнимает, и приходится на нём повиснуть, как тогда в море, а от этих воспоминаний только ещё жарче становится.              — Окей, сделай. Мне сесть, лечь?              — Не, стой. Ну, в смысле хочу, чтоб ты стоял. Так, это, ща, — Вася меня отпускает и с любопытством наблюдает, как я из шоппера вещи на кровать вытряхивать начинаю. НЗ, как папа учил. Не думал, что пригодятся.              — У меня пунктик по поводу барьерной защиты, — объясняю, вставая на колени. — Не против?              Смотрит мне в глаза, мотая головой из стороны в сторону. Вот и отлично. Приспускаю его боксеры и не могу удержаться от комментария: — Красивый член. На онлике на тебя бы все слюной капали.              — Савелий, ты меня убиваешь порой.              Понял. Молчу. Разрываю упаковку и раскатываю презерватив по его члену. Так, теперь главное не облажаться. Что там в первых правилах статей писали? А, да пофиг, всё равно ничего не помню уже. Провожу языком по всему основанию, задевая пирсинг, от чего Вася громко вдыхает. Ага, значит, вот так тебе нравится. Повторяю эти действия ещё несколько раз, пока он руку мне в волосы не запускает. Беру член в рот и как-то совсем несмело начинаю головой двигать. Надо определённо купить презервативы для орального секса, эти вообще невкусные. Создаю вакуум, поднимаю на Васю взгляд, а он оказывается всё это время на меня смотрит. Увеличиваю темп, видимо, слишком сильно, потому что Вася меня легонько стопорит и показывает, как ему нравится. А вот когда он волосы мои в кулак зажимает и сам глубже толкаться начинает, совсем кайфово становится. Постанываю как-то глухо и руку в свои трусы засовываю, но сделать толком ничего не успеваю, потому что Вася отстраняется и заканчивает. Стягивает презерватив и на тумбочку рядом с кроватью его кладёт. Притягивает меня к себе, руку в трусы засовывает и рот поцелуем затыкает. Обхватывает член и проводит по нему немного жёстче, чем я сам это обычно делаю, но от такого только ещё больше разъёбывает. Скулю Васе в губы, хватаюсь за его плечи, пока он второй рукой задницу мою наминает. Он темп увеличивает, и я заканчиваю, прикусив ему губу.                Стоять сейчас нет никаких сил. Облокачиваюсь на него, тяжело дыша, Вася меня в шею целует и трусы стягивать начинает. Да, пожалуй, в мокрых сейчас в кровать ложится не вариант.              — Не буду я один голым валяться, ты свои тоже тогда снимай, — хихикаю ему в шею, извиваясь.              Похоже, Васе только повод нужен был, тут же и свои стягивает, и мои. Дитя леса, блин. А меня до сих пор такое смущает немного. Подпихиваю его к кровати и одеялом нас сразу накрываю.                Лежу, играюсь с его пирсингом на соске. Прикольно так штангой в разные стороны повертеть.              — Сав? — зовёт меня тихо.              — М?                — Знал факт, что чувствительность после прокола повышаться может?              — Ну вроде слышал, — интересно, а если прокрутить, что будет?              А будет то, что Вася воздух сквозь зубы вдохнёт и меня под себя подомнёт.              — Ой.              — Вот тебе и «ой», — ну откуда ж я знал, что она у него настолько повысилась?              — А с членом так же работает?              — Не так сильно.              — Это, наверное, потому что ты обрезанный.              — Господи, Сав, ну ты хоть эвфемизмы какие-нибудь используй, — ага, и вот какое, интересно, сравнение я должен подобрать к обрезанному члену? Сняли немного шкурки с колбасы? Озвучивать я это не буду, а то меня сейчас перестанут вот так пиздато в шею целовать.              Дотягиваюсь до ящика в тумбочке и нашариваю лубрикант, выдавливаю себе на ладонь и распределяю по нашим членам. Обхватываю сразу два и чувствую горячий выдох в шею. Вася свою руку поверх моей кладёт и сжимает чуть сильнее. Темп то увеличивает, то совсем медленным делает, если бы рот мне поцелуями не затыкал постоянно, то тут бы уже весь отель знал, как я сейчас кайфую. Спускаю себе на живот. Вася увеличивает темп и заканчивает тоже на меня. Ложится рядом, дотягивается до ашки и тягу делает.              — Эй, а салфетку?              Всовывает мне в рот ашкудишку, походу, чтоб я не возмущался, поворачивается на бок, голову на руку кладёт, лежит рассматривает меня и улыбается.              — Такой ты красивый.              — Вообще? Или только со спермой на животе?              И что я смешного сказал?              — Это кошмар, я к таким разговорам никогда не привыкну.              Да и не придётся. Я ж уеду уже через девять дней. Мысли свои не озвучиваю, но капец, как тоскливо от этого осознания становится. И вот лежу я такой весь в сперме, курю и грущу. Полный пиздец.              — Вась, салфеточки не принесёшь?              — А да, сейчас.              Вот что за человек? От слова «проникновение» в краску впадает, а как голым по номеру пройтись — так это в порядке вещей.              — Задница у тебя, кстати, тоже зачётная, ничуть не хуже, чем член, — озвучиваю свои мысли, когда мне рулон туалетной бумаги подают. Вообще как можно родиться таким охуенно-красивым?              — И к комплиментам твоим я тоже никогда не привыкну. На море пойдём?              — А ты сегодня не работаешь? — спрашиваю, тапая по экрану телефона. Так-то у него... ЕБАТЬ, смена уже час идёт.              — С двух сегодня.                — Погнали. Ток позавтракать надо.              ***              Пока идём на пляж, узнаю у Васи всё про их неадекватно-странный график. Оказывается, что со сменщиками и напарниками полная беда. Наплыв туристов большой, поток постоянный, люди не выдерживают и тупо увольняются. А недавно человек вообще ушёл посередине разгара рабочей смены. Поэтому Вася теперь пашет без напарника, давая выходные и отпуская пораньше остальных работников, пока его брат в срочном порядке пытается кого-нибудь найти.              Вспоминаю, что забыл сообщить родителям, что присоединиться к ним смогу только после обеда. Пишу в общий чат и снова его мьючу.              Капец. Даже на диком народ тусуется. Боюсь представить, что там сейчас на нормальном творится. А что там твориться может? То же самое, что и вчера.              — Прикинь, мне вчера на пляже какой-то гигантский мужик ногу оттоптал, — рассказываю, пока идём вдоль берега до какой-то местной достопримечательности.              — Ага, сезон, яблоку негде упасть, — произносит это с такой тёплой улыбкой.              — Вот интересно, а ты себе каждый сезон подобное устраиваешь? — ляпаю зачем-то, не подумав совсем. Сейчас ещё подумает, что ревную его. Бля, а будто бы это неправда? Может, и ревную.              — Чего такое?              — Ну, курортный роман, — как это пошло-кринжово звучит.              Вася смеётся, оглядывается по сторонам, к себе меня притягивает и обнимает.              — Так у нас с тобой роман? Поверишь, если скажу, что первый раз?              — Пф, нет.              — Вот и молодец. Но на самом деле, что-то подобное только один раз было, лет в шестнадцать, — не думать о его постоянных еблях на одну ночь. Не думать. Он вообще тебе ничем не обязан. Не встречаетесь вы. — Да и то, мой максимум тогда — это пососаться на прощание.              Щурю глаза и наклоняю голову на бок.              — Оставлю тебя на смену в баре, и ты поймёшь, о чём я. Хотя, не, не оставлю. Подвыпившие женщины те ещё любительницы за жопу полапать, а ты же цветочек мой, тебя оберегать хочется.              — Спасибо, что убережёшь меня от подвыпивших женщин.              Народу совсем почти не встречается, поэтому прогуливаться за ручку, постоянно обнимаясь, совсем не проблематично.              — Пришли, вот, — Вася ебать с каким довольным видом показывает мне на груду камней и искренне удивляется, когда я спрашиваю «это чё?».              — Это ж. Ну ваще-то тут принцесса и сокровища лежат, а поднять это сможет только человек с чистым сердцем, — он об этом так серьёзно рассказывает, что у меня к нему возникает ряд вопросов.              — Чего? — и это первый из них.              — Чё, думаешь, Мишка мне напиздел тогда? Мы сюда первый раз всей семьёй отдыхать приезжали, когда мне лет семь было. Вооон там жили, — показывает рукой на какие-то дома, но они совсем крохотулечными кажутся, по ощущениям идти до них, минимум, полкилометра. — Короче, я тогда за Мишей пошёл следить, пляж то в другом месте, а брат сюда бегает постоянно, понятное дело, интересно стало. Подхожу, а он в камнях роется. Ну вот Миша мне и поведал страшную тайну. До меня правда только через пару лет дошло, что он сюда курить бегал, а сижки под камнем ныкал.                — Вась, я не могу. Такой ты милый. У тебя детских фоток не осталось?              — Да хрен знает, — затылок чешет и задумывается. — Дома есть, наверное, на компе что-нибудь.              Прикуривает и вдаль смотрит, размышляя о чём-то своём. Выглядит охуенно просто. Нельзя такой кадр упустить. Делаю несколько фоток, Вася поворачивается, смотрит в камеру и улыбается.              — Сав, будешь моим парнем?              Воу.              Ебать.              Нихуя ж себе.              — На девять дней?              Плечами жмёт, докуривает, а бычок обратно в пачку убирает.              — Не знаю. На девять дней, на год, на всю жизнь?              — Типа отношения на расстоянии? — я пожалею об этом через месяц. Я себя знаю, я пожалею. — Буду.              Вжимает меня в себя и целует с таким напором, с которым ещё ни разу не целовал. У меня аж ноги подкашиваются.              — Вась, погнали в номер, — прошу, отстранившись. Потому что это просто бесчеловечно — вытворять подобные вещи своим языком в моём рту.              — Ща кружочек этому придурку запишу, — достаёт телефон, открывает телегу, а я смотрю на него внимательно.              — Видал, где тусю, тушу, бля, тусуюсь, ёпта, — руку максимально отводит и показывает себя на фоне камней. — Нет здесь никаких принцесс, пиздобол. Зато я тут один цветочек нашёл. Можно же? — спрашивает у меня, не знаю, что «можно», поэтому просто киваю. А Вася меня к себе в кадр за талию притягивает и в щёку чмокает. — Во, видал, завидуй теперь.              Ему оставалось только язык в конце в камеру показать.              — Это ты кому? Брату?              — Угу. Он мне в том году отсюда тоже кружочек прислал, после того как предложение жене сделал, и сказал, что я просто лох, который принцесс искать не умеет, — рассказывает, пока обратно идём.              — А он в курсе, да?              — Да, там ваще забавно вышло. Он на свадьбе и про меня, и про своего лучшего друга узнал. Случайно. Во всём его маленький мочевой пузырь виноват.              — Ты чё, прям на свадьбе брата где-то в туалете…              — Не, ты че? — перебивает меня сразу. — Там просто все тосты и поздравления были в таком ключе: «Вот Мишаня молодец. Ждём теперь, когда на Васиной свадьбе погуляем. Вася, ты с этим делом не затягивай. А чего без девушки? Вон у меня дочь какая, пошли познакомлю». Я психанул, схватил Олега — это лучший друг Миши, он меня давно спалил, лет в пятнадцать ещё. Ну и короче потащил его в туалет и начал там истерить. Что они меня заебали все, что я прям сейчас тут на сцене объявлю, что больше по их сыновьям, чем по дочерям. А Олег мне въебал. Сказал, чтоб я переставал хуйню нести, типа терпеть надо. Он всю жизнь ходит, головой всем кивает и соглашается: «Давно пора жениться, а сам как хочу, да вот не складывается ни с кем». А я типа нюни распустил сразу. Ну и тут Миша из кабинки выходит. Смешно, что первое, о чём он спросил: «Ты чё, ёпта, брата моего ударил?», а только потом: «А вы че, педики, что ли?». Олег постарался ему объяснить, что «педики» — это очень плохое слово, но Миша тогда только бросил: «Брата моего трахнешь — я тебя чайкам скормлю» и ушёл. Сидел, молчал, пил, а мы с Олегом пиздец на измене были. Тупо как приговора, бля, ждали. А Мишка прибухнул, за рестик нас отвёл, обнимать начал и сказал, что любыми нас любит. Ну он прям нормально так накидался, конечно, чтоб такое принятие словить.              — Капец история, как в ромкоме каком-нибудь.              — Капец с утра был, когда Миша нас собрал и начал подробности требовать. Он подумал, что мы встречаемся, и в силу незнаний в его голове сложилось мнение, что тот, кто старший, — тот и актив. Ну тут уже Олег решил выступить и по полочкам ему всё разложить. Я бы так красиво рассказать не смог. У меня тогда на его слова «Не хочу, чтоб братишку моего пёхали» нашёлся только один ответ: «Ёбу дал? Никто меня не пёхает».              А меня аж разрывает, когда я это представлять начинаю. Не, однозначно прикольный у него брат.              — А про тебя как узнали?              — А, да у меня характер и сейчас не сахар, а в переходный возраст я ещё тем говном был. Вот пару лет назад психанул из-за какой-то мелочи и выпалил им всё. Они, кстати, сначала подумали, что я их побесить хочу. Потом норм приняли, когда уже без скандалов это обсудить сели. Самый стрём был в секс-просвете, когда родители мне в лицо тыкали фотографии с сифилисными безносыми мужиками и говорили, что если хоть раз про презерватив забуду, то именно такое меня и ждёт.              Вася угорать начинает, а меня до сих пор от воспоминаний передёргивает, там же на фотках реальные люди были. Нанесли мне, блин, травм психологических, что я теперь даже в магазин за хлебом без барьерной контрацепции не выхожу.              — Да, родители у тебя зачёт, конечно. Это ещё по орущему телевизору понятно стало.              Ага, и вот, по ходу, сейчас мы с моими «зачётными» и познакомимся. Вы чего гулять попёрлись? Вам на пляже не лежится?              — Вась, там родители мои идут, — ага, да, именно те два человека, которые нас заметили и начали махать, как припадочные. — Если тебе некомфортно, мы можем просто мимо пройти.              Ну, судя по тому, что Вася им тоже размахался, то ему пиздец как комфортно.              — Ага, я те чё, еблан-додик тупо мимо пройти и не поздороваться даже? Или ты парня своего стесняешься родителям представить?              — Фигню не неси. Как тебя вообще стесняться можно?              Встречаемся где-то на середине дикого пляжа, представляю маме с папой Васю.              Он им руки жмёт. Причём маме зачем-то тоже. Ну да ладно, переволновался, наверное, с кем не бывает. Вася уже всех вечером в бар зовёт, за счёт заведения, чтоб поближе познакомиться.              — Какой у меня, однако, щедрый парень, — ой, вслух зачем-то сказал. Мама теперь улыбается и ждёт пояснений. — А что? Да. Вася — парень мой. Не так воспитан, чтоб без отношений зажиматься.              — Какие мы, однако, хорошие родители, Лер. Вон какого правильного сына воспитали.              — Ладно, мы пошли, у Васи смена скоро начинается.              ***              Блин, я и не думал, что они приглашение «Василия» всерьёз воспримут. Поэтому теперь мы собираемся в «Причал», как на ковровую дорожку. Мама, какие мюли на каблуке? Ты себе все ноги переломаешь. Запрыгивай обратно в потрёпанные жизнью «Конверсы». Па, ты что, с собой на отдых «Поло» привёз? А где дурацкая панамка, которую тебе мама не разрешает снимать? Даже не смотрите на меня так. Я не пойду переодеваться. Да у меня приличнее джинсовых шорт и белых футболок нет ничего с собой, и я сейчас в них, если вы не заметили.              — Готовы? — спрашиваю, стоя в коридоре их номера, облокотившись плечом на стену.              — Всё, губы крашу и выходим.              — Ма, хочу тебе напомнить, что мы идём в бар, где вместо стульев деревянные поддоны, накрытые пледами.              — Хочу тебе напомнить, что идём мы туда не просто так, а по приглашению Василия, поэтому выглядеть надо прилично.              Кому надо? Мне вот лично ничего не надо. Да и сам Василий про дресс-код как-то не обмолвился.              ***              Заходим в бар, всё занято, а в углу стол с бумажкой, на которой от руки написано «Резерв». Блин, приятно. Реально ждал нас. Даже коктейли стоят. Ага, и мой, походу, тот, что с кучей взбитых сливок и маршмеллоу сверху украшен.              Вася в запаре, жопа у него в мыле, а футболка в пиве.              — Вы отдыхайте, пойду спрошу, может, чем помочь надо, — а то мне прям неловко, что я тут буду сидеть коктейль молочный через трубочку потягивать, а парень мой за троих там работает.              — Вась, давай помогу, — не дожидаясь ответа захожу за стойку. — Говори, что делать.              — Сав, не чуди, иди отдыхай, — быстро за жопу жамкает, пока никто не видит, и отправляет за стол.              — Ну уж нет, вон бокалы грязные, пойду помою.              Возражения не принимаю. Беру бокалы и ухожу. Прохожу на милипиздрическую кухоньку и кладу бокалы в раковину. Стою, губкой их натираю, споласкиваю. Вытираю полотенцем. А второе тут зачем? А, чтоб всё блестело. Вот это сервис.              — Сав, а ты случайно коктейли готовить не умеешь?              — Водку с соком, а ну и виски с колой, — отвечаю, пожимая плечами.              — То, что надо.              Выхожу с чистыми бокалами. Вася мне показывает распечатки в файликах с рецептами и весы.              — Тут даже пятилетка разберётся. Мне просто шесть кальянов надо намутить.              Стою шейкерю, отношу коктейли, забираю с другого стола посуду и тут слышу: — Молодой человек, не подойдёте?              — Я прибью вас, чудики, — подхожу к родителям, они ржут и бокалы пустые показывают.              — Нам бы повторить, — просит мама, сдерживая себя из последних сил.              — Сами подойдёте, заберёте.              — Что за молодёжь пошла? Совсем им чаевые не нужны, — папа пытается возмущаться, но улыбка у него на лицо так и лезет.              — Вась, а ты что родителям делал? Они повторить попросили.              — Во, вот этот, — тыкает пальцем в коктейль с хитровыебанным названием, да и состав у него приблизительно такой же. — Справишься?              — Постараюсь.              Стою шейкерю, какой-то парень в костюме оффника за стойку прорваться хочет.              — Туалет вон там, — киваю ему на дверь, преграждая путь.              — А ты кто, пацан? — спрашивает ещё так удивлённо, будто бы я не за стойкой коктейли делаю, а в постели с его женой лежу.              — Савелий.              — Бармен? — ответить я не успеваю, да мне особо и некогда, там люди коктейли ждут. — Вась, а ты чё тогда орал, что у тебя тут запара, если сам человека нашёл?              Ничего не понял. Ладно, сейчас отнесу и разберёмся. Родителям кричу, что их напитки грустят на барной стойке. Остальным разношу сам. Вот если бы не дурацкая система с оплатой, где с людей сразу надо деньги брать, как заказ приносишь, было бы в пятьсот раз удобнее работать. Но понятно, для чего оно сделано, тут за всеми не уследишь, половина бы не расплатившись уходила.              А чего этот пацан уже в фартуке? Вася мне замену нашёл? А мне он этот дурацкий фартук даже и не предлагал.                 — Савелий? — киваю, стоя расстроенный с пустым подносом. — Я Миша, — протягивает мне руку, жму в ответ. — Приятно познакомиться.              Миша? Это ж брат что ли Васин?              — Савелий, а где тут кола, не знаешь? — спрашивает, заглядывая в полупустой холодильник.              — Ща принесу, и можно просто Сава.              Тараканю ящик из кухни, Вася у меня его отбирает на полпути, будто бы я не способен сам справиться, и быстро губами по щеке мажет. Дурной, блин.              — Миш, ты чего тут топчешься? Иди посуду мой.              — Да ты тиран, братишка, всех застроил.              — А как с вами по-другому?              Через два часа у меня уже отваливаются ноги, и я только вспоминаю про родителей. Толпа одна схлынула, передохнули минут десять, и по новой люди начали набиваться. Пока иду проверять маму с папой меня кто-то за жопу мацает, кто-то приобнимает, сил на возмущения тупо не хватает.              — А вы у меня какой коктейль уже пьёте? — сидят они тут хихикают и кальян курят.              — Да мы не особо считаем. Василий приносит, а пустые бокалы забирает.              — Нормально устроились. Ладно, отдыхайте. Надо ещё что?              — Я бы поела.              — Из еды только снеки разные есть, но можно пиццу заказать, — говорит Вася, появившись у меня за плечом.              Ага, может им ещё омаров на море сбегать наловить? Хорошо же устроились.              — Да мы сейчас пойдём уже, спасибо, Васенька.              Васенька? Меня вы что-то Савушкой не называете.              — Сав, пс, иди сюда, — шепчет мне папа, показывая рукой, что я сесть должен. — Ты нам счёт принеси, а то Василий отказывается деньги брать.              — А? Ага, ща.              И какой я им счёт принесу? Без понятия, чего и сколько они выпили и выкурили.              — Вась, родители расплатиться хотят.              — Сказал же, что заведение угощает, — отвечает спокойно, продолжая бокалы натирать.              — Кого это, братик, ты угощаешь? — спрашивает Миша, закинув на Васю руку.              — Савиных родителей.              — А, ну это да. Мы им ещё доплатить должны за такого бармена.              — Короче, вот идите и объясняйте им тогда это сами. Они требуют расплаты. Ну, точнее, расплатиться требуют.              — Вот чтоб у меня клиенты несколько раз съебаться хотели, не оплатив счёт, это да, а обратное первый раз, — удивляется Вася.              — Ща, давай терминал, просто всё им с моей скидкой пробью.              — Это твоя хозяйская в девяносто семь процентов, которую ты даже мне не даёшь?              — Дааа, — улыбается Миша довольно.              — Девяносто семь? А в чём смысл? — спрашиваю у Васи. Можно же и не платить просто.              — Без понятия. Попробуй в голову к этому чудиле залезть.              — Парни, я отвезу и вернусь, — кричит нам Миша, выходя с моими родителями из бара.                — Моих пьяных папу и маму твой старший брат отвозит в отель. Для первого знакомства — это полный кринж.              — Да ладно, херня какая.              Иду забирать бокалы с их стола, а там под одним пять тысяч лежит. Неплохие чаевые.              — Зато на чай не поскупились, — показываю Васе деньги и закидываю их в общую коробку.              — Не слабо.              ***              — Всё, дети мои. Самая приятная часть дня. Закрываем смену, делим чай и домой.              — Слышь, папаша. Ты вообще помнишь, что у меня выходной завтра?              — Вась.              — Что Вась? Рабы так не батрачат. Я уже вахту, считай, отпахал. Пятнадцать дней без отдыха.              — Ладно. Савелия, я так понимаю, ты мне не дашь на завтра вместо себя?              — Миш, ты охренел? Пацан вообще отдыхать приехал.              — Расслабься, шучу.              Вася кассу считает, Миша чаевые, а я стою мемы листаю.              — Нормальный такой чай у вас сегодня вышел.              — А ты? — спрашиваю, когда деньги нам отдаёт.              — Мишаня всегда только между персоналом распределяет, когда помогать приезжает, — отвечает за него Вася.              — Нечестно это как-то. Я вообще-то тоже только помогал, да и не всю смену к тому же.              — Вась, какого ты себе немеркантильного парня нашёл. Чешите давайте, чтоб завтра отдохнули как следует.              — Ко мне? — спрашиваю Васю, выходя из бара.              — Если ты не против.                Доходим до номера. Мыться идём вдвоём, потому что так быстрее. Сил хватает только на: лениво пососаться под душем. Выходим, ложимся и вырубаемся сразу.